Необыденные будни

Луна проснулась от волны будоражащего удовольствия, разлившегося по телу, с чуть заметным болезненным ощущением, когда тёплый язык Седрика коснулся вчерашней ранки. Но, когда довольный парень выполз из-под одеяла, первым её воспоминанием о вчерашнем была отнюдь не их страстная ночь, а приступ. Видимо, скрыть свои мысли ей не удалось, потому что Седрик немного нахмурился и провёл по щеке большим пальцем: — Я буду рядом, если буду нужен тебе. Но ты в порядке. Всё прошло… — Да… — погладив его по спине, она продолжила, сменив тему, — Никогда бы не подумала, что можно чувствовать себя настолько бодро проспав всего два часа… — Ну, ты напиталась энергией, и сейчас готова к свершениям… Тебя позже накроет. Так что прогуляться после занятий будет не очень хорошей идеей… Отправляйся сразу домой, хорошо? Луна послушно кивнула, чувствуя себя отчего-то маленькой девочкой, и отправилась в душ. Поймав волну умиротворения после теплых и ласковых струй воды, она улыбалась, но увидев на полу разбросанные элементы своего гардероба, словила лёгкую панику. Как ей появиться в лицее сегодня? Вчера не было места мыслям о завтрашнем дне. Они с Седриком были поглощены прошлым и друг другом. Не готовая к решению этого вопроса, она сбежала на кухню в одном полотенце. В ожидании Седрика она подхватила тёплую оладушку и про себя отметила, что не прочь узнать рецепт этой вкуснятины. Запивая всё теплым чаем, Луна прокручивала события вчерашнего дня. И ночи. — О чём ты думаешь? — парень подошёл незаметно. — Всё в порядке? — О многом… И я не знаю, что и думать… О самой себе… Я ведь совсем не такая, мы знакомы меньше недели… А я уже побывала у тебя в постели. И не считаю это чем-то… — Луна словно искала нужное слово на дне чашки. — Серьёзным? — Неправильным, — она вскинула глаза на парня в прямом и уверенном взгляде. — Это ты так на меня влияешь. Я не делала ничего, чего бы мне не хотелось. Но мне не должно было этого всего хотеться… Не знаю, сможешь ли ты понять этот бред… И я даже боюсь подумать, какой легкодоступной и распутной ты меня, наверное, считаешь… — взгляд её вернулся на кружку чая, а щёки залились румянцем. Седрик после таких откровенных слов девушки не выдержал расстояния между ними, подошёл и обхватил её лицо своими ладонями. — Вчера был нетипичный день для тебя… И не думаю, что ты хоть какое-то отношение имеешь к перечисленным тобой эпитетам. Ты была в особом эмоциональном состоянии, и только иная, более сильная эмоция могла тебя из этого состояния вырвать. Можешь считать это инстинктом самосохранения. Тебе это действительно было нужно. И у тебя было не так много вариантов — это или большая физическая нагрузка, или лекарства или алкоголь, или то, что выбрала ты. Всё это меняет химический состав крови и влияет на организм, заставляя выйти из состояния покоя… — он нежно погладил её по волосам и, приподняв подбородок, поцеловал. Легко и немного застенчиво. — Ты жалеешь о чём-то, что произошло вчера или сегодня ночью? Или, может быть, чувствуешь, что ты что-то сделала неправильно? — Вот видишь! Ты!!! — она снова залилась румянцем. — Что ты делаешь со мной? — увидев его недоумённый взгляд, она пояснила, — У меня одновременно появляются два ответа на твой невинный вопрос. Первый — «Нет». А второй — «Это у тебя мне надо спросить, всё ли я сделала правильно, и хватит ли нам времени, чтобы сделать работу над ошибками до того как нужно будет выходить из дома». Откуда это во мне?.. — тут её брови слегка нахмурились. — Кстати о «выходить из дома»… Я совершенно не представляю, как мне показаться в лицее во вчерашней одежде… Седрик отошёл от стола и уселся на край барной стойки: — С этим я тебе могу помочь… Помнишь, прошлым летом вы ходили по моллу, и тебе понравилось одно платье? Луна весело рассмеялась: — Поверь, каждый мой поход в молл заканчивается тем, что мне что-то нравится. — Ты много раз к нему возвращалась в течение всего лета, но так и не купила… — у Луны широко раскрылись глаза в удивлении и неверии. — Не может быть… Седрик тем временем уже достал коробку, открыв которую, девушка увидела платье виноградного цвета чуть ниже колена с расклешённой юбкой и плотным лифом с перемычкой на шее. — Не может быть… — повторила она. — Но, Седрик, это очень дорогой бренд. Я просто не смогла его себе позволить, даже на распродаже… А потом его убрали с витрины… Вот значит, почему… — она рассматривала платье, касаясь ткани кончиками пальчиков. — Это просто платье. Я купил его тебе, как подарок к началу учебного года… Я не рассчитывал, если честно, ещё раз его на тебе увидеть. Но не смог устоять перед своим воображением. И вот, пригодилось… — Немного шика в лицее не помешает… Но… Принять его будет неправильно… — Луна смущённо пожала плечами. Парень ухмыльнулся: — А у тебя есть выбор? Тем более, под ним, в отличие от твоей блузки, будет незаметно, что ты без белья… — Седрик!!! — возмутилась было Луна, но не выдержала и, скинув полотенце, примерила платье. Ткань приятно касалась тела, и ей в голову пришла идея. — Ты так и не ответил мне, всё ли я делала правильно? Сегодня ночью… Она подошла к Седрику, который вернулся к барной стойке и сидел на высоком стуле, внимательно следя за её действиями, положила его руки на свои бёдра и заскользила ими до самой талии. Он позволил ей руководить его ладонями, которые поглаживали её под платьем. — Ты очень послушная и исполнительная ученица. Ты была очень хорошей девочкой этой ночью. А сейчас ты — плохая девочка. Потому что теперь я целый день буду думать о том, что на тебе нет ни кусочка ткани под ним… И что кроме меня, только майский ветер будет об этом знать… — он убрал руки с видимым сожалением. — Через сорок минут у тебя первый урок. Нам нужно собираться… — Ну, я уже, видимо, одета… — Луна села на диван и стала наблюдать за тем, как Седрик, на ходу снимая полотенце, идёт в комнату. Там он находит нужную ему одежду, и по мере того, как рельеф его тела прячется под каждой новой вещью, девушке всё больше хочется всё вернуть, как было. Всё-таки она испытывает невероятное влечение к этому мужчине, и приступ прострации просто ускорил неизбежное. Когда Седрик вернулся в простой футболке и джинсах, Луне не удалось скрыть румянец от своих вольных мыслей. — Что, хочется продолжения? Или просто не хочется в лицей? — Седрик игриво на неё посмотрел. Это что-то новенькое… — Спасибо за платье, — Луна улыбнулась. — Вещи я заберу позже, хорошо? Получив одобрительный кивок, она стала искать в сумке телефон. Только в машине она достигла успеха, и, набрав Невилла, договорилась о встрече у ворот лицея. Остановившись недалеко от входа, Седрик повернулся к девушке и немного встревоженно на неё посмотрел. — Я не хочу показаться навязчивым, и не строю из себя эксперта-мозгоправа. Но секс — не панацея. Он поможет снять приступ, но чтобы их вообще не было, тебе нужно показаться врачу. Я не настаиваю, просто подумай об этом… Мы вчера о многом поговорили, и, учитывая особый стрессовый период в твоей жизни, я был бы спокоен, если бы ты пообщалась со специалистом… Луна была очень удивлена. Она ожидала чего угодно, только не предложение пойти к психиатру. В шоке она просто кивнула, и хотела выйти из машины. Но он остановил её для прощального поцелуя. И, конечно, он был особенным, бесподобным, именно прощальным, после которого тут же хотелось задать вопрос: «Когда мы увидимся снова?». Но небольшой шок от последних его слов не давал шанса произнести ни звука. Подойдя ближе к лицею, она увидела, что Невилл сегодня не один. Рядом стояла девушка. — Луна, привет, это Панс, моя девушка, не думаю, что вы официально знакомы… — Невилл немного смущённо посмотрел на подругу, будто извиняясь, что он не один её ждет. Но Луна радостно кинулась расцеловывать немного обескураженную Панси, приговаривая, как рада она, наконец, увидеть друга счастливым в компании такой очаровательной спутницы. Панс приняла её правила игры, отвечая, что надеется влиться в компанию друзей своего бойфренда. Всё это выглядело для Невилла большим хорошо разыгранным спектаклем, но окружающие, кажется, не имели ни малейшего представления об этом. Его утро началось с сообщения от подружки. «Сегодня после уроков у ворот». Рассчитывая увидеть свою пару только вечером, он на полном расслабоне ждал Луну, в голове прокручивая сотни вариантов, почему она прогуляла урок и с чего вдруг решила остаться на ночь у своего парня. Волнение сменялось злостью, на смену которым приходил страх и раздражение. Вчера она была сама не своя, но за своими проблемами он даже не обратил на это должного внимания. И понял, насколько всё не нормально, когда увидел смс вчера поздним вечером. Сосредоточившись на своих переживаниях, он не заметил, как к нему подошла Панс. Удивлённый, он только и смог, что поздороваться. Девушка, между тем, шагнула ближе, взяла его за руки, и обвила ими свою талию. — Так-то лучше… — она приблизилась для поцелуя, легко касаясь губами его губ. — Не тупи. О чём задумался? — Луна вчера провела ночь у своего парня. И попросила меня прикрыть её, если что, перед родителями. Мы с ней четыре года знакомы… И это впервые… — Ну, всё бывает впервые. Ты уверен, что стоит обращать на это такое пристальное внимание? Учитывая, что ты пробуешь так сказать «новый» жизненный путь? Невилл сильнее обхватил руками талию Панси и притянул ближе к себе. Почувствовав нежный запах свежести и цветов, он провёл носом у неё за ухом, вдыхая его глубже: — Вкусно пахнешь… — он понимал, что его дыхание, должно быть, щекочет её шею. Сам не зная, в какую игру играет, он просто наслаждался моментом. Он старался не сравнивать ни с кем её запах, впитывая тепло её тела, почти чувствуя губами её пульс, но не позволяя себе сильнее прикоснуться к шее. Панс огладила его плечи и неожиданно прикусила его за ухом. — Мы так не договаривались, — голос её, в противовес словам, звучал спокойно, без протеста или упрёка. — Но ты же позволяешь мне это, правда? — Нев всё так же прижимал её к себе, уткнувшись носом в шею. — Просто иногда ты меня удивляешь. Чуть-чуть, — на этот раз он ощутил тепло от её языка, зализывающего место укуса. — А вон и твоя куколка идёт… Да, да, помню, она не твоя… — отстранившись, она подождала, когда Нев повернётся, чтобы поприветствовать свою подругу. — Прикрой челюсть. Платье, и, правда, бесподобное и неприлично дорогое, но, вроде как, ты по мне должен сохнуть, а не по ней… — Невилл с трудом вернул себе примерный вид. Только что он держал в объятьях Панс, искренне считая, что переборол в себе эту болезненную тягу к подруге, наслаждался обществом своей «девушки», но один лишь взгляд на Луну в этом платье, и все его иллюзии рассыпались в песок. День прошёл быстро, несмотря на загруженность перед экзаменами. На большой перемене Луна таки удостоила его чести объяснить вчерашнее бегство. И хотя Нев понимал, что было много недосказанностей, которые подруга объяснила тем, что ей самой нужно во многом разобраться и «переварить», выглядела Луна счастливой и спокойной. Сегодня она внимательно слушала учителей и стала вновь привычной, любимой подругой. Ну, то есть. Обычной Луной… Одним словом, создавалось впечатление, что с ней всё в порядке. Девушка тем временем прокручивала у себя в голове предложение Седрика. Ни Гермиона, ни Нев ничего не знали о её приступах, и пожаловаться на Седрика не раскрывая своего секрета, было некому. Как он мог часами вчера расспрашивать её об этой черноте, об этом месте, вызывая всё больше доверия и открывая самые потаённые частички души, чтобы потом предлагать сходить к мозгоправу, как какой-нибудь сумасшедшей!!! Возможно, в его предложении и было рациональное зерно, но Луна не могла его разглядеть под занавесом эмоций. Чем больше она пыталась, тем ярче вспоминались моменты вчерашней ночи, вечера, и в теле снова разливался огонь, который погасить сможет только Седрик… Впервые она столкнулась с тем, что злилась и одновременно отчаянно хотела в объятья одного и того же человека… Седрик не обманул. К последнему уроку она была настолько вымотана, что прямиком отправилась домой. Невилла же ждало совсем неожиданное времяпрепровождение. — Скажи мне, ты садист? — он сверлильный взглядом занавеску примерочной. — Только не говори мне, что у тебя уже устали и болят ноги! Я думала, ты со своей куколкой привык гулять по магазинам… — Привык, но не по таким… И вообще, я не в этом смысле… — Оу… — в голосе Панси были слышны нотки понимания, — у тебя не ноги болят… — Я уже час стою у примерочной в магазине белья и оцениваю, насколько тебе подходит тот или иной товар… — Нев перемялся с ноги на ногу. — Ну, я могу, конечно, устроить тебе Сессию, если ты как-нибудь захочешь проникнуть в глубины своей сексуальности, но нет, мои предпочтения не настолько глубоки, хотя нельзя отрицать, что иногда я помешана на контроле… — с этими словами она отдёрнула занавеску, и взору Невилла предстало нечто, похожее на кусочек кружева, обвязанного вокруг груди и талии девушки. Услышав тихий стон, больше похожий на подвывание, Панс посмотрела на Невилла и задержалась взглядом на его ширинке. — Ладно, пожалуй, я, и правда, немного садист. Вот это, и это отнеси на кассу, а это ммм… пожалуй, тоже, — оставив за собой кучу вещиц в примерочной, она через минуту вышла в торговый зал. Уже сидя в машине, она спросила: — Неужели ты не провёл ни одной приятной и полезной минуты в этом магазине? — Я за этот час о женском белье узнал больше, чем за всю свою прошлую жизнь. И вряд ли этот урок я когда-нибудь забуду. И даже несмотря на некоторую неловкость, было приятно на тебя смотреть, — Невилл покраснел и уткнулся в окно, избегая взгляда Вадима в зеркале заднего вида. — Нев, относись ко всему проще. Ты совершенно нетипичный парень. Любой другой уже накинулся бы на меня в этой примерочной, и я не знаю, что тебя сдерживало — то, что я не твоя куколка, или то, что ты девственник. И опять же, выдержка у тебя, что надо. Другой бы уже спустил себе в штаны. Невилл закрыл глаза и про себя поблагодарил Вселенную, что кроме него, никто не знает, насколько близок он был от этого позорного происшествия. Поднимаясь по высокой лестнице, он уже готов был пройти за девушкой в комнату, но она только забросила пакеты с покупками и прошла дальше по коридору. — Люси, чай через час в кабинет. — и не глядя на парня, она прошла к столу, удобно расположившись в глубоком кресле. — Итак… Вчера мы остановились на поцелуе. Давай сегодня немного углубимся в теорию… — Панс, я не то, чтобы против, — Невилл всё ещё не пришёл в себя после часовой пытки среди соблазнительных дамских орудий пыток, — но если тебе не хватает секса, может, проще кого-то найти. Или ты и правда садист, и тебе нравится меня унижать и всё такое… — Не могу сказать, что мне не нравится твоя неопытность. Это завораживает и возбуждает, понимать, что я могу тебя всему, чему хочу, научить, что могу стать проводником в мир, который тебе неподвластен пока. Но есть и вторая сторона. Я скажу жёстко, и, возможно, некрасиво. Но правду. У тебя хронический недотрах. И этот спермотоксикоз не даёт тебе возможности наслаждаться жизнью. Любовь твоя со своим новым парнем получает все выгоды от качественного, практически целебного секса, вторая подружка вообще пропала с радара, и всё, что тебе остаётся — это кидать мячик и сохнуть от тоски, облизываясь на недостижимое. Посмотри внимательно. Парни вокруг тебя улыбаются. И не только глядя на одну конкретную девицу, а просто от того, что их жизни их устраивают. Ты же… Ничего из этого не делаешь. Радости в твоей жизни — это команда, еда и возможность украдкой посмотреть на свою ненаглядную. Вот и скажи мне, как мне тебе помочь, если не ломкой твоих стереотипов? Я даже не удивлюсь, если ты не изменяешь своей куколке даже с собственной ладошкой… — Откуда ты знаешь, что у Луна… Ну… — Нев из всей этой отповеди услышал только «самое важное». — Только идиот этого не увидел бы. Или ты. Она же, как кошка, довольная пришла утром. И пластика в движениях подтверждает мои слова… Ой, вот только не надо ревновать сейчас. Ты же вроде говорил, что она сама тебе сказала, что тебе ничего не светит. Так может, стоит подумать о своей жизни и своих желаниях. И я не только про секс сейчас говорю. Начни нормально общаться с людьми, сними шоры с глаз. А я со своей стороны, могу предложить тебе бесплатные занятия по подготовке к экзаменам, и увлекательный курс по очень нужному в твоей ситуации навыку. — Что, я настолько плохо целуюсь? — Невилл всё ещё красный, как помидор, стоял напротив стола, не решаясь присесть. Слова Панси о Луне действительно ранили его, но он вынужден был согласиться с каждым из них. И то, что Панс в лицо высказывала ему те же вещи, что и брат, только жёстче, а от этого доходчивее, только укрепляло его решимость. — Тем более, не всё решается постелью. — Однозначно. Не всё. Но то, что можно решить именно ею… Ты должен хотя бы в теории знать, а лучше на практике, как именно это решается… — Панс улыбнулась, облизнулась, и Невилл опять покрылся румянцем от этого нехитрого жеста. — Так, закрой глаза. — девушка поняла ситуацию намного лучше, чем сам Невилл её осознавал. Она подошла к нему из-за стола, обняла его со спины, развернув лицом к зеркалу. — Не открывай. Вспоминай, что тебе вчера понравилось в нашем поцелуе… — её руки гладили его грудь, иногда спускаясь ниже, к плоскому животу и ширинке, но не задерживаясь надолго. — Нет, не говори вслух, просто отметь это для себя, я уверена, ты не анализировал, что произошло, — она присела на край стола, сильнее прижимая парня к себе, касаясь пальцами его кожи под майкой на уровне ремня, иногда пробираясь всё ниже, к резинке трусов, оттягивая её, задевая чуть влажную головку подушечками пальцев и возвращаясь обратно на косточки и бёдра. — Вспомни мои губы, свои руки на моём теле. Невинные, лёгкие прикосновения к моей щеке… — ласки, настойчивые, более уверенные, продолжались, углублялись, распаляя и без того болезненное желание. Когда проворные пальцы расстегнули ширинку и высвободили, наконец, налитый, тяжёлый член, сочащийся от желания своего хозяина, Невилл не смог сдержать громкий, надрывный стон, который таился где-то в районе солнечного сплетения всё время с момента посещения магазина нижнего белья. Не отдавая себе отчёта в собственных действиях, он жадно толкнулся в ладонь, повторяя стон, теряясь в пожаре собственных эмоций. Панс сильнее прижала его к себе и точными уверенными движения, шепча всякие пошлости на ухо, довела до оргазма за считанные минуты. Вот так, просто, без объяснений и лишнего стеснения. Потянувшись через стол, она достала пачку салфеток. Вытерла руки, отстранившись от парня, насколько это было возможно, когда он всем своим весом прижимал её к столу. Протягивая ему салфетки, она улыбалась. — Вот видишь, я не садист, просто иногда я не всё замечаю… И невольно делаю больно, — Невилл, кажется, ещё не до конца пришёл в себя, приводя себя в порядок, когда за дверью послышались какие-то звуки. Глянув на часы, Панс нахмурилась. Люси с чаем должны быть только через полчаса. Решив разобраться с этим позже, она повернулась к Невиллу. — Хочешь, я всему научу тебя? Как сделать приятное и мне, и тебе? Что тебе терять, кроме девственности, мой высокоморальный друг? Можешь считать это моим развлечением до конца года. Плюс, если мы избавим тебя от твоей навязчивой идеи, то и подготовка к экзаменам пройдёт намного эффективнее… Невилл сделал пару вдохов, окончательно возвращая себе способность мыслить. — Хочу. Хочу стипендию и уехать отсюда. Хочу быть нормальным обычным парнем. Хочу переболеть этой болезненной тягой к девушке, которой я нужен только как друг. Думаешь, это не помешает нашим с ней дружеским отношениям? — Чтобы это не помешало, над этим нужно работать. Но нет ничего невозможного. Поверь… — Панс уверенно кивнула. — Что там у нас на завтра из заданий? Там у тебя промелькнуло слово стипендия… Глядя на девушку, с которой его только что связала ещё одна договоренность, он искренне хотел верить, что поступает правильно. В конце концов, он никого не обманывает, и никому не даёт ложных надежд. Он, в конце концов, тоже имеет право быть счастливым!

***

Луна проснулась ближе к вечеру, совершенно счастливая, совершенно отдохнувшая и с совершенно не выполненными заданиями на завтра. Быстро перекусив, она набросилась на учебники. Разобравшись почти со всем, она откинулась на подушки. Так странно. Она почти потеряла связь с Гермионой, Нев её тоже не беспокоил, да и Седрик сохранял режим молчания. Она впервые за долгое время осталась наедине сама с собой. Пришло осознание, что она лишилась девственности совсем не так, как воображалось в её глупых юношеских мечтах, что её лучшая подруга не горит желанием с ней поделиться, даже не смотря на то, что побег этот уже три дня как не обсуждался… Что Невилл нашёл девушку, или точнее, что девушка сама нашла её лучшего друга, и Луна даже не удосужилась спросить у него поподробнее об их отношениях… Всё изменилось в три дня. И только с приездом Гермионы всё встанет на свои места. С надеждой на это, девушка прикрыла глаза. Впереди экзамены. Давление этого события уже заметно отражается на ней. Впервые ей пришло на ум, что Седрик в принципе может оказаться прав. Что возможно, ей стоило бы поговорить с кем-то, кто мог бы ей помочь. Ведь та лёгкость, которую она ощущала после близости с Седриком прошла, и сейчас ей опять было боязно и серо. Будто вот-вот тени прошлого вынырнут из подсознания и снова попытаются её поглотить. Хотя ощущения прострации не было и близко. Решив брать быка за рога, она написала Седрику смс с просьбой о контактах доктора, которого он мог бы порекомендовать. Нельзя надеяться на то, что Гермиона вернётся и всё встанет на круги своя, она должна разобраться с этим сама. Как всегда и пыталась. Но только сейчас у неё есть реальный шанс. Не успев толком обдумать эту мысль, она была отвлечена уведомлением о новом смс: «Седрик: Всё в порядке?» и ещё несколько сразу за ним «Седрик: Опять начинается приступ?» и «Седрик: Где ты? Я приеду!» Не дав возможности ему ответить, Седрик позвонил: — Как ты? Ничего что я звоню? — голос был встревоженный. На заднем фоне звучала английская речь. — Всё хорошо. Я просто решила, что ты прав. Возможно, стоит решить эту проблему при помощи специалиста… И лучше начинать сейчас, чем после очередного припадка… — Я почувствовал, что ты обиделась на моё предложение… Что изменилось? — Немногое, я ничего ещё не решила. Но если решусь, то лучше, чтобы я была готова. И начать лучше именно с контактов врача, не находишь? Где ты сейчас? Я уже соскучилась… — Луна покраснела, когда в мыслях вереницей пронеслись образы Седрика без одежды. — Я на лекции. Хотел бы я, чтобы эту ночь мы также провели вместе… — и после небольшой паузы он добавил. — Для меня это очень много значило. И до сих пор значит. — Это взаимно, — девушка не решилась говорить что-то ещё, до конца не разобравшись, как же она всё-таки относится к произошедшему, но Седрик, кажется, и в этой фразе уловил всё, что она так и не высказала. — Прости, не буду торопить события. Извини, мне нужно идти. Если что, я на связи, не бойся меня потревожить. И он положил трубку. А она почувствовала себя полной дурой. Через минуту в смс она прочитала имя и номер врача, а также адрес его практики. Это оказалось далеко, но тем меньше шансов нарваться на случайного знакомого… Укрепившись в мысли, что что-то в её жизни однозначно поменялось, только пока непонятно, что именно и в каком объёме, она незаметно для себя заснула.

***

Вернувшись домой после неожиданного предложения Панси — более откровенного, конкретного и, безусловно, соблазнительного, Невилл долго не мог уснуть. Его потрясло такое исключительно техническое отношение к настолько интимной связи двух людей. Он всё-таки был абсолютным романтиком и с трудом переключился на такое детальное и почти научное описание чего-то столь глубокого и таинственного. Сегодняшний урок ограничился занятиями по математике для стипендии и анатомии женской половины человечества для успехов в другой сфере. До сих пор он смущался, возвращаясь в воспоминаниях к технике французского поцелуя, расположению эрогенных зон и особенностях куннилингуса в зависимости от дня менструального цикла. К концу занятия он даже почти пожалел о своём согласии, потому что следующее занятие должно было стать практическим. И он жутко этого боялся. А ещё, укладываясь спать на холодные простыни, он подумал о том, что всё-таки он даёт ложные надежды. И обманывает одного человека. Себя.