~22. Другой берег

Она горела ярко, как спичка, но, увы, сгорела также быстро

***

Кэтрин проснулась, но не сразу поняла, где находится. Обстановка в комнате была неизвестна, и она начала вспоминать события прошлого дня. В памяти медленно начали всплывать обрывки, которые Кэтрин соеденила между собой. После того, как она отдала Ходжу заявление на увольнение, Хилл отправилась к себе домой и напилась. Позже она пошла на Бруклинский мост, с которого хотела спрыгнуть. Потом... Что потом? Кэтрин помнила, как плакала в чьих-то тёплых объятиях. Помнила, как эти руки спасли её и после усадили в машину. Это точно был не Ходж. Джон. Вчера вечером её спас Джон Уилсон. А потом она ничего не помнит. Видимо, заснула. И, судя по всему, она находится дома у Джона. — Мда, сначала меня спас с моста Ходж, потом через несколько лет Джон с того же места, а сами они друг против друга воюют. Кому рассказать — не поверят. Но, видимо, кто-то на верху очень не хочет, чтобы я покидала этот мир. Не знаю, радоваться мне или плакать. Закончив вести увлекательный монолог, Кэтрин наконец решила проверить в чём она вообще спит. Ясность мышления приходила к ней очень медленно. Подняв одеяло, она прошлась взглядом и обнаружила на себе свою же одежду. Брюки, рубашка, всё на месте. Нет только верхней одежды и обуви. «Слава Богу», — подумала Кэт и провела рукой по волосам. Пальцы сразу же запутались в комке чего-то непонятного. Всё спуталось между собой и скрепилось пылью. Кэтрин в ужасе подумала, а что же с её макияжем. Рядом она обнаружила свой телефон на тумбе и сразу же включила камеру. — О, ужас! — Кэтрин тут же выключила смартфон и отложила его подальше. — Мне срочно нужно смыть весь этот кошмар. Тушь размазалась под глазами и вела дорожками прямо к подбородку. Вокруг губ было сплошное непонятное пятно. Тональник плешивил, лежа непонятными пятнами на лице. Кэтрин встала с кровати, слегка пошатываясь, и отправилась на поиски ванной. Аккуратно приоткрыв дверь, она сперва высунула голову, проверив, нет ли кого-то, кто смог бы её увидеть. Убедившись, что она одна, Кэтрин стала искать нужную ей дверь, заглядывая в каждую. К счастью, ванная комната оказалась не так далеко от её спальни. Девушка быстро проскользнула в неё и стала умываться, традиционно используя мыло. Как бы Кэт ни старалась, а глаза всё равно щипало. Зато, теперь на неё хотя бы можно было взглянуть без слёз, если это вообще возможно. Кое-как пальцами расчесав свои волосы, Кэтрин наконец спокойно вышла. Ей нужно было найти Джона или, на худой конец, хоть кого-то. Оставаться одной она сейчас никак не хотела. Джон, по счастью, уже был на первом этаже. Сидел в кресле и читал книгу. Боковым зрением он уловил движение и увидел Кэтрин. Девушка направилась к нему более уверенно. Уилсон отложил в сторону книгу и встал. Когда Кэтрин подошла ближе, быстро осмотрел её. — Ванную ты нашла, — улыбнулся он. — Я рад. Как ты себя чувствуешь? — он жестом пригласил её присесть на диван. — Голова болит. События потихоньку восстанавливаются. Что по поводу морального состояния... Плохо, но жить можно. — Это уже хорошо, учитывая, что я снял тебя с моста. С утра полегче, правда? — в ответ Кэт кивнула ему. — Правда, утром это тяжело назвать, но всё же. — А сколько сейчас? — Половина третьего. — Сколько?! — Два тридцать, — спокойно повторил он. — Никогда столько не спала в своей жизни. — Ну, заснула ты, если грубо округлить, в час. Тринадцать с половиной часов. Учитывая, что ты вчера много плакала и и выпила не меньше, это простительно. Странно, но сейчас его улыбка вызывала полное доверие. Кэтрин чувствовала себя в своей тарелке, даже несмотря на незнакомую обстановку. Джон сходил на кухню и принёс аспирин. Кэтрин сразу проглотила таблетку и осушила весь стакан. Только сейчас девушка в полной мере осознала, насколько же хочет пить. Она готова выпить пять литров за один раз, чтобы утолить жажду. Джон это понял, сходил на кухню ещё раз и принёс уже кувшин воды. Кэтрин выпила его практически до дна. После полного пробуждения организма девушка поняла, что не против поесть. Уилсон сам предложил ей, поэтому Кэт оставалось только согласиться. Он также заварил ей чашку ароматного ромашкового чая, чтобы та смогла полностью расслабиться. — Расскажешь, что произошло, или пока не хочешь? — ненавязчиво спросил Джон, садясь рядом. Кэтрин сжала кружку между двумя ладонями и какое-то время думала. Что она потеряет, если расскажет? Нельзя что-то потерять, когда и терять то уже нечего. И она поведала ему о том, что случилось, но без лишних деталей. Старалась говорить спокойной, но голос всё равно иногда дрожал. Тогда она сильнее сжимала кружку или делала глоток. — Потом я напилась и... Дальше ты сам уже знаешь. — Спасибо, что поделилась. — Ты ведь знал, да? Предупреждал меня. — Да. Пусть это и было в немного грубой манере, но я хотел тебя предупредить. Я просто привык так общаться с людьми. Знаешь, выставляешь шипы как роза, чтобы тебя не поранили, а в итоге страдаешь от этого сам, потому что никто к тебе не подходит из-за них. — Да, мне это знакомо, — Кэтрин грустно улыбнулась и опустила глаза. Джон подвинулся ближе к ней и накрыл её руки своими ладонями. Он собирался с мыслями, подбирал слова. — Прости, если я когда-то повёл себя как-то грубо, эгоистично, лицемерно, бестактно... В общем, перечислять можно много. Просто хочу, чтобы никто из нас не держал друг на друга зла. Раз уж мы оказались в такой ситуации, то получается, что дальше будем плыть в одной лодке. Не хочу, чтобы какие-то осадки или обиды мешали образованию чего-то нового. Ведь, чтобы построить что-то новое, нужно начисто уничтожить старое. — Ты прав, — Кэтрин подняла на него глаза и улыбнулась. — Ты, кстати, даже милый, когда без этой своей маски. Даже и не знаю, жаль мне или нет, что выяснилось это при таких обстоятельствах. — Сейчас это, наверное, прозвучит немного жестоко, но, тем не менее, осмелюсь сказать: что не делается, всё к лучшему. — Всю жизнь это слышу. Терпеть не могу эту фразу, — Кэтрин улыбнулась чуть шире. — Ну вот, тебе гораздо больше идёт, когда ты улыбаешься, чем когда плачешь. И, я надеюсь, мы перешли эту черту с «вы» на «ты»? А то сейчас мы тыкаем, а потом резко на «вы». — Нет, всё в порядке. Да и я бы сейчас не смогла к тебе обращаться на «вы». Как-то странно. — Ну да, — он посмотрел на наручные часы, и только тогда Кэтрин заострила внимание на том, что Джон сидит дома в рубашке и брюках. — Ты куда-то собираешься? — Сегодня банкет у мэра, на который меня пригласили. Уже скоро надо будет выходить. Ты же побудешь здесь одна? Или, может, домой хочешь? — Нет. Сейчас мне лучше остаться здесь. Прийти в себя, осознать всю ситуацию. А дома... Там немного другая энергетика. Здесь как будто независимое ни от чего пространство. Как нейтральная территория. — Тогда оставайся. И, да, давай я тебе свой номер телефона оставлю. Так, на всякий случай. Кэтрин сходила за своей мобильным в комнату и записала номер Джона. Она сразу же набрала ему, проверяя. — Отлично. Звони, пиши, если что-то понадобится. Дом весь твой. В холодильнике есть еда. Телевизор работает, пароль от интернета пришлю тебе сообщением. — Спасибо, — поблагодарила его Кэтрин. Джон кивнул и пошёл наверх, не зная, что девушка поблагодарила его не только за возможность остаться у него дома. Она поблагодарила его за всё.

***

В зале царит изысканная атмосфера роскоши и утонченности. Зал украшен золотыми люстрами и кристальными подсвечниками, столы накрыты белой скатертью и серебряной посудой. Гости разговаривают друг с другом, обсуждая все свежие новости, улыбаются и обмениваются комплиментами. Музыка звучит приглушенно, добавляя вечеру шарма и даже романтики. Всё вокруг кажется идеальным, будто время замедлило свой бег, позволяя насладиться каждым моментом этого вечера. Несмотря на всю эту атмосферу и милую беседу, которая сейчас активно велась в его кругу, Джону было довольно скучно. Он поддерживал разговор, вставляя какие-то банальные и обтекаемые фразы. Его сознание было где-то далеко отсюда. Мысленно мужчина даже решил, что лучше бы остался дома с Кэтрин. Однако, этот вечер мог стать интереснее благодаря одному гостю, недавно появившемуся в зале. Джон сразу же уловил взглядом Ходжа и проследил за его действиями. Тот вёл себя как ни в чём не бывало. Так ли всё на самом деле, или внутри него бушует шторм? Ходж Бейкер Джона даже не заметил. Он прошёл мимо каких-то людей, перекинулись с ними парой слов, и встретился с Лорейн Флорес. Они подали друг другу руки в знак приветствия и, взяв с подноса у официанта по бокалу шампанского, ушли подальше, скрываясь от лишних глаз. Пара молча шла по коридору, и лишь стук женских каблуков эхом разносился по всему коридору. Они вышли через задний вход прямиком в сад, и Ходж любезно отдал женщине свой пиджак. Не отходя далеко от дверей, Лорейн остановилась. Она сделала глоток шампанского, смотря куда-то вдаль, а потом повернулась к мужчине. — Что-то случилось? — спросил он, хмурясь и изучая выражение лица спутницы. — Стало ещё хуже. Теперь похищают не только эскортниц и девушек лёгкого поведения, но и тех, кто, так сказать, в отставке. До меня уже донесли пару случаев. — Для чего? Флорес глянула на него. Было ощущение, будто она сдерживала порыв фыркнуть или выгнуть бровь. — Ты так спросил, будто этим занимаюсь я. Но, наверняка, для того же. — Смею предположить, что политика такова: раз ты занималась этим раньше, значит, ты всё также остаёшься неприличной особой. Тебе от этого никогда не отмыться. А так как тебе не привыкать развлекать мужчин различными способами, выходит, что тобой также можно воспользоваться. — Я считаю точно так же. Ждала, пока ты озвучишь свою теорию. От лица мужчины, так сказать. — Ну спасибо. — Ничего личного. Тот, кто занимается этим, мужчина. Вряд ли женщина будет этим промышлять. Хотя, каких только людей не бывает... — Лорейн сделала ещё один небольшой глоток и на несколько секунд задержала алкоголь во рту. — Мне ещё сообщили одну информацию, — начал Ходж, подождав минуту. — Но она очень поверхностная. Нельзя утверждать, что это так. — Говори. — На границе с Мексикой пограничники стали осматривать УАЗик и обнаружили в багажном отделении женщину. Она подходит под описание одной пропавшей, и не ней были обнаружены небольшие ссадины, однако, и девушка и мужчина утверждали, что просто стало плохо, и она решила вздремнуть там. Они вообще ехали на родину, чтобы пожениться, и у погранцов больше не было причин их задерживать. Всё было чисто. Но вот это вот совпадение меня немного насторожило. Может, это, конечно, действительно совпадение, но кто знает. Поэтому я и говорю, что всё очень поверхностно. — Негусто, — скупо ответила женщина. Какое-то время они молча стояли в компании друг друга, думая о своём. Ходж даже успел выкурить сигарету. Всё это время он смотрел на небо, проплывающие облака. Он не сразу заметил, что Лорейн смотрит на него уже несколько минут. Женщина изучала его мимику, следила за жестами. Сегодня Бейкер сжимал ножку бокала сильнее обычного, брови всё время были в опущены вниз, а взгляд он чаще с неё на что-нибудь другое. — Что случилось? Мужчина не сразу понял, что вопрос был адресован ему. Лишь спустя время посмотрев на Флорес, увидел её вопросительный взгляд. — Что у тебя произошло, Ходж? — повторно спросила она, понимая, что тот вопроса не услышал. — Всё в порядке. — Я не спросила, как у тебя дела. Я спросила: что случилось. — Это не касается темы, — он отвернулся от неё, смотря на сад. — Я предпочту, чтобы личное осталось личным. — С Кэтрин поссорились? Ходж как-то резко повернул к ней голову, и это не ушло от внимания Лорейн. Она попыталась прочесть по взгляду мужчины, но ничего не смогла понять. Он опять скрывал всё за своей маской, пробиться через которую было практически невозможно. Но, учитывая такую реакцию, она попала в точку. По крайней мере, смотрит в нужном направлении. Лезть в его личную жизнь насильно она не хотела, так же, как и портить настроение на вечер. Поэтому Лорейн аккуратно свела тему на простые обыденные вопросы, а потом предложила вернуться. Она вернула Ходжу пиджак, перед тем, как вернуться в общество. Там они разошлись по сторонам, но напряжение между ними уже спало. Бейкер ещё час болтался от одной компании в другую, болтал обо всём и ни о чём, пока в один прекрасный момент рядом с ним не появился Джон. Он как всегда сразил всех своей улыбкой и с позволением украл Ходжа. Некоторые проследили за ними с интересом, поскольку знали об их не очень тёплых отношениях. — Что тебе нужно? — не скрывая раздражения, спросил Ходж, когда они одни остались в мужском туалете. — Хотел спросить, что ты делаешь, — подошёл к нему ближе Джон, проверив все кабинки. — Сегодня вечером? Прости дорогой, но я занят. — Интересно, кем. Явно не Кэтрин, потому что сейчас она у меня дома. — К чему мне эта информация? — беспристрастно спросил Бейкер, пристально смотря в карие глаза. — Скажи, к чему всё это? Сначала так отчаянно защищаешь, кусаешься как собака, а потом сам же выкидываешь человека на улицу, как ненужную игрушку. — Ты строишь сейчас из себя святыню? — Ходж сделал шаг вперёд и встал вплотную к Джону. — Забыл, что ты делал? Как с людьми поступал? — А ты? — тут же парировал Уилсон. — Или думаешь, что за хорошие дела твои грехи замолятся? Может, подскажешь церковь, где такие грехи прощают? — Тебе не помогут. — Ты идиот, — Джон начал говорить спокойной. Даже чересчур, учитывая, что секунды назад он уже закипал. — Сам же разбрасываешься своими козырями. Ты совсем не умеешь играть. Годы идут, а ничего не меняется. Пусть тебе в начале и выпали все козыри, но под конец игры ты останешься ни с чем и тупо проиграешь всё. Партия уже подошла к середине. А может и дальше. — А ты так беспокоишься за меня? Боишься, что я продую? — Я жду ни дождусь этого момента, — тихо на ухо прошептал Джон. — Если ты забыл, хочу напомнить: всё, что было твоим, рано или поздно станет моим. Всё и все. И ты знаешь это. Потому что ты забрал то, что принадлежит мне. Ходж сжал челюсть сильнее, стараясь воздержаться от комментария. Джон отодвинулся от него и молча заглянул в глаза. Так он предупреждал его, но Ходжу бояться было нечего. Уилсон вышел первым, оставляя Бейкера в одиночестве. Ходж повернулся лицом к зеркалу и посмотрел на своё отражение. Чтобы победить, нужно жертвовать козырями. Только тогда есть шанс дойти до конца.

***

Джон вернулся домой, позабыв, что у него гостья. Он развязал галстук и бросил его на кофейный столик. Пиджак полетел на диван. Сев на кресло, мужчина устало потёр лицо руками и запрокинул голову назад. Кэтрин, услышав звуки в квартире, вышла из своей комнаты и увидела Джона. Она тихо подошла к нему, тем самым напугав его. Мужчина на автомате достал из-за пояса пистолет и наставил его на Кэтрин. Девушка также потянулась за своим, но вспомнила, что его у неё с собой нет. — Кэтрин, — устало произнёс Джон сам для себя. — Извини, — он спрятал пушку и пригласил её сесть рядом на диван. — Как всё прошло? — Нормально. Временами было даже... — Я хочу работать на тебя, — внезапно выпалила Кэт, чем ошарашила Джона. Мужчина даже забыл, о чём говорил. Переварив в голове эту информацию, он поудобнее уселся в кресле и повернулся к девушке корпусом. — Ты хочешь работать на меня? — переспросил он, удостоверяясь, правильно ли всё расслышал. — Да, — уверенно ответила та. — Я много раздумывала об этом сегодня. — Очень... Неожиданно и быстро. Уверена? Может, тебе лучше отдохнуть? — Нет. Так я постоянно буду думать о... — в горле появился ком, — случившемся. Лучше я погружусь с головой в работу, так будет легче. Для меня найдётся работа? — наконец, решила спросить она. — Найдём. Можешь помогать Миранде. На ней сейчас лежит много обязанностей. Она мой секретарь, но ещё и правая рука. Хотел как раз её как-нибудь разгрузить. Подойдёт? Кэтрин кивнула и поблагодарила его. Усталость Джона куда-то улетучилась. Когда он спасал Кэтрин, то не думал, что всё может развернуться так быстро. Но, куй железо пока горячо. Тем более, что все останутся в выигрыше.

***

Клуб «Сириус» 01:10 Доминик устало плюхнулся на диван в комнате, специально отведённой для персонала. Леон и Лиз понимающе ждали его, поскольку понимали, что он на работе. Все трое собрались сегодня, чтобы в очередной раз пытаться строить догадки о том, что же на самом деле произошло. — Ещё один раз и я выкину ту компашку из клуба нахрен, — подпирая голову кулаком сказал Дом. — почему именно мне в последнее время выпадают тяжёлые смены. Как Стефана не спрошу, так у него всё тихо. Парень потянулся за своим безалкогольным коктейлем. Он перемешал трубочкой содержимое и отпил немного. — В итоге, что мы имеем? — спросила Лиз, смотря на мужчин. — Заметил в последнее время, что каждый раз, когда кто-то задаёт этот вопрос, ответ «имеют только нас» становится всё более и более серьёзным, — с безразличным выражением лица и пустым взглядом прокомментировал Леон. — Глядишь, скоро реальностью обернётся, — добавил Доминик. Они одновременно посмотрели друг на друга, и Макграт первым спросил: — Кто кого? — Иди ты, — отвернулся парень и посмотрел на Лиз. — Значит, актив я, — пробубнил себе под нос Леон. — Что тебе Ходж сказал по поводу всего? — Лиз чуть наклонилась вперёд, чтобы Дом не закрывал ей обзор. — Всё то же, что и вам. Единственным, что мне удалось из него вытянуть, было: «Я сделал всё так, как посчитал нужным. Не тебе, уж прости, учить меня жизни. И о Кэтрин чтобы больше не говорил. Не хочу слышать это имя в и за пределами стен клуба». — «Обожаю» способность Ходжа скользко отвечать на вопросы. — Я всё же склоняюсь к тому, — начал мысль Доминик, — что Кассандра зачем то приехала сюда и что-то сказала в присутствии Кэтрин. Скорее всего это было что-то про Ходжа. Все мы знаем о его не самом святом прошлом. Ну и Кэт восприняла это очень серьёзно и возможно близко к сердцу, поэтому психанула и не смогла его простить. Ходж со своей упрямостью и гордостью решил, что ничего доказывать ей не будет и просто отпустил в свободное плавание. А, и ещё, возможно, они успели поссориться на эту тему, — он посмотрел на обоих, анализируя их реакцию. — Это звучит логичнее всего, — согласилась Лиз. — Но вопросом остаётся: для чего Кассандра приехала? — Отомстить? — предположил Леон? — захотела развлечься. И, зная её, это только начало. Не первая и не последняя выходка. — И самое сложное ещё то, — опять переключил на себя внимание Дом, — что оба, что Ходж, что Кэтрин, упрямые на нет. Они из принципа не будут пересекаться друг с другом, а тем более разговаривать на эту тему. А если кто-то вдруг и захочет, то ему помешает гордость. Комната погрузилась в тишину. Лишь музыка с зала приглушённо доносилась и растворялась в пространстве. Каждый пытался переварить и устаканить всю информацию у себя в голове. — Как думаете, Кэтрин будет ему мстить? — неожиданно спросила Лиз, смотря перед собой и теребя в руках какой-то фантик. — За что? — спросил Дом, хмурясь. Девушка неопределённо пожала плечом, но так и не посмотрела на него. — Не знаю. Может, за молчание. За то, что утаивал это, недоговаривал. А учитывая, как она негативно относится к любому насилию и наркотикам, потому что пережила всё на собственной шкуре, всё может быть. Она терпела то, что Ходж и так торгует наркотой, а теперь у неё не будет повода сдерживаться. Это чисто моё предположение. Доминик тяжело вздохнул и бездумно начал мешать содержимое своего стакана трубочкой. Он не был уверен, что Кэтрин на это пойдёт, но факт того, что она может так сделать, настораживал. — Не знает небо гнева, что сильней любви, в презренье обращённой. Как ад не знает ярости страшней, чем ярость женщины пренебрежённой, — неожиданно процитировал строчки из пьесы Леон, от которых пошли мурашки. Посидев ещё немного, они приняли решение расходиться. Леон спросил, нужно ли подкинуть Лиз до дома, но та ответила, что приехала на мотоцикле. Доминик вышел из комнаты вместе с ними, чтобы проводить, да и ему самому нужно было вновь возвращаться к работе в зале. Заняв место рядом с баром, Дом стал следить за порядком и временами перекидывался фразами с Юджином. Навалившиеся проблемы в последнее время и новая, появившиеся совсем недавно, высасывали из парня все соки. Доминик чувствовал, как он стоит, но ноги его еле держат. Если бы он не опирался на барную стойку, то возможно бы упал. Уоррен постоянно сдерживал зевки и старался следить за залом, но безуспешно. Он был где-то в прострации и не замечал практически ничего. Из такого состояния его вывел неожиданный и грозный голос начальника. Ходж появился рядом с ним как привидение, и Дом чуть не подскочил на месте. — Найди нового бармена. Даю тебе неделю. И не спи на работе, вычту из зарплаты. После трёх коротких предложений он удалился, направляясь к себе в кабинет. Сердце Доминика по-прежнему билось учащённо. Ему даже пришлось выдохнуть от облегчения. — Твою мать, нельзя же так подкрадываться, — он повернулся к Юджину и спросил: — Когда он пришёл? — Скорее прилетел. Пару секунд назад. И... Я так понимаю, что Кэтрин всё же не вернётся? — в его голосе ещё звучала надежда, хотя он понимал, что это конец. — Уже — да. Мне только интересно, сам он её уволил, или она приходила к нему, — Доминик смотрел в ту сторону, в которую ушёл Ходж. — Что он вообще сделает? Я его не ждал. У него же сегодня был ужин у мэра. Ладно, допустим. — Дом, только ты ищи бармена уже с опытом работы, — попросил его Юджин. — А то мне тяжело будет ещё раз кого-то учить. — Постараюсь, — отрешённо ответил парень. — Передай ка планшет, — приступать к поручению он решил немедленно. Ходж в это время уже закрылся у себя в кабинете, потратил несколько нервов, развязывая галстук, и расстегнул несколько верхних пуговиц на рубашке. Целью его сегодняшнего визита в клуб был шкаф с алкоголем в кабинете и нежелания ехать домой. Бейкер открыл застеклённую дверцу, взял первую попавшуюся бутылку виски, потому что на её открытие не требовалось много времени, в отличие от портвейна. Без всяких прелюдий, он прислонился губами к узкому горлышку и сделал несколько глотков. Горло приятно обожгло и начало согревать. Выдохнув, Ходж сделал ещё один подход. А затем ещё один и ещё. Через час Бейкер наконец почувствовал себя достаточно пьяным, чтобы пересилить себя и поехать домой. Мысли начинали расплываться, а в голове был туман. Встав с дивана, слегка покачиваясь, он направился к выходу. Галстук так и остался лежать в кабинете. Дойдя до лестницы, он схватился за перила и стал медленно спускаться. Доминик, за приметив его и то, в каком он состоянии, тут же подбежал, готовый служить опорой. Ходж отмахнулся от парня, таким образом говоря, что никакая помощь ему не нужна. Но Доминик получил приказ отвести его домой. Парень сперва хотел возразить, потому что он не мог оставить рабочее место, но Бейкера это вообще не волновало. Его в данный момент вообще ничего не волновало. Дом мысленно помолился, чтобы всё было хорошо, и взял ключи от машины Ходжа. По дороге он захватил в гардеробе свою куртку и быстро догнал Бейкера. На улице парень разблокировал авто и открыл пассажирскую дверь. Мужчина, опять же, без помощи залез туда и сел посередине. Он широко раздвинул ноги, руки его безвольно лежали на сидении, а голова всё время падала. Дом сел за руль и легко вырулил со стоянки. У него даже появилась надежда, что раз Ходж в таком состоянии, то он сможет разузнать побольше информации, но на удивление мужчина отказывался говорить на эту тему и использовал все свои прошлые отговорки. Доминик только удивился, как тот, в таком состоянии, ещё может себя контролировать. Довёз у него до дома быстро. До лифта ему уже пришлось помогать Ходжу, придерживая за руку. Видимо, тот расслабился в машине, и алкоголь начал действовать ещё сильнее, поэтому он не сопротивлялся. Достав из пиджака нужный чип, который мог разблокировать и вызвать лифт, Дом приложил его и завёл туда Ходжа. Подперев его к стенке, он нажал нужный этаж и вложил в руку ключ от машины. Назад он поедет на такси. Из-за алкоголя Ходж даже успел забыть, что дома он теперь не один. Его, на удивление, поджидала в гостиной Кассандра, сидя в своей красной шёлковой ночнушке. Она читала какой-то модный журнал, закинув ноги на столик. Увидев мужа, встала со своего места и пошла к нему. Ходж же, напротив, завидев её, поменял своё направление и пошёл на кухню. Там он достал ещё одну бутылку, сам не ведая чего, и пригубил её. Касс вошла на кухню и облокотилась на холодильник. Она смотрела на Ходжа, скрестив руки на груди. — Какой повод у нас? Ответа не последовало. — Ну, судя по тому, что там был Джон, смею предположить, что он способствовал этому. Я права? — Ты всегда права, — ответил он, но женщина так и не смогла уловить в его голосе сарказм ли это. — Что правда, то правда, — она улыбнулась и подошла к нему ближе, положив руки на плечи. — Пойдём спать. Я без тебя не могла заснуть. — Со своими командировками могла уже привыкнуть. — Ты невыносим, когда пьян, помнишь об этом? Не представляю, как тебе другие терпят. Или это мне одной выпадает такая честь? — Спать пошли. Или, если хочешь поговорить, оставайся здесь. Холодильник прекрасно отполирован, поэтому можешь поболтать со своим отражением. — Как мило с твоей стороны. Кассандра взяла его под руку, хоть Ходж и сопротивлялся в начале, но враг, представший в виде лестницы, всё же угомонил его. Она отвела его в спальню и уронила на кровать. После этого Ходж отключился и уже ничего не помнил.

***

Следующий день, Тир 15:06 Кэтрин сделала последний выстрел и опустила пистолет. Джон, стоявший рядом, одобрительно гляну на неё. Восемь из десяти попаданий в цель. У неё определённая есть потенциал. Что не говори, а Ходж проделал с ней хорошую работу, чем оказал ему услугу. Кэт посмотрела на него, ожидая одобрения или советов о том, что ей нужно не переставать практиковаться. Джон заметил её взгляд и улыбнулся. На душе у девушки стало теплее. — Это хороший результат, но я бы посоветовала тебе не прекращать тренировки. Так как вижу, что ты сама хорошо справляешься, могу предложить: тебе либо самой приезжать сюда, либо я представлю к тебе своего человека, и он будет тебя контролировать. — Было бы хорошо под чьим-то руководством. Так я буду делать меньше ошибок и возможно ещё чему-то научусь. — За целеустремлённостью и правильный подход к делу хвалю. И, раз уж ты совсем скоро станешь членом моей команды, хочу вручить тебе это, — он протянул ей пистолет. — Глок семнадцать, отлично подойдёт. Кэтрин взяла его в руки и почувствовала, что он легче, чем уже привычная ей Беретта. На мгновение сердце сжалось, но она приказала себе отбросить все мысли. — Спасибо, — решила поблагодарить Кэт. Она понимала, что теперь придётся пользоваться этим пистолетом, а Беретта останется у неё дома, на всякий случай. Ей казалось, что если она будет пользоваться оружием, которое получила от Ходжа, Джону это не совсем понравится. Тем более, он не знает наверняка, осталось ли у неё что-то. Пусть всё такая остаётся, ради безопасности. Новое оружие, новая работа, новая жизнь. Раз Ходж Бейкер так легко и быстро отказался от неё, то и ей не стоит держать в себе долго эту ситуацию. Она начнёт всё по новой, перевернёт страницу своей жизни. Пусть даже сердце будет ныть. Пусть даже душа будет разрываться при виде его. Но Кэтрин ничего ему не скажет, ничего не покажет. Она заново соберёт себя по осколкам. Это уже не впервой. Кэт пережила немало в своей жизни и это тоже переживёт. После тира они с Джоном поехали к нему в офис. У него, так же как и у Ходжа, была сеть ресторанов, казино и несколько антикварных лавок. Он выкупил в здании целый этаж и обустроил там свой кабинет, а также сделал рабочие места для своих людей. Уилсон имел конкретное рабочее место, в отличие от Ходжа, который работал то дома, то в клубе, то в казино. Здание располагалось не в центре, как предполагала Кэт, а больше на окраине, на его территории. В высоту оно составляло не менее пятидесяти этажей. Внутри были турникеты, предоставляющие вход только тем, у кого были карточки. Джон пропустил Кэт через свою и на стойке администрации запросил сделать собственную для Кэтрин. Поднявшись на двадцать пятый этаж, девушка увидела огромный офис. Все отдела находились в одном помещении, только были разделены высокими перегородками. Это было довольно удобно, потому что не нужно было бегать по этажам. Кабинет Джона находился отдельно. К нему короткий и широкий коридор. Возле двери была стойка, из-за которой сидела Миранда. Свои светлые волосы она собрала в пучок, чтобы те не мешали ей при работе. На лице был макияж, но больше всего внимания к себе притягивала ярко-красная помада. Её рубашка была расстёгнута на несколько пуговиц и открывало пышное декольте. Услышав приближающиеся в её сторону шаги, Миранда подняла голову и перестала клацать своими длинными ноготками по клавиатуре. Её лицо сперва выразило радость, но потом резко изменилась, когда она заприметила Кэтрин. Блондинка скривилась так, будто съела лимон. — Миранда, — Джон облокотился о стойку. — Как работа? — Сейчас допишу кое-кей отчёты и поеду на склад к логистам. У них что-то пошло не так, и машины с продуктами для ресторанов задерживаются. Кстати, документы для подписи у тебя на столе. Я проверила, там всё чисто. — Спасибо. Твой труд неоценим. Но, чтобы тебе было легче, я разделю твои обязанности вместе с Кэтрин, — он посмотрел на девушку и улыбнулся. — она теперь работает с нами. Миранда от неожиданности встала со своего места и пронзительными голубыми глазами посмотрела сначала на Джона, а потом на Кэтрин. Она не понимала, шутка ли это, или её начальник действительно сошёл с ума. — Извини? — переспросила она, в надежде, что ослышалась. — Да, я понимаю, что ситуация очень странная и непростая, но я тебе обязательно всё расскажу. Пока тебе просто нужно будет принять тот факт, что Кэтрин работает с нами. — Я сейчас займусь её оформлением, а ты потом покажешь ей что и где у нас находится. А также расскажешь ей о её обязанностях. Я напишу тебе на листочке, что теперь переходит в её список дел. Может, вы даже сдружитесь, — он подбадривающее улыбнулся. — Ну куда уж мне, старой женщине, с молодыми возиться. Миранда припомнила тот случай, когда они на приёме у Томаса Купера впервые встретились, и тогда же Кэтрин сделала акцент на её возраст. Конечно, в тот день они только и делали, что обменивались колкостями, потому что разница в возрасте у них составляет четыре года. Кэтрин вот-вот исполнится двадцать пять, а Миранде двадцать девять, хотя макияж придаёт ей ещё пару лет. Кэтрин сразу поняла о чём идёт речь и мысленно сделала пометку о её памяти. «Вот это память. Один раз всего встречались, а помнит всё дословно. Не удивлюсь, если она и приход Христа поминутно помнит. Нужно быть аккуратнее в выражениях» — А вы не держите зла на прошлые обиды, жизнь и так коротка, — сумела ответить ей Кэтрин. — Да и нервничайте, в вашем возрасте вредно. — Так-так, девочки, — встрял между ними Джон. — Не нужно ссориться на первых же минутах. Вам ещё работать вместе. Мир, — он посмотрел на Диас. — Не нужно сразу кусаться. Я это делаю и для тебя тоже. Кэтрин, прошу за мной. Они вошли в кабинет под пристальным взглядом Миранды. Когда дверь за ними закрылась, девушка вернулась к своей работе, мысленно проклиная Кэтрин. Она старалась побыстрее закончить работу, чтобы уехать на склад. Только Миранда собралась уходить, как из кабинета вышел Джон и остановил её. Девушка пришлось остаться и показывать всё Кэтрин. Та в ответ старалась не ёрничать и не создавать конфликт. К объяснению своих обязанностей Кэт отнеслось очень ответственно. Она слушала внимательно, пропуская мелкие подколы мимо ушей. Много информации сразу навалилось на неё, но она старалась всё время прокручивать всё в голове. Когда, наконец, Миранда смогла уехать, Кэтрин принялась к самым лёгким и простым обязанностям. Она стала рассортировать бумаги по папкам и расставляла их в шкаф. Слава богу, каждая полка была подписана, что намного облегчало работу. Джон иногда выходил проведать её и поддержать. За работой мысли Кэтрин действительно больше ничем не были заняты, кроме как сортировкой бумаг.

***

Клуб «Сириус» 23:50 — Тогда Марк с командой приедет к ним в Вашингтон, где они и встретятся с покупателем, — подводил конечный вариант по возвращению своего оружия Ходж. — Не уверен, что всё пойдёт мирно, и обойдётся без кровопролития, потому что такой товар однозначно вернуть не захотят, поэтому ещё до встречи мои пересекутся с твоими знакомыми, приедут на точку заранее и займут места, строго по этому плану, — он тыкнул пальцем в схему старого завода, который уже был закрыт более десяти лет. На нём были отмечены дверные красные точки, а также нарисованы стрелки, составляющие маршрут для каждого члена группы. — Сколько рассчитываешь людей потерять? — спросил Доминик, смотря на все карты и черновики, разложенные на его столе. — Хорошо было бы отделаться максимум ранениями, но никто не знает кто эти люди и каковы их силы. Рассчитываю на двух. Самый предел это три. — Учитывая и моих людей? — вмешался Леон. — Да. — Ну дай Бог. — Не даст Бог, дам я. Леон очень хотел это прокомментировать, но, видя всю серьёзность и сосредоточенность Ходжа, решил, что сейчас лучше будет промолчать. — Перекрестим их перед дорогой, — сказал Дом. — Атеисты хреновы, — пробубнил Бейкер и стал складывать все карты. — Всё получится, — попробовал поддержать его Макграт. — Иначе быть не может. Только победа. «Я и так много потерял в последнее время» — Вернём оружие, и я попытаюсь связаться с настоящим покупателем. Нам повезло, что ему не горит. Повисшая в кабинете тишина непривычно давила. Доминик принялся собирать все черновики и разбросанные вещи, служившие визуалом для лучшей проработки тактики. Леон не особо нервничал, но всё равно стал приводить свои длинные волосы в порядок, убирая каждую лишнюю волосинку с плеч. Ходж разложил все бумаги, отправил марку сообщение и несколько фотографий с пояснениями, после чего только сел на стул и устало провёл рукой по лицу. Он не обращал внимание на присутвующих в этой комнате. Они же, наоборот, пристально следили за ним, стоя рядом. Спустя несколько минут, которые Ходж провёл в каких-то собственных раздумьях, он полез в верхний ящик стола и достал оттуда сигареты и зажигалку. Он подошёл к окну, открыл его и закурил, смотря на ночной Нью-Йорк. Сигарета медленно тлела, оставляя за собой тонкую струйку дыма. Она вилась в воздухе, словно призрачный шлейф. Ветер подхватывал лёгкий пепел, который кружился в воздухе, словно снежинки. Он уносил его вдаль, смешивая с запахом города и асфальта. — Кхм, Мистер Бей... Ходж... — Доминик пытался подобрать правильное обращение, а Леон молча бросал на него взгляды. — Мы можем идти? Ходж повернулся и посмотрел на них. Во взгляде читался немой вопрос: «А вы ещё не ушли?». Он сбросил пепел от сигареты и безразлично ответил, что они могут идти. Когда те подошли к двери, Бейкер почему-то решил добавить, не поворачиваясь к ним: — Спасибо, что помогли. Доминик, возьми на завтра дополнительный выходной. Но про бармена не забудь. Доброй ночи. — Пока, — попрощался за двоих Леон и подпихнул Доминика вперёд. — Спорим на твои волосы, что он здесь ночевать останется, — уже в коридоре сказал Уоррен. Мужчина посмотрел на него свысока и, подумав, ответил: — А если не останется, то ты отращиваешь длину, как у меня. — Эй! Так не пойдёт. Я что, похож на голубого? — Нет, у тебя кожа бежевого оттенка. И у тебя слишком стереотипное мнение о геях. Может, ты ещё думаешь, что они платья носят? — Я не буду об этом говорить. — Все латентные геи поначалу также агрессивно реагируют. — Иди в жопу. — Приглашаешь? Быстро у тебя стадии принятия прошли. Леон широко улыбнулся и положил свою руку ему на плечи. Доминик тут же скинул её и прибавил шаг. Догонять парня Макграт не стал. Однако, Доминик вскоре и сам сбавил темп, а потом и вовсе остановился. — Подвезёшь меня домой. Я с Ходжем приехал. — Ты же понимаешь, что это не за бесплатно, котик? — Ещё одно слово! — пригрозил Дом. — И мы проснёмся с утра в одной постели, — не прекращал подначивать его Леон. Доминик дальше шёл, стараясь игнорировать присутствие Леона и его фразочки. И вот дёрнул чёрт его тогда сказать. И почему он вообще с ним тусуется? Нет, это всё Леон. Первый приходит к нему и пристаёт. Дом вообще не хотел с ним особо общаться. Макграт говнюк. Всё. Это неоспоримый аргумент. Хотя, надо признать, с ним весело и даже иногда интересно. Но это только иногда! Он по прежнему его недолюбливает. В это же время где-то на танцполе, смешавшись с толпой незнакомых людей, отрывалась Кэтрин. Она танцевала, погруженная в ритм музыки, которая окутывала её и заставляла забыть обо всём. Вокруг неё мерцали яркие огни прожекторов и диско шара. Басы гремели, вибрируя в груди, разносились по всему пространству и заполняли собой всю пустоту её души. Кэтрин двигалась свободно, словно её тело было частью музыки — плавные волны и резкие повороты, каждая пауза и каждое движение было наполнено энергией. Волосы легко разлетались и спутывались между собой. Вокруг неё также танцевала толпа людей. Кэт находилась в своём собственном мире, не замечая никого. Запахи алкоголя смешивались с ароматами духов, создавая уникальную атмосферу. Световые эффекты играли на стенах, рисую различные узоры. Кэт чувствовала себя живой, как никогда прежде — ни забот, ни тревог, ни мыслей, ни боли. Только музыка и её движения под бит. Кэтрин закрыла глаза на мгновение, позволяя себе полностью раствориться в этом моменте. Легкий ветерок от кондиционеров касался её кожи, добавляя ощущения свободы. Каждый танец был как маленькое приключение, где она могла быть собой, не задумываясь о том, что будет завтра. В этот вечер она была просто Кэтрин — свободной и счастливой. Композиция сменилась на более спокойную и плавную. Девушка также приостановилась и стала выравнивать дыхание. Она продолжала пританцовывать на месте, играя со своим телом и руками. Кэт иногда приходилось захватывать воздух ртом, который после обжигал её лёгкие. Это была приятная боль, которая не заставляла душу разорваться. Она, наоборот, как горькое лекарство, склеивала её. Кэтрин подняла голову и посмотрела на второй этаж. Много компаний сидело там, глядя на танцпол или просто общаясь между собой. Кто-то молча стоял у стенки и залипал в телефон. Но приковал к себе её взгляд один единственный мужчина. Кэтрин продолжала двигаться, смотря прямо на Ходжа. Мужчина упирался руками о перила и также пристально смотрел на неё. Она не знала, что он сейчас испытывает, какие эмоции прячет за маской равнодушия. Пересилив себя, Кэт отвернулась и устремила свой взгляд на диджея. Соблазн посмотреть на него ещё раз был велик. И даже алкоголь, находящийся сейчас в её крови, не заглушал, непонятно откуда взявшееся, чувство тоски. Сердце снова предательски сжалось, но она терпела. «Посмотрю на него — значит проиграю», — поставила она себе условие. А показаться слабой Кэт не могла. Через пару минут Ходж ушёл, но она этого не знала. Всё так же старательно игнорировала существование второго этажа. Кэтрин продолжала танцевать, сливаясь с музыкой. Отдавала всю себя, только чтобы в голову не лезли очередные непрошенные мысли. Скоро будет легче. Она это знает. Верит в это. И бумеранг обязательно вернётся.