Королева. Часть I

      Положение Логана при дворе... странное. Власти у него никакой, зато есть жалование и должность советника. И нравится это не всем. Вернее, практически никому. Даже Пейдж, голосовавшая за его помилование, предпочла бы видеть его в темнице, а Бен с Сабином — уж и подавно на эшафоте. То, что все свои зверства он совершал во имя спасения королевства, не обеляет самих его деяний. Многие люди мертвы, многие оказались в объятьях нищеты. Это сложно простить, даже зная причину. Конечно, никто не станет говорить об этом открыто ни ему, ни его сестре, но страна едина в своём мнениии: при новом дворе ему не место. То, как он ведёт дела, слишком сильно отличается от того, как их ведёт его сестра.              Однако сама Королева на недобрые настроения, витающие вокруг его персоны, смотрит сквозь пальцы. Вопреки наказам остальных своих советников, она даже отказалась убирать из дворцового сада его статую, при том что сам он был скорее за такой исход. Как правитель он возложенных на него надежд не оправдал и рад был уступить своё место кому-то более достойному. Но Королева слушать ничего не хотела.              — Историю переписывать я не собираюсь, — сказала она тогда. — Альбион будет помнить и почитать всех своих правителей.              Идея сомнительная, но со столь твёрдым решением монарха спорить никто не стал. Бен предложил лишь взамен возвести в саду хоть одну статую новой королевы. Весь совет его разом поддержал. Однако и здесь правительница не пошла за мнением большинства. Она напомнила, что скульптору за его работу придётся отдать круглую сумму, а деньги королевству как никогда нужны на более приземлённые нужды. Логана такая рациональность приятно удивила.              — Всё твои уроки, — шепнула она ему, когда все разошлись. Если он и вправду так на неё влияет, то он почти верит, что не зря остался жив.        Королева и впрямь сильно изменилась эти месяцы. Если поначалу Логан хватался за голову, видя, как при новоиспеченной королеве тает, уходя в минус, казна, то впоследствии его сестра смогла доказать свою состоятельность как правитель. Она жертвовала в казну собственные средства, поощряла к тому же зажиточное население и даже убедила Ловкача — Ловкача! — сделать пожертвование в обмен на избавление от одной его чокнутой фанатки. Она целыми днями просиживала над бухгалтерскими книгами, пытаясь соблюсти тонкий баланс между нуждами армии и простого люда. Часто Логан составлял ей в этом компанию: объяснял нюансы учёта, помогал найти лазейку.              И всё же, даже прибегая к его помощи, Королева не изменяла себе — неважно сколько денег из бюджета оно съест, если это улучшит жизнь жителей Альбиона, оно того стоит. Не сказать, что Логан так уж рьяно разделал её убеждения, но ныне он больше не король — лишь советник. Его дело давать советы, а не дискутировать об оправданности решений монарха. Однако что в прошлом, что сейчас он намерен выполнять свою работу со всей отдачей.              Этим утром Логан проснулся с таким же намерением. К восьми часам он уже успел провести внеочередное построение лояльных ему солдат и рассмотреть несколько прошений от них же. Формально элитные войска теперь подчинялись Королеве, однако приятно было осознавать, что на деле самолично им созданные военные подразделения по-прежнему верны ему. Даже отчитывались они лишь перед ним. Разумеется, существовала служебная инструкция, согласно которой копии всех донесений надлежало передавать для ознакомления действующему монарху, но на поверку решение о непосредственной передаче всегда оставалось за Логаном. А он не собирался тревожить сестру происшествиями, не стоящими её внимания. Отчёты доходили до Королевы не часто, но и эти, единичные, она, как правило, даже не открывала. Ещё одна наглядная демонстрация её доверия.              Благо сегодня испытывать её благосклонность не было нужды. Ничего выходящего за рамки обыденности за ночь не случилось. Меж тем близился девятый час, а значит, можно было наконец отправиться на завтрак. Королева как раз должна была проснуться.              Логан толкнул дверь в обеденную залу, ожидая увидеть свою сестру уже сидящей там за столом. Едва заметив его, она, несомненно, помахала бы ему рукой или даже встала бы и обняла. Это с остальными своими советниками она старалась сохранить хоть нотку учтивости, с ним же она церемониться привычки не имела.              — Наедине с тобой я не хочу быть королевой, рядом с тобой я хочу быть собой! Понимаешь? — сказала она однажды. Ему бы тогда в пору напомнить ей, что монарх всегда остаётся монархом. Это не та работа, от которой можно взять выходной. Однако он ничего такого не сказал. Кивнул лишь, соглашаясь с установленным ею порядком вещей. Ибо услышать такое от неё оказалось неожиданно приятно. Едва ли он позволил бы подобное к себе отношение со стороны хоть кого-то иного.              Каблук сапога с глухим стуком опускается на морёное дерево пола обеденной залы. Но Логана никто встречать не спешит, сестры здесь нет. Что странно. За все эти месяцы она ни разу не изменила своей привычке сразу после пробуждения отправляться трапезничать. А встать она, несомненно, уже должна была, дворецкий просто не оставил бы ей иного выбора. Так где она?              Поначалу мысль отправится её искать показалась смешной. Лишь по одному звонку в колокольчик ему незамедлительно подали бы завтрак. Без разговоров за столом, кои были неотъемлемой частью любого приёма пищи в компании его сестры, он даже быстрее покончил бы с ним, а следовательно, и быстрее вернулся бы к работе. Однако начать трапезу без неё что-то мешало. Некое странное чувство...              Решив не тратить драгоценное время на познание природы какого-то непонятного чувства, Логан с обречённым вздохом покинул залу. Первым делом он отправился в королевские покои, но и там сестры не оказалось. На счастье, поблизости от них ему на глаза попалась одна из служанок. Испуганная непривычным вниманием с его стороны, она быстро и сбивчиво дала ответ, что Королева сейчас в зале войны.              Это было странно вдвойне. Сколько Логан помнил свою сестру, она не могла работать на пустой желудок. Что она забыла в зале войны? С этими мыслями он поднялся по лестнице на нужный этаж, ступил в коридор и уверенной походкой направился к расположенному в его конце искомому залу. Дверь в него была приоткрыта, и чем ближе Логан подходил к ней, тем отчётливее ему становился слышен диалог, разворачивающийся за ней.              — …нимаю ваше нежелание, но хотя бы рассмотрите кандидатов, — умоляющим тоном просил новый дворецкий.              — Зачем мне рассматривать кандидатов, если я не собираюсь ни за одного из них выходить? — раздражённо возражает Королева.              — Это порадует народ, — говорит он так, будто объясняет очевидное, — более того, это спасёт страну от кризиса престолонаследия в случае вашей возможной гибели.              — У Логана тоже жены не было, но ему-то никто не говорил о необходимости жениться, — восклицает она, хотя всем во дворце предельно ясно, что требовать что-то от предыдущего короля люди просто-напросто боялись.              — Но Вам это пойдёт на пользу…              Логан врывается в комнату прежде, чем успевает толком понять зачем.              

***

             — Хватит, у нас вторжение на носу, замужество может подождать, — резко обрывает неучтивого дворецкого из ниоткуда взявшийся Логан, а грохнувшая за его спиной дверь лишь добавляет его словам веса.              Давно Королева не была так рада видеть брата.              — Да, да, вот именно, — спешит она с ним согласится, а после обходит дворецкого по широкой дуге и берёт Логана под руку. — У нас ещё куча дел, правда, брат?              Он не отвечает, но позволяет увести себя из зала войны. Дворецкий остаётся наедине со своим молчаливым недоумением.              — Ты просто спас меня, — признаётся Королева, стоит им немного отойти от закрывшейся за их спинами двери. — Спасибо тебе.              — Не стоит благодарности, — отвечает брат в своей привычной манере. — Я полагаю, ты ещё не завтракала? — спрашивает он, не глядя на неё.              — Ты угадал, — признаётся она с улыбкой в голосе. — Надо бы это исправить, составишь компанию?              — Несомненно, — заключает Логан и делает первый шаг по лестнице.              И только сейчас Королева замечает, что так и не отпустила его руку. За словесной игрой она и забыла о том, как вцепилась в него. По-хорошему, надо бы его отпустить, тем более брат не жалует излишне долгих прикосновений. Так решает она, а потом продолжает спускаться с ним рука об руку по ступеням. Кого она обманывает — момент упущен. Отпускать его надо было раньше, ещё у двери зала, делать же это коридор и поллестинцы спустя будет слишком неловко. Да и он не выглядит так, будто сильно против подобной прогулки.              Хотя понять, что на самом деле чувствует Логан, по одному лишь его виду порой бывает несказанно сложно. Он строг, всегда держит достоинство и даже банальной улыбки от него не дождёшься. Не то чтобы в этом была сугубо его вина — учителя, нанятые отцом, вложили в него достаточно качеств, «необходимых монарху», — однако он и в детстве был таким. Просто чуть мягче. И тогда маленькой Принцессе время от времени удавалось через этот лёд пробиться. Как она рада, что за последний неполный год у неё это начало получаться снова.              Они всё больше времени проводят вместе. Вместе бессонными ночами в архивах пытаются спасти королевство. И глупо отрицать, чем дольше это длится, тем сильнее они становятся похожи друг на друга. Королева не уверена, замечает ли это Логан, но она видит ясно: и одинаковые чёрные круги под глазами, и осунувшиеся лица, и один на двоих вечно усталый вид. Единственно, если к подобному облику сверженного короля все привыкли, то Королева в глазах подданных выглядит нездоровой. Не то чтобы они не были правы, но разве не таков монарший долг? Попробуй им это растолкуй! Их взгляды полнятся сочувствием. И лишь взгляд её такого же уставшего, отдающего всего себя королевским делам брата, кажется, лучится гордостью.              Ей приятнее отражаться в его глазах.              Но ох, если бы на неё смотрел лишь он один. Она на виду у всего королевства, и в этом королевстве есть такие люди, как Ловкач. То ли видя изменения в облике Королевы, то ли по велению своей порочной натуры, а может, и просто от того, что именно она помогла ему окончательно избавиться от Бенджамины, он одаривал её чрезмерным и совершенно нежелательным вниманием. Королева по-прежнему помнит, как во время подписания очередного контракта с «Концерном Ловкача» он, склонившись к её уху, предложил ей «развеяться». До чего же сально это тогда прозвучало из его уст. Благо клинок у горла быстро заставил его отозвать своё приглашение.              Когда вслед за сим инцидентом он делает ещё несколько подобных предложений, Королева просто их игнорирует. Когда придворные, а в особенности Пейдж с Беном, тоже начинают советовать ей развеяться — и тут уже непонятно в каком смысле — становится как-то не по себе, но терпеть всё ещё можно. Однако, когда Ловкач, ни капли не стесняясь присутствия Логана, открыто советует ей «развеяться» — даже не конкретно с ним, а просто хоть с кем-то — становится страшно. Нет, конечно, при этом он не преминул посетовать на отсутствие в Альбионе борделей, за что официально и был справажен вон. Притом крайне быстро — Логан уже доставал шпагу, а Королеве, так вышло, очень не хотелось отдавать в чистку только купленный ковёр.              Закончилось всё тогда благополучно: брат, как выяснилось, собирался лишь припугнуть потерявшего субординацию магната, а сам Ловкач потом даже принёс официальное извинение, пусть и в своей излюбленной жеманной манере. Напоминанием о том инциденте теперь служат лишь шепотки придворных да дворецкий, что излишне настырно старается выдать её замуж, дабы эти разговоры пресечь. Однако те слова магната до сих пор неприятно саднят душу. Легко ему говорить, в его кровати побывало полкоролевства! Он привык так жить, когда каждую ночь ему согревает постель кто-то новый. Королева же так не могла. И не столько из-за статуса, сколько из-за своей непонятной щепетильности перед сим интимным процессом. У неё-то и отношений было — раз, два и обчёлся. Вернее, только один лишь «раз».              Эллиот, Эллиот… Как жаль, что с тобой всё так получилось.              Первый друг и первая любовь. Как стыдно теперь вспоминать, что тогда она пошла на это больше из-за обиды на брата, чем от сильных чувств к самому Эллиоту. Он так не нравился Логану, а ей так хотелось уязвить брата с той же силой, что он обидел её своим невниманием. Нет, конечно, Эллиот нравился ей, он был мил и учтив, ей было приятно проводить с ним время. Однако зашла бы она так далеко, не желай она уколоть брата? Ведь сам Эллиот никогда не осмелился бы «развеиться» с ней, не предложи она того.              Скорее всего, ответом будет «нет». Подтверждением этому служит то, как быстро всё затухло, стоило брату вернуться из экспедиции. Желание насолить королю отступило на второй план, уступив место беспокойству за его душевное здоровье. А за повседневными заботами, за наблюдением за сгущавшимися над королевством тучами их с Эллиотом отношения всё больше стали снова походить на дружеские. И где-то в глубине души Принцесса была этому только рада.              А потом она спасла ему жизнь.              Эта её паршивая привычка слишком сильно прикипать к дорогим ей людям. Ни в чём не повинные бастующие должны были остаться живы, а Логан должен был сполна ответить за свои прегрешения на суде. Однако вот её брат, живой, шагает с ней рука об руку, а Эллиот теперь не может взглянуть на неё без затаённой боли в глазах. Она не только спасла его жизнь ценой многих других, но и никак не наказала человека, этой жизни угрожавшего.              Они недавно мельком виделись при дворе на приёме в честь восстановления детского приюта. Его жена Линда была в восторге. Открыв этот приют ещё при правлении Логана, она и не думала, что однажды он станет настолько прекрасен. Королева надеялась, что Эллиоту новый облик приюта понравится тоже. Надеялась, что так она сможет перед ним извиниться.              На приёме он в самом деле благодарил её за щедрое пожертвование, был вежлив, обращался к ней «Ваше Величество», но по одному его виду становилось ясно — лишь из приличия. Он её не простил. Мог бы, иначе не молил бы о поцелуе там, в убежище Хорька, но она не оставила на подобный исход и шанса. Сперва она отказала ему в поцелуе, велев вернуться к тогда ещё невесте, а после вонзила нож в спину. Несколько раз. Раз за разом лишь больше прокручивая в ране. Она пощадила Логана, сделала его советником и постепенно снова сблизилась с ним.              Ей не составляло труда представить, как каждая её улыбка, обращённая к брату, отзывалась в сердце Элиота нестерпимой болью, но просто не могла поступать иначе, не согласно своей натуре. Не это ли беда всех Героев — не быть властными над собой? Глядя на Ловкача, хочется ответить «да». Даже будучи Героем, будучи королевой, она никак не сможет помочь Эллиоту залечить его душевные раны. Остаётся лишь надеятся, что на это окажется способно время. И его замечательная жена. Линда не оставит его, будет поддерживать, несмотря ни на что. Говорят, у них скоро родится ребёнок. Меньшее, что Королева способна сделать для них, это отбить нашествие Хозяина Теней. И тем сберечь жизнь Эллиоту и его семье. Может, хоть тогда каждый из них сможет обрести своё счастье.              Эти мысли топкие, липкие и чёрные, как смоль. Королева знает, что окончательно никогда не сможет избавиться от них, но в тщетной попытке сделать это хоть на время она задаёт Логану первый пришедший на ум вопрос.              

***

             — Логан, а почему ты так и не женился? — внезапно спрашивает сестра в тот самый момент, когда они переступают порог обеденной залы.              Вопрос застигает его врасплох. Всё же Королева не проронила ни слова по пути сюда.              — Не посчитал нужным, — отвечает он после небольшой паузы, а следом забирает свою руку у сестры и звонит в колокольчик, давая слугам сигнал принести завтрак.              — Но ведь брак с представительницей знатного рода смог бы привнести в казну значительные средства, — резонно подмечает она, садясь за стол.              Логан задумывается на мгновение, однако совершенно не над ответом на замечание сестры. Он в замешательстве: сперва та прогулка рука об руку по замку — надо сказать, достаточно смущающая — теперь это. Зачем ей вообще это знать? Она уже не в первый раз задаёт подобные провокационные вопросы. Пытается узнать его мнение о событиях, давно минувших, и о вещах, совершенно не относящихся к их работе. Сама Королева это не объясняла никак, да и Логан не спешил спрашивать на прямую. Однако предполагал, что так она пытается наверстать упущенное за столько лет в ссоре. Лично он не был уверен, насколько целесообразно заниматься этим именно сейчас, в условиях подготовки к войне. Даже если частью последствий этого её желания явились их возобновившиеся сражения на мечах, против которых он ничего не имел. Так или иначе он рядом, помогает ей, на собраниях не предлагает ничего, что шло бы вразрез с её мировоззрением слишком сильно — разве этого не достаточно?              Ей, видимо, нет.              — Ты задала этот вопрос, чтобы получить аргументы за или против своего собственного замужества? — подлавливает он сестру, уходя от ответа, и невольно морщится. Это не та тема, на которую он был бы рад поговорить.              — С чего ты взял! — возражает она как-то слишком быстро, и по её лицу враз становится ясно, что она уже и сама не рада тому, какой вопрос задала. — А что, у тебя есть мысли на этот счёт? — после небольшой паузы всё же спрашивает она, пристально наблюдая за тем, как он садится за стол напротив неё. Логан излишне болезненно чувствует этот взгляд.              — Тебе это не нужно, — выносит он вердикт, пока принесённые слугами блюда одно за другим занимают свои места на столе. — Более того, выйди ты замуж, это твоему жениху отошло бы твоё приданое, а не наоборот.              Лицо Королевы осеняется ликованием.              — Хороший аргумент, — восклицает она с такой радостью, словно сама об этом даже не подумала, — так и отвечу дворецкому в следующий раз, — видать, и правда не подумала.              Логан отправляет в рот кусок печёного картофеля, удовлетворённый хотя бы тем, что сестра с ним согласна. Он не был рад поднятой теме, это правда, однако, видя, как рьяно Королева желает отделаться от назойливого дворецкого, он позволяет себе расслабленный вздох. Он не представляет, как бы отговаривал её от замужества, реши она и впрямь пойти на этот шаг. Ломтик шампиньона отправляется в рот вслед за картофелем, а Логан надеется, что на этом тема брака угаснет и никогда больше не поднимется. Ему совершенно не хочется думать о сестре, как о чьей-то невесте!              На какое-то время воцаряется тишина. Они спокойно едят, наслаждаясь очередным кулинарным шедевром придворного повара. Во всяком случае до момента, пока собиравшуюся пригубить вина Королеву вдруг не осеняет:              — Но погоди, это не объясняет, почему не женился ты, — воззряется она на брата, так и не отпив из бокала.              Ведомая дрогнувшей рукой вилка с неприятным скрежетом проскальзывает по дну тарелки. Да знал бы он сам почему! У него было столько дел, столько вещей требовало его внимания… Разумеется, время от времени он задумывался о женитьбе, однако всякий раз его от этих мыслей что-то отвлекало: то целый полк солдат решит дезертировать — показательные казни тогда растянулись на месяц, так долго ловили всех сбежавших, — то крестьяне, недовольные размером душащих их налогов, затеют мятеж — подобное вообще случалось чуть ли не ежемесячно, — а то и просто король сам внезапно терял уверенность, что это ему столь необходимо. Однако признаваться в незнании хоть чего-то перед сестрой не хотелось, и потому Логан решает выразиться иначе:              — Как я уже сказал, я не посчитал это нужным, — тянет он время, подбирая слова. — Казна при мне, как ты могла заметить, хоть и не ломилась от средств, но содержала значительные суммы. Женитьба всегда оставалась запасным вариантом на случай, если иные пути приумножения казны окажутся исчерпаны, — проговорил Логан довольный, каким рациональным вышел сочинённый на ходу ответ.              — Хм, — слегка хмурится сестра, — но ты не берёшь в расчёт личность невесты.              — Едва ли это имело бы значение, понадобись быстро поправить финансовое положение короны, — сухо отвечает Логан, он откровенно устал от этого диалога.              — Так ты не дослушал! — восклицает недовольно Королева. — Ведь жена, она же ещё и в роли советника выступает, — философски подмечает она. — Всяко лучше, если у тебя в распоряжении есть несколько взглядов на ситуацию, — говорит она, явно намекая на то, как дела обстоят между ней самой и Логаном.              — Зачем мне жена, если по сей день с критикой моих политических решений неплохо справлялась и ты? — парирует он, возможно, чуть резче, чем следовало бы.              Повисает неприятная тишина. Значит, и впрямь прозвучало резко. Она не любит, когда кто-либо вспоминает зверства прежнего короля, даже он сам. Однако на сей раз на её лице отразилась не столько понятная грусть, сколько нечто иное. Поперву удивлённый взгляд широко распахнутых глаз она спустя секунду отвела в сторону и, склонив голову, как-то странно поджала губы. И смотря в это скорее смущённое, чем уязвлённое лицо Логан сам начинает думать, что сказал что-то совершенно не то. Во всяком случае явно не то, что хотел сказать.              — Ладно! Закрыли тему! — восклицает Королева, залпом допивая вино. — Не женился и не женился, — тараторит она по-странному взволнованно. — Сегодня у нас много дел. Как на счёт хорошего спарринга перед тем, как приступить к ним? — она улыбается широко, зная, что брат не откажет, но улыбка всё равно выходит натужной.              — Ничего не имею против, — холодность, как всегда, приходит на помощь в моменты фрустрации. Королева не желает говорить, чем её задели его слова, и, зная упёртость сестры, пытаться спрашивать об этом бесполезно. Либо она сама скажет позже, либо не скажет никогда. Логану остаётся только ждать.              Королева не отвечает, но, коротко кивнув, встаёт из-за стола. Логан поднимается тоже и вслед за сестрой направляется к дверям залы. И вот они снова идут по замку, ладно хоть не под руку в этот раз. Теперь можно не терпеть пристальных взглядов прислуги, однако обсуждать утренний променад, Логан уверен, они будут ещё очень долго. Честно, он поражался способности сестры всё это игнорировать. Он-то явственно ощущал каждый брошенный ему в спину взгляд. Причем отчего-то исключительно в моменты, когда был в компании Королевы. Сестра заставляла его волноваться. Всегда на душе неспокойно, когда она рядом. Как она не понимает, что выставляя близость с ним на всеобщее обозрение, она нисколько не улучшает мнение народа о нём, а лишь портит его мнение о себе.              Погрузившись в мысли, Логан почти упускает момент, когда они входят в тренировочный зал. Просторное помещение, под ногами новый голубоватого оттенка ковёр, по периметру рыцарские доспехи и стройные ряды мечей на стойках, что поблёскивают отсветами от зажжённого в глубине зала камина. Здесь нет прислуги. И дышится сразу легче. Ближайший час принадлежит лишь им одним.              Они подходят к стойкам, берут по мечу и оставляют на местах взятых учебных свои боевые. Оружию с личным именем не место в боях между членами семьи, хоть в этом они солидарны. Ими они крушили и будут крушить врагов, а вражду между собой они раз и навсегда пресекли. Нынешние сражения не более, чем дань уважения старой детской забаве. Ну и тренировка, конечно.              Они становятся на изготовку: ноги на ширине плеч, колени чуть согнуты, меч выставлен в сторону противника. На лице Королевы играет лукавая улыбка. Она определённо что-то задумала. Логан, видя её такой, и сам не удерживается от улыбки, еле заметной, выраженой лишь дрогнувшими вверх уголками губ. Секунда — и начинается бой.              Фехтование всегда ему нравилось. Как наука, как своеобразное искусство. Сражаться же с сестрой было приятно вдвойне. Правда, признаться себе в этом оказалось непросто. Благо впервые он сделал это ещё в далёком детстве, а ныне лишь заново открыл для себя сей факт. Их учил один и тот же человек, и тем не менее её стиль боя так сильно отличается от его. Горячная, она бросается в бой без раздумья, без тактики, она обрушивает удары градом, не задумываясь об эффективности каждого из них в отдельности. Его сестра — это шторм, буря. И в этом её грация. То, как она двигается, как парирует удары, есть в этом нечто неуловимое... Логан не знает, как это описать, знает лишь, что это красиво.              Сегодня она особенно неистова. Чему Логан совершенно не удивлён. Он помнит её лицо, когда Ловкач, отметив её уставший внешний вид, предложил ей «найти кого нибудь, чтобы развеяться». Уязвлённая и растерянная, она потеряла дар речи. Иногда Логан жалеет, что так и не пустил в ход шпагу. Сестре он тогда сказал, что хотел его лишь припугнуть... Пусть она и дальше так считает.              Сегодняшний случай с дворецким, конечно, не столь вопиющий, но явно из того же разряда. После таких разговоров сестра ведёт себя странно, выпадает из колеи. Сейчас, когда нужно постоянно оставаться собранным, это особенно опасно. Хотя их нынешний бой должен ей с этим помочь, фехтование всё ещё лучший придуманный человечеством способ выпускать пар. А если придворные и впредь не уразумеют, что отвлекать Королеву от государственных дел не стоит, он самолично им это объяснит.              Тут сестра внезапно делает совершенно не свойственный для её техники боя одиночный выпад. Погрузившемуся в свои мысли Логану стоит невероятных усилий увести корпус с его траектории. Здесь-то его и подлавливает Королева, выставляя подножку.              — Подловила! — радостно выкрикивает она, всплёскивая руками, после чего сразу же делает оборот вокруг своей оси и принимается исполнять нечто, обязанное быть «победным танцем».              Логан же, не спеша подниматься с пола, опирается на выставленную назад руку и откровенно любуется ею. Не зря о желании быть собой она сказала именно во время одного из их сражений на мечах. Вот она, его сестра, во всём своём великолепии, с детской непосредственной радостью на лице. Да, монарху быть таким не пристало, особенно сейчас, но всего-то на час в день...              Кажется, в такие моменты она отдыхает душой. Логану греет сердце, что их она разделяет с ним.