Часть 11

      Великолепная двухместная карета неслась по улицам Парижа, увозя все дальше от центра странную пару – высокомерного мужчину в черной глухой маске на все лицо и молчаливую даму в голубой накидке с глубоким капюшоном, низко надвинутым на лицо.       В карете было темно и душно. Кристина было потянулась открыть окно, но Эрик проворно остановил ее. Золотые глаза, горящие во тьме подозрительно прищурились.          - Не сейчас. Пока не минуем оживленные центральные улицы, не открывайте окно!          Девушка покорно сложила руки на колени и уперла в них взгляд. Кристина была готова на что угодно, чтобы наконец вырваться на открытый воздух, увидеть небо и вдохнуть полной грудью. В карете повисло неловкое молчание. Эрик смущенно поерзал на сидении, пальцы рук беспокойно отбивали ритм по колену. Не так он представлял поездку в лес, но, надо быть честным, его желания довольно часто сбывались не так, как ему хочется. Что ж, надо радоваться и тому, что имеешь. Он ехал в карете с прекрасной дамой, прогуливаясь в ночи, как и многие другие совершенно обычные парижане. Пусть Эрик был и некрасив, но он был джентльменом и мог позволить себе развлечь свою спутницу прогулкой. В частности же подобной поездки он предпочитал не вдаваться, позволив себе немного помечтать, что Кристина тут с ним по собственной воле. Во тьме кареты было трудно разглядеть ее лицо, и он представлял себе, что девушка смущенно розовеет, предвкушая приятную прогулку наедине с мужчиной. Она как будто чуть-чуть сдвинула руку, словно желая держать ладонь своего спутника. Эрик бесшумно вздохнул, поерзал и приоткрыл занавеску, с тоской вперившись взглядом в потемневшие улицы. Они уже покидали пригород Парижа и освещения улиц тут не было.          - Смотрите, Эрик – снег! – восторженно воскликнула девушка, не пропустив расшторивание кареты. Он наконец-то позволил ей приоткрыть маленькое окошко, и Кристина с удовольствием вдохнула полной грудью, прилипнув к окну.          Мужчина расслабленно откинулся на спинку сидения, с наслаждением разглядывая девушку полуприкрытым взором. Ночь была ясной, что редкость для середины февраля в Париже, ее светлые волосы серебрились в лунном свете на фоне полумрака кареты - Кристина откинула назад капюшон, чтобы не мешал разглядывать улицу. Девушка была словно олицетворение древней Дианы. Она восхищенно разглядывала снег, темные улицы, луну, запутавшуюся в ветвях деревьев – от былой хандры не осталась и следа. Эрик же наслаждался ее прекрасным силуэтом, мечтательно пропуская мимо ушей ее восторги.          Карета замедлила ход – они выехали на прямую к ипподрому Лоншан.          - Я велел помедленнее проехаться вокруг ипподрома. Может вы хотите проехаться также по лесной дороге? Там есть небольшой отрезок для карет…          - Мы не будем выходить? – вскрикнула Кристина. Весь ее восторженный пыл поугас, на лице снова промелькнула тень отчаяния. – Но Эрик, я думала мы едем погулять…          - Мы и так гуляем, - отрезал мужчина, не замечая метаморфоз лица девушки. – Прогулка в карете. Так прогуливаются многие из парижан. Выходить из экипажа я не вижу смысла.          Он сложил руки на груди, и, попыхтев носом, выдал подозрительным голосом:          - Или вы намерены сбежать от меня, Кристина? Вы помните наш уговор?          Кристина чуть не расплакалась от разочарования. Это была та же тюрьма, что и под землей, только суженая до размеров кареты. Непрошенная слезинка все-таки скользнула из уголка глаза. А ведь она снова было начала видеть в Эрике нормального человека! Они вполне неплохо проводили последние дни вместе, несмотря на уныние, что овладело ей. Как будто и не было того злосчастного снятия маски. И эта прогулка… Кристина надеялась, что это был шанс показать Эрику, что ей не все равно, что она не сбежит от него. Она надеялась, что он стал достаточно ей доверять. Девушка сжала кулачки, медленно выдохнула и спокойно улыбнулась.          - Эрик, я не собираюсь от вас убегать. Я думала, мы с вами пройдемся пешком по тропинкам парка. За прошедшие дни, будучи у вас в гостях, - Кристина мысленно проглотила фразу «в плену», - я совершенно закисла сидеть на одном месте. Хотелось бы размять ноги, походить. Я привыкла к постоянным прогулкам – между репетициями, от дома до работы, да и в Опере все время как-то на ногах.          Девушка медленно расправила кулачки, и теперь теребила оборку накидки. Она не смотрела на Эрика, боясь потерять над собой контроль, расплакаться или в ярости накинуться на него. Самообладание в последнее время стало изменять девушке.          - Да и потом, куда мне тут бежать? Темный пустынный лес, людей – никого, до Парижа пешком не дойти, - она в мольбе вскинула глаза, протянув к нему руки. – Ну, Эрик, пожалуйста пройдемся! Хотя бы недолго… Чего вы хотите взамен? Хотите, я поклянусь своим голосом, что не сбегу от вас в лесу?          Эрик ошеломленно слушал эту тираду. Здравый смысл и осторожность, наработанная годами, боролись в нем с желанием порадовать девушку. Тем более, что ему и самому этого очень хотелось. Было легко представить, как они идут рука об руку по парку. Очень легко представить. И очень соблазнительно. Здравая его часть мысленно соглашалась с доводами Кристины – бежать тут некуда, да и поймать ее будет легко, в два счета.          - Я верю вам, - сдался наконец мужчина. – Но запомните, Кристина, вам от меня не сбежать. И вы обещали мне. Не обманите моего доверия.          И он коротко постучал в крышу экипажа, договариваясь об остановке у одного из входов в лес.          Кристина снова накинула капюшон и вышла из кареты. Мужчина чуть замешкался позади – он объяснял вознице, где следует их ждать. Возница зевал и чесал голову, всем своим видом демонстрируя легкомысленность. Эрик уже начал распаляться, в отчаянии думая, как бы им не пришлось топать до Парижа пешком, если нерадивому извозчику взбредет в голову уехать. Он терпеть не мог тупиц. Наконец, извозчик соизволил выдать:          - Э, мсье, мы договорились на прогулку до Булона и назад. Об стоянке не было уговору. Доплатить бы надоть.          Во тьме хитро блеснули ничуть не сонные глаза извозчика. Эрик усмехнулся под маской – видимо возница не был таким уж тупицей.          Загадочный «мсье» кинул крупную монету человеку, тот ее ловко поймал, в свете луны профессионально оценив достоинство денежного знака. Эрик многозначительно подкинул на ладони небольшую стопку его близнецов. Деньги приятно звякнули.          - Договоримся, жди нас, где было указано, - властным тоном приказал мужчина в маске.          Ну вот и все, теперь можно идти, наслаждаться прогулкой. Эрик повернулся к спутнице, но ее уже и след простыл. Неверяще покрутив головой по сторонам, мужчина чертыхнулся. Внутри все похолодело. В ярости скрипнув зубами, он кинулся по едва видимой тропке в лес.          Кристине было так радостно наконец-то покинуть экипаж! Куда ни кинь взгляд – всюду лежали горы снега. Это было так необычно! За все время своего пребывания во Франции, девушка никогда не видела, чтобы снега выпало столько много. Ах, как это напоминало родную Швецию! Луна ярко освещала белую землю, практически прозрачный безлистный лес ничуть не мешал ее свету отражаться от сугробов, заставляя их искриться и переливаться. Девушка, словно в далеком детстве, радостно раскинув руки, закружилась и бросилась бежать по едва видимой тропинке между сугробов, мгновенно выкинув из головы и Эрика, и их безумные последние две недели. Господи, как хорошо то! Девушка специально поддевала ногой снег, взвивая в воздух вихрь снежинок. Внезапно остановившись, она прислушалась – тишина. Она ушла довольно далеко от экипажа, пребывая в пьянящем экстазе от свободы и снега. Кольнуло в груди – вспомнился Эрик. Ничего, он сказал, что легко найдет ее. Когда девушка его оставила, он о чем-то спорил с извозчиком. Она медленно пошла по тропе, наслаждаясь покоем и одиночеством – наконец-то. Вдруг позади скрипнул снег, Кристина обернулась – по тропинке мчалась фигура в черном.          - Кррристина! – рявкнул «Ангел музыки».          Она испуганно ойкнула и прикрыла ладошкой рот. Но то ли чудесный вечер так действовал на нее, толи пьянящий свежий воздух свободы, а может снег снова перенес ее в детство – Кристину обуяла безудержная радость и желание позабавиться.          - А вот и не догонишь! – она с хохотом бросилась прочь по тропинке.          Эрик рыкнул и прибавил усилия. Кристина бежала, глотая воздух пополам со смехом. Мужчина быстро сокращал дистанцию. Девушка весело завизжала и бросилась бегом изо всех сил. Но тут длинная юбка сыграла с ней плохую шутку – Кристина наступила на ее край и, запнувшись, мягко упала на колени в сугроб. Эрик, практически догнавший ее, вытянул руку, чтобы схватить беглянку, когда она исчезла из его поля зрения. Не сбавляя хода, мужчина, банально запнувшись об ту же злосчастную юбку, перескочил через Кристину, и, пролетев кубарем, врезался в сугроб. В воздух взметнулись снежинки. Кристина смотрела на это, разинув рот. Она уже не могла смеяться – живот просто сводило. Из сугроба появился Эрик. Шляпа куда-то улетела, весь в снегу, он судорожно поправлял маску, стараясь одновременно отряхнуться, и встать, попутно отплевываясь от снега. Внезапно он замер, стоя на коленях, ошеломленно глядя на судорожно дышащую от смеха девушку. Ярость куда-то улетучилась, он смущенно провел рукой по волосам, смахивая снег. Кристина рассмеялась и, вспорхнув с колен, бросилась мимо дорожки прямо по заснеженному лесу. Мужчина мигом вскочил и кинулся за ней, чертыхаясь.          Они петляли меж стволов деревьев. Кристина юлила как уж, заливаясь колокольчиком – попеременно то смехом, то визгом. Эрик был растерян – он не понимал, что происходит, почему девушка так себя ведет! Но постепенно азарт овладел мужчиной. Странное чувство удовольствия затопило грудь, и он хищно усмехнулся.          Кристина кружила вокруг деревьев, еле-еле передвигая ноги в сугробах. Дыхание стало судорожным, девушка раскраснелась и выбилась из сил. Она остановилась и, спрятавшись за стволом особенно крупного дерева, аккуратно оглядела пространство позади. Эрика нигде не было видно. Девушка нахмурилась и побольше высунулась из-за ствола, держась за него одной рукой. Нету! Кристина озадаченно сделала шаг назад, разворачиваясь и устало прислоняясь к стволу спиной. Ее взгляд уперся в мужскую грудь. Она ойкнула и метнулась было в сторону, но путь преградила рука, упершаяся в ствол. Кристина развернулась в другую сторону – вторая рука преградила путь также. Тяжело дышащий Эрик медленно склонился к ее лицу, опираясь на руки, пока его глаза не стали на одном уровне с ее. Золотые звезды блеснули опасным огоньком.          - Поймал!          От его вкрадчивого голоса пробежали мурашки. По тону было слышно, как мужчина усмехнулся. Эрик смотрел на нее, словно хищник, нагнавший добычу. Кристина занервничала, было, но озорство все еще грело ее изнутри. Она с восторгом взглянула ему в глаза и рассмеялась:          - Поймал...          Целое мгновение – очень долгое, растянувшееся будто бы на часы – они смотрели в глаза друг другу, замерев. Он упивался ее смелым взглядом, решительной улыбкой, раскрасневшимися щеками и судорожно вздымающейся от бега по сугробам грудью. В ответ она с восторгом осматривала растерявшего свой лоск в сугробах мужчину. Волосы взлохмачены, шляпа осталась где-то в снегу. Эрик был взъерошен и покрыт снегом, тяжело дыша от долгого бега. Не видя его лица, Кристина могла поклясться, что он сейчас довольно улыбается, глаза прищурились, пуская смешливые морщинки в уголках. Эрик смотрел на нее смело и открыто, как-то по-собственнически. Его взгляд медленно скользнул вниз по ее лицу, чуть задержавшись на губах и перешел куда-то вниз. Кристина часто задышала и покрылась румянцем, хотя казалось сильнее уж невозможно. Мужчина удивленно приподнял брови и чуть ослабил хватку на дереве. Кристина неосознанно заметила этот жест и ринулась вбок, но Эрик успел ухватить ускользающую беглянку за самый край плаща, и дернул на себя. По инерции, девушку закрутило, откидывая назад в кольцо его рук. Эрик же, не ожидавший такой отдачи, все еще стоявший неустойчиво, продолжил это движение и они, неизящно крутанувшись, полетели в сугроб.          Дело происходило практически на краю откоса, полого спускавшегося к небольшому пруду. Продолжая движение, крепко сплетенная парочка покатилась с косогора вниз. Оперная певица завизжала во всю силу легких, Эрик ошалело сцепил вокруг нее руки, стремясь защитить любимую от ударов. Наконец остановившись, они, тяжело дыша, лежали на снегу, не торопясь вставать. Их вынесло на край замерзшего прудика, деревья остались сбоку и ничто не мешало взору оценить усыпанное звездами зимнее небо. Они лежали так близко, что можно было почувствовать тепло тел друг друга. Кристина робко дотронулась до руки Эрика, и он в ответ нежно сжал ее. Бешеный азарт прошел и морозец середины февраля начал неприятно холодить разгоряченных людей. Мужчина со вздохом поднялся сам и помог встать девушке.       Они долго отряхивались – сперва каждый себя, потом, перебарывая обоюдное смущение, помогли смахнуть снег друг другу в труднодоступных местах. Все происходило в молчании. Наконец, откашлявшись, Эрик предложил пойти берегом на небольшой мостик, видневшийся неподалеку. За время их сумасбродных метаний по лесу и катаний в снегу, пара весьма отклонились от дорожки, которая вела их к карете, и мужчина рассчитывал сориентироваться на мосту. Он примерно представлял, где они находятся, но с мостика мог точно проверить свои предположения. Кристина кивнула и устало поплелась за ним. Восторг, вслед за азартом, потихоньку покидал ее. Намокшее платье и пальто тяжело тянули вниз, хотелось присесть, а лучше прилечь, она устала и выдохлась. Слава богу, до изящного мостика, перекинутого через узкую часть пруда, было недалеко. Эрик шел чуть впереди, часто оглядываясь, боясь снова потерять из виду девушку. Пока он ориентировался на мосту, попеременно осматривая то один берег, то другой, бросаясь то влево, то вправо, Кристина тяжело привалилась к перилам моста. Только остатки гордости останавливали ее от того, чтобы некультурно усесться прямо на пол. Она не заметила, как мужчина подошел сзади, легко кашлянув, привлекая внимание.       - Кристина, нам нужно идти в левую сторону. До кареты быстрым шагом минут пятнадцать.       Кристина сделала вид, что не слышит его, мысленно застонав, представив себе «быстрый шаг» Эрика.       - Пожалуйста, давайте еще немного постоим тут, передохнем, - наконец промямлила она.       Мужчина удивленно окинул взглядом спутницу, только сейчас замечая и усталую позу, навалившуюся на поручни, и намокшую одежду, тяжело и бесформенно свисающую вниз. Ему и самому было зябко, хотя он был привычен к холоду, девушка же наверняка отчаянно мерзла. Мужчина нерешительно переступил с ноги на ногу.       - Кристина, но вы так совсем замерзнете… Ваш голос…       - К черту голос, - резко выдохнула девушка. Эрик в ужасе выдал «О!».       Он колебался, мысль, пришедшая ему на ум одновременно и чертовски пугала его, и была соблазнительнее конфеты для ребенка. Мужчина растеряно протянул руки, как бы примериваясь обнять ее, но не решаясь. Однако, сделав выбор, уговаривая себя, что это только для того, чтобы согреть девушку, он робко обнял ее сзади, плотно окутывая девичью фигуру своим плащом. Ему стоило чудовищных усилий, чтобы заставить не трястись руки, целомудренно держащие края плаща, внутренней стороной прикасающиеся к девушке.       - Вам нельзя так относиться к своему здоровью, Кристина, - он старался выровнять голос, но у него это плохо получалось.       Кристина же, почувствовав тепло и поддержку, благодарно оперлась на мужчину. Бедный Эрик чуть не рухнул – дрожащие колени слабо держали. Он устоял только за счет силы воли, приказывая себе поддерживать уставшую девушку несмотря ни на что. Чтобы отогнать панические мысли, мужчина, переведя тему, стал показывать Кристине различные созвездия. Девушка совершенно не умела ориентироваться в ночном небе, различая только Большую медведицу да созвездие Ориона. Эрик со смешком показал ей Кассиопею, рассказав попутно легенду о прекраснейшей из цариц, что висит вниз головой. Кристина посмеялась и откинула голову ему на плечо, с удобством смотря в ночное небо. Мужчина, высвободив руку (уже чувствуя себя значительно увереннее), водил пальцем от звезды к звезде. Паника покинула его, ему тоже была приятна близость и тепло девушки. Эрик разомлел и наслаждался восхитительным моментом.       - Ты отдохнула? - нежно спросил он ее на ухо, расположенное в сантиметре от его губ, скрытых маской. – Нам нужно идти, на улице довольно холодно.       Кристина согласно кивнула, с сожалением покидая теплое кольцо рук. Эрик хотел было накинуть на нее свой плащ, но девушка наотрез отказалась. Он и так был без шляпы, без верхней же одежды совсем бы замерз. Но упрямец согласился только когда девушка привела доводы о двойной тяжести их мокрых плащей и что она так не пройдет пары метров. Однако, Кристина (к радости мужчины), взяла того под локоть, стараясь подобрать свои шаги к его размеренному ходу.       Карета, к удовольствию Эрика, ждала их там, где они и условились. Возничий выпучил глаза, изумленно разглядывая потрепанную парочку, отсутствовавшую пару часов. Высокий месье как-то по-особенному хмыкнул под маской, гордо положив ладонь поверх руки девушки, лежащей на его локте.       В карете Эрик предпринял попытку еще раз надеть на девушку свой плащ и снова встретил упрямый отпор. Он пыхтел и раздражался от упрямства красавицы, видимо вознамерившейся замерзнуть насмерть, но не принять одежды ходячего трупа! Медленно очаровательный флер вечера таял. Кристине было жаль и Эрика, и окончания такого чудесного вечера, грозящего снова пройти в скандалах. Она подвинулась на своем сидении и приглашающе взмахнула рукой:       - Эрик, вы могли бы сесть рядом со мной. Тогда можно будет накинуть ваш плащ на нас обоих. Так тепло будет и вам, и мне.       Он неверяще воззрился на девушку. Неужели чудеса этого вечера продолжаются? Не дав отчаянию снова распалить в нем ненужное раздражение, он молча пересел, принимая предложение Кристины. Мужчина накрыл ее своим плащом, плечом прижимаясь к ее плечу, не рискуя приобнять девушку рукой. Кристина потянулась к окошку – закрыть форточку, так как свежего воздуха теперь и вовсе не хотелось. Карета, тем временем, замедлилась, пропуская подвыпивших весельчаков, что тоже приехали погулять в Булонский лес на ночь глядя. Мужчины радостно встретили золотоволосую красавицу, виднеющуюся в окошке, что недовольно поморщилась от их громких несуразных выкриков. Эрик дернулся вперед и громко захлопнул окно, опустив занавеску. Позади кареты раздался дружный хохот. Экипаж дернулся – лошади резво набирали темп. Кристина быстро выкинула из головы полночных гуляк. Она замерзла и желала лишь прильнуть к теплому боку учителя, не обращая внимание на нескромность их позы. Он, раздраженно сопевший после встречи с молодыми людьми, тоже успокоился и расслабленно откинулся на спинку кареты, позволяя теплу девушки согревать его душу.       Кристину разбудила резкая остановка их транспорта. Она сонно подняла голову – видимо, умудрилась задремать по дороге. За окошком виднелась родная Опера популер. Представление уже давно закончилось и народу на площади почти не было. Видимо поэтому Эрик велел карете подъехать к площади Оперы, а не к улице Скриба, которая до сих пор гуляла, благодаря открытым еще фешенебельным ресторанам. Пара вышла на холодный воздух. Кристина сонно плелась позади Эрика, по возращению в город снова превратившегося в угрюмую нахохленную сгорбленную фигуру. Он бросился было вперед, но Кристина отставала, и он качнулся назад, дергаясь от громких вскриков хохота, раздававшихся у входа в полночные заведения. Ему хотелось взять девушку за руку и быстро потащить за собой в спасительную темноту подземелий Оперы, находящихся за калиткой по улице Скриба, но он боялся, что Кристина закричит или отбросит его руку. В городе его покинуло чувство блаженства, что было в Булонском парке, вернулась привычная настороженность.       Кристина плелась за дерганным учителем, мечтая сейчас лишь о горячем чае и теплой постели. Она сунула замерзшие руки в карманы юбки, игнорируя сырую холодную накидку. Бумага уголком кольнула ладонь. Письмо! Девушка мгновенно сбросила сонливость. Она совершенно забыла о нем! И как оно не выпало в Булонском лесу? Кристина похолодела, представляя, что было бы если Эрик его увидел. Перед глазами промелькнула сегодняшняя дурашливая прогулка, Кристина улыбнулась кончиками губ. А что было бы? Он уже был согласен отпустить ее на маскарад в субботу. А она уже тысячу раз за эти недели повторила, что Рауль де Шаньи не интересует ее в качестве поклонника – они всего лишь старые друзья детства. В конце концов, Эрик доверял ей. Со своей стороны, Кристина не могла определиться, что и думать о своем учителе. Он был ужасен, у него был неуравновешенный характер, но ее тянуло к нему. Он дал ей голос, вернул смысл в жизни, и, несмотря на вынужденное заточение, Кристина не могла отрицать, что приятно провела время у него дома, по крайней мере первые и последние дни. Стоило ли вообще вмешивать сюда Рауля? Она писала письмо в спешке, ужасаясь от истерики мужчины.        Эрик был очень ревнив. Не касаясь Кристины и пальцем, он был готов всю душу из нее вытрясти в приступах ярости и отчаяния, боясь, что девушка его покинет. Что такой человек мог сделать с предполагаемым соперником? А Эрик намекал девушке, что при ее непослушании, пострадают многие, будь на то его воля. Зная его как архитектора, иллюзиониста, Призрака Оперы, наконец, зная обо всех его ловушках в подземелье, Кристина не была уверена, что ему можно что-то противопоставить. И слова его не были пустыми угрозами. При всей своей расположенности к этому одинокому гению, девушка нутром чувствовала исходящую от него опасность. Она и боялась его и, в то же время, боготворила. Мужчина снова лихорадочно обернулся, проверяя – идет ли она за ним. Девушка сжала в руке бумажный уголок. Она просто поговорит с Раулем, как со своим старинным добрым другом. Должен же хоть кто-то знать, где она и что с ней? Послушавшись голоса разума, Кристина прибавила шагу и поравнялась с мужчиной. Стремясь отвлечь внимание Эрика, она взяла его под руку. Мужчина дернулся, будто его ошпарило кипятком.       - Простите, маэстро, - пролепетала своим самым невинным голоском актриса. – Я совершенно падаю с ног. Вы не против, что я обопрусь на вас?       Он не был против, даже рад. Вторая рука Кристины, тем временем, скрытая за ее фигурой от Эрика, вынула письмо и бросила его прямо в снег, на тротуар. Девушка молилась, чтобы Эрику не взбрело в голову обернуться. Через пару метров, бумажку уже было не разглядеть на серой снежной каше мостовой, и Кристина успокоено выдохнула.       К большому сожалению Эрика, у калитки девушка выпустила его руку и больше не взяла, предпочитая следовать за ним. Без особых приключений они попали в подземный дом.       Кристина сразу же скрылась в своей комнате, стремясь переодеться в сухое. Несмотря на запальчиво произнесенные слова на прогулке, Кристина очень дорожила своим голосом и не хотела бы подхватить простуду. Быстро скидывая мокрые тряпки, она припрыгивала и молилась, чтобы у Эрика появилось желание согреть чайник. Надев теплое шерстяное платье, девушка, накинув сверху толстую шаль, вышла в гостиную, зябко кутаясь. Мужчина встретил ее у камина. Кристина подавила робкую усмешку – он стоял довольно близко к огню, видимо пытаясь согреться, хотя всегда довольно пафосно заявлял, что невосприимчив к холоду. Увидев Кристину, у которой зуб на зуб не попадал, он охнул и проводил ее в кресло, подвинутое настолько близко к огню, насколько это было возможно. Сбоку встало другое кресло, а между ними маленький столик, служивший ей в качестве обеденного. На столике уже исходила ароматным паром фарфоровая супница, полная горячего вина со специями. Это было определенно лучше, чем чай. Кристина благодарно приняла глубокую чашку, согревая ей ладони. Эрик тоже взял свою и элегантно отпил, чуть приподнимая нижний край маски, девушка повторила за ним. С первых же глотков она узнала ароматный глёг – пряный напиток ее родины – и радостно улыбнулась. Видимо, Эрик решил порадовать замерзшую девушку, заменив привычный винный напиток на горячее питье с добавлением коньяка, ягодного сока, миндаля и специй, напомнившее ей о родных краях.  Глёг на усталый организм подействовал мгновенно. Они оба развалились в креслах, вытягивая ноги поближе к теплу камина.       - Вам понравилась прогулка? – миролюбиво спросил Эрик. Голос, затуманенный алкоголем, масляно скользил. Кристина поежилась от бархатистых мурашек, пробежавших от затылка вдоль хребта. Насколько отталкивающе действовало на нее его лицо, настолько же и притягательным был голос.       - Да, - она твердо кивнула. В голове роились тысячи фраз, и о том, что снег напомнил ей Швецию, и о том, как она, словно окунулась в детство, носясь по этим сугробам, и о новых созвездиях, что она теперь выучила. Но язык не хотел все это повторять вслух, и девушка просто широко улыбнулась, блаженно сощурившись. – Спасибо!       Эрик видел все ее эмоции, написанные на лице. А ее «спасибо», сказанное таким чувственным тоном, заставило толпу мурашек броситься и вдоль его хребта. Девушка выглядела счастливой, да и он, надо подумать, улыбался как дурак, вспоминая вечер. Это было потрясающе! У него не было ничего прекраснее в жизни, чтобы сравнить с чувствами, испытанными сегодня. Кристина сдержала слово, хоть ее поведение и было совершенно непонятно Эрику. Мужчина, никогда не контактировавший так близко с людьми, не знал всех нюансов и тонкостей человеческого общения и какое-то отклонение от правил, принятых в обществе, выученных им через книги и наблюдения, ставило его в тупик. Эрик представлял себе степенную прогулку, как у других парочек, подсмотренных им в парках, а не беготню по сугробам.  И мужчина бы отругал проказливую девчонку, если бы сам не получил такое наслаждение от ее игр. Эрик глотнул еще напитка из кружки. На губах играла довольная улыбка. Догонять ее, поймать, было сущим удовольствием.       Они продолжали молча пить согревающий напиток, медленно расползаясь в креслах, наплевав на приличия. В доме у камина в гостиной царила уютная гармония, навевая спокойствие. Эрик решил, что завтра еще раз отвезет девушку погулять.