Глава II. «Красная Стрела Судьбы»
13 февраля 2023, 02:42Поутру на последний из обструганных деревянных шампуров был насажен последний же оставшийся кусок сырого живоглота. Большую часть ночи Морена просто смотрела в костёр, периодически подбрасывая хворост, и размышляла о своём прошлом и будущем. С настоящим и так всё было ясно, а вот что реально заставляло задумываться и мечтать — так это неразрешённые загадки прошлых лет и кристальные замки будущего века.
В том небольшом городке, в котором они с Эриком жили, частенько ходили слухи и разговоры об истинном величии Империи Союзных Городов, увидеть блеск которой можно лишь на северной стороне света. Огромная часть континента принадлежала их государству, но Север ни в какое сравнение с Югом не шёл. Морена давно пришла к выводу, что обязательно добьётся в своей жизни успеха, но величина успеха на этом континенте напрямую зависела от количества окружающих возможностей. Говорить о которых в заброшенной южной глухомани явно не приходилось.
«Все возможности — на севере, — думала амбициозная шекская воришка. — Там, где вращается знать, где вершится судьба целого народа, где богатство и спокойствие… там и лучшая жизнь».
Когда она впервые поделилась этой идеей с Эриком, тот подумал:
«Выбиться в люди, значит…»
Тогда они сошлись в своих целях, или, по крайней мере, прикинулись друг перед другом, что сошлись. В целом, их дружба строилась на взаимовыгодной поддержке и честности. Конечно, иногда некоторые детали оставались не до конца раскрытыми, но в одном из разговоров оба согласились, что всё существенно важное, определяющее их дружбу, они всегда будут делить вместе. Так, например, Эрик никогда не спрашивал у Морены, как она очутилась в Южной Империи, а Морена никогда не спрашивала о семье Эрика.
Ближе к утру, когда все мысли были обдуманы, а замки просмотрены, Морена уже начала тихонечко говорить сама с собой. И рассуждения эти были по типу:
— Сначала посмотрим на порт, потом на сам океан…
Затем она стала напевать под нос какие-то несуществующие песенки, пытаясь сложить их в рифме. Но там уже и стукнуло к полудню, а Эрик, будто б по команде, разомкнул глаза и привстал в спальнике, преисполненный сил.
— Доброе утро!
— О, мхм, — слегка смущённо дёрнулась Морена, складывая дожаренное мясо в пищевой мешочек. — Выспался?
— Восстановился. Ну что, пора отправляться?
— Куда, напомни, мы держим путь? — шекская девушка туго завязала рюкзаки и подтянула ремни с ворованными (но, теперь уже их) катанами.
— Скуин.
— Это, мхм, в том каньоне?
— Ага, — прохрустев костями согласился Эрик, после чего поворошил свои короткие волосы, и натянул на голову тканую маску. — Мори, лучше потуже завяжи маску. В этих пустынях частенько бушуют песочные бури.
— Песчаные, Эри, песчаные бури, — поправила она его, подразнив, и затянула маску на своей рогатой голове. — Я слышала о центральных землях.
— До центральных земель нам ещё неделю топать, глупышка, — усмехнулся парень, звякнув длинным металлическим мечом, и закинув рюкзак на плечо.
— Ещё раз назови меня так, и сам потащишь свою израненную задницу в следующий раз, — кивнула Морена, и протянула ему мешок с жареным живоглотом.
Эрик улыбнулся, и накинул лямку на шею. Путь предстоял долгий, но авантюристы были полны сил и надежды.
Поднимая пыль песчаных скал и холмов, уже через пару часов они добрались до лагеря охотников на Короля Жуков, кой раскинулся в одной из низин приграничных земель. Морена ожидала увидеть ватагу бравых вояк, закалённых в боях, и готовых сворачивать горы одним своим суровым взглядом (печально порою переубеждать бурно разыгравшееся воображение). Но увы, взор застал лишь ворох перепуганных охотников за наградой, которые сломя голову бежали кто за кушем, а кто и просто от угрозы своего незатейливого прошлого.
Лагерь представлял собой оборудованный для обороны перекрёсток трёх дорог — на север, к королевству шеков; на юг — к паучьим равнинам; и на запад — в сторону болот. По этим дорогам расположились несколько болтовых турелей, за которыми едва ли не паникующие стрелки, покрывшись испариной, нервно мотали прицелом туда-сюда. Ближе к центру лагеря растянулись навесы, под которыми трещали костры и пылились десятки пустующих спальников. У одного из костров собралась группа из разномастных вояк, кто в чём: кто-то в латах и с тяжёлыми пилами, кто с арбалетами и трубами, а кто с короткими клинками, дубинами и верчёными вёслами. Они травили друг другу байки и периодически ржали, как лоси, прикладываясь к горячительным напиткам и пожирая разные яства. Эрик кивнул Морене, и подвалил к тем мужикам, пытаясь уловить чего полезного. Морена же, как обычно, решила откланяться к другому костерку. За ним молчаливо сидела пара незнакомцев. Худая молоденькая зеленоземка, в сером одеянье с капюшоном и железной маской до носа, и крепкий парень невысокого роста. Судя по его одежде можно было заявить, что из обычных рабочих. Морена присела на спальник, и достала порцию жареного мяса. Она кивнула девице, которая потирала однозарядный потрёпанный арбалет. Та, в ответ, резко выпалила:
— Тоже на россказни о сокровищах прилетела, как мотылёк?
— Мхм, чего? — жуя свежеприготовленного живоглота, спросила Морена.
— Ну, на Короля Жуков пришла поохотиться? Так вот я тебе так скажу: хоть врут истории о тех богатствах, которые он охраняет, или нет, но живым с этой охоты ещё никто не возвращался. Я всё думаю, кой чёрт меня дёрнул, блять, прийти сюда. Нахуй вообще, блин, я сюда пришла. Может, к чёрту?
— Выглядишь, как настоящий воин, — иронично бросила шечка.
— Я вообще-то за острыми ощущениями сюда пришла. Думала, скучно живётся. А щас… мы уже целую неделю только пауков и гоняем. Хер знает, кто он вообще такой. И существует ли он на самом деле, — говорила зеленоземка с арбалетом, слегка покачиваясь, будто бы нервничая.
— Я тебя вообще-то ни о чём не спрашивала, — оглянувшись, сказала вдруг Морена. Ей стало жаль эту девицу, но в этом мире не стоило просто так проявлять жалость.
— Знаешь, поговаривают, что его и нет совсем. А другие говорят, что он умеет управлять этими тварями.
— Тварями?
— Ну, пауками. Мол он их жучий, блять, король. И управляет ими. Как куклами.
— А его они не трогают, — внезапно вступил в диалог тот крепыш-молчун. — Он уже целую гору богатств нажил, говорят, и наказал своим детям их стеречь.
— Детям, блять! — выпалила арбалетчица. — Я вообще-то думала тупо развеяться, думала, тут гарнизон с воинами, а здесь какая-то шайка обрыганов, сидят только, бухают, да в пауков стреляют. Никто не осмеливается покинуть этот лагерь. Так и сидим здесь уже неделю. Только шеки приходят и уходят.
— А куда шеки идут? — спросила Морена с интересом.
— Понятно дело, куда. К Нему. У них это вроде битвы чести. Самоубийство, и только. Никто из них не возвращается. И мне бы, пожалуй, надо валить. К чёрту его, лучше я ещё поживу…
— Ясно, — заключила Морена, доживав мясо. — Ну, удачи тебе.
— А? А ты куда идёшь? — взглянула девушка ей в глаза с надеждой, — может, меня с собой возьмёшь?
— Да ты, видно, бравый воин, — отшутилась шекская воришка, поправив лямку тяжеленного рюкзака. — И без меня хорошо справляешься.
— Ага, да, понятно. Ну топай, и я, наверное, свалю отсюда. Нахер. Сидеть здесь, лучше вернуться…
Низкорослый молча проводил Морену взглядом, и так и остался у пляшущих огоньков костра.
Эрик в этот же момент подошёл к Морене, покинув «свою группу», и сразу заключил:
— Пойдём отсюда — нечего тут делать.
Они решили, что Король Жуков — это уже не их дело, и связываться с этим они не хотят. После чего двинули вниз по склону — на север. А там уже наткнулись на достаточно большой приграничный город шеков, разделённый на две части. Обе они были отделены друг от друга стенами и широченной дорогой торгового тракта, уходящего вглубь королевства. Улицы Последнего Боя (как называлась эта крепость) были заполнены самыми разными существами. Что ещё несколько лет назад казалось невозможным, сегодня же было обыденным: громко зазывающие люди-торгаши уличных рынков впаривали свои товары и шекам, и роям, пока мимо них мирно шествовал караван из скелетов с цепью процессорных юнитов за спиной. Некоторые шеки, конечно, цедили сквозь зубы, мол: «как мы до такого докатились? Сегодня мы впускаем чужаков в наш дом, а завтра что? Будем им за грогом бегать?»
Но в целом обстановка была спокойной. Эрик и Морена завалились в один из больших магазинов, где за прилавком неожиданно стоял стильный высоченный шек в тёмных круглых очках. Он с диким акцентом, но максимально дружелюбно произнёс:
— Ба, какие люди, захади, дарагои и дарагая. Я вам пакажу, что у меня есть для вас.
— Да мы и сами, — подмигнул ему Эрик, — можем кой чего показать.
Шкуры живоглотов и их клыки, в совокупности с несколькими более-менее приемлемыми клинками, да тесаками банды треуголки пришлись кстати: шек был доволен, и отвалил хорошую сумму за всё, вместе с мешком жареного мяса. В целом, сделка вышла достаточно удачной, а когда друзья решили показать ему броню, которую смогли дотащить на своём горбу до столь дальнего места, тот добродушно ответил:
— Се лучше покажите Гронгу — это бронник через улицу. Я больше по разным диковинкам, но если будете в наших краях с оружием — милости прошу. Я, знаете ли, коллекцеонствую.
Морена больше бесед вести не хотела, и скорее потащила Эрика дальше, хотя тот уже было, едва ли не распустил уши в милой беседе с иноземным купцом.
В той лавке бронника они смогли сплавить всё своё остальное добро в достаточно высокую цену, и закупиться у него некоторыми вещицами получше. Собственно, стоит ли и говорить, что пока они совершали сделку у этого наивного шека-торговца, Морена вновь провернула финт ушами и незаметно обчистила его точно так же, как когда-то обворовала башмачника на первой путевой станции их путешествия — в Стэкле.
Куш был ещё большим, чем первоначальный. Только теперь они ещё и были с иголочки одеты. Морена обзавелась максимально удобными скрытыми одеждами, не выдающих ни звука при беге или ходьбе. А Эрик же теперь был облачён в удобную кожаную броню, защищающую практически весь верх, и не стесняющий движений, а на ногах его красовалась роскошная юбка скитальца с подшитыми спрятанными железными пластинами. И у обоих теперь на лицах были металлические маски-противогазы, такие и лезвие скосят в сторону, и от газа с пылью защитят.
Друзья завалились в таверну, чтобы отметить начало новой жизни и крайне удачный поход по магазинам. Бронник ничего не заметил, но двое путешественников решили не останавливаться на ночь в шекском трактире, на всякий случай. Они до отвала наелись, выпили рому и послушали парочку сумасшедших и весёлых историй. Один из шеков, сидящий за общим столом, внезапно поделился своим рассказом, заявив:
— Завтра, начнётся последняя охота.
— Охота на кого? — поинтересовалась Морена, прибывающая слегка навеселе.
— На Него. Я пришёл сюда, чтобы стать избранником Крала.
— Сюда? В смысле, в этот паб? — хихикнул Эрик, после чего получил от подруги под столом пинок в коленку.
— В эту крепость. Вам знакома история этого места?
— Не совсем, мы, видите ли, не местные, — по-актёрски шикнул парень, после чего старый шек вздохнул.
— И то верно, время нынче другое. Когда-то мы гладкокожих не жаловали, а сегодня пускаем в свои дома. Но ничего, завтра будет охота. Славная охота. И последняя.
— То есть? — сглотнув, пододвинулась Морена поближе к старику. Впрочем, стариком того можно было назвать лишь из-за явного ощущения, что шеку уже в действительности очень много лет, и что кожа его имеет больше морщин и складок, чем у многих других посетителей этого трактира.
— Многие старые шеки, — пояснил он после небольшой паузы, — приходят сюда умирать. По заветам Крала нет ничего славнее: закончить свою жизнь в битве. Молодые приходят, чтобы доказать себя, старые — чтобы покинуть этот мир. Все идут к Хозяину Жуков.
— А что это… — начала было Морена, но тут под столом её пнул уже Эрик.
— Э-эй, — шикнул он, придуриваясь, — забе-ей. Ну нахрен, пойдём лучше.
Она укоризненно взглянула на него, затем потёрла свои рога, и золотые колечки у их кончиков, встала из-за стола и поблагодарила старого шека за беседу.
— А вас, темнокожих шечек, — буркнул тот старец напоследок, — давно я уже не видывал. Откуда путь держите?
— С юга, — картинно покланялся Эрик, и приобняв за плечи свою спутницу, бросил: — Всего наидобрейшего, — после чего направился к выходу и потащил Морену за собой.
— ЭЙ, ГЛАДКОКОЖИЙ! — среди общего галдежа и хмельного хлама крикнули ему вдруг, и он, слегка пьяный и шатающийся, обернулся.
Перед ним стояла какая-то борзая высокая подтянутая шечка, что одной рукой держалась за рукоятку своего резака в ножнах, хмурясь, а второй тыкала в него пальцем.
— ДАВАЙ ПРОВЕРИМ, ТАКОЙ ЛИ ТЫ ГЛАДКИЙ В БОЮ, КАК ВНЕШНЕ! ИЛИ НЕТ?!
Но Эрик в той же манере просто молча развернулся и ушёл, подхватив за локотки Морену. Время близилось к полуночи. Друзья заприметили открытую лавку путешественника, и не преминули в неё заглянуть. Путешественник, впрочем, оказался очень добродушным зеленоземцем. Настолько, что Морена даже решила его не грабить. Хотя, неясно было наверняка, что стало причиной такой доброты — то ли чрезмерная доброжелательность этого парня, то ли четверо его телохранителей, стоящих по углам торгового зала.
В общем, прежде чем покинуть Последний Бой, Эрик и Морена знатно закупились у него координатами, а потом взяли пару поясов, и сверились со своей картой.
После чего распрощались, и двинулись вон из крепости — на восток. Совсем неподалёку, в двух часах пути от шекского пристанища, на пустынном холме перед спуском к каньону Скуина, расположилась укромная путевая станция техохотников с высоченными железными стенами и парой гарпунных турелей. Там, сплавив шекскую броню местному барыге, друзья решили остаться на ночь.
Звёзды весело скакали по облакам ночного неба. Воздух в этих краях по-особенному был чист и лёгок, и друзья, допивая очередной кувшин с ромом, мило болтали, лёжа на одной из стен этого маленького городка. Они пришли к выводу, что их путешествие началось только сейчас, вот прямо сегодня, когда они наконец обзавелись деньжатами и парой забавных историй обо всём произошедшем.
— Мори, — загадочно вдруг произнёс Эрик.
— Ау? — мечтательно глядя на звёзды, ответила Морена.
— Знаешь, я хотел бы сказать тебе спасибо.
— За что?
— Без тебя ничего бы этого не было.
— Мхм, ты напи-и-ился, — засмеялась она.
— Да, но разве это меняет суть дела? — хихикнул он.
— Конечно, меняет. Пьяный вышибала никогда не говорит правды.
— Я в действительности тебе благодарен.
— Ты в целом, говоришь?
— Да и, в целом, точно. Да вообще. Что ты решилась вытащить меня, я бы никуда не пошёл сам. И, ты, ну, делаешь вещи, не совсем законные, но они кормят нас. В общем, без тебя бы ничего не получилось.
— Ну, мхм, тогда и мне надо тебя поблагодарить, Эри. И поэтому, кстати, держи, — она вдруг привстала, и запустила руки в свой рюкзак, примощённый к перилам стены. — Моя благодарность.
Она держала на ладонях, прямо перед лицом своего друга, небольшую коробочку свежих суши. Глаза у того прям загорелись.
— Ай, как я давно их не ел! Блять, спасибо тебе, Мори! Это очень мило!
— Не обляпайся! — хихикнула она, когда он снял верхнюю прозрачную крышку, и зачавкал желанным угощением. — И мне дай одну попробовать, может, это вообще гадость, и лучше мне всё съесть, чтобы ты не отравился.
— Не бойся, у меня крепкий желудок!
Это была хорошая и спокойная ночь. В такие ночи обычно начинает казаться, что любая трудность и невзгода по плечу. И что нет неразрешимых проблем и печалей. А потому друзья славно поболтали и поужинали, допивая шекский ром. Уже под утро, прежде чем отправиться ко сну в трактире местной станции, Эрик предложил Морене остановиться в этом тихом и укромном месте подольше, на несколько дней, например, или, быть может, даже на неделю, заявив, что ему:
— ... хочется немного притормозить.
(купить дом в Исге) восторжествовало правосудие «слабых».
Всего за полчаса шечка по полной забила свой воровской рюкзак, взломав пару добротных сундучков и переворошив все магазинные ящики. Пополнением счёта также стали и несколько нитей с катами, удачно улёгшиеся в её распухший от недавней плодотворной работы кошель на поясе.
В последний момент, когда она уже щёлкнула замком входной двери, сверху вдруг раздался какой-то шум, а на лестницу внезапно обрушилась пара теней от пляшущего огонька свечи. Сердце у девушки замерло, а глаза округлились до размеров колесящих по ночному небу спутников.
— Вщ-щ-щ, не’хс, нгу ты слышал? — донеслось оттуда.
— Так’х да. Соррон точно закрывал две’хрь.
— Я и думаю, сплю, и слышу какой-то звон…
То звенело краденое оружие в рюкзаке у Морены, которая, в свою очередь уже выскочила на улицу и резко потянула дверь к земле.
— Эй, ш-што там?
— Блядь, это сквозняк, Гарнс! По ногам тянет!
— ЭЙ?!
*ШАРАХ!* — грохнула входная дверь, щёлкнув замками, а Морена, поднимая клубы песочной пыли, пустилась наутёк. По спине больно бил тяжеленный рюкзак, забитый дорогим шекским железом, и прыгающий на каждый шаг. Она и опомниться не успела, как миновала несколько улиц и, обернувшись, чтобы удостовериться в отсутствии погони, запнулась и долбанулась поясницей о какой-то деревянный рыночный прилавок, после чего завалилась за него прямо со всем добром. Благо тот был пуст, а проулок оказался безлюдным, потому грохот и бедлам, устроенный беглянкой, никто не заметил и не услышал… наверное.
Дверь бара резко распахнулась, а внутрь злобно завалился шекский патруль из трёх полицейских. К тому моменту Эрик уже успел сцепиться языками с баунти-хантерами, которые шли мимо Скуина, но решили заглянуть в город на ночную попойку. По словам их главаря, они охотились на одного свихнувшегося роя, кой сбежал из шахт Святой Нации, но прежде успел порешить нескольких незадачливых стражников.
— Мы обычно берём заказы по розыску, но месяцок чо-то не припихнулся, — бросил воняющий шрамированный боец в кожаной броне и железной каске. — На западе розыск отвалился, а шечуги сами всех решают, короче. Ну, в Святе главное книгу с собой таскай, да будет тебе счастье, если не баба и не этот…
— Да, ага, — заискивающе поддакивал и кивал, по всей видимости, помощник этого парня. — Все объявы разобрали, и мы засохли! В последний раз брали скелетонского одного, так он шестерых наших порешил, железяка ёбаная.
— Суля, замались — дай с человеком побалакать, — осадил щуплого главарь отряда, запрокидывая запачканный барный бокал с грогом. — Кароче, мы подсолились — тут Суля тему даёт. Я грю: «надо пиздовать на юха», он мне: «не, надо на севера топать», мол там катских налабо́рим. А я так думаю, хули, нам без нас, в смысле, без них, в смысле, блять…
— Ну, — увлечённо кивает Эрик, чокаясь с ним. — Типа, я понял.
— Ага, в смысле, им без нас и так хватает, ё-мае. Вот я и прикинул хер к носу, чо по чомам. Решили вот у святош нарабские взять. По косарю за голову можно брать, а чо, дело не пыльное — ноги поломал, принёс, как этот…
— Как ящик! — влез его прихлебатель, — как коробку донёс!
— Да ну ёптумать, Суля, да помолчи ты, ёма-е. Ну тут он тему, конечно, даёт. Хули этих рабов тоскать? Они ж весят по пять килограмм, живут там на одних харчах водяных, и ебашат по двадцать часов. По башне огрел, вырубил, принёс — каты забрал.
— Крайне выгодная бизнес-модель, — деловито закивал вновь Эрик, когда вдруг полицейские бесцеремонно растолкали их локтями у барной стойки, и грозно рявкнули на трактирщика:
— Подозрительные рожи, мх, были?
— И вам доброго вечера, гопспода полицмейстеры, — натирая очередной стакан, добродушно отозвался бармен. — Из подозрительного только то, что завсегдатаи сегодня не поют.
— Ях не шутки шхучу. В городе объявился грабитель. Увидишь барыжников — сразу кричи, — свирепо зашипел один из патрульных, по-видимому, старший.
— А что случилось-то? — нахмурился углекожий трактирщик.
— Грабёж.
— А вернее: кража со взломом, — сумничал тот, что был потоньше остальных двух шеков.
— Вот те скелеты, живоглоты и котлеты! — присвистнул лидер отряда охотников на рабов, — а говорили: шеги, нихуясе, хуй чо удумаешь. — Передразнивал он кого-то из своих знакомых. — Пажала: первый же день, а веселухи те же, шо на северах.
— Не сравнивай нас с вами, чужак! Если б не Эсата — я б твоё ебало уже тебе нахрезал бы на бутергробы!
— Слышь, рогатый, — выпрямился в полный рост головорез, отшвырнув свою барную табуретку в сторону. — Я, канеша, гость тут, но и ты своё хозяйство сильно не разевай! Тему гарят, шо тут любую костепсину можно парубить пряма на площади?
— Свинья ебаная! — вдруг засмеялся полицейский. — Зачем нам ждать до площади? Я тебя прям здесь щас порублю. Доставай свою палку, пьянь!
— Воу-воу-воу! — заорал бармен, выставив вперёд руки. — Гопспода, мне шеф башку оторвёт, если вы здесь что-нибудь сломаете. Валите-ка на улицу!..
Несмотря на изрядную долю алкоголя в крови, Эрик сейчас соображал молниеносно. И происходящее здесь в осмыслении сильно соперничало с происходящем «там», где случилась вышеупомянутая «кража со взломом». Он пытался угомонить бешеное волнение в сердце с прагматичной идеей о том, как можно заручиться такими «смелыми и приятными» друзьями, как эти охотники за головами. Зря он, что ли, с ними пил, да слушал их шикарные истории? Если Морена погорела на своём «последнем деле», то отвлекающий манёвр при побеге из Скуина им точно понадобится.
— Друзья! — добродушно вклинился Эрик между двумя повздорившими мужчинами. — Мы так хорошо сидели, зачем же портить этот замечательный вечер каким-то ненужным кровопролитием?
— А хули? Я что ли здесь себя веду, как уёбок?! — завопил главарь отряда баунти-хантеров. — Пизец, завалился, как животное ебаное, орёт ещё чо-то...
— Н-НУ! У нас за такое ебало бьют! — запищал Суля.
— Капитан! — окликнули вдруг всю компанию с улицы. — Нашли!
Самый высокий шек из этих полицейских резко обернулся, затем вновь рванул к своему неприятелю, и ткнул ему своим костяным пальцем в грудь со словами:
— У меня нет времени на тебя, падаль, но я приду сюда после работы, — и развернулся к входной двери.
— Э, слышь, мне чо, нехуй делать — ждать тебя здесь?! И сколько ты будешь шалохаться? — возмутился охотник. — Ты зассал просто выйти пабазарить, как мужики, так и скажи, костепсина ёбаная.
«Вот он вообще не стесняется в выражениях, — искренне удивился Эрик. — И как его с таким языком до сих пор ещё где-нибудь не закопали?»
— ЗАВАЛИ ХАВАЛЬНИК! — внезапно для всех обернулся капитан шекской полиции. — Через час здесь, тварь, на этом же самом месте! Я из твоей черепушки бокал себе сделаю, мразь! — после чего он рванул на выход, а остальные полицейские поспешили за ним.
— Обоссы себе ебало, работник хуев! — засмеялся бесстрашный наёмник в ответ. — Я тя жу здесь через полчаса, а еси не затащишься — я тя сам найду, где ты там обитаешь, в свинарнике местном?
Шеки от такой риторики просто выпали в осадок, хотя, что уж и говорить, все, кто находился в помещении, просто ошалели от подобного обращения с местной властью. Суля внезапно изменился в лице, и жалобно пролепетал:
— Ра, ты чё так вскипел? Это ж…
— Хуетож, поебать мне! Будет ещё срань всякая вилять! Приел, арёт — пашёл нахуй.
— А вы, — дипломатично начал Эрик, — ещё планируете здесь оставаться? Или, быть может, хотите покинуть сие заведение?
— Та чо, конеш, он же сказал: придёт. Я ещё побухать успею.
— Ра, да?
Главарь баунти-хантеров оправил броню и поднял маску на лоб, затем вытер руки о штаны, гаркнул, и браво хлопнул Эрика по ладони:
— Райдер Пауэр, для друганов я Ра. Рад знакомству, ё-мае. Чую ты нормальный мужик, не то, что эти. А посоны за мной и вон там, — махнул он рукой в сторону столов у стены, где засело полтора десятка бандитского вида парней в разных обмотках. — Эт маи посоны. Мы с одной банды.
— Меня зовут Эрик, и у меня к вам есть зачётное дельце. Обмыть дружбу, так сказать, — кивнул Эрик, браво пожимая ему руку, чтоб не подорвать репутации, и раскладывая при этом своё личное уравнение в уме.
Морена лежала в груде досок, пыли и непонятных мешков. Вероятно, она свернула какую-то заброшенную лавку с мукой, а может, это просто был чей-то импровизированный склад, в любом случае: ситуация вышла крайне нехорошая.
Кражу заметили, а значит, виновника торжества прямо сейчас ищут по городу. И это также значит, что прямо сейчас она, как чернокожая шечка-чужачка с огромным воровским рюкзаком на спине, наверняка попадает в список подозрительных лиц, предположительно виновных в совершённом преступлении. Плечи ныли от тяжести обломков, а на бедре сквозь разрез в штанах зияла свеженькая широченная ссадина. Рюкзак с добром лежал рядом, перепачканный пылью и какой-то серой грязью. Мори выпрямилась, лёжа на спине, скинула с себя весь хлам, и кувырком выпрыгнула из разрушенной лавки. Затем, опираясь на что-то вроде стойки, дотянулась до лямки своего мешка, и шумно выудила его из обломанных досок.
Переулок действительно оказался совершенно безлюдным, и это чертовски радовало, поскольку при падении шечка ударилась головой и потеряла сознание. Сколько времени она так провалялась — никто не знает, но из-за домов, по главной улице, доносился какой-то шум. Ощущалось подступающее бурление города, и неприятное предчувствие колко постанывало под рёбрами где-то поближе к сердцу. Девушка аккуратно, стараясь не совершать лишних звуков, накинула рюкзак на плечи, и подкралась к углу одного из зданий, чтобы можно было увидеть, что там творится. А там, я вам скажу, было на что посмотреть: шеки носились в разные стороны, крича и матерясь. Выбежавших из домов детей, зевающих и заворожённо глазеющих по сторонам, родители хватали на руки и прятали обратно. Полицейские и какие-то другие бравые молодцы в железной броне, бряцая оружием, бегали и орали друг на друга, отдавая разные приказы, а всякие рядовые прохожие и простые торгаши, спешно сворачивающие ночные лавки, кудахтали и судачили наперебой.
Из того, что донеслось до ушей, Мори стало ясно одно: Скуин действительно закипел от последней новости. А именно о том, что главный оружейный магазин шекского каньона грубейшим образом выставили на кругленькую сумму!
«Вот дерьмо, — подумала Морена, вспомнив взволнованное лицо Эрика. — Ой, да иди ты в задницу, и без тебя тошно…»
Она скрипнула зубами, представив, сколько всего ей придётся выслушать от «брата», когда они выберутся из этой передряги. Вернее: если выберутся.
— А вы слышали?! — донеслось с улицы от компании каких-то пожилых шекских женщин, — вчера-то, оказывается, и Салазара ограбили!
— Брешешь! — возмутилась другая бабка.
— Да вот те рог даю! Он, гарят, палез в закрома — и оказывается, его тоже ограбили! Как, гарят, кричал, вайх, страшно дело!
— Та шо там, мелет он! — вклинилась третья. — Опять куда все — туда и он. Скажи, что кто-то обосрамся, так и он тоже скажет!
Они дружно и ехидно захихикали, а Мори решила вернуться к переулку, и прокрасться дворами поближе к трактиру. Затея оказалась крайне сложной, учитывая, что теперь патрули стали плавно перетекать с главных улиц как раз на безлюдные дворы и проулки, где, по логике, и стоило искать скрывающихся преступников. Так шекская домушница и играла в прятки со скуинскими стражниками около получаса, пытаясь подобраться к бару, как в один момент поняла, что зажата в «колодце» из домов. Выход из которого с одной стороны был перекрыт запертой на огроменный амбарный замок аркой, а с обратной стороны уже доносился шквал голосов приближающегося отряда. Морена оперлась одной рукой о стену, а второй вытерла пот со лба, глубоко выдохнув. Что на этот раз таилось в её голове — оставалось лишь догадываться, но одно точно ясно: мысли эти были невесёлыми.
— Ра, вдарим по тапкам, пока не поздно? — заблеял тощий Суля, всем своим видом походивший на тощего гарру.
— Суля, та уймись ты ёптумать! — гаркнул хмельным паром Райдер, хищной улыбкой ответивший на выгодное предложение от новоприобретённого в трактире друга. — Сам пищал, что хочешь горло обмочить.
— Но…
— Слушай, ты меня уже заебал! Еси ссыкотно — ди нахуй отсюда, и тащи горбину сам. В моей банде мужики пилы точат, а не штаны мочат, — поэтично заткнул своего прихлебателя главарь охотников за головами, а Эрик, взволнованный, но пытающийся не подавать виду, позволил себе поинтересоваться:
— Я думал, он твой зам.
— Хто-о-о?! Суля-то? — ахнул Ра. — Та он просто больше всех пиздит, поэтому на виду. Остальные просто делают своё дело — за это я их уажаю.
Они всей ватагой неторопливо шли к центру Скуина, потихоньку разминая конечности, и подтягивая броню.
Затею Эрика до своих «посонов» Райдер Пауэр довёл молниеносно. Лишь махнул головой одному из них, и шикнул какое-то магическое заклинание, после чего те неслышно перекликнулись от одного к другому, и повставали со своих мест. Оказалось, что на первом этаже была лишь половина банды баунти-хантеров. На втором этаже, где трактирщик обычно сдавал койки на отдых, отсыпалось ещё полтора десятка наёмных воинов. В основном, все они просто молча шли за своим лидером, и редко что-то позволяли себе сказать. Но даже если и говорили, то это уж точно не походило на перепуганного Сулю, который, по ощущениям, то и дело метал взгляды и пытался заприметить удачный переулок для побега. А причина для паники, к слову, имелась: бизнес-идея Эрика действительно казалась довольно рискованной, хоть и крайне выгодной. За десять минут до этого, в баре, он произнёс:
— …Обмыть дружбу, так сказать, — парень раскрыл карман, и выудил из него крепкую верёвку с нанизанными на неё катами.
— Вщиу! — присвистнул Райдер. — Приличненькая сумма наклевалась, дружище.
— Пятёрку плачу сейчас, при условии, что получу слово главаря, — сыграл на принципах собеседника Эрик, серьёзно вцепившись в его лицо глазами. — И пятёрку я заплачу через два дня, как придём на место.
— Мх-ах, — ухмыльнулся Ра, почесав подбородок и откинувшись на стойку.
— Ссаные сапожки! — изумился Суля, глядя на каты округлившимися глазами. — Да кто ты такой?!
— Давай так, друже, — продолжил главарь отряда наёмников. — Семь сейчас, и пять, учитывая нашу крепкую дружбу.
— Не пойдёт, — улыбаясь, покачал головой Эрик. — Десять тысяч — максимальная цена.
— Ра… — заворожённо прошептал Суля.
— Завались, кляча! — рявкнул тот в ответ, а Эрику деловито бросил: — Ну, тада, ищи другого, паря.
— А я уж было подумал, что мы друзья, — разочарованно насупился Эрик, и привстал с барного стула, картинно взмахнув руками. — «Тада», пойду, поинтересуюсь к твоим парням, не друзья ли мы с ними, часом…
Райдер цокнул, и облокотился на барную стойку, запрокинув кружку со своим пойлом, а затем стал наблюдать. Эрик, решив идти до конца, неторопливо двинулся к группе сидящих у стены незнакомых наёмников, хотя сердце в его груди билось, а мозг жутко вибрировал негодованием, что каждая секунда сейчас на вес золоту.
— Уважаемые, — начал было «бизнесмен», и тут же его прервали:
— Они не станут с тобой дела вести, паря...
— То есть как же, — раздосадовано обернулся Эрик к Райдеру, — они не хотят сорвать банк?
Наёмники обеспокоенно заёрзали на своих местах и стали переглядываться.
— Ах, сучёнок хитрый! — сплюнул Пауэр на пол и спрыгнул со стула.
— Эй, это тебе не харчевня! — заворчал бармен.
— Завались, — бросил главарь наёмников тому в ответ, и подошёл к Эрику. — А ты… так и быть, бушь моим другом, на пару деньков.
— Хорошую дружбу не грех и купить, — подмигнул ему Эрик, чуть наклонив голову. — Только прежде слово главаря с тебя жду.
— А чо это за херня вообще? Слово какое-то, типа рукопожатия простого мало тебе? — смутился Райдер, пожав руку своему новому другу.
— Это не для меня, друже — это для твоих пацанов.
Сказать, что Эрик абсолютно уверенно блефовал, точно нельзя. Конечно, ещё во времена барного вышибалы он вдоволь напитался «атмосферой пьяного бизнеса», но сам по себе он был больше человеком логического и вежливого склада ума, чем наглым дельцом. Просто сама судьба распорядилась так, что окунула его в чан с грогом. Из которого было лишь три выхода: либо научиться дышать им, либо глотать без устали, либо беззаветно захлебнуться им безо всякой истории. И, как мы видим: молодой зеленоземец предпочёл плыть, чем пойти ко дну.
Сейчас, когда они встали кругом посреди центральной площади, Эрик бросил Райдеру:
— А у тебя все становятся друзьями, кто платит тебе деньги?
— Н-гу, — хмыкнул тот в ответ. — Эт зависит от суммы.
Они оглянулись по сторонам, после чего Пауэр махнул рукой в сторону севера, и сказал:
— Вон там оружка.
По всей улице недовольно прыгали силуэты и тени от ночных факелов и тусклых окон. Три десятка вооружённых и жадных до денег охотников за головами встали защитной формацией, среди которых, гордо выпрямившись и жуя старую широченную сигару с подпаленным кончиком, был и их главарь, перед всем отрядом давший слово до конца следовать оговоренным условиям заключённой с Эриком сделки.
Хантеры молча подоставали из ножен свои самые разнообразные мечи, зубья, кинжалы, копья и дубины, а кто-то даже подготовил дальнобойное орудие в виде многозарядного арбалета. Пара воинов накинула на предплечья круглые металлические щиты, проверив их пробными ударами кулака, и подготовилась к бою. Вообще, затевать драку в Скуине было самоубийственной затеей, учитывая, насколько большой это город, и насколько шеки воинственны и сильны. Как правило, всякий человек уступал рядовому представителю этого народа и в силе, и в высоте, и в ширине. Но это вовсе не означало, что каждый шек являлся профессиональным воином. Тем не менее, этот каньон считался чуть ли не вторым по значимости городом шекского королевства, после Адмага. И тех, кто мог взять в свои костяные руки оружие для защиты местного селения, здесь было предостаточно.
Но, если вы хотите зарабатывать хорошие деньги на этом континенте — приходится рисковать. И в этой мысли Эрик с Райдером сошлись полностью, а потому и пошли навстречу друг другу. Поначалу никто из беснующихся шеков даже не заметил, что прямо посреди их каньона собралась достаточно большая группа вооружённых людей, которые, почему-то, выстроились в круг и оголили оружия. Но затем…
— Давай, — кивнул Эрик главарю баунти-хантеров, и тот вдруг внезапно заорал на всю улицу:
— НУ И ГДЕ ЭТА ЁБАНАЯ СВИНЬЯ, БЛЯДЬ?! Я ЖЕ СКАЗАЛ, ЧТО ДАЮ ТЕБЕ ПОЛЧАСА!..
Пожалуй, от дальнейшего перечисления всего матерного слога, который местами поэтично (а местами совсем нет), выдал Пауэр, можно воздержаться. Достаточно представить картину в голове, зная, какими эпитетами владеет этот воспитанный господин. И, как ни странно, сей до абсурда тупой и банальный план, по итогу, сработал на ура. Сначала некоторые ближайшие бронированные шеки, рыщущие по городу, как и часть патрульных полицейских, недоумённо уставилась на группу незнакомых чужаков. Затем кто-то из них начал огрызаться, мол: «какого хера ты разорался, мудила?!». А после, спустя ещё пару минут, у одного из домов показался тот самый старший стражник, с которым Райдер сцепился в баре…
Морена же, забившись в угол за грудой ящиков, сидела как мышка, еле дыша. Во дворе рыскали трое, облачённых в кожаную броню, невысоких, хоть и тучных шеков (Мори была выше них на полголовы). Они толкали двери безликих каменных домов, разложившихся в этом дворе, проверяли все закутки и грязно ругались, на манер: «как бы жестоко он пытал этого поганого вора, который выставил их склад».
Темнокожая домушница судорожно вцепилась в рукоятку одачи, аккуратно сверкнувшего в полумраке, и готовилась скинуть рюкзак, чтобы быть ловчее в бою. Но до последней секунды она не оставляла ноющего в груди желания: забрать всё награбленное с собой и получить с этого выгоду. Даже угроза её жизни не могла позволить отступиться от мечты и поступиться принципами, в которые она уже твёрдо уверовала. До самого последнего момента, пока где-то со стороны главной улицы не раздался жуткий грохот, она решительно не желала отпускать свою добычу. Мысли о том, как она будет отбиваться от трёх незнакомых мужиков, попеременно перебивались представлением того, как Мори кладёт дяде Дайро на прилавок украденные мечи, и торжествующе тычет ему в лицо большим пальцем.
— Гарнс?! — шикнул один из тех троих, голос которого Морене показался уже знакомым. — Чхто за шхум?!
— Ар? Это на площади?
— Рахзберутся и бехз нахс, — загундосил третий, по-видимому, махнув рукой. — Я чхую, что эта падла гхде-то здесь. В прятки с нами играет.
«Какой догадливый, сволота» — подумала Мори, и сильнее сжала потной ладонью рукоять двухметровой катаны.
— А ты взял с собой кунаи?
— Я дхумал, что ты вхзял?! — повздорили те двое, и третий вдруг запищал:
— Салазар, похйдём похсмотрим!
— Да что там?! Чёрт!
Шаги… в этой темноте Морена могла рассчитывать только на звуки и вибрации, расплывающиеся мирными волнами по чужому тупику. Она всеми фибрами настроилась на то, чтобы ощутить пространство этого двора, и поймать лучший момент для побега. Шаги удалялись, и поначалу было тихо, будто бы все ушли, но в какой-то момент Мори напряглась, едва не вскрикнув от неожиданности.
Что-то, буквально неподалёку, хрустнуло, и по песочной земле, метрах в трёх за ящиками, вдруг шаркнула деревянная сандалия, подняв клуб пыли и отбросив небольшой камушек к стене напротив. Девушка поняла:
«Тот третий — он ещё здесь. Он никуда не ушёл!» — и тогда она решила аккуратно придвинуться к щёлочке между деревянными коробами, чтобы выяснить местонахождение врага. А тот, на удивление, оказался совсем рядом — проверял груду сваленных мешков у неработающей колонки в виде фонтана, который весь уже покрылся пылью и ветхостью многих лет. Мори, опустив одачи, уверенно и абсолютно бесшумно подошла к этому типу со спины, и резко взмахнула рукой, треснув его тыльной стороной ладони по шее.
И внезапно!.. шек, выронив багор из рук, как бревно рубанулся в фонтан головой, обломав большой кусок у одной из каменных чаш. Морена испуганно шарахнулась в сторону, обомлев от результата. Затем насторожённо попинала пару раз вырубленного ей противника и, поняв, что он совершенно точно в отключке, обшарила его карманы. Там был какой-то небольшой ключик и несколько сотен катов на нитке.
— Плата за вредность, — прошептала Морена, подбадривающе кивнув самой себе, и бросилась прочь из тупика.
Она не могла знать наверняка, что произошло на площади, и почему этот шум казался слишком навязчивым для Скуина. Однако опыт твердил: всё, что привлекает внимание твоих врагов — может стать для тебя спасением.
Так было с безмозглыми пауками, так будет и с безмозглыми шеками. Петляя узкой улочкой в сторону бара, она едва не снесла какого-то щуплого парня в песчаной робе и повязках, безмятежно зависшего в одного на скамье у стены, и увлечённо балакающего что-то на уде.
— Будьте осторожнее, — улыбнулся он шарахнувшейся в сторону Морене, не переставая играть. — Поговаривают: в центре сегодня неспокойно.
Парнишке на вид было лет двадцать. Но что-то в его голосе, или в расслабленных движениях, а может что-то в этих металлических струнах, которые он неторопливо дёргал своими тонкими пальцами, было до многовекового ужаса сковывающим и пугающим. Запыхавшись, Морена даже не успела ничего ответить, лишь мысленно извинилась, и подумала:
«…чуть не сбила!»
А затем, обернувшись, рванула в сторону площади.
— ОИ, ТВАРЬ! — жадно сглатывая, произнёс начальник шекской стражи, крикнув Райдеру с другого конца площади. Он неторопливо, но резво разминаясь, шёл к кольцу баунти-хантеров, кое потихоньку сужалось от напирающих со всех сторон шеков.
Точно не было известно, почему в центре Скуина сегодня сложилась столь напряжённая обстановка, но предположить, пожалуй, посмею. Вероятно, местных бойцов не устроил неуважительный тон забредших наёмников, орущих на весь город посреди ночи. Но, возможно, кто-то из полицейских попросту связал с ними недавний дерзкий грабёж, засевший во всех слухах, и посему охранная гвардия решила наказать незнакомых гостей. К тому же, шекам палец в рот не клади — дай кому-нибудь «рога поотшибать».
— РЕХШИЛ-ТАКИ! — вызывающе орал капитан стражи, попеременно подмахивая своим солдатам с разных сторон ладонью. — САМ ПРИШЁЛ, СВИНЬЯ ЁБАН-НАЯ?!
— А то хули, я ж те сказал, долбоёб, что у меня ещё дела, — бросил своему неприятелю в ответ Райдер, не оставаясь в долгу. — Пришлось тя, сраная харя, ещё искать!
— Ну, тепехрь-то у меня время есть, — азартно рассекая палашом воздух, удовлетворённо ответил шек, — чтобы рахскроить твою черепушку грёбаную.
— Ра-а-а… — запищал худосочный Суля, которого с двух сторон зажимали плечами широченные бойцы охотников за головами. — У меня нехорошее предчувствие!..
— Суля, хорош стонать, ё-мае! Всю кровь уже выпил, сопля! — скривившись, отмахнулся от него Пауэр, и обратился к Эрику, стоящему рядом: — Ну? Чо дальше делаем?
А парень же, в свою очередь, застыл, судорожно прокручивая рукоять катаны в ладонях и размышляя о дальнейшем плане. Он очень надеялся, что таким шумом перебросит всё внимание с Морены на себя. Но сработал ли план? И не поймали ли её к этому моменту? Точно сказать было нельзя — оставалось догадываться.
Во-первых, если судить по количеству рогатых полицмейстеров, на этой площади собралась почти вся охрана Скуина. А это значит, что шансы на побег у шекской домушницы в разы выросли. Во-вторых, если с ней всё в порядке и первая часть плана сработала, то и сама Мори должна будет подтянуться сюда. В любом случае — дорога к трактиру от той злосчастной оружейной пролегает именно через площадь и окружающие её дворы. То бишь пропустить такую «вечеринку» попросту будет невозможно. В третьих, а что там было в третьих?..
— Э, паря? — повторил Райдер, харкнув на землю и понтово сбросив пепел со своей сигары. — Ты чо, завис что ли?
— Я её не вижу, — бросил Эрик, глядя куда-то в пустоту.
— Каво? А, подружку твою?
— Ага, её.
— А не за ней ли весь кипишь? — Ра хитро прищурился, погоняв сигару в зубах.
— А это важно? — размяв шею, деловито бросил Эрик, и сказал уже более серьёзным тоном: — …они нас в кольцо берут.
— Канеша, — снова плюнул на землю Пауэр, после чего звонко вытащил из-за спины здоровенный топор и натянул на лицо железную маску. — Мы ж кругом стоим, балда!
— НУ ЧТО, ГЛАДКОКОЖИЙ! — завопил снова шек, находящийся буквально в десяти шагах от охотников за головами. — Ты гхотов сдохнуть?!
— Готов к твоей мамаше в гости забурить, ссыкло рогатое! — нагло бросил Райдер, и Эрик смутился.
— Чёрт, ну вот про мать было лишнее, чувак!
А у шека же от такого глаза налились кровью. Он не нашёлся, что сказать, но, по всей видимости, с такой оскорбительной наглостью в своей жизни сталкивался впервые — поскольку в ответ он просто нечленораздельно завопил аж до хрипа.
«Бля-ать, — подумалось Эрику. — Как бы тут и вправду не сдохнуть, да ещё в такой милой компании…»
— ЭРИК?! — раздался пронзительно знакомый женский выкрик за шекскими спинами — с противоположного конца площади. И в тот же момент капитан скуинской стражи проревел:
— ГАХСИТЕ ЭТИХ УЁБКОВ!
После чего вся гвардия с полсотни душ с диким ором бросилась на баунти-хантеров. Эрик же заорал Райдеру прямо в ухо:
— БЕЖИМ ВПЕРЁД!
И тот, коротко кивнув, просвистел:
— ВЩИ-У-У! ПОСОНЫ, СТРЕЛОЧКОЙ ПОХНАЛИ!
И охотники за головами, едва ли не за пять секунд перестроившиеся из плотного защитного кольца в прорывной клин, рванули всей ватагой напролом в сторону шекской стражи.
«Держись, я иду!» — напряжённо вертелось в голове Эрика, который уже занёс катану над головой, издав боевой клич.
Что там началось — не описать словами! Арбалетчик судорожно рвал курок своего аппарата, из которого со свистом, один за другим, вылетали здоровенные металлические болты. Два из них, к слову, сразу же попали в того капитана шекской стражи. Один насквозь продырявил ему плечо, а второй застрял в горловой кольчуге. Шек захрипел и встал столбом, быстро заморгав глазами, пытаясь, по-видимому, осознать произошедшее. Но к тому моменту, когда он успел что-то понять, Райдер уже от души махнул топором, и ко всем чертям снёс его рогатую голову. В мыслях у Эрика заиграли барабаны, а в груди всё затряслось. Формация баунти-хантеров, как раскалённый нож в масло, вошла в шекский строй, и в воздух полетели костяные руки, серые головы, и ручьи синей и красной крови заплевались к небесам, орошая песчаную площадь Скуина.
Морена, замерев на месте, ошарашено хватала ртом воздух, но дышать не получалось. Такое зрелище никогда не проходит бесследно, даже в подобном мире, преисполненном жестокостью и несправедливостью. Одно дело: набить кому-нибудь харю, или случайно воткнуть в чьё-то тело нож, но всё в корень меняется, когда ты становишься свидетелем настоящего сражения, без прикрас. Кто-то терял сознание, кто-то падал и умирал на месте, но потери были чудовищны и с той, и с другой стороны. В основном строю, вместе с Пауэром и Эриком, охотники за головами потеряли четверых бойцов в первом же столкновении. Хоть они и были разодеты во всякие лохмотья, казалось бы: банальные верзилы, однако сражаться они умели, и дело своё знали. Те парни отлично понимали, что «банк на голову» не сваливается просто так — для этого дела должна быть крепкая шея, чтобы удержать его вес. Но и байки о шеках не на пустом месте слагали. Хоть они и не ожидали резкой смены тактики, и подобная прыть у противника застала их врасплох, спустя минуту после начала сражения они уже взяли себя в руки и наверстали упущенное. Сложно было точно сказать, кто и сколько потерял, поскольку шум мыслей заглушал бой барабанов, железный лязг, матерные крики и стоны умирающих воинов.
Эрик испуганно рубанул пару раз своим мечом, не уточняя, какой вред нанёс противнику. Но, после прорыва шеренги скуинской стражи, он на миг обернулся и убедился, что оба удара оказались смертельными для врага. Райдер рычал, как зверь, размахивая топором в разные стороны. Один раз он случайно долбанул своего же бойца в спину, благо, не лезвием, а тупой стороной. Тот разорался на него, мол, какого хрена он делает, но Пауэр засмеялся в ответ, и сказал, что с него простава. Тогда же один из шеков с южной стороны удачно метнул длиннющее копьё, которое с пугающим гулом продырявило брюхо тому парню, которому Райдер должен был кружку горячительного.
Такие моменты в пылу сражения были не редкостью, но всё происходило настолько быстро, что уловить их все попросту не хватало времени.
— РА, — закричал Эрик, пытаясь отдышаться. — РВЁМ КОГТИ! — и обернулся к Морене, в одной руке держащей двухметровый одачи, а другой сжимающей лямку забитого хабаром рюкзака. Она же, в свою очередь, так и замерла на месте, не в силах сдвинуться.
«Ну, чё ты тупишь, родная?! — ругался про себя Эрик, — беги отсюда, твою мать!»
Небо же, тем временем, начинало намекать на рассвет. И беспросветная темень плавно сменялась лениво розовеющими облаками. Серые стены каньонного поселения сонно светлели, а из некоторых ближайших окон домов, осторожно приоткрытых узкой щелью, с опаской и интересом глазели местные жители, ожидая развязки.
— Парни! — заорал Райдер, рубанувший очередную шечью руку, — съёбываем!
Опомнившись, шеки бросились за ними. Кто-то из отряда охотников за головами увяз в схватке со стражей Скуина, но с этими смельчаками уже можно было попрощаться, поскольку со стороны южных врат города завихрились клубы песчаной пыли.
«Подкрепление!» — пронзительной болью пронеслось у Эрика в голове, и он ускорил шаг.
Вся основная стычка на площади заняла около пяти минут, и за это время баунти-хантеры лишились трети своей «пирамиды». Парочка бойцов ещё отбивалась от оставшихся позади шеков, остальные же бежали за Райдером и Эриком прямиком на север — к Морене. Скуинская стража потеряла не меньше, но раненных и лишившихся конечностей воинов было больше — многие из них лежали прямо на земле без сознания. Некоторые беспорядочно катались по брусчатке и камням, прижимая руки к груди, или держались за отрубленные конечности другими оставшимися частями тела, пытаясь остановить кровь и унять боль.
Почти все из тех, кто был в сознании, жутко вопили, матерясь, скулили или слали проклятия на весь белый свет, пытаясь отползти в безопасное место. Красно-синие ручьи крови стекали по склонам и перемешивались в тёмные густые лужи в низинах дороги к площади. Зрелище, леденящее душу...
Наверняка об этой истории вскоре прознают во всех уголках континента — слухи о подобных мясорубках разлетаются стремительно. Но самое страшное заключалось в том, что это был далеко не конец.
Паре авантюристов ещё предстояло выбраться из этого проклятого города, сбросить преследователей, и добраться живыми хоть до куда-нибудь, где можно спокойно перевести дух. И из всех мест, где Эрик, Морена и нанятые головорезы могли «кинуть кости на мягкое», было одно. Но та путевая станция располагалась на юге, а единственным путём для спасения остались только северные врата. И совершенно точно у них также должен дежурить охранный отряд, досматривающий всякого путника. А значит — придётся прорываться с боем.
Ватага вихрем пронеслась мимо Морены, а Эрик остановился, схватил её за плечи и закричал, злобно сотрясая:
— ЧЁ ТЫ СТОИШЬ, БЛЯДЬ, НОГИ В РУКИ И БЕЖИМ!
— Прости меня, Эри! — внезапно разрыдалась темнокожая шечка, зажмурившись, и уткнувшись ему в плечо своим перепачканным в песке лицом. — Я не знала, что всё так получится...
Сердце у Эрика больно ёкнуло, и он, рукавом вытерев пот со лба, серьёзно сказал:
— Змея моя пустынная, кончай реветь, давай сюда свой мешок сраный, и беги за нами.
— …Я не знала, что так обернёхтся!..
— Потом я тебе пиздячек вставлю, когда выберемся, пошли, давай! — парень потащил свою подругу за собой, пытаясь стянуть с неё воровской рюкзак. — Ну, давай же!
Морена со слезами, застилающими глаза, неуверенно потащилась за Эриком, и вскоре попыталась взять себя в руки. Они обменялись рюкзаками, и нагнали нанятых охотников уже спустя пару минут.
За одним из каньонных холмов раскинулись высоченные чёрные стены Скуина, и вот на горизонте уже виднелись северные врата города, когда Райдер вдруг захрипел Эрику:
— Ну, и чо, паря, как дальше едем?
— Будем прорываться, — процедил тот сквозь зубы, и внезапно обратился к Морене, всхлипывающей рядом. — Мори?
— Мхм, да? — неуверенно произнесла она.
— Помнишь... я говорил... что хочу немного притормозить?
— Ну… да?
— Так вот… я тут подумал… — переводя дыхание прямо на бегу, говорил Эрик отрывисто. — Давай… наверное… больше не будем… медлить.
Часть II,
в которой друзья решили немного притормозить.
Всё складывалось как нельзя удачно, хоть так сразу и не скажешь. Да, они уже дважды были на грани жизни и смерти, зато они стали сильнее, проверили себя на прочность и испытали свою удачу. Конечно, их путешествие началось с гнусного преступления, но, кто на этом материке не обкрадывал продавцов? Либо богачи, либо святые. Хотя стал бы богач богачом, зарабатывая честным трудом? Вряд ли. А в подолах у святых, порою, сокрыты ещё более тёмные делишки, чем у рядовых воров или убийц. Разумеется, всё это не хорошо, конечно же, это не красит душу, и баллады о таких историях не поют. Но чего ещё ждать от барного вышибалы и уличной воровки? Безусловно, Эрик успокаивал себя, что рана у башмачника была несерьёзной, и хоть фактически кровь на их руках присутствует, фигурально они чисты. Однако они не могли знать наверняка, не погиб ли тот «счастливчик» от их грабежа. К слову, в отличии от своего друга, разум Морены всячески был занят другими мыслями. Чаще всего она размышляла либо о своём детстве, либо об отрочестве, либо задумывалась о далёком будущем. Что там было в Стэкле полторы недели назад? Пусть это останется в Стэкле, пока что не время об этом думать. Эрик же старался тщательнее осязать происходящую реальность, занимался логистикой, подсчётом каждого ката и постоянным анализом и изучением всего окружающего. В этом суровом мире иначе было нельзя — так он считал. — Здесь, конечно, абсолютно спокойно, — сказала Морена, задумчиво всматриваясь за горизонт, в сторону Скуина и далее. Они стояли на северной стене путевой станции. Почему-то Морена решила немного полюбоваться окружающими красотами, хотя они только-только вернулись из Скуина, и пейзажами, по мнению Эрика, должны были уже наглядеться. — Если судить по рассказам, и по карте, то на это есть ряд причин, — ответил Эрик, внезапно разложив небольшой пергамент с перерисованным материком. — Хочешь, объясню? — Нет, — меланхолично ответила она, но парень слушать её не стал. — В общем, это практически центр шекского королевства, поэтому серьёзные опасности минуют этот тракт. Плюс, оживлённая торговля, и станция техохотников, в принципе, также играют свою роль. Ну и самое ёбнутое зверьё, которое здесь могло быть, либо уже вырезано, либо это сами шеки. — Спасибо, Эрик. Он свернул карту, сунул её во внутренний карман своей робы и спросил: — Мы ещё пойдём в Скуин? — Да, у меня есть пара идей. — Собралась на дело? — Тебе бы тоже не помешало освоиться во взломе замков, мхм. — Зачем это? — Я не всегда смогу быть рядом. — А, — хихикнул он, покачав пальцем. — Чтобы я мог тебя вытащить из передряги, хитро. — Меня? — искренне удивилась Морена, возмущённо ткнув его в плечо. — Меня никому не поймать, идиот! — Ой, а разве не я тебя поймал тогда за кражей выпивки в Стэрбаре? — подколол он её, и облокотился на перила рядом, решив полюбоваться вечереющим солнцем. — Мхм, нашёл что вспомнить. Тебе просто повезло. — Ладно, значит, повезло. Так и что ж? Сегодня возвращаемся в Скуин? — Да, скинем барахло, и пустыми вернёмся в город. Я думаю, купцы здесь не против обзавестись шекскими вещичками. — И что конкретно ты хочешь слямзить? — Помнишь, трёхэтажный магазинчик? — Это который строительный? — Да нет, мхм, тот у тюрьмы, а трёхэтажный в центре, рядом с пабом. — Мм, это который с формой? — Да. Сначала обнесём его. — Сначала?.. Спустя пару часов друзья уже подошли к южным вратам Скуина — большого шекского города, расположившегося в одном из северных каньонов пустыни Стэнн. Стража здесь была серьёзная, и проводила досмотр всякий раз, когда кто-либо приближался к городу. Контрабанду шеки не жаловали, и серьёзно карали за любое нарушение государственных законов. Да и банально пререкаться с этими верзилами не хотелось — вооружены они были мощно, как и вся местная полиция. А потому, когда двое путешественников впервые прибыли в Скуин, на приказ «вещи к досмотру», никаких вопросов и споров не возникло. — Что в сумках? — грозно спросил старший стражник, стоящий среди прочих под железной решетиной от ворот. — Воздух, — парировала Морена, блеснув остроумием. — Мы уже были здесь сегодня. — Мне наплевать, меня здесь сегодня не было. Показывай. И вправду, несколько часов назад смена у ворот была другая, поскольку Морена не вспомнила ни одного из увиденных ею до этого лиц. — Проявил бы побольше уважения земляку, меня оскорбляет твоё недоверие! — ни с того ни с сего вдруг огрызнулась шекская воришка, отчего у Эрика замерло сердце. Он весь диалог просто молча стоял за её спиной, подготовив пустой рюкзак к досмотру, не понимая происходящего. А стражник внезапно насупился, прохрустел шеей, и, бряцнув металлическим наплечником, медленно подошёл к Морене, стойко смотрящей ему прямо в глаза, и не сходящей с места. — Слышь, ты, — бросил начальник стражи, подойдя прям вплотную. — Хорош мне зубы заговаривать, ты — чужачка. Таскаешь с собой гладкокожего, пизди́шь мне какую-то хуйню. Это не мне надо сюда, усекла? Это тебе надо пройти. Поэтому завались, и показывай вещи. Либо вали отсюда. У Эрика застыла кровь в жилах. Казалось бы: покажи ты вещи и ступай себе спокойно. «Ну вот и нахрена ты начала выкобениваться?» — с грустью подумал он. А Морена, внезапно замолчав, спокойно скинула свой пустой рюкзак с плеч, раскрыла его и сунула в лицо злобному шеку. И, что удивительно, тот, ни проронив и слова, так же молча осмотрел его, после чего аккуратно «прохлопал» её тело и вещи на предмет сомнительных предметов. Катаны и мечи, висящие на поясе и за спиной у молодых авантюристов, осматривать не стали, поскольку к оружию шеки относились совершенно спокойно. — Проходи, — столь же хмурой физиономией произнёс стражник, отступив в сторону. — Блять, ну вот и нахрена ты это сделала? — злобно зашипел Эрик на Морену, когда они уже прошли в город и отдалились от южных врат. — Мхм, я проверяла, что с ними можно… — хихикнула она, казалось бы, не испытав ни малейшего напряжения (хотя, на самом деле, будем честны: шечка слегка трухнула). — Что можно? А можно не выёбываться в следующий раз, Мори? Мы как теперь пройдём через них с полными рюкзаками краденых вещей? — Слушай, это, всё-таки, мои сородичи, мхм, окей? Я лучше знаю, что делать, — с обидою в голосе шикнула она, пока они шли к пабу. Эрик всплеснул руками и замолчал, подумав напоследок: «ну, знаешь — так знаешь. Хрен с тобой». — Пойдём через северные ворота… — добавила она спустя минуту. И Эрик мысленно усмехнулся. — Чё ты лыбишься, говнюк? — сказала вдруг Морена, стукнув его под ребро. — Ау! Хорош! Знаешь — так знаешь, я же говорю, — захихикал он уже в голос. — Просто, предупреждай хотя бы в следующий раз. А то я стою, значит, как дебил, театр одного актёра… Время близилось к позднему вечеру, и план был уже готов. — Короче, ты ждёшь меня здесь, жди столько, сколько понадобится, ясно? — деловито размахивала она рукой, и указывая в стол пальцем. — Да я уж, будь уверена, найду чем заняться. Только ты объясни, в чём вообще план? — Я обнесу бронника, нам это не привыкать, приду к тебе, и скину рюкзак. Ты мне отдашь свой, и я сделаю второй заход. Как укомплектуемся — ноги в руки и сваливаем, мхм, на станцию. — Ок-кеи, — протянул Эрик, — а ты уверена? — Я всё учла: торгаш экономит на охране, думая, что никто не станет обносить шека в шекском городе. Но он не учёл одну переменную… — она всё так же по-деловому откинулась на спинке барного стула, ожидая одного единственного вопроса, который Эрик, пораскинув мозгами, решил тут же задать. — И какую же? — Меня. Это было очень круто сказано, безусловно, и Морена решила не терять момента. Она быстро встала со стула, задвинула его за стол, и тут же прислонилась к Эрику: — Жди меня здесь, мхм, не суетись. Он кивнул в ответ, нахмурившись и подумав про себя: «девочка быстро растёт». Стоит отметить, хоть разница в возрасте у них была совершенно незначительная, но Эрик почему-то воспринимал Морену как младшую сестру (которая была выше него ростом). Хотя чаще всего именно находчивость и смекалка Мори обеспечивала безбедное существование этой парочки. Проще говоря, несмотря на рассудительность и серьёзность Эрика, больше всего в их дуэте рулила именно она. Так и сейчас, была затеяна достаточно опасная авантюра, но стоит ей выгореть — ребята смогли бы позволить большое множество вещей, которые вряд ли смогут позволить себе честные работяги не за один десяток трудодней. Плохо ли это? Наверняка. Есть ли в этом мораль? Пожалуй, всякий герой найдёт свою мораль в жизни. Морена же предпочитала объяснять подобную «тягу к успеху» неким правым делом. В любой торговле замешаны плохие люди, или плохие шеки, или плохие рои… или даже плохие скелеты. Там, где у кого-то «прибыло», наверняка у кого-то «убыло». А потому свою прибыль она иногда даже характеризовала как своеобразную месть плохим за обездоленных хороших. Пусть те, кто пострадал, и не знал об этой мести, но всякую лавку или магазин она неразрывно связывала с воинствующими и жестокими воинами, которые откуда-то притащили это добро к своим торгашам. Иногда, конечно, ей приходилось обкрадывать и ремесленников, но такую необходимость она объясняла столь же филигранно: эти мастера делают броню и оружие, для кого? Для воинов, чтобы те могли убивать и грабить других, слабых хороших людей, а значит, её месть по-прежнему сохраняет первоначальное благородство. В действительности же нельзя однозначно утверждать, кто, кому, что и как делает… ибо чаще всего на материке преобладает круговорот из вечной несправедливости и ненависти. Такую жизнь для себя можно оправдывать как угодно. И никто не окажется правым. Такие, и некоторые другие мысли сейчас крутились в голове у Эрика, одиноко засевшего у дальней от стойки стены, едва ли не в самом углу, и попивающего грог. Временами, когда он оставался наедине с самим собой, он пытался добраться до некой неугасающей истины, плотно сокрытой за полумраком неизвестности. Что представляет собой этот мир? Откуда он берёт свои корни? Почему всё именно так, и никак иначе? Таинства мироздания несокрушимо клубились вокруг и куда более ощутимых вещей, таких как, например, сохранение и приумножение собственного благополучия, строительства дальнейшего будущего, и быть может даже конечная цель? «Вообще, что она имела в виду, говоря: «лучшее будущее на севере»? Чем дальше мы от тихого и заброшенного юга — тем больше мы погружаемся в жестокий и опасный мир». И, пожалуй, так оно и было. Весь их путь начался с необходимой жестокости, грабежа, возможно, даже убийства! Да что уж там и говорить — вспомнить только тех наёмников, которые сложили свои головы ради пары тысяч катов… И кто от этого выиграл? Безмозглые живоглоты, набившие пузо? Насколько суров этот мир, если чаще всего на завтрак, обед и ужин Эрик и Морена питались как раз-таки некоторыми из тех зверей, в драке с которыми погибли нанятые ими солдаты? «Пожалуй, стоит слегка притормозить с грогом» — подумал молодой авантюрист, кой, кажется, слишком смело бродил по коридорам собственных размышлений. Морена же, подобно тени, проскользнула незамеченной мимо двух полицейских патрульных, и шмыгнула в приоткрытое окошко магазина с одеждой. Внутри было тихо, но свет не был выключен, лишь приглушён. Прошло не более получаса, прежде чем она обчистила первый этаж полностью. Всё же, спасибо кому-то из предыдущих лавочников за столь удобные тёмные одежды, благодаря которым шекская воришка чувствовала себя в максимальном профессиональном комфорте. Забив рюкзак до отвала, и прикарманив всё, что плохо лежало, она тихонько двинулась на выход. Уже через дверь. Отворив замки, Морена не стала плотно её закрывать, надеясь вернуться сюда ещё раз. И вновь настала полночь, лишь ветер и скрип пыльного песка нарушал уличный покой. Девушка спокойной и уверенной походкой вошла в извечно галдящий трактир, в котором сегодня было достаточно людно. Разной масти сброд бухал, курил, орал, кто-то просто тихонько кимарил на подушках и за столами, а кто-то даже играл в карты. Оттого на очередного посетителя внимания никто не обратил. — Вот, — громыхнув тяжеленным рюкзаком по столу, поздоровалась Морена с Эриком. — Давай второй. — Нихрена себе! — удивлённо выпучил парень глаза. — Вот так просто? — Ну, кому-то просто, мхм, а кто-то своей шкурой рискует. Не тупи, я оставила дверь открытой. — Тебе нужна помощь? — смущённо поинтересовался Эрик, стащив рюкзак под стол, и вручив подруге свой. — Поможешь всё это дотащить потом, — хихикнула она. — Всё, будь готов, я скоро вернусь. Парень обеспокоенно проводил её взглядом до самого выхода, после чего решил аккуратно, чтобы не вызывать у соседей подозрений, посмотреть, что же там, внутри, за богатства скрываются. А богатствами стала довольно серьёзная на вид боевая броня, кольчужные рубахи и латная обувь. Наверняка пара комплектов такого обмундирования весомо поднимут их с Мори капитал. Вторая ходка затянулась на полчаса. Хоть Морена, уже прознавшая максимально удачный маршрут между домами и, на всякий случай, не попадаясь на глаза патрульным шекам, вернулась «на место» гораздо быстрее. Девушка точно знала, что «самый смак» должен быть поближе к сердцу. В комнатах рядом со спальней рыночного дельца. Так и оказалось, но пришлось повозиться с сундуком и сейфом. Около пятнадцати минут она безуспешно ковырялась в замке, пока тот желанно не щёлкнул, и дверца не отошла на пару миллиметров в сторонку. — Бинго! — прошептала она, горящими глазами окинув всё содержимое. А посмотреть было на что… Стопка новеньких книг, пяток конвертиков со звенящими внутри монетками, блестящая шкатулочка и ключ. Ключу она сразу нашла соответствующую скважину — от оружейного шкафа, стоящего запертым в этом же кабинете прямо напротив сейфа. Прислушиваясь к монотонному храпу, доносившемуся из дальней комнаты на этаже, Морена на цыпочках подошла к шкафу, вонзила в замочный проём слегка заржавевший ключик, и повернула его в сторону. *Щёлк!* И с неумолимым скрипом обе дверцы этого старого деревянного ублюдка медленно отворились перед домушницей. «Блять, меня щас спалят!» — в панике зажмурилась Морена, когда храп внезапно прекратился. Выждав полминуты, чуть дыша, она тяжело выдохнула, когда человек в дальней комнате вновь сладостно захрапел, пробубнив что-то во сне. А в шкафу, я вам скажу, была крайне интересная штука: высокая и плотная латная броня, начищенная до блеска, с множеством пластин, по форме повторяющая изгибы тела; здоровенный двухметровый узкий меч, тяжеленный, как само небо; и зауженные самурайские штаны. Для полного комплекта не хватало только сапогов и шлема, но их в шкафу не оказалось. Однако находка не иначе как стоила целое состояние! Поскольку сия драгоценность явно была не местной — диковинка точно из дальних земель. А значит, за такую местные торговцы по любому отвалят кругленькую сумму, хоть Морене уже стало жалко её отдавать, несмотря на то, что броня ей ещё фактически не принадлежала. Меч же она совершенно твёрдо решила оставить себе. Такие просто так на рынке не сыщешь. «Мне наплевать, что Эрик скажет по этому поводу» — подумала шекская преступница, и скинула рюкзак со спины. Она быстренько утрамбовала всё содержимое так, чтобы затолкать туда «супер-броню», и уложила сверху штаны. На этом можно было заканчивать — пора уносить ноги. Но здесь впервые проявилась аккуратность полуночного вора — девушка решила вернуть «всё по своим местам», чтобы пропажу обнаружили не сразу. Морена молниеносно схлопнула шкаф, дверцы которого не успели понять, что их закрывают, и на этот раз даже не скрипнули. Провернула ключик в обратную сторону, защёлкнув замок, и вернула его в сейф, который, в свою очередь, так же оставила в первоначальном положении. Аккуратно, подобно кошке, пройдя до лестницы, Морена спустилась на первый этаж и закрыла замки входной двери, после чего вернулась к узенькому окошку, приоткрытому для проветривания помещения. Наполненный краденым рюкзак, распираемый от затолканного в него добра, не проходил в этот маленький проём, а потому пришлось прибегнуть к хитрости. От всех этих манипуляций Мори начинала нервничать, думая, что делает что-то неправильно, и что вот-вот и посыплется со своей конспиративной игрой. Но довершить начатое стоило, иначе к чему этот недоделанный маскарад? Морена вновь открыла дверь, аккуратно отворила её и огляделась по сторонам. Чисто! После этого она скинула рюкзак прямо у крыльца, затворила входную дверь, и покинула магазин через то же окошко, через которое в него и проникла. Затем вышла из-за угла, закинула рюкзак на плечо, и рванула дворами в сторону паба. Вот это был номер! — Да ты прикалываешься, я уже все локти искусал! Думал, что тебя повязали! — Разгорячённо шикал и рычал Эрик, когда она бахнула на стол перед ним вторым рюкзаком. В пабе веселье всё так же не утихало, лишь сменился десяток лиц, но антураж сохранялся прежний. — У меня есть план, — увлечённо заявила Морена. — Опять план? Давай просто уйдём отсюда, я уже на измене, блять… — нервно осматриваясь по сторонам, процедил сквозь зубы её друг. — Мы уже уходим, но мы пойдём тем же путём, каким и пришли сюда. — В смысле? Ты там головой не стукнулась? После твоей выходки стража нас точно заломит. — Что у тебя в чашке? — Что? А… чё-то я не понимаю. — Дай-ка попробовать, мхм, — сказала она и жадно приложилась к ёмкости с грогом, осушив её полностью и довольно протянув: — Мха-а-а! Зашибись! Вкус победы, Эри! Парень хмуро таращился на свою напарницу, пытаясь уловить суть. — Сходи к трактирщику, — сказала вдруг она, — купи пару бочонков с грогом и два маленьких чёрных рюкзака. Они ведь такие же, как наши? — Ну, как тебе сказать… раза в два меньше. — Сойдёт. Думаешь, стражники всю херню запоминают, мхм? — девушка счастливо потягивалась в разные стороны, после чего нацепила защитный противогаз, — давай. Двигай! «Обезумела, что ли?» — подумал Эрик, недовольно засеменив к барной стойке. Спустя двадцать минут слегка подвыпившие авантюристы уже показались у створки южных ворот. Ожидалось, что начальник стражи бросит что-нибудь язвительное в сторону недавних гостей города, но он оказался на удивление молчаливым парнем, который лишь пристально осматривал Морену с головы до ног. Чёрт его знает, о чём он там думал, но вряд ли о чём-то хорошем. Мори с Эриком же решительно сделали вид, что весело обсуждают какую-то «свою» тему, и сами не заметили, как дошли до ворот. — Досмотр, — строго буркнул тот самый тип. На этот раз Морена не стала ничего отвечать, лишь скинула лямку своего рюкзака с плеча, и развязала шнурки главного отдела. Затем Эрик сделал тоже самое. В мешках у обоих было по бочонку грога. Начальник стражи пристально осмотрел их ещё раз, и глаз его внезапно зацепился за здоровенный меч, перекинутый за спиной у темнокожей шечки. — Меч, — сказал стражник. — Откуда? — От моей прабабушки, — бросила Мори в ответ, — ещё вопросы будут, или уже позовёшь меня на свидание? Парни из отряда стражника разом заржали, отчего и Эрик не смог сдержать смешка. — Понятно, — уязвлённо произнёс начальник охраны. — Проваливай уже отсюда. Так друзьям удалось выйти из Скуина безо всяких проблем, хотя Эрик ещё неоднократно припоминал Морене её «проклятую здоровенную железяку». Парочка обошла поселение с юга и, осторожно оглядываясь, подползла к небольшому склону в районе западной стены. Там они подобрали сброшенные ранее со стороны города полные рюкзаки с награбленным, и весело двинули во тьме ночи назад к путевой станции техохотников, чтобы сплавить добычу и хорошенько отдохнуть.Часть III,
в которой друзья решили больше не медлить.
— Ои! — приветственно взмахнул рукой седеющий торговец из-за прилавка. — И вновь приветствую вас, странники. — И тебе не хворать, дядь, — кивнул раскрасневшийся Эрик, сбросив мешки на пол. — Снова пришли меня обдирать? — Мхм, будто б вы от этого страдаете, — игриво произнесла Морена, и хлопнула двумя пустыми чёрными рюкзачками по прилавку. — С ободранного процент шьют. — Как говорится, — компанейски поддержал пословицу Эрик. Торговец, улыбаясь редеющими зубами, добродушно поднял ладони: — Что правда, то правда. Так и что же на этот раз вы мне принесли? — У нас есть нечто интересное, — Мори посмотрела на своего компаньона, и жестом указала ему на один из рюкзаков. — Кстати, вот эти два мешка, которые поменьше… — И пустые, — заметил владелец магазина. — … Мы брали за пятьсот. Вам отдадим за пятьсот оба. — Что ж, тогда, как своим, не побоюсь этого слова поставщикам, я накину вам процентик-другой за что-нибудь поприличнее. — Деловой подход, — удовлетворённо выдохнул Эрик, водрузив на угол прилавка второй рюкзак. — Позвольте поинтересоваться, дорогие гости, — произнёс вдруг мужичок с неприятной интонацией. — Откуда вы балуете меня такими драгоценностями? — Разве… — насторожённо заговорил Эрик, но Мори поспешила его перебить: — Распродаём наследство. Переезжаем, — улыбнулась она. Хоть её слова и прозвучали довольно убедительно, торговец явно сделал выводы. Он хотел было что-то сказать, набрав воздуха в грудь, но помедлил, и деловито улыбнулся: — Будем надеяться, никто из родственников не расстроится. — Мы единственные дети в семье, — вежливо кивнула Морена, несмотря на то, что все в этой комнате понимали абсурдность родства человека с шеком. — Тогда, не буду болей вас задерживать своими невыгодными вопросами. Приступим! Около часа они один за другим доставали «подарки из мешка», обсуждая ценность предметов и дальнейшие условия сделки. В целом, разногласий не возникало, и то, что в Скуине скупщик краденого взял бы вполовину дешевле, на этой путевой станции удалось сбыть по весомой наценке. Техохотники всегда рады взять хорошее обмундирование, особенно, если им сразу же можно снарядить своих бойцов для рейда. Или перепродать скитальцам по ещё большей цене. Несколько пар крепкой обуви, кольчужные рубахи, универсальные кожаные доспехи, даже коротенький танто, который Морена стиснула с чужого стола в самую последнюю очередь, ушёл за пару сотен. В общем, всё пришлось торговцу по нраву. А потому он не преминул возможностью пополнить коллекцию магазина и различными предметами роскоши, вроде набора керамической посуды и даже той блестящей шкатулочки (взял её просто за красоту). В самую же последнюю очередь шекская преступница достала из опустевшего воровского рюкзака ту самую броню из запертого шкафа. Представив, будто бы надевает её на невидимого человечка, следом Мори подложила и зауженные самурайские штаны. У торговца загорелись глаза. — Простите мне мою грубость, дорогие гости, но кем вам приходился тот воин, чью броню вы решили продать? — Мне кажется… — вновь серьёзно заговорил Эрик, но Морена попыталась его перебить. — А что вас смутило? — … это уже лишнее. И они недовольно уставились друг на друга. Владелец магазина азартно переводил взгляд с одного покупателя на другого, и обратно. — Боюсь, что на это у меня уже попросту не осталось кат! — заговорил он так сладостно слуху и настолько быстро, что оба путешественника явно ощутили на себе торговую игру. — Это не просто боевые шекские одёжи, мои дорогие. Это — настоящий гвардейский доспех! Самурайские латы северных гарнизонов, крепкие, как кость левиафана! Удобные, как ветер, и лёгкие, как ночь. Такое носят в кругах знатной стражи, не иначе! И на рынке такое просто так не купишь. «Удобные, как ветер?» — подумалось Эрику. — И сколько?.. — заговорил он, но подруга вновь затараторила ещё быстрее и незаметно наступила под прилавком ему на ногу. — Не представляю, насколько, мхм, несказанно вам повезло! — Аргх! — усмехнулся ехидно мужичок, — а вас не проведёшь! И вправду, мне с вами очень повезло. — Мы ведь уже говорили, что переезжаем, дорогой друг, — продолжила Мори словесную дуэль. — А потому всякий, хоть и драгоценный сердцу лат для нас в дороге будет лишним весом. — Чего, конечно, не скажешь о нитке катов, ведь деньги, сколько бы ни весили — веса не имеют, не так ли? — уже совсем откровенно сквозь неполный рот зубов засмеялся из-за прилавка торговец, и «поставщики» поддержали его веселье. — Именно, — выпрямилась Морена и поправила огромный клинок, висящий за спиной. — Я могу представить, за сколько такое могут взять, скажем, в Скуине. Как ты думаешь, братец, — обратилась она к Эрику. — Сколько бы мы могли выручить за эти доспехи в Скуине? — Ну, — поправив причёску и деловито погладив пробившуюся на лице щетину, ответил её «брат». — Поскольку подобные вещи куются на заказ для знати, в себестоимости они, обычно, оцениваются десятками тысяч. Учитывая качество данного товара, и взяв в учёт время с момента ковки… — И редкость такой диковинки, — экспертным тоном добавила уже «сестра». — … Безусловно. Такую редкость на рынке днём с огнём не сыщешь. — Превосходно, — довольно улыбаясь, оценил их речь торговец, разведя руки в стороны. — Я считаю, одиннадцать-двенадцать тысяч — это нынешняя рыночная цена этого товара. Но, в дань уважения нашим торговым отношениям, я бы скинул до девяти с половиной. — Пять семьсот, — бросил вдруг продавец. — Восемь, — парировал Эрик. — Ладно, шесть триста, и бутылка кроворома. *БАХ!* внезапно хлопнула Морена рукой по столешнице прилавка, заткнув за пояс обоих, и грозно закричала: — СЕМЬ СЕМЬСОТ И КРОВОРОМОМ ЗАКРЕПИМ СДЕЛКУ! — А-а-ах! — едва ли не рухнул в обморок мужик за прилавком, а со второго этажа вдруг донёсся жуткий грохот. Спустя каких-то десять секунд, в торговый зал, бряцая железками, резво ввалились вооружённые пилами, гарпунами и саблями парни, в количестве четырёх лиц. — Дядя Дайро?! Всё в порядке?! — завопил один из них. — Всё отли-и-ично! — хихикал дядя Дайро, утирая слёзы. — Давненько я так не веселился, ну, что ж, это и хорошо. Я согласен. Уж подняли старику настроение, так и быть, раскошелюсь на ваши уловки! Впрочем, несмотря на всю доброжелательность, некоторое дерьмо в этом торговце всё-таки имелось. И это немудрено. Хочешь мутить на континенте бизнес — обязан запастись душевным дерьмецом, иначе в этом мире сделки не проворачиваются. И не стоит забывать, что практически всех торгашей Морена приравнивала к виновникам несправедливости, которая круговоротом вертелась в этих землях каждый день. А потому даже добродушный дядя Дайро попадал под конвенцию о мести. Даже после того, как пригласил их в свой «офис» на втором этаже. Он представлял собой большой круглый стол, стоящий на крыше под широченным тканевым навесом. Вокруг стола расположились удобные деревянные стулья, а под ногами лежал слегка потрёпанный, но недурственный ковёр. С крыши магазина на этой путевой станции открывался замечательный вид на каньон Скуина вдалеке, и окружающие его пустынные барханы. Горизонт просматривался и далее, ещё на пару часов пути, и вид Морене под кружку крепкого кроворома пришёлся очень кстати. Эрик же держался насторожённо, но даже его редкий по своему благородству напиток хорошенько расслабил. Они выручили от этой сделки почти пятьдесят тысяч. «На эти деньги мы с Мори можем безбедно устроиться в каком-нибудь союзном городке на полгода, не меньше!» — восклицал про себя Эрик, сидя за столом с Мореной и Дайро. — Не буду кривить душой, — произнёс вдруг седеющий торговец, наслаждающийся редким алкоголем. — Вы мне понравились. Коли окажетесь ещё в наших краях — смело обращайтесь, помогу, чем смогу. Не привык я, конечно, так развешивать уши — уж у сыновей моих спросите. Они вам подтвердят. Но к вам, почему-то, хочется относиться хорошо. И кровором обычно после банальных сделок не откупоривают, я вам скажу. — Я тоже немало, мхм, удивлена, — скромно пояснила свою неловкость Морена, тихонько попивающая терпкую жижу из керамической кружки, и вновь поправила новый меч. — А от вас, моя милая, слишком сильно веет благородством, — подмигнул ей дядя Дайро, и она смутилась. — Это вы на что намекаете, папаша? — недовольно буркнул Эрик, но всё же заставил себя вежливо улыбнуться. — Всего лишь мысли вслух, не обращайте внимания на старого торговца в дырявом пальто. — Полно вам, мхм, прибедняться, — спорила Морена, уже не в первый раз замечая, как новоиспечённый друг заглядывается на её оружие. — Может, вы предложите и за него хорошую сумму? — Ну уж нет, уважаемая Морена, — вскинул ладони Дайро. — Вы снова начнёте со мной торговаться и оставите старика без штанов до следующего покупателя. — А чем же он тогда так привлёк ваш взгляд? — А я тут просто, — шутливо икнул Эрик, и разом осушил свою чашу. — Посижу, знаете. Просто посижу и послушаю вас. Не обращайте внимания, будто бы я тут есть. — Дорогие гости, — аккуратно поднялся из-за стола торговец, столь же резко прикончив свой напиток, и вновь пополнил их бокалы. — Это не что иное, как одачи. Причём, крайне хороший одачи. Такие катаны куют только в одном месте, и если «дедушкиными доспехами» вы ещё и смогли запудрить мне мозги, то с этим мечом вам в дальнейшем стоит быть более осмотрительными. — То есть? — Это очень хороший меч, — повторил Дайро. — Он ещё не раз привлечёт к себе внимание, поэтому, отправившись в путешествие, постарайтесь не обнажать его в неподходящих случаях. Именующий себя «стариком» продавец загадочно вышел из-под навеса, и встал у каменной ограды, всматриваясь вдаль. А Эрик очень странно посмотрел на Морену, будто б сейчас произошло что-то очень таинственное и судьбоносное, хоть и неявное. — Я обещаю вам, что попусту поднят он не будет, — ответила вдруг шечка, и Дайро обернулся, вновь загадочно улыбнувшись. — Ох, в этом я не сомневаюсь, да. Ну, что ж. Пожалуй… — … Да, нам пора, — резко встал Эрик, и подошёл к торговцу. — Предлагаю тост: за удачную сделку! — Салют! Они чокнулись, выпили, и распрощались. И тем же вечером «поставщики» вновь отправились в Скуин, на ещё одно дело. — План такой же, — деловито бросила своему брату Мори, когда они зашли в бар. — Ждёшь меня, меняемся рюкзаками, ждёшь меня. — Слушай, а не слишком ли это рискованно? — А? Мхм, у меня дежавю? — будто бы не ощущая никакой опасности, отмахнулась она. — Кхр, я имею в виду, что мы… — обеспокоенно сказал Эрик, слегка понизив голос. — Погоди, давай присядем вон туда? У нас же есть время? На сей раз смена у южных ворот была другая, и того «бравого» шека они не встретили. А потому проверка прошла достаточно быстро и «без лишней пыли». Но Эрик крайне насторожённо вошёл в город, метая взгляд по сторонам, и навострив уши. Он не знал местных, не был знаком с общим положением дел и связей в самом Скуине, и оттого чувствовал себя чертовски неуютно, поскольку не был уверен, что их кража осталась незамеченной. — Слушай, Мори, — потирая ладони, заговорил Эрик, осмотрев полупустой бар. Веселья в этом заведении сегодня явно было меньше, чем тогда, как и самих посетителей. — Мы второй день подряд «работаем» здесь. Тебе не кажется, что это может быть слишком опасным. Шеки, насколько я знаю, очень не любят воровство и просто рубят за это руки… — Эри, — закатив глаза и глубоко вздохнув, цокнула Морена в ответ. — Никто не любит воровство, открою тебе секрет. Но ты же понимаешь, зачем мы это делаем? — Ну, да, конечно, да! Просто… — Расслабься, я сделала всё максимально чисто. Вряд ли к нам кто-нибудь докопается. — Просто, опять же, все торговцы наверняка общаются. — Да, и я уверена, что пропажу достаточно большого числа предметов из, мхм, магазина… в общем. Я сделала всё так, чтобы такую кражу приняли за воровство от залётных гастролёров. «Залётные гастролёры? — подумал Эрик, — и откуда она этого набралась?» — Серьёзность «второго этажа», — загадочными намёками изъяснялась его подруга, — вряд ли кто-то прознал. — Ты сказала, что не оставила следов, — не унимался парень. — Залётные бы просто вынесли замок, ну, я не знаю, как это… что вообще за гастролёры? — Ай, да я услышала вчера в баре, пока ты ходил за грогом. Не бери в голову, чёрт, ты что, струсил? Всё равно всю работу делаю я. — Мори, ты ебанулась?! — вспылил Эрик, нахмурившись и шикнув на неё. — Я отвечаю за нас обоих! — Отвечай за себя. — Блять, ты чё несёшь-то? — Успокойся, чудила! Мхм. Я же сказала: всё будет гладко. — Мы и так уже хапанули здраво, может, осадим коней до следующей остановки? — Слушай, я хочу нормально подняться, — очень уверенно вдруг взмахнула Морена пальцем прямо перед лицом у своего запаниковавшего друга. — Я не собираюсь всю жизнь шариться по чужим домам. И я хочу войти на север уже с катами, понимаешь? — Тебе полтаря́ мало что ли, Мори? — Ну и что нам с этим полтарё́м делать? Я хочу купить дом в городе, Эри. — Ты там какой дворец-то собралась брать? Нам пятидесяти тысяч за глаза хватит! — А дальше что, мхм? Ты пойдёшь на шахту камни долбить? — Да устроимся уж как-нибудь. — Эрик! — Что?! — Ои, — внезапно прервал их чей-то голос. — Сегодня гостей не так много, поэтому мы разносим заказы по столам. Вам что-нибудь нужно? — незнакомцем оказался на удивление высокий бармен-жженоземец. Он доброжелательно, но пристально рассматривал посетителей трактира своими яркими, чуть ли не горящими, голубыми глазами. — Да, мне кувшин саке, а моему приятелю пару яиц, — напряжённо выдохнула Морена, откинувшись на спинку стула, а Эрик, скривив лицо, вперился в неё недобрым взглядом. — Я вас понял, кувшин, и две чаши саке, — улыбнулся бармен. — Сию минуту. Он удалился, а Эрик, выждав мгновение, серьёзно заговорил: — Представь, что ты купила целый город, Мори. Купила, да, обзавелась связями, прожила в нём какое-то время, обустроилась, да? — Н-ну. — И вот, как бы, жизнь устоялась, и связи тоже, и торговля идёт своим чередом, и люди приходят, и уходят, а ты наводишь порядки и связи... — Связи-связи, бла-бла-бла… — ... — Мхм, — гневно фыркнула шечка. — Короче, представь, что в твоём городе нехило так выставляют торговца, и хорошенько опускают его на дорогущие редкие побрякушки. Представила? — У тебя что, борода появилась? — внезапно оборвала она рассуждения Эрика, ткнув ему пальцем в щёку. — Что? — он задумчиво потёр своё «шерстнеющее» лицо, и удивлённо хмыкнул: — ха, занятно. Похоже, что так. — Сбрей это потом — тебе не идёт. Так и что там дальше, Эри? Давай уже ближе к делу — не хочу тут весь вечер просидеть. — Так и ну вот, — начал Эрик, но замолчал, когда к их столику вернулся бармен, и поставил перед ними кувшин и пару небольших керамических чашечек. — Если что, — сказал тот, — я за стойкой. Опла́тите, как соберётесь уходить. — Благодарю вас, вы очень любезны, — фальшиво улыбнулась ему Морена одним ртом, не изменив выражения глаз. Бармен кивнул ей в ответ, и довольно удалился на своё рабочее место. — Так вот, — продолжил Эрик. — Представь, что в твоём городе произошла такая херня. Думаешь, ты бы об этом не узнала? Шеки тут десятилетиями живут, по любому среди них ходят всякие слухи, это, это… да блять, как в Старбэре было? Как в Оглануме, в принципе, было? В одном углу рыгнул — в другом уже обосрался! Ты помнишь? — Фи, — бросила Мори, с аристократичным видом разливая алкоголь по чашам. — Эри, я же не тупая, мхм. Ты думаешь, я не понимаю? — Тогда нахуя ты это делаешь? Ладно, мимоходом. Но, я тебя уверяю: те идиоты, которые возвращаются на место преступления… И тут Эрик на мгновение запнулся, вспомнив про того парня, которого они порезали в Стэкле. Он вспомнил, как тащил его окровавленное тело наверх, и вспомнил о своих рассуждениях с самим собой. — Ты чего? — кивнула шечка, после чего резко хряпнула саке, и зашипела, довольно зажмурившись: — Ха-а-а-аи! Хорош-шо! — Да я, кхр, — продрав горло, буркнул Эрик, и тоже приложился к напитку, — вспомнил про того парня. — Оай, Эричек, ладно, хватит тебе. Я поняла-поняла-а-а: ты у нас голова. Просто. Я хотела… Ладно. Давай так: пускай это будет последнее дело. Скинем Дайро лишнее, и больше к этому возвращаться не будем. — Этому старику? Он же сказал, что на мели. — Да брось, — деловито разливала она по второй. — Он торгаш, мхм, прям он отдал бы нам последние деньги. В общем, на том и решили. После третьей Морена смело встала из-за стола, повелела Эрику сидеть тихо, и направилась к выходу. Её друг на всякий случай «просканировал» клиентов бара, и позволил себе немного расслабиться, не заприметив никого подозрительного. Целью нынешнего дела Морены стал оружейный магазин в центральной части каньона. Она, уже отработав скрытный маршрут, прошмыгнула незамеченной мимо всех патрулей и прохожих по немногочисленным переулкам, и остановилась во дворе двухэтажного большого здания. Свет на верхних этажах не горел, а время близилось к полуночи, что означало удачную возможность для начала операции. Она встала за углом, у главной улицы, и осмотрела дорогу. После того, как городской патруль прошёл мимо, Морена молнией подлетела к дверям, и ловко вскрыла замок фирменными спицами за несколько секунд. Дверь хрустнула, и шечка аккуратно подняла её с лёгким шорохом над головой. Да, она открывалась наверх, и потому Морене пришлось чуть-чуть пригнуться, входя в помещение. В этот раз шекская домушница так же решила следовать «чистой манере» без следов, и посему закрыла за собой входную дверь. И вот оно: оружейная Скуина. Пилы, разные мечи, здоровенные и широкие зубчатые тесаки, круговые дубины, багры, даже пустынные сабли на прилавках висели — настолько это был добротный «кладезь отмщения». Всё, что попадало под юрисдикцию Морены по вопросам о колеснице несправедливости, присутствовало в этом магазине в избытке. И плевать, что она грабила, по сути, сородичей. В действительности же местные шеки никогда не были для темнокожей девушки «родными». Так же, как и в этом королевстве не жаловали чёрную чужачку в ответ. Она принадлежала к другому клану, но это была уже совершенно другая история. Сейчас же факт заключался в том, что Мори отнимала часть орудия угнетения у «сильных» для того, чтобыПока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!