Турнир. Открытия.

Всё ещё немного обеспокоенная событиями сегодняшнего утра, Гермиона, тем не менее, не прекращала улыбаться. Серьёзный профиль Драко был для неё светящимся маяком, который не давал погаснуть её улыбке. С удовлетворением отметив утром, что за два прошедших дня состояние Драко значительно улучшилось, она старалась не впадать в панику и сопротивляться приступам самобичевания, намереваясь сделать счастливым мужчину, сидевшего рядом в глубоких раздумьях. Не желая его отвлекать, Гермиона задумалась над своим поведением, и эмоциями, его провоцирующим. Несмотря на то, что Драко не был её первым парнем, никогда она не чувствовала себя настолько женщиной, настолько желанной и настоящей. И никогда ещё не ощущала такого влечения, такого желания безраздельно принадлежать и обладать… Она думала, что её первый раз был особенным, и она была уверена, что влюблена в того парня. Но только с приходом Драко в её жизнь она поняла, что это на самом деле такое — любовь, страсть… Её восприятие секса до этого момента было обозримо исключительно через призму романтики, и удовольствие, получаемое во время самого процесса, практически полностью затмевалось фантазиями, предвкушением, пониманием того, что они вместе занимаются этим, как бы подтверждая свои отношения. Сейчас же она чётко осознала, что по сути никакого удовольствия те механические возвратно-поступательные движения Рона ей не приносили, за него всё делало её воображение и сильное желание чувствовать себя любимой. Так что нельзя сказать, что эти несколько раз принесли ей достаточно опыта. Но с Драко и сегодня ночью, и не только, она ведёт себя, как искушённая, знающая чего хочет женщина. И гонится она в таком своём поведении не столько за наслаждением, сколько за обладанием. Почему же ей так важна эта тонкость? Она почувствовала себя глупой девчонкой, которая никак не получит желанную конфету. Эта навязчивая идея не покидала её голову, хотя любимый попросил её набраться терпения. И это касалось не только их первого раза, но и конкретно его удовольствия. Почему же он ограничивает себя, но не её? Быть может, это что-то сродни наказанию? Она и не предполагала, что является обладательницей довольно богатого арсенала фишечек по соблазнению своего парня, которые она уже все израсходовала, и несмотря на это Драко всё ещё сохранял свою непреклонность. Хотя предполагать, что он её не хочет или у него что-то не так, было, безусловно, глупо. Гермиона видела и чувствовала его желание. И с момента возникновения жуткой ревности к этой блондинистой мадам, у неё возникла почти физическая потребность это его желание удовлетворить. — О чём задумалась, милая? — бархатный голос любимого вырвал её из размышлений. — О том, что ты делаешь со мной… Рядом с тобой в спальне я превращаюсь в похотливую тигрицу, а ведь я совсем не такая… Меня даже излишне откровенный поцелуй на людях смущает… Вот я и задумалась, как ты меня так околдовываешь, что я становлюсь другим человеком? — она ласково погладила его по щеке, стараясь не причинить ему неудобств в вождении. Меньше всего ей хотелось ещё раз подвергнуть его жизнь опасности, тем более, когда они едут по гористой местности. Драко, немного грустно улыбнувшись, бросил на неё короткий взгляд. — Мне бы очень хотелось надеяться, что это всё ты сама… — Ну, конечно, я… Просто ты открываешь во мне что-то новое, чего я раньше не испытывала. И не только в постельной интерпретации… Есть некоторые вещи в жизни, которые я никогда не видела под таким углом, как сейчас… И то, какая я наедине с тобой… — И почему, ты думаешь, ты себя так ведёшь? Гермиона подобрала ноги под себя и немного развернулась к нему. — Потому что, безусловно, тебе доверяю, и мне кажется, что ты меня не осудишь за то, что я искренна с тобой. Опыта такого бесстыдного поведения у меня совсем нет, но с тобой, кажется, всё можно, и это поведение кажется естественным выражением желаний, а не чем-то крамольным и предосудительным… — Тогда что же делает твой взгляд таким грустным и задумчивым? Что же заставляет тебя так хмурить лобик? — То, что я такой никогда не была… И мне должно быть неловко и… стыдно, наверное… — Ты вроде бы логично всё объяснила, но всё равно смысл от меня ускользает… Ты сама говоришь, что такая только со мной. Тебе не нравится это? — Нет, я не думала в таком ключе. Мне некогда думать, нравиться мне это или нет. Я просто такая, какая есть… И с тобой я не задумываюсь, красиво это и прилично ли? Я просто делаю… — Ладно, тогда, за что тебе должно быть стыдно и перед кем? — Гермиона молчала. — Родная моя, нет ничего стыдного или плохого в том, что ты осознаёшь свои желания и делаешь что-то для их удовлетворения… Это в принципе не может быть плохо. Плохим такое поведение становится только при отсутствии фактора уместности… За закрытыми дверями нашей спальни ты не можешь сделать чего-то такого, что было бы ошибкой. До тех пор, пока ты говоришь мне правду. И наоборот. Драко резко притормозил, съезжая на обочину. Повернулся к ней и взял её лицо в ладони. Взгляд его был полон нежности, надежды, вдохновения и света, согревающего душу девушки своим мягким теплом. Прикоснувшись к её губам, он пристально вгляделся в янтарный омут глаз. А потом сдержанно пробормотал. — Я надеюсь, не будет слишком неприличным сказать тебе, что такие разговоры здорово мешают вести автомобиль, и очень стимулирует воображение к уж точно не очень приличным вещам… Например, к твоему образу на простынях, рассказывающему мне о том, чего бы тебе хотелось… — Драко опустил потемневший взгляд и, ещё раз коротко поцеловав девушку, вернулся на дорогу. Герми покраснела от картины, представшей перед её глазами, потому что точно знала, что она бы сказала Драко в такой ситуации. За окном тепло нагревшейся земли уже приветствовало скорое лето. Наблюдение за этими красотами дарило вдохновение и покой, но когда Драко полнялся на очередной пригорок, и у Гермионы перехватило дыхание. На настоящем пастбище ходили настоящие лошади. Много! Разного окраса! Это было, как в сказке! Глаза девушки сияли, но когда через несколько миль из-за горки показался замок, казалось, она вся стала источать мерцание. Замок! С воротами, конюшнями, и всем, что полагается иметь уважающему себя замку. — Драко, что это? — она спросила с придыханием, не уверенная, что это не сказка. — Ты помнишь, ты отменила наше свидание в воскресенье? — Герми рассеянно кивнула, не до конца понимая, о чём он говорит. — Я хотел показать тебе это место. Оно особенное для меня. — Ещё бы! А для кого это станет обыденностью? — она приоткрыла окно, чтобы получше рассмотреть белую лошадь, прогуливающуюся прямо у дороги. Драко ничего не ответил, однако, мысли в голове стали сгущаться, и он перенёсся в то время, когда был здесь в последний раз. Чтобы не омрачать прибытие девушки в Шато-де-Анж, он решил оставить эту идею воспоминаний ни о чём, и погладил Герми по голове. Она обернулась, счастливая и безмятежная, одаривая его самим светом. Въехав, как и полагается, по мосту через ворота во двор, Драко повернул налево. Огибая здание по периметру, каменная дорога почти сразу сменилась удобным покрытием и, с удивлением, девушка увидела огромный гараж, почти полностью забитый разномастными авто. Оставив машину, они вышли через неприметные двери во внутренний двор. — Давай мы найдём Дору… — Драко буквально потащил девушку мимо замысловатых и непонятных вещей, странно одетых людей, которых она разглядывала, как музейные экспонаты. Сзади послышался стук копыт, и резко осадив лошадь, прямо за спиной Гермионы на камни спрыгнула девушка. — Драко, милый! Боже, дорогой, как же ты повзрослел… Это что-то в твоих глазах… Мы так и не дождались тебя в воскресенье! О, боже, боже, что с тобой случилось? Откуда это, мой мальчик, откуда? — девушка не выпускала Драко из своих объятий, периодически обеспокоенно осматривая его с ног до головы. В груди Гермионы уже нарастал совершенно неуправляемый поток ревности и гнева, но добрые и молящие о помощи глаза любимого привели её в чувства. Чуть отодвинув ревность на потом, она прочистила горло, как бы напоминая о своём присутствии. Незнакомка отпустила, наконец, её Драко и повернулась на звук, немного смущенная. Только сейчас ревнивая тигрица, готовая уже броситься в бой, увидела, что девушка оказалась возрастом постарше её матери. Волосы с проседью и непрекращающийся поток речи делали ее похожей на птичку. — Гермиона, позволь представить, это Нимфадора, владелица и управляющая всей этой сказки, — он выделил для Доры первое слово, чтобы она не делала акцент на том, что часть замка — и не малая — принадлежит его семье. — Уф, Драко, никто меня так никогда не назовёт, только ты. Я очень рада, что вы смогли приехать, и именно сегодня… У нас сегодня бал и турнир… Комната ваша всегда готова, даже не смей задавать этот глупый вопрос, — она остановила парня, положив ему руку на рот, абсолютно бесцеремонно. Он вытаращился на неё, сделав круглые глаза. — Так. Вам в таком виде здесь ходить можно не больше пары часов. Турнир совсем скоро. Вы останетесь на пару дней? — она хотела ещё что-то сказать, но, кажется, поняла, что задала вопрос, и нужно дождаться ответа. — О, Дора… Нет, мы уедем завтра днём. Да, мы переоденемся, с удовольствием, но сначала душ и обед. В турнире участвовать мы не будем, и я бы хотел поговорить с Иветтой. Гермиона, оставшаяся где-то за рамками этого разговора, уже отвлеклась от него и вновь глазела по сторонам. Кто-то что-то постоянно перетаскивал, устанавливались импровизированные трибуны, какие-то ограждения, очевидно, готовилось нечто грандиозное… Почувствовав ладонь Драко в своей руке, она переплела с ним пальцы и покорно пошла за ним, услышав от Доры запоздалые приветствия, и пожелания приятного времяпрепровождения. — Что сначала, душ, или обед? — Драко задал вопрос, заранее зная ответ. — Обед. Однозначно! — Гермиона не успела закончить предложение, как они оказались в вполне современной кухне, скрытой старой деревянной дверью. — Откуда ты знаешь это место? — пережевывая курочку со шпинатом, Герми во все глаза рассматривала то, что происходит на улице. — Очень давно я его знаю, когда здесь были только замковые стены и сплошные пастбища… Отец однажды привёз. Это была любовь с первого взгляда… — То есть это место очаровало тебя в десять раз быстрее, чем я? — Герми усмехнулась. — Оно тебе не конкурент, не переживай… Я ведь тоже не сразу тебя очаровал… И не сразу разглядел… Но, в том, что ты особенная, я не сомневался ни мгновения… — Драко задержал многозначительный взгляд на любимом лице, отразив улыбку девушки. — Расскажи о турнире… И бал. В смысле, настоящий? С танцами и всё такое…? — Гермиона коккетливо взмахнула руками и захлопала ресницами. Драко прыснул от смеха. — И всё такое тоже обязательно прилагается… Но на турнир мы только посмотрим. — А что, в нём можно ещё и участвовать? В кухне появилась Иветта, и Драко отошёл к ней, поговорить о предстоящих планах. Он заметно нервничал, и кивающая его словам девушка несколько раз улыбнулась и успокаивающе погладила его по плечу. — Что-то случилось? — Гермиона смерила девушку оценивающим взглядом, и уставилась на Драко, ожидая выудить всю возможную информацию… — Нет. Иветта заправляет всем хозяйством здесь. И учитывая, что мы явились к балу, нам нужны соответствующие наряды… Я не планировал такое мероприятие, когда составлял планы на воскресенье. Нам хватило бы пары часов по территории и визита в одно особенное место… Но раз наши планы так внезапно поменялись… — Да, я хотела спросить, почему нам нужно переодеваться и во что? — Ну, ты же видишь, как здесь все ходят… Девушки в платьях и с веерами, мужчины со шпагами, или в кожаных жилетах… Всё под старину. Мы должны не выбиваться из коллектива. Ничто не должно напоминать сегодня о том, что мы живем в двадцать первом веке… Более того, у Турнира есть свои правила. Это целый мир, причём не только великовозрастных юнцов, играющих в старину, но и денег. Турнир здесь — это солидный источник дохода, у него есть своя репутация, и если не следовать правилам, то это может отразиться на всех жителях этого места. Пойдём, я отведу тебя в наши комнаты. — Наши комнаты, — Гермиона округлила глаза, — серьёзно, мы будем жить отдельно, как в восемнадцатом веке?! Драко только загадочно улыбнулся. — Пойдём… Они поднялись наверх по лестнице на несколько полётов, и молодой человек картинным жестом распахнул массивные двустворчатые двери и пригласил девушку внутрь. В центре комнаты стояла огромная кровать с балдахином, на ней были аккуратно разложены два комплекта одежды, стоит сказать, очень искусно выполненной. За кроватью в стене виднелся проход в ещё одну комнату, которая на проверку оказалась ванной. Прямо напротив двери было небольшое окно и дверь на балкон, а справа от балконной двери была ещё одна, небольшая, ведущая в комнату, чем-то похожую на кабинет, но с диванчиком и несколькими книжными полками. За основной дверью пряталась небольшая гардеробная, в которой было несколько мужских вариаций на тему нарядов восемнадцатого века. — Так вот, что значит «наши комнаты»… Боже, это же настоящая сказка… И я очень хочу с тобой в сказочный душ! — Гермиона подбежала к любимому, стоящему у входа на балкон. — Пойдём со мной, я обещаю быть паинькой… — Я знаю, что ты постараешься, но не уверен, что у тебя получится. Поэтому я попрошу тебя пулей ополоснуться, и одеться, я хочу провести тебе небольшую экскурсию. Надувшись, Гермиона повернулась и умчалась в ванную, а Драко расслабленно опустился на стул. Столько воспоминаний навевает это место. И его комнаты. В которых Астория никогда не побывала. И он был этому рад. Он даже немного злорадствовал, что не успел поделиться с ней сокровенным знанием, самым ценным знанием, которое у него было. Что она предала его раньше, чем он сумел осуществить задуманное и всё ей открыть. — А почему ты не участвуешь в турнире? Что там за испытания? И что за приз? Поцелуй любимой дамы? — Гермиона принялась натягивать на себя светло-зеленое пастельное платье с грубой окантовкой — очевидно повседневный наряд обычной девушки её лет. Однако ткань была мягкой, а шнуровка не тугой, поэтому в основном платье было комфортным. Драко помог ей с одеждой, чуть подтянув кожаные шнурки, от чего платье и правда село идеально, подчёркивая соблазнительную грудь в квадратной вырезе декольте. — Ну, борьба, шпага, стрельба… Эстафета на лошадях и что-то вроде конкурса поэтов-экстремалов. О, есть ещё полоса препятствий для ловкачей. Но мы просто посмотрим на это всё… А приз назначается перед самим испытанием. Что же до бала. Ты просто всё увидишь. И надеюсь, ты будешь очарована этой атмосферой так же, как и я когда-то. Это целый другой мир… — Драко чмокнул её в носик и скрылся в ванной. Ему не терпелось познакомить Герми с этим местом, он слишком долго этого ждал. После продолжительной прогулки, заглянув во все уголки, влюблённые вернулись к замковым воротам. — Неужели и кузница — тоже твоя идея? — Ну почему моя? Просто я был слишком мал, чтобы понимать, какую чушь несу, и поэтому не стеснялся выражать свои мысли. Но когда я говорил: почему бы не сделать кузницу, к примеру, Дора тут же говорила — мы сможем сэкономить столько-то на доставке, столько-то на работе, и заработать столько-то на туристах… Поэтому многое — это исключительно её заслуга… — Драко вытянул шею, оглядывая трибуны, — Так, почти все гости собрались. Нам пора к началу турнира. — И всё-таки, почему ты не участвуешь ради своей дамы? — Гермиона подначивала его уже не в первый раз, сама не зная, какой такой чертёнок подначивает её саму. — Хотя бы в поэтическом конкурсе…— её лицо вдруг стало серьёзным. — Ты же понимаешь, что я шучу? Я никуда не пущу тебя, особенно, пока у тебя не пройдут до конца синяки после аварии! — и она посильнее обхватила его руку. — Я никуда и не собираюсь. А если моя дама так хочет, я смогу ей завтра утром, когда все разъедутся, продемонстрировать всё, что она пожелает. Но сегодня я не хочу отходить от тебя ни на шаг, — последнее предложение он прошептал ей на ухо. И все чертята вылетели из её головы, оставив только сладкую негу от его голоса. Драко, довольный, произведённым эффектом, усадил её на последний ряд кресел в условной ложе, где сидели хозяева турнира. Дора была одета в мужской костюм и периодически сновала туда-обратно, контролируя всё и вся. Едва они уселись, прозвучали фанфары, и хозяева объявили начало состязаний. Турнир начался с выездки. В свете факелов рыжие вспышки от огня на перекатывающихся мышцах лошадей создавали атмосферу, пропитанную средневековой магией и таинственностью. Девушки в пышных платьях изящно восседали на гарцующих конях, демонстрируя свою великолепную осанку и величественность животных, легко скачущих под ними. Юноши же щеголяли дерзко торчащими перьями на шляпах и, мгновенно меняя стиль езды, показывали покорность выдрессированных лошадок. Движения их завораживали и приводили публику к восторженным вскрикам. Хозяева турнира, выбрав самых достойных наездников, вручили им призы и пригласили участников на стрельбище. Вся площадка турнира наполнилась свистом и звуками ударов вонзающихся стрел о деревянные щиты. Впервые услышав эти звуки первого залпа, Гермиона испуганно вжалась в любимого, напряжённо осматриваясь по сторонам, и только мягкое поглаживание по плечу и уверенный спокойный голос Драко вернули ей былое любопытство. Парню было очевидно интереснее наблюдать за Герми, чем за происходящим на стрельбище, ровно до того момента, пока толпа не взвыла при виде юноши, ставшего ногами на круп лошади, и целящегося в самую дальнюю мишень… — Позёр! — Драко насмешливо кивнул в сторону нервно перешагивающей лошади. — Ты его знаешь? — Гермиона с интересом вглядывалась в тёмные кудри молодого человека, которые развевались на ветру и мешали ему взять прицел. — Мы с ним когда-то сильно соперничали на таком турнире. Только я немного вырос, и у меня появились другие, более современные увлечения… А Гарри остался в этом веке… Плавно отпустив тетиву, парень взмахнул рукой, сохраняя равновесие. Стрела попала точнёхонько в цель, но он этого так и не увидел. Лошадь повело, и, сделав сальто, молодой человек мягко приземлился, заставив толпу взреветь ещё громче. В его движениях было грации не меньше, чем в его животном, а в том, что пегой принадлежит ему, Гермиона не сомневалась. Он будто разговаривал с хозяином на одном языке. Получив второй приз, Гарри церемонно поклонился хозяйке турнира, и уже отъезжая, заметил Драко. Тот отвёл взгляд, будто не узнал старого соперника, но победитель уже второго по счёту соревнования окликнул его, смерив оценивающим взглядом. — В этот раз решил отсидеться на трибунах? И не испытывать судьбу? Видно растерял всё своё былое мастерство, уехав жить за тридевять земель… Драко искренне улыбнулся ему, чуть ближе прижимаясь к своей девушке. — В этот раз у меня достойная компания, чтобы разделить это зрелище. Я тебе больше не соперник, Гарри. Желаю дальнейших побед! — повернувшись к Гермионе, Драко поцеловал её руку, не отрывая взгляда от её глаз, демонстрируя тем самым, что разговор окончен. Гарри гикнул своей лошади и галопом унёсся с площадки. — Вы не очень хорошо ладили? — Гермиона проводила наездника взглядом и уставилась на Драко в ожидании ответа. — Наоборот. Мы были лучшими друзьями. А потом я открыл для себя новый мир, окунулся в него с головой, и здесь мне стало тесно. Всё это больше не захватывало и не затягивало в воображаемый мир так сильно, как раньше. И хотелось искать новое поле для открытий… Он это тяжело воспринял. Нам было по шестнадцать, когда я окончательно перестал здесь бывать… — Драко перевёл взгляд на арену, где уже устанавливали оборудование для следующего действа. — А чем ты здесь занимался? Тем же, чем и все эти люди? Ты действительно всё это умеешь? Как же здорово… Я надеюсь, ты покажешь мне хоть чуть-чуть своих умений, когда мы в следующий раз приедем сюда… — у Гермионы мурашки побежали от уровня крутости своего парня. Драко с нежностью посмотрел на неё. В груди у него разлилось тепло от понимания, что девушка смотрит в будущее и видит их вместе. Несмотря на свои страхи, на их не до конца разрешённые вопросы… Она хочет видеть их вместе. И это подарило ему веру в то, что всё получится. — Я же говорил, что завтра всё, что хочешь, тебе покажу. Гермиона нахмурились. — Не раньше, чем ты полностью поправишься. Драко, сегодня, глядя на последствия той аварии, вспоминая, какой шёл ливень, представляя, как ты на совершенно безумной скорости вылетел с дороги… — голос её сорвался, и глаза покраснели и практически сразу наполнились слезами. — Ты должен беречь себя. Ты мне это должен, ладно? Потому что я не хочу даже представлять без тебя своё будущее. Это понятно? — девушка улыбнулась, смахивая непрошеные слёзы, делая над собой усилие, чтобы вернуться в приподнятое настроение. Парень серьезно кивнул, ещё раз поцеловал ей руку, и одними губами прошептал: «Всё будет хорошо». Фанфары объявили о начале следующего испытания, и на арену стали выходить пары, ловко орудующие шпагами. Звяканье железа, гибкие и уверенные движения соперников в поединках захватывали всё внимание, несмотря на то, что девушка впервые обнаружила в себе такой интерес к этому виду спорта. И спустя несколько раундов, Гарри вновь вышел победителем этого этапа турнира. Но подъехав к Хозяйке турнира за заслуженной наградой, он заговорил. — Уже не первый год я одерживаю победу. И до меня дошли оскорбительные слухи, что турнир обходят стороной достойные соперники. Моя победа чиста, как слёзы родника в горах, но вкус её омрачается жалкими попытками осрамить моё имя. Я смею заявить своё требование сатисфакции! — тишину на трибунах можно было резать — такой плотной она ощущалась, — Я прошу, — Гарри поклонился Доре, слелав изящий взмах шляпой, — великодушных хозяев турнира защитить честь своего детища, предоставив её в руки опытных и достойных мастеров, — ропот прокатился по трибунам, и Гарри повысил голос, показав тем самым, что он не закончил, — самым искусным из которых, как известно, является почтивший нас сегодня своим присутствием достопочтенный маркиз Драко де Малфой!