15 – Я хочу, чтобы они выжили

После обсуждения все трое оказались в машине, направляясь в место у черта на куличках. Лютер сидел за рулем, Пятый – на пассажирском сиденье, а Эффи – сзади. Она начала бормотать фразу, гремевшую у нее в голове, заполняя каждую щель намеком на ту здоровую позитивность, в которой она отчаянно нуждалась — Я хочу помочь Пятому. Я хочу помочь Лютеру. Я хочу быть сильной. Пока они ехали, Пятый заговорил — Знаете, мне это никогда не нравилось. — Когда Лютер спросил, что именно, он ответил — Убийства. Я имею в виду, я был… Я был хорош в своем деле, и я… я гордился этим. Но это никогда не доставляло мне удовольствия, — он вздохнул, когда Лютер заглушил двигатель. — Думаю, все эти годы я был один. Одиночество может творить странные вещи с разумом, — задумчиво произнес он, напоминая всем, что на самом деле ему пятьдесят восемь, а не семнадцать. — Да, ну, тебя так долго не было. Я провел на Луне всего четыре года, но и этого было более чем достаточно. Одиночество ломает каждого. Думаешь, они на это купятся? Пятый взглянул на импровизированный портфель. — Ну, что я знаю точно, так это то, что они в заднице. Это как если бы коп потерял свой пистолет. Если Комиссия узнает, они окажутся по уши в дерьме. О, не говоря уже о том, что они застрянут здесь, пока не вернут его обратно. — Ну, я должен держаться за него. Пятый издал задумчивый звук. — На случай, если они нападут на тебя или Эффи. — Хорошо, Лютер, но будь осторожен. Я имею в виду, что я… прожил долгую жизнь. Вы оба всё ещё молоды. У вас впереди целая жизнь. Не тратьте ее впустую, — вмешался Пятый, а затем уставился на приближающуюся машину, мчавшуюся к ним. Она легко катилась по холмам, не обращая внимания на ограничение скорости. Слава богу, они были у черта на куличках, иначе давно получили бы штраф за превышение. На самом деле, теперь, когда Эффи задумалась об этом, ей было всё равно. Эти ублюдки пытали ее, даже если казалось, будто это было год назад. — Поехали — Голос Пятого звучал спокойно, но Эффи слышала скрытый страх. Он был чертовски напуган тем, что все может пойти не так. Трое вышли из машины, и Эффи последовала за Пятым. — Если всё пойдет наперекосяк, сделай мне одолжение: скажи Долорес и Эфф, что я сожалею. Эффи не слышала дальнейший разговор – она затерялась за горизонтом собственных мыслей. Все красивые цвета вокруг ослепляли ее. Лютер не ответил. Трое – Пятый, Ча-Ча и Хейзел – встретились посередине между своими машинами. Пятый попросил этих двоих снять маски, заявив, что в них нет нужды. Неохотно жуткие детские маски отлетели в сторону. — Итак, где портфель, малыш? — Вау, вот так ты собираешься начать? Знаешь, мы можем просто вернуться в машину и покончить с этим. Вмешалась Ча-Ча — Вы не проедете и половины пути, — она нацелила пистолет на Пятого, поэтому Эффи, ворча, заставила растение вырасти перед ними, превращая его в щит. К счастью, они обсуждали ее способности раньше, так что никто, кроме двух темпоральных убийц, не был удивлен. — Может быть, —Пятый кивнул. — Но, как вы уже выяснили во время прошлой вылазки, мой брат – не обычный гигант, а она – не обычная девушка. — Он прав. На него упала люстра, а он сразу поднялся. А когда мы угрожали убить Пятого, она отразила наши выстрелы этими растениями, — наконец сказал Хейзел. — К тому времени, как вы до них доберетесь, Лютер сломает ваш драгоценный портфель в пух и прах. — Вероятно, нас тоже, верно? — Может быть. Но, опять же, Эфф очень зла из-за того, как вы с ней обошлись. — Она безумно улыбнулась им, разыгрывая шоу, которое, как знал Пятый, было фальшивым. Однако они этого не знали. — Итак, как мы можем помочь друг другу? — Мне нужно, чтобы вы связались со своим начальством, чтобы я мог с ней поболтать. Лицом к лицу, — Пятый посмотрел прямо на Ча-Чу, которая все еще целилась из пистолета. — По поводу чего? — спросила Ча-Ча. — Ну, не думаю, что это тебя касается — Пятый вернулся к своему неприятному, слегка грубоватому «я». — Только не рассказывай ей о портфеле. Пятый наблюдал, как пистолет опустился. — Достаточно справедливо. Пока Ча-Ча звонила, все трое ждали у своей машины. Эффи могла бы прислушаться к разговору, но вместо этого пыталась восстановить воспоминания из 1924 года, которые ускользали от нее. Воспоминания о Мэри, воспоминания об их времени в баре. Пока она размышляла, заиграла музыка. Сначала тихо, едва различимо, но затем, когда грузовик с мороженым подъехал ближе, музыка разрослась до полного хаоса. Клаус помахал им из окна, и Эффи усмехнулась бы, будь это при других обстоятельствах. Пятый пробормотал — Какого черта он здесь делает? Внезапно, как только Хейзел и Ча-Ча поняли, что это Клаус, они немедленно открыли огонь. Пули просвистели в воздухе, и Лютер бросился защищать Пятого. Эффи, издав очередной стон, призвала еще одно растение, чтобы укрыть друзей. Пули отскакивали, но Эффи не могла долго удерживать защиту. Струйка пота стекала по ее лицу, попадая в глаза, но она не осмеливалась ее вытереть. Пятый нуждался в ее защите. — Это подстава! Затем мир остановился. Всё вокруг изменило цвет, словно реальность пропустили через странную линзу. Пятый оказался единственным, кого это не затронуло, поэтому он выскользнул из-за спины Лютера. Он взглянул на Эффи и увидел чистую боль на ее лице – поддерживать растения в этом бесплодном, враждебном ландшафте стоило ей огромных усилий. Когда он перевел взгляд на Хейзела и Ча-Чу, чей-то голос прервал его мысли. — Ловкий трюк, не так ли? — Куратор приподняла вуаль, сняла солнцезащитные очки и окинула его взглядом, как покупатель, оценивающий кусок мяса. — Привет, Пятый. Ты хорошо выглядишь, учитывая все обстоятельства. — Приятно видеть тебя снова, — ответил он. — Такое чувство, будто мы встретились только вчера. Конечно, тогда ты был немного старше. Кстати, поздравляю с возрастной регрессией. Очень умно. Ты сбил нас всех со следа. Он вздохнул. — Ах, да. Хотел бы я оставить это себе в заслугу. Я просто неправильно составил расчеты замедления времени и… ну, ты знаешь. Вот и я — Он презрительно улыбнулся. — Ты понимаешь, что твои усилия тщетны. Так почему бы тебе не сказать мне, чего ты на самом деле хочешь? Следуя ее примеру, Пятый заложил руки за спину. — Я хочу, чтобы ты положила этому конец. — Ты понимаешь, что то, о чем ты просишь, практически невозможно даже для меня. Чему суждено быть, тому и суждено быть. В этом смысл нашего существования — Она подняла руки, когда Пятый вытащил пистолет и снял его с предохранителя. — Да? Ну, а как насчет выживания как смысла жизни? — Он свирепо посмотрел на нее. Она пожала плечами. — Меня просто заменят. Я всего лишь… маленький винтик в машине. Эта фантазия, которую ты лелеял, – собрать свою семью и эту чертову девчонку, чтобы остановить апокалипсис, – именно этим и является. Фантазией. Однако должна сказать, мы все весьма впечатлены твоей инициативой, твоей настойчивостью. Действительно весьма… нечто особенное. Именно поэтому мы хотим предложить тебе новую должность в Комиссии. В управлении — Она произносила всё это, пока Пятый держал ее на мушке, подобно тому, как когда-то рассказывал своей семье об их первой встрече. — Что на этот раз? — Пятый усмехнулся. Она улыбнулась. — Возвращайся к нам работать. Ты знаешь, что именно там тебе самое место. — Ну, в прошлый раз все вышло не слишком хорошо. Куратор шагнула вперед, ближе к Пятому. — Но ты больше не будешь в исправительном отделе. Я говорю о… министерстве внутренних дел. У тебя будет лучшее медицинское обеспечение, пенсия и конец этим бесконечным путешествиям — Она рассмеялась, хотя смех был неискренним. Ужасный звук – из тех, что продолжают звенеть в ушах еще долго после того, как затихнут. — Ты выдающийся профессионал в… — Она сделала паузу. — В шортах школьника. У нас есть технология, позволяющая обратить процесс вспять. Я имею в виду, ты… ты не можешь быть счастлив вот так. — Я не ищу счастья, — прорычал Пятый. Его мысли вернулись к тому, как он утешал Эффи после того, как Диего высадил ее, и к тому, насколько сильно он о ней заботился. В своей грубоватой манере женщина погладила его по щеке. — Мы все ищем счастье. Мы можем сделать так, чтобы это произошло. — А как насчет моей семьи? А Эффи? — А что насчет них? — То, как она это произнесла, звучало почти безвкусно. Беспечность накатывала на нее волнами. — Я хочу, чтобы они выжили. Куратор огляделась, и ее взгляд остановился на Лютере, Диего, Клаусе и, наконец, Эффи. На ее лице промелькнуло выражение, напоминавшее агонию. — Все они? — Казалось, она испытывала отвращение. — Да, все они, — сердито ответил он, раздраженный уже самим фактом, что ей вообще пришло в голову задавать такой вопрос. Она выудила из кармана пальто свои темные очки. — Хорошо, я посмотрю, что смогу сделать. — Она протянула руку мальчику, и разница в их росте выглядела почти комично. — Мы заключили сделку? — Одна вещь — Он проигнорировал ее ожидающую руку и направился к Лютеру. Подобрав пистолет с дороги, он вытащил патроны и отбросил их в сторону. Затем швырнул сам пистолет в противоположную сторону, выигрывая Лютеру и Эффи немного времени, если Хейзел или Ча-Ча решат воспользоваться оружием. — Ммм… нет — Он что-то тихо проворчал, поправляя что-то на ходу, а затем, понимая, что, возможно, долго ее не увидит, быстро поцеловал Эффи в макушку. Он хотел бы взять ее с собой, но часть его понимала, что ей это не понравится. Слишком много громких звуков, и люди в Комиссии вряд ли хорошо отнеслись бы к ее практике – к ее способностям. — Как трогательно, — протянула Хендлер, снова вытягивая руку. С большей резкостью, чем требовалось, Пятый пожал ее ладонь. В следующее мгновение они исчезли. Как будто время никогда и не останавливалось. Растения Эффи наконец не выдержали, и она рухнула на землю. Было мучительно тяжело удерживать контроль над всеми этими побегами, и она сонно наблюдала, как Лютер отбросил «портфель» далеко вправо. Тот приземлился с грохотом, и Лютер тут же бросился к Эффи, одновременно торопя Клауса и Диего вернуться к машине. — Какого черта вы, ребята, здесь делаете? Садитесь в машину! Диего, пострадавший меньше всех в аварии с грузовиком мороженщика, первым поспешил к месту. Клаус забрался на заднее сиденье, всё ещё с кофе в руке, а Лютер – на водительское. Клаус показал средний палец, когда Диего закричал — Давай, давай! Очень скоро Ча-Ча пришла в ярость, осознав, что в портфеле лежал лишь металлолом, а не их путь домой. — Черт! — закричала она. Но к тому моменту оставшиеся братья и сестры Харгривз вместе с Эффи были уже достаточно далеко.