Часть 25

      Эрик проснулся словно от толчка в бок. Несколько секунд он осознавал где находится. Непривычный солнечный свет проникал сквозь полуприкрытые занавески. Мужчина немного приподнял голову (по давно устоявшейся традиции он спал лицом в подушку) и осоловело уставился на незнакомый интерьер. Медленно пришло осознание – вчерашний день, переезд, сон вместе с Кристиной… Вот Кристины-то как раз и не было в обозримом пространстве!       Эрик подскочил, словно ошпаренный. Он прислушивался к звукам в доме, поспешно, кое-как, натягивая измятую одежду. В ванной, а также внизу в кухне и гостиной стояла тишина. Он поспешно выскочил из спальни, забыв надеть маску, бросился по ступеням лестницы вниз. Ее действительно нигде не было. Ужас объял мужчину, сердце дико колотилось. В бесконтрольных метаниях по дому, его взгляд наконец-то зацепился за полочку в прихожей. На ней в сложенном виде стояла записка, прислоненная к стенке. На белом фоне жирным почерком было выведено «Эрику». Она явно постаралась, чтобы он издалека заметил этот лист. Не в силах приблизиться к злосчастной записке, он медленно осел на ступени лестницы, ведущей наверх, в спальни. Эрик прижал руку к груди, не смея отвести взгляд от куска белой бумаги. Кристина ушла, оставив ему письмо… Наверняка, там говорилось о том, что она сожалеет, что любит другого… этого очаровательного мальчика… Почувствовав, что задыхается, Эрик часто и резко задышал, согнувшись над коленями. Сердце словно хотело выпрыгнуть из груди – настолько оно быстро билось. После всех ужасов, что произошли в его подземельях, после нескольких бессонных ночей, вчера вечером, умиротворенный, он просто вырубился, заснув крепким беспробудным сном. Конечно, хитрая девчонка знала, когда стоит убегать – он был совершенно безобиден. Но почему так, Кристина? Почему тогда, когда он посмел надеяться, что все будет хорошо? Зачем ей надо было обнадеживать его, ехать сюда с ним, тогда, когда он ее сам отпускал с этим виконтом? Почему же так, Кристина?.. Эрик с отчаянным всхлипом втянул воздух, слезы прорвались водопадом. Кренясь, мужчина скатился вбок, опираясь на локоть.       В момент, когда Эрик уже думал, что просто задохнется от всей этой боли, разрывающей его, входная дверь открылась. Солнечный прямоугольник явил ему стройную золотоволосую фигурку. Девушка вежливо кого-то поблагодарила на улице и наконец-то повернулась внутрь дома. Эрик подумал, что окончательно тронулся умом от горя, видя явление горящего солнечным светом ангела.       Кристина, часто моргая, практически ничего не видя в полутемной прихожей после яркого света улицы, отдуваясь, переставила тяжелые корзины с едой в дом, закрывая дверь. Спасибо доброму мужчине-вознице, что помог ей дотащить их от экипажа до крыльца! Он предлагал занести поклажу в кухню, но Кристина отказала, сказав, что дома ей поможет муж. Пожав плечами и получив свою оплату, мужчина уехал. Девушка споро развязала завязки накидки, сдувая волосы с мокрого лба – на улице вовсю разыгралась теплая весенняя погода и в шерстяном плащике было жарко. Она практически вслепую повесила одежду на крючок и вдруг заметила шевеление в глубине коридора, на нижних ступенях лестницы. Зрение уже практически адаптировалось к темноте, и тут Кристина наконец-то обнаружила скрюченную фигуру мужчины, молча смотревшего на нее немигающим взором. Вскрикнув, девушка бросилась к Эрику.       - Эрик! Эрик, что с вами? – она потормошила мужчину. Он вяло шевельнулся, одну руку все еще прижимая к сердцу. Кристина похолодела. Неужели опять сердечный приступ? А она там по базарам разгуливает! Девушка быстро схватила Эрика за запястье, отслеживая ритм. Нет… Сердце билось ровно, хоть и более часто, чем положено. Кристина потрогала лоб – холодный. Тогда она обняла его лицо руками и заставила смотреть себе в глаза, встряхнула немного. Взгляд мужчины постепенно стал более осмысленным, сфокусировался. Быстрым движением Эрик бросился на Кристину и крепко сжал в объятиях. Его всего трясло.       - Кристина… Кристина, - он гладил ее по волосам. – Ты здесь, со мной. Ты вернулась… Ты не бросила меня…       Почувствовав влагу на своих руках, все еще сжимавших его уродливое лицо, Кристина с удивлением поняла, что мужчина плачет. Медленно, понимание пришло к растерянной девушке. Он подумал, что она сбежала?       - Но Эрик, я же оставила записку, - осторожным движением Кристина выскользнула из его объятий и указала в сторону полочки на стене прихожей. – Неужели вы ее не заметили? Я постаралась поставить ее повыше, на видное место... - девушка неловко оправдывалась. – Я проснулась рано, хотела приготовить завтрак и обнаружила, что в доме нет ни крошки. Простите, пожалуйста, что без спроса взяла ваш кошелек, но мой остался в Опере, а вы так сладко спали, что я не осмелилась вас будить… Я впервые в этой части города и еще не знаю, где тут находятся магазины, рынок, пришлось нанять экипаж. Я все подробно описала в записке… Простите, что так долго отсутствовала…       Широко раскрытыми глазами мужчина смотрел на свою Кристину. Смысл ее слов медленно, словно сквозь туман, доходил до него.       - Что? Взяли кошелек? Это ерунда, Кристина. Вы можете брать у меня что угодно без спроса, - пробормотал еще не пришедший в себя мужчина. – Я виноват, нужно было самому подумать о наполнении кухни, прежде чем приглашать в дом гостью... Я подумал, что вы написали в записке… Что вы уходите от меня… Я… Я не смог заставить себя прочитать ее…       Осознав свое сумбурное бормотание, неряшливый и помятый внешний вид, всю глупость этой ситуации и ее последствий, что он валяется тут на полу, меньше всего похожий сейчас на воспитанного джентльмена, Эрик густо покраснел, вскочил и бросился наверх в комнату.       Кристина удивленно проводила его взглядом, продолжая сидеть на ступенях лестницы. Медленно девушка стянула с головы и так съехавшую шляпку. Вот уж сходила за продуктами! Сердце постепенно успокаивалось, Кристина медленно выдохнула. Так ее саму скоро хватит сердечный приступ! Это надо же было такое удумать! Осознание ситуации дошло до горячего сердца девушки. Бедный Эрик! Понапридумывать себе черт знает что! Подумать, что она может быть так жестока, что бросит его после того, как подарила надежду… Бедный, бедный Эрик! Сердце кольнуло жалостью. Покачав головой и глубоко вздохнув, Кристина пошла на кухню ставить чайник.       Эрик появился через несколько минут. Одетый с иголочки, во все свежее, с тщательно убранными волосами, он с легкостью нес тяжелые корзины с провизией. На лице снова красовалась черная маска. В полном молчании он разбирал продукты, раскладывая их по полочкам, смолол и поставил на плиту кофе. Мужчина не смотрел на Кристину, сидящую за столиком у окна. Все в том же молчании Эрик ловко нарезал продукты, приготовил омлет и тосты с беконом и сыром, разлил кофе с молоком по чашкам. Чайник, поставленный Кристиной, только-только начал кипеть. Девушка хотела было подойти к плите, но Эрик остановил ее жестом и снял чайник с огня сам. В доме была отличная столовая, но, учитывая то, что Кристина разместилась за столиком у окна кухни, мужчина сервировал завтрак здесь же. Наконец все было готово, и он сел за стол. Эрик сидел ровно, словно проглотив жердь, руки покоились на коленях. Мужчина не снял маску и не собирался притрагиваться к еде. Он молча сверлил взглядом стол. Кристина, не спускавшая с него взгляда, тяжело вздохнула. Этот звук словно разбил стеклянную стену между ними. Эрик потерянно поднял на нее взгляд.       - Почему вы не едите, Кристина? – тихо произнес он.       Три недели назад она бы испуганно стала завтракать, боясь рассердить мужчину. Неделю назад робко предложила бы присоединиться к ней, уговаривая заменить маску. Но после всего, что произошло между ними в последние два дня, Кристина, словно бы повзрослев, словно бы подчерпнув откуда-то из глубины души извечной женской мудрости, поступила иначе. Она молча встала и подошла к замершему мужчине. Девушка медленно сняла с него маску. Эрик думал было сопротивляться, положив свои ладони на ее, но, словно что-то такое увидев в глазах Кристины, опустил руки. Девушка ободряюще улыбнулась ему, откладывая кусок ткани на подоконник, обхватила его лицо ладонями и нежно поцеловала, слегка прижавшись своими губами к его щеке.       - С добрым утром, Эрик. Давай завтракать.       Также спокойно она села на свое место и взяла в руки чашку с кофе, делая небольшой глоток. Эрик ошеломленно смотрел на нее, не моргая. Он было подумал, что его сердце не вынесет этой милости и просто разорвется, но (удивительное дело!) не было ни учащенного сердцебиения, ни, никому не нужных, мысленных уничижений. Эрика вдруг охватило неведомое ему спокойствие. В окно светило солнце, в ветвях деревьев в саду щебетали птицы, а Кристина напротив него нежно улыбалась. Все происходящее было настолько естественно… Настолько обыденно… И прекрасно. Семейный завтрак, действительно доброе утро.       - С добрым утром, Кристина, - он вернул ей улыбку и принялся за еду, впервые чувствуя себя совершенно обычным человеком.       После завтрака Эрик предложил Кристине показать дом. Девушка с радостью согласилась, повсюду с любопытством следуя за ним.       Дом был большим, кирпичным и двухэтажным с высокими потолками на первом этаже и пониже – на втором. Очевидные плюсы на этом заканчивались. Дом мог бы быть шикарным, но он явно требовал небольшого ремонта, ну или хотя бы хорошей уборки.       - Я купил его недавно, еще не успел приложить руки, - смущенно оправдывался Эрик. – У него казался хороший потенциал, дом грамотно спланирован и красиво исполнен. Но более всего к покупке меня расположил его густой сад и большая площадь земли, что весьма необычно – мы хоть и на окраине Парижа, но в черте города, в хорошем районе, а земля здесь стоит весомо. Я считаю, что дом был построен еще до перепланировки города Османом, и тогда находился в пригороде.       Кристина умно кивала, слушая про рассуждения Эрика о возрасте дома и его принадлежности к различным архитектурным стилям. Он тыкал пальцем в каждую завитушку или колонну и объяснял Кристине, чем она характерна для того или иного случая. Однако, видя, что девушка заскучала, мужчина, весело хмыкнув, перешел к более практичным вопросам. На первом этаже была прихожая, перетекающая в холл, центром которого была лестница на второй этаж. По левую руку от холла располагались гостиная, библиотека и небольшой кабинет. За лестницей – большая ванная комната (на втором этаже на этом месте были две поменьше). По левую руку – кухня с подсобными помещениями и просторная светлая столовая. Кристина восторженно ахнула, видя, что огромные окна в пол оказались дверьми, ведущими из столовой прямо в сад. Было легко представить, как цветут и благоухают розы в больших горшках, что украсят эту часть дома, а за окном вечернее солнце озарит теплым светом кустарники и деревья, что сейчас едва начали зеленеть... Впрочем, двери эти не открывались, разбухнув от старости. Эрик попыхтел, пытаясь расшатать их, но сообразив, что скорее вырвет кусок дерева или выдавит стекло, решил оставить это дело на потом. Мысленно дав себе зарок заняться дверьми в первую очередь, он повел девушку дальше. Кухня выглядела наиболее жилым местом – видимо спроектирована она была из крепких и износостойких материалов, которые не потрепало время и отсутствие долгое время жильцов. Печь работала исправно, труба отлично вытягивала копоть. Увы, к настолько старому дому газ не был подведен, но Эрик пообещал заняться этим вопросом вплотную. Ведь отсутствие газа в современном доме влияло не только на готовку – это было и отопление, и освещение, и нагрев воды для ванной (пока придется пользоваться дровяным котлом). На кухонную кладовую и холодное помещение без слез было не взглянуть. Эрик молча прикрыл туда дверь. Список зароков в голове «первым делом» рос весьма быстро.       В библиотеке сохранились прекрасные шкафы из дуба, время над которым было не властно. Книги, увы, отсутствовали.       - Ничего, дорогая, я перевезу сюда свою библиотеку, а также купим книги по вашему выбору, - сказал Эрик, повернувшись вполоборота к девушке, печально проводящей ладонью по резному дереву.       Кабинет был ничем не примечательной комнатой, а вот в гостиной вполне можно было жить. На окнах висели тяжелые зеленые портьеры из бархата, вполне в отличном состоянии, стоял изящный современный гарнитур из ореха – диван, кресла, стол побольше и пару поменьше, несколько стульев. Пока Кристина осматривала прекрасно сохранившуюся роспись на потолке и бронзовую свечную люстру, Эрик разжег камин, уверившись в хорошей тяге, говорящей о прочищенных трубах. На второй этаж они подниматься не стали – две спальни девушка уже видела, а третья была пока только складом старого барахла.       - Ну вот и все, - мужчина развел руки, привлекая внимание девушки. – На улице еще есть сарай, небольшой двор для живности, для кареты и непосредственно сам сад. Вам нравится, дорогая?       - Да, - Кристина утвердительно кивнула, ничуть не кривя душой. Дом был запущен, но весьма очарователен, а стоит отмыть высокие стрельчатые окна и впустить солнечный свет, как обстановка заиграет свежими красками. Эрик ищуще заглядывал ей в глаза, пытаясь прочесть по лицу, что на самом деле думает девушка. В конце концов, видимо удовлетворившись увиденным, он робко улыбнулся и провел рукой по волосам, как всегда делал в моменты смущения.       - Кристина, можно я вам скажу что-то очень личное?       Девушка удивленно приподняла светлые брови, улыбнулась и кивнула.       - Я купил этот дом в надежде на совместную жизнь с вами, - Эрик нервно подергал себя за пальцы. – Моим давним и одним из самых искренних желаний было иметь свой дом и жить в нем с женой. Как обычная семья. В какой-то момент, еще там, в моем старом доме, мне показалось, что моя мечта может исполниться, что вы можете ответить мне согласием. Тогда я и стал подыскивать, а потом и приобрел этот дом.       Мужчина смущенно смотрел в пол, перекатываясь с мысков на пятки и обратно. Он редко, практически никогда не говорил о своих планах, о самом сокровенном, боясь насмешек. Кристина же не смеялась, осуждая несчастного уродца, что посмел замахнулся на нечто недостижимое ему. Наоборот, она ласково смотрела на Эрика, побуждая рассказать, что у того на сердце.       - Однако, - продолжал мужчина, робко поднимая на нее взгляд, - если вам не нравится этот дом, мы можем выбрать любой другой. Я могу приобрести землю в ближайшем пригороде и построить дом с нуля, по любому вашему запросу.       - Нет, нет, Эрик. Дом мне действительно нравится. Мне не хотелось бы другого. Идея с постройкой своего дома где-то за чертой Парижа очень привлекательна, но это долго, да и работа моя связана с центром города. Я ведь буду по-прежнему петь в Опере после замужества?       - Да-да, Кристина, - кивнул заметно успокоившийся мужчина. – Я хорошо помню нашу договоренность и не собираюсь ее нарушать. Более того, я поспособствую вам всем, чем смогу, чтобы такой ангельский голос стал известен всему цивилизованному миру, ну или большей его части. У вас прекрасный потенциал и я не хочу прятать и запирать его в четырех стенах.       Кристина смущенно зарделась. Он говорил так прямо о подобных вещах! Это было практически неприлично, нехристиански попахивая тщеславием. Но девушка уже привыкла к его речевым оборотам, отличавшимся от изречений других людей. Сейчас ей было довольно того, что на свежую голову, Эрик не решил пересматривать их договоренность, юлить и пытаться перефразировать свои слова. Она кивнула и предложила выйти посмотреть сад. Мужчина согласился.       Выйдя на задний двор и обойдя дом сбоку, они увидели кусок непролазного леса, простиравшийся насколько хватало взгляда. Впрочем, заборы с соседями в этом буреломе тоже виднелись, также, как и садовые скульптуры и заборчики, практически полностью поглощенные садом. Была ранняя весна, все уже зеленело, набухали почки, кое-где виднелись первоцветы, но пройти вглубь сада не представлялось возможным – дорожки совершенно раскисли от грязи, а разросшиеся кустарники мешали бы пройти своими ветками. Кристина вдруг живо вспомнила маленький домик Валериус в Швеции. Там тоже был большой сад и, будучи еще маленькой девочкой, она любила уделять ему внимание. Ничего, они приведут этот кусок земли в божеский вид. Эрик смотрел на ее лицо, следя за метаморфозами девичьих мыслей. Рассмеявшись, он взял ее руку и легонько поцеловал фаланги пальчиков, глядя в глаза.       - Не волнуйся, моя девочка, я сделаю из него райское место, приведу в порядок и дом, и сад. Просто будь со мной, и я горы ради тебя сверну.       Нежный тон, которым он это сказал, отозвался толпой приятных мурашек, пробежавших по спине Кристины. Девушка смущенно кивнула, не отнимая руку. Немного постояв так, пара вернулась в дом, держась за руки.       Остаток дня был потрачен на разбор вещей и небольшую уборку. Причем, Эрик настаивал на том, чтобы сделать все самому, но Кристина упорно предлагала внести свою лепту. В итоге, упирая на то, что ей скучно, а заняться здесь больше нечем, Кристина выиграла дело. Впрочем, ничего серьезного Эрик ей не поручил, отправив убираться наверх в спальню, сам занявшись первым этажом и, все-таки, дверями-окнами в столовой.       Уснули они снова в одной постели, слишком уставшие, чтобы задумываться о морали. Мужчине и молодой девушке так было удобно и комфортно. Тем более, что до уборки второй спальни руки так и не дошли. Не нагружая голову лишними мыслями, оба быстро отправились в царство Морфея.