Глава 5, в которой появляется Эми (бонусная глава)

— Ох… Я так надеюсь, что он придёт на этот раз… Эми стоит неподалёку от океанариума, одетая в своё новое любимое зелёное платье. Она надеялась, что этот зелёный подойдёт к его глазам, особенно теперь, когда детский карий начал потихоньку светлеть. Она надеется, что когда-нибудь цвет её глаз будет таким же, как и у него. Ей очень нравится зелёный. Впрочем, на улице всё таки холодно, поэтому она надеется, что красно-белый свитер, который она натянула поверх платья, не испортит образ. Она даже подобрала туфли к свитеру на всякий случай, чтобы всё точно сочеталось. Хотя она чувствует себя глупо, думая об этом. Она знает, что Соника не так уж сильно волнует, как выглядят окружающие. Это одна из тех черт, что делает его таким дружелюбным, делает его героем. Но она всё равно ничего не может с собой поделать. Каждому второму мальчику, которого она знает, небезразлично, как выглядят девочки, и её мама всегда говорила ей, что лучший способ завоевать сердце мальчика — это выглядеть мило и задавать много вопросов о нём. Она думает, что её мама, должно быть, не очень хорошо знала Соника, потому что Соник очень плох в ответах на вопросы о себе и никогда не комментирует, как она выглядит, даже когда она вплетает ленты в волосы или по-другому укладывает свои колючки. Всë это так героично… Но ей и правда хотелось бы узнать о нём побольше, и она хотела бы, чтобы он обращал на неё немного больше внимания. Впрочем, она не возражает. Это просто делает его ещё более интересным. Вот почему она ждёт его даже сейчас, хоть и прошло уже полчаса с начала свидания, на которое она его пригласила. Одно из многих свиданий, на которые она его приглашала, и на которые он либо опаздывал, либо не приходил вовсе. Обычно о том, что он не может прийти, он не сообщает до тех пор, пока не становится слишком поздно, но иногда он приходит, даже не написав ей ответа. Так что она знает, что он так или иначе получает все её письма. Просто он… Обычно не отвечает. Всё в порядке. Она будет продолжать писать ему, даже если он не появляется часто. Как, например, сегодня. Эми вздыхает и легонько пинает землю, из-за чего в воздух подлетает несколько камешков. Что ж, всегда есть другой раз. Ей просто немного грустно, потому что она уже купила два билета. Ко входу идёт очень милая парочка… Пара будущих родителей, две птицы одного вида. Будущая мать бережно держит в руке своё яйцо, а будущий отец обнимает её, с любовью заглядывая ей в глаза. Они так мило смотрятся вместе… Эми просто нравится наблюдать за тем, как парень заботится о своей возлюбленной. Может быть… Может быть, если Соник не придет, она сможет сделать их день лучше. Из всех присутствующих здесь, она хотела бы отдать свои билеты этой очаровательной паре, если сама не сможет ими воспользоваться. Вздохнув, Эми решает исполнить задуманное. Она берёт себя в руки и надевает свою лучшую дружелюбную "привет-я-Эми-Роуз-и-я-здесь-чтобы-помочь!" улыбку. Она собирается привлечь их внимание, как вдруг видит размытое движение. Синий цвет. Её сердце замирает, когда она понимает, что это значит. Он пришёл! На этот раз Соник правда пришёл! Эми чувствует, как бабочки порхают у неё в животе. Интересно, что это значит? Ему нравятся океанариумы? А может быть, у него наконец-то появились чувства к ней после прочтения её последнего письма?.. — Соник! — зовёт она, стараясь не визжать. — Привет! Ты пришёл как раз вовремя, океанариум открыт ещё несколько часов!.. — Эми! — Соник улыбается ей, широкой и очаровательной улыбкой. От этого у Эми внутри всё переворачивается, от этого ей хочется сделать сальто. Ей так нравится, что он не делает вид, будто он слишком крут для океанариумов или для того, чтобы тусоваться с ней. Она машет ему рукой, хотя он уже направляется к ней. — Спасибо, что пригласила меня, — говорит Соник, как только подходит ближе, и Эми всё ещё привыкает к его голосу и его странной интонации. И всё равно эта странность не успокаивает бабочек внутри. — Я никогда раньше не был в океанариуме. Там есть рыба, да? Живая и так близко? — Ага! — Эми энергично кивает головой, желая, чтобы её сердце хотя бы немного успокоилось. Этого не происходит, и энергия волнения и восторга волнами исходит от неё. — Здесь много рыб! И тюлени. И другие морские обитатели. В прошлый раз, когда я была здесь, мне удалось погладить ската! — Он тебя не ужалил? Эми прикрывает рот рукой, стараясь не хихикать. Соник многого не знает, о многих вещах. Теперь она добавит к этому списку морскую биологию. Пока что этот список включает в себя валюты, земельную собственность, одежду, математику (и всё что с ней связано), диетическое питание и грамматику помимо самых элементарных основ… Впрочем, они работают над последним. Немного. Соник давно ей не отвечал, но она уверена, что в следующий раз, когда он напишет, он будет в этом лучше. Она правда хотела бы почаще разговаривать с ним или просто чаще его видеть. Но он всегда сражается с доктором Роботником. Иногда ей даже хочется отправиться с ним в приключение… Было бы так весело отправиться с ним в приключение и проявить себя как достойный товарищ по команде. В конце концов, Тейлз даже младше неё. Может быть, сегодня она сможет доказать, что она достаточно храбрая и сильная, чтобы стать частью команды? — Эми? — Соник прерывает ход её мыслей, и она моргает, взволнованная из-за того, что так отвлеклась… — Тебя ужалил скат? — Жалят только хвосты, — наконец продолжает она. — И скаты знают, что их кормят работники океанариума, поэтому они не хотят никого жалить. Так что если ты будешь ласков с ними, ты сможешь погладить их, не причинив себе вреда. Соник серьёзно кивает, слегка нахмурив брови. — Каких ещё животных можно погладить? — Ну, я думаю, это зависит от дня, и в определённый день бывают какие-то определённые животные. Однажды мне удалось погладить улитку и подержать несколько лягушек, а иногда у них бывают маленькие рыбки, которые едят омертвевшие клетки кожи с твоих рук! Соник моргает. Он смотрит на свои перчатки, как будто раздумывая, захочет ли он участвовать в чём-то, что потребует их снятия… Он дёргает манжеты, опускает кончики губ, пока принимает решение. Эми не может удержаться от улыбки, сердце бешено колотится. Он такой выразительный… Как ему удаётся быть таким выразительным даже в таких мелочах? Ни один из других мальчиков, которых она знает, не делает так много движений, которые говорят столько всего без слов. Соник ловит её взгляд, и она быстро отводит глаза, надеясь, что он не видит, как она краснеет сквозь рыжевато-коричневую шёрстку на лице. — Если ты готов, мы можем зайти внутрь? — спрашивает Эми, проклиная писк в своём голосе. Соник серьёзно кивает и выглядит перед этой экскурсией примерно таким же напряжённым, как и перед приключением. — Погнали. Эми тихо вздыхает от облегчения. Затем она улыбается Сонику и ведёт его к океанариуму.

***

Эми уже поняла, что Соник никогда в жизни не видел столько рыб. Он всматривается во всё, часто прижимается носом и руками к стеклу, и оно запотевает от дыхания, когда он пытается хорошенько рассмотреть всех тропических рыб. — Эми, — Соник говорит восторженно, — смотри, опять эти маленькие оранжевые! А что это за маленькие ползающие существа под ними? — Эти? А-а-а… Это креветки, — отвечает Эми. Теперь, когда они внутри, она чувствует себя немного взволнованной. Она всегда забывала, что Соник большую часть своей жизни жил вдали от общества. Он рассказывал, что когда-то жил на маленьком острове, и большая часть его взаимодействия с жителями заключалась, ну, в общем, в их спасении. При этом он не находился в самой толпе. Поэтому она не уверена, как объяснять ему правила вежливости. В конце концов, они с ним на свидании. Что более невежливо? Доставлять неудобства окружающим? Или говорить своей паре — тому, кто старше и круче неё — что невежливо класть руки на стекло и говорить так громко? И почему, о, почему это всё ещё делает его таким очаровательным, крутым и весëлым? Эми слышит, как вокруг них шепчутся посетитили, и находит в себе силы не обращать на это внимания. Вместо этого она подходит немного ближе к Сонику, чтобы благодаря уже этой близости он мог понизить свой голос. — Они розовые, — Соник поднимает взгляд с лёгкой улыбкой на лице и говорит чуть более мягким голосом. — И очень милые. Эми хочет последовать совету своей мамы и воспользоваться этим моментом, чтобы обратить его внимание на кое-что другое, тоже розовое и тоже очень милое. Но её щёки пылают, она едва может дышать, так что она понимает: она не может этого сделать. Вместо этого она с трудом сглатывает и кивает, глядя на его мягкую улыбку и эти чудесные зеленые глаза. — Да… Они… Они и правда… И правда хорошие. — Хорошие? — Соник смотрит на неё, склонив голову набок. — Они помогают другим рыбам? — А? — Эми выпрямляется, понимая, что потеряла нить разговора. Она поправляет свой свитер, чувствуя себя очень глупо из-за того, что так переволновалась. — Нет, эм… Ну, я уверена, что они хорошие, но… Подожди, ты сказал другим рыбам? Креветки — это вообще не рыбы, это ракообразные. — Рако-чего? — Ракообразные! — Эми чувствует себя умной, потому что может произнести это слово правильно. Может быть, это способ вернуть Сонику симпатию к ней и позвать её на приключения… Ей просто необходимо быть умной и знать столько всего о мире! — Они похожи… Ну, у них такие твёрдые панцири, много ног и сегментированные тела. Они отличаются от рыб, потому что у рыб есть жабры, чтобы дышать под водой, и плавники, и они мягче. — Оу, — Соник кивает, кажется, принимая это к сведению. Теперь он выглядит немного серьёзнее, хмуро глядя на маленькую креветку. — Эти ракообразные… Неужели они могут дышать под водой? Без этих штук с жабрами, о которых ты упоминала? — А? Оу, эм… — на сердце Эми появляются лёгкие трещины. Вот тебе и план. Она не может считаться всезнающей, если даже не знает, как дышат ракообразные. — Ну… Они никогда не поднимаются на воздух, так что, думаю, у них должна быть возможность дышать под водой. Соник мычит в ответ. Его пальцы всё ещё прижаты к стеклу. — Им так повезло… Он говорит это с такой нежностью, как будто на полном серьёзе думает о том, что креветкам повезло быть креветками. Как будто он не Ёжик Соник, который уже сражался с очень сильными взрослыми и очень большими роботами и выбирался из таких передряг живым и невредимым. Она не может понять, что он имеет в виду, говоря так. Поэтому Эми решает набраться смелости и спросить, хотя её мама говорила ей не сомневаться в мальчиках. — Что ты имеешь в виду? — спрашивает она, и когда он смотрит на неё с любопытством, она теребит свои перчатки и браслеты, стараясь не выглядеть слишком робкой. — То есть, почему креветкам так повезло? Они — не ты! Тебе не нужно ревновать ни к каким креветкам. Ты… Ты — Ёжик Соник. — Думаю, ты права, — Соник потирает затылок, кажется, что на его щеках появился такой же лёгкий румянец. — Хех. Спасибо, Эми. Эми улыбается, но у неё не получается нормально посмотреть на него. Вместо этого она теребит юбку и смотрит вниз на свои туфли. — Конечно. Я… — она чувствует себя глупой, застенчивой и очень, очень озадаченной тем, о чём он вообще говорит. — Ты слишком крут, чтобы ревновать к креветке. — Ну, я не то чтобы ревную, — голос Соника тоже звучит немного смущённо; Эми рада, что не у неё одной такие проблемы с голосом. — Точнее, дело не в самих креветках. Просто было бы здорово иметь возможность дышать под водой или плавать, вот и всё. Эми снова смотрит на него, уже не чувствуя себя такой взволнованной. В основном она просто в недоумении. Может быть, немного обеспокоена. — Ты не умеешь плавать? Соник резко поднимает глаза и смотрит вокруг, будто он только сейчас осознал, что вокруг них находится другие посетители. — Эм… — начинает он и в какой-то мере выглядит так, будто его застали врасплох. Затем его взгляд внезапно проясняется, и он смотрит в другой конец комнаты. На другой стороне есть большой житель морского зоопарка, до которого они еще не добрались — огромный красный осьминог. — Вау… Что это такое? Соник спешит к осьминогу, но держится подальше от стекла, находясь на довольно приличном расстоянии от него. Эми старается не чувствовать слишком большого облегчения от того, что он больше не прижимает к стеклу свой нос. — Это осьминог, — добежав до Соника отвечает Эми. — Ты разве никогда не видел их раньше? — Э-э, наверное нет? В последний раз, когда я был глубоко под водой, там было… — он внезапно сглатывает. — Довольно темно. Соник усмехается. — Ты был глубоко под водой? Не умея при этом плавать? — спрашивает Эми, широко раскрыв глаза. — Ты такой храбрый, это ведь так страшно! — Не, не так уж и страшно это было, — отвечает Соник, и он выглядит таким крутым, говоря это. Эми наблюдает, как он потирает нос, и ей кажется, что у неё вот-вот случится короткое замыкание. Она не может не вспомнить, каким крутым он был, спасая её от Метал Соника два года назад. Она действительно рада, что они продолжили поддерживать связь. Она надеется, что это потому, что они были друзьями по переписке ещё до того, как её похитили. Что ему так понравилось общаться с ней, что он просто обязан был спасти её и убедиться, что с ней всё в порядке даже после этого. Впрочем, она всё ещё задаётся вопросом, почему он не пишет ей в ответ. Может быть… На этот раз она может спросить? — Эй, Соник? — спрашивает она более мягким голосом, надеясь услышать честный ответ. — Хм? Он оглядывается на неё как раз в тот момент, когда осьминог начинает двигаться. Эми не смогла удержаться и пискнула, перепуганная тем, как странно он двигается. Открыв глаза она выглядывает из-за спины Соника, который уже поднял руку в защитном жесте. Ох, она никогда не заставит его относиться к ней серьезно теперь, когда он видел, как она пугается из-за пустяков. Она делает глубокий вздох, затем отстраняется от него. — Извини, просто… То, как он двигается… Это так странно. — Многие говорят, что то, как я двигаюсь, тоже довольно странно, — подшучивает Соник. Эми надувает щеки. — Это другое, ты просто быстрый! Соник смеётся. Но затем он снова смотрит на осьминога, зачарованно наклоняя голову, наблюдая, как он прилипает к стеклу и отклеивается от него. — Хорошо, что он не может выбраться наружу и с нами всё будет в порядке. Стекло должно быть довольно толстое, если за ним столько воды, и что-то такое мягкое ни за что не сможет его пробить, — говорит он как ни в чём не бывало. — Я видел, как стекло удерживает целый океан, у этого маленького чувака нет ни единого шанса. — И если… И если бы он всё-таки выбрался наружу, я бы побила его за нас обоих, — обещает Эми, но понимает, что здесь она ни за что бы не достала свой молот. Это может быть плохой затеей, когда вокруг так много ненадёжного стекла. Соник улыбается и легонько ударяет её по плечу, и на сердце Эми мгновенно становится легче. — Я не ожидал меньшего от той, что пережила Метал Соника. Но я надеюсь, ты позволишь мне помочь тебе. — Я… Да! Конечно! — Эми смотрит на него большими сверкающими глазами, когда представляет, как бьётся бок о бок с Соником, как она и хотела с тех пор, как он спас её. Может быть, она действительно сможет когда-нибудь отправиться в приключение? И сражаться рядом с ним, как она и мечтает вот уже два года… Однако толпа начинает двигаться, и Эми понимает, что следующая группа, вероятно, хочет посмотреть на осьминога. Эми оглядывается через плечо и видит, как позади них формируется небольшая группа. Многие из них — посетители, которые без проблем могут смотреть поверх них, но некоторые — дети помладше, а некоторые — низкорослые мобианцы. Она краснеет, чувствуя себя неловко из-за того, что они задерживают их. — Пойдём, — говорит она, храбро беря Соника за руку. — Давай посмотрим следующую часть океанариума, хорошо? Соник улыбается ещё ярче, затем подмигивает ей и показывает большой палец вверх. Сердце Эми трепещет так сильно, что может взорваться, но она показывает это лишь легчайшей дрожью в своей улыбке. Следующие полчаса проходят идеально. Вместе они рассматривают ещё нескольких животных и даже гладят скатов, которых она так хотела ему показать. Соник даже снимает свои перчатки и сам гладит их, завороженный их кожей со странной текстурой. Похоже, он им тоже нравится. Эми понимает почему — он очень дружелюбен и обладает даром узнавать, где потереть им голову. Он немного рассказывает ей о своём самом большом секрете, почему животные так его любят — дело в том, что он торжественно поклялся защищать всех животных, всегда. Он даже рассказывает ей, что раньше не жил ни с кем, кроме фликов и нескольких других маленьких зверьков для компании. Она не очень верит ему, потому что её мама говорила, что у каждого есть какие-то взрослые, которые присматривают за ним… Но она считает, что Соник смог бы прожить несколько месяцев на природе. И он бы справился, живя таким образом жизни, она уверена в этом. Как только они заканчивают со скатами и несколькими более маленькими созданиями, они переходят к самым большим экспонатам во всём морском музее. В следующем помещении есть даже маленькие акулы, и Эми считает, что они выглядят невероятно симпатичными, особенно рядом с тропическими рыбами и некоторыми морскими черепахами, с которыми они здесь соседствуют. Здесь так много всего интересного, и Эми не терпится увидеть реакцию Соника, когда он увидит более крупных животных. Она снова берёт Соника за руку и ведёт его внутрь, наблюдая за тем, как его глаза округляются, когда он видит, что в этом помещении стекло высотой в один этаж и вода практически окружает их. По сути здесь нет ничего, кроме потолка, пола и редких опорных балок, всё остальное представляет собой широкую стеклянную панель, позволяющую им видеть всех животных вокруг себя и свободно плавающих рыб. Глаза Соника широко раскрыты, он выглядит немного ошеломлённым и не может перестать оглядываться по сторонам. Он даже несколько раз оглядывается за спину, в сторону выхода. Эми не уверена, но всё же делает предположение, что он пытается оценить, сколько места должно быть у рыбы, чтобы плавать. В конце концов, он ужасно сильно заботится о животных. — Не волнуйся, — говорит она, сжимая его руку, которую он не отпускает с тех пор, как они оказались в этой комнате. — Я прочитала в описании океанариума, что у них здесь более 300 000 галлонов воды. Я не знаю, какую именно это занимает площадь, но у рыб достаточно места, чтобы плавать. — Я не… — начинает Соник, и его голос звучит немного забавно. — Я тоже на самом деле не знаю, насколько велика эта площадь. Хех. Звучит, как много. Эми улыбается, сжимает его руку и продолжает идти вперед, а Соник следует за ней. Вскоре они добираются до главного приза океанариума на Вокзальной площади — Смотрового туннеля. Здесь даже потолок и пол исчезают, позволяя быть окружённым со всех сторон рыбами, черепахами и акулами. Это просто шикарное чувство — Эми нравится, как умиротворённо она себя чувствует, отделённая от природы, но всё ещё имеющая возможность оценить её красоту. Она поворачивается к Сонику, готовая рассказать ему всё о программах спасения, которые существуют в океанариуме, и о том, как она исследовала здешних черепах, как все они были спасены после аварии рыбацкой лодки десять лет назад. Но она резко останавливается, когда замечает выражение его лица. Соник совсем не похож на самого себя — язык тела говорит о его состоянии за него. Он оцепенел. Он дышит напряжённо, поверхностно, и он почти не держит её за руку; для него это не что иное, как мёртвый груз. Эми думает, что если бы она не тянула его за собой, она бы его потеряла. Она подходит ближе, вопросительно смотрит на него, пытается установить зрительный контакт. Но Соник смотрит куда угодно, только не на неё. Он больше не выглядит охваченным благоговением. Вместо этого его зрачки узкие, взгляд дикий. Если бы Эми не знала его лучше, она бы подумала что он… Напуган. Эми хмурит брови и пытается понять, что могло стать причиной этого. Она подходит ближе, всё ещё держа его за руку. Эми мягко сжимает её, так как он почти не шевелил пальцами с тех пор, как вошёл в туннель. — Соник? — тихо спрашивает она. — Что с тобой? Он ничего не говорит. Он немного напоминает ей того Соника, который когда-то впервые спас её, который ничего тогда не сказал, потому что ещё не доверял своему голосу. Но, в отличие от тех моментов, Соник сейчас выглядит оглушённым и бледным, неуверенным в себе. Он больше не выглядит крутым; его руки липкие от пота, взгляд отстранённый и встревоженный. Его глаза обшаривают всю комнату, но кажутся расфокусированными. — Соник? — снова зовёт Эми. Когда он снова не отвечает, Эми понимает, что должна что-то сделать. Поэтому она делает то, что, по её мнению, ей делать не следует. Она берёт его лицо в свои ладони и заставляет посмотреть на неё. На неё, и только на неё. — Я не знаю, что происходит, но… Ты в порядке, Соник? — спрашивает она всё таким же мягким голосом. — Скажи что-нибудь, чтобы я знала, что с тобой всë в порядке. Соник сглатывает, затем второй раз, третий. Он открывает рот, но не может сказать ничего; сбитый с толку, он прикасается к своему горлу. — Соник… — Эми замолкает, понимая, что понятия не имеет, что делать. Она прикусывает губу — она жалеет, что привела его сюда. Очевидно, что-то в этой комнате пугало его, или, может быть, он болен. Ох, как она хотела бы, чтобы здесь был кто-то более взрослый и опытный… Она даже оглядывается по сторонам, чтобы посмотреть, вдруг здесь есть врач, или учитель, или ещё кто-нибудь. Но когда она оглядывается вокруг, она понимает, что посетители уже смотрят на них, и чувствует, что это то, чего Соник абсолютно не хотел бы. Она сжимает руку в кулак, хмуро, почти свирепо смотрит окружающих, ждёт, пока они перестанут обращать на них внимание. Она защитит своего друга, несмотря ни на что. Но ей… Ей очень нужно, чтобы он пришёл в себя. — Соник, — произносит она, на этот раз более властно. — Мне нужно, чтобы ты… Пошевелился или сказал что-нибудь. Ты можешь это сделать? Это занимает мгновение. Но, наконец, Соник кивает. — Ладно. Теперь кивни ещё раз, чтобы я знала, что ты действительно в порядке, — говорит она тем же тоном. Это срабатывает; он снова кивает, показывая, что он точно находится в этой реальности, в настоящем моменте. Эми выдыхает с облегчением, благодарная за то, это сработало. Но Соник всё ещё выглядит ошеломлённым и встревоженным. Он оглядывается по сторонам, переводя взгляд с окружающих их посетителей (некоторые всё ещё глазеют на них) на стены океанариума. Ему некуда смотреть, кроме как на воду или мобианцев, пялящихся на него. Одно из двух пугает его, и у Эми такое чувство, что дело не в посетителях, поскольку раньше он без проблем игнорировал их. Может быть… Это что-то связанное со стеклом, водой и акулами? Она решает: что бы это ни было, она сделает это так, чтобы ему больше не пришлось на это смотреть. Так что Эми встает перед ним, спереди и по центру, и обхватывает его лицо так, чтобы её ладони оказались по бокам от его глаз. Она использует свои ладони в качестве шор, так что у него нет другого выбора, кроме как перестать оглядываться по сторонам и уделить ей всё своё внимание. Соник удивлённо моргает, глядя на неё. — Эми, что?.. — Мы уходим, ладно? Соник тяжело сглатывает. Но он не пытается отстраниться. Он всё ещё выглядит так, словно не может двигаться. — Нам не нужно этого делать, мне просто… Нужна минута, чтобы отдышаться. Это ложь. Он выглядит так, словно его сердце вот-вот не выдержит. Поэтому Эми поступает иначе и качает головой. — Всё в порядке, Соник, мы сегодня увидели достаточно рыб, да? Я буду показывать тебе дорогу. И снова это занимает мгновение. Но, наконец, Соник кивает, совсем слегка. Эми улыбается, радуясь, что ей не пришлось долго спорить с ним. Но потом она понимает, что проблема в том, чтобы заставить его двигаться. Сейчас он не такой оцепеневший, но каждый шаг ощущается как борьба. У неё возникает искушение пойти назад, но… Там слишком много народу, загораживающих путь, по которому они пришли, и даже при том, что это не очень длинный туннель, всë равно потребуется кое-что сделать, чтобы вытащить его отсюда. Поэтому Эми придумывает кое-что получше. — Эм, мне нужно, чтобы ты ненадолго закрыл глаза, хорошо? Соник встревоженно вскидывает брови. — Всё нормально, это просто… Это просто для того, чтобы выбраться отсюда, хорошо? Ты закрой глаза, я поведу тебя. — Я не… Всё не настолько плохо, — бормочет он. Его голос звучит смущённо, но он всё ещё не пытается отстраниться. Если бы он это сделал, она бы позволила ему… Но она думает, что может быть то, что он не пытается этого сделать, о чём-то говорит. Эми хочет быть рядом со своим другом. Независимо от того, что она чувствует, она знает, что он её друг, и… Она не хочет, чтобы её друг боялся, испытывал даже малейший страх. И уж точно не хочет, чтобы он смущался из-за того, что боится. Она снова сжимает его руку. — В этом нет ничего страшного, обещаю. Мы друзья, а друзья заботятся друг о друге. Я позабочусь о том, чтобы мы выбрались отсюда без каких-либо проблем. Просто доверься мне, следуй за мной. После этих слов убеждать долго нет необходимости. Соник закрывает глаза и хмурится, ведь теперь он не тот, кто контролирует ситуацию. Эми переплетает их пальцы вместе, затем мягко тянет его к выходу. Ему требуется мгновение, чтобы заставить онемевшие ноги последовать за ним. — Всё нормально, — говорит она ему, хотя её определенно беспокоит, насколько взъерошенными выглядят его колючки. — Просто притворись, что мы снаружи, хорошо? Я скажу тебе, когда можно будет открыть глаза. Их путь занимает несколько минут. Он был бы быстрее, но из-за изгибов туннеля и нежелания случайно причинить кому-либо вред (ежам нужно быть более осторожными в толпе, нежели большинству), Эми и Сонику приходится идти медленнее. В какой-то момент они чуть не врезаются в птичью пару, которой Эми чуть не отдала свои билеты. Они таращатся на них, но птица с яйцом мягко подталкивает своего партнёра в бок, и это наибольшее, что сделал для них кто-либо из посетителей океанариума. Эми немного жалеет, что всё-таки не отдала билеты им и не повела Соника вместо океанариума в зал игровых автоматов. После нескольких, изматывающих нервы минут Эми, наконец, доходит с Соником до конца туннеля. Она радуется, что этот Смотровой туннель — последняя остановка океанариума. — Та-да! — произносит она, как только они выходят на дневной свет. Соник, спотыкаясь, идёт вперед, и Эми тянет его к скамейке, чтобы он мог сесть. — Мы вышли. Теперь ты можешь открыть глаза. Соник так и делает — и мгновенно успокаивается, как только видит, что они находятся под голубым небом, а не под тысячью галлонами воды. Он садится на скамейку, разваливаясь на ней. Он прислоняется к спинке, закидывая руки за спинку скамейки и запрокидывая голову назад, чтобы всё, что он мог видеть — это небо. Эми осторожно садится рядом с ним. — Прости меня. Я не знала… — Эй, я сам решил пойти, не так ли? Я многого не знаю, но я знал, что океанариум — это место с большим количеством воды. Эми хмурится. — Так зачем же ты пришёл?.. Ведь обычно ты не приходишь, — она теребит свое платье, потом понимает, что это звучит ужасно грубо. — То есть, нет ничего плохого в том, что ты не приходишь, просто… — Я хотел пойти с тобой. Мне понравилось смотреть на рыб и всё такое. Наверное, я просто не представлял, что воды в океанариуме может быть так много. Это немного напугало меня. Наверное, у меня что-то вроде клаустрофобии… Ты же меня знаешь, я становлюсь странным, когда не могу бегать много. Не то чтобы Эми не хочет ему верить. Но ей и правда кажется, что, возможно, дело не только в этом. Особенно при том, что… Ну… Разве Соник не говорил, что недавно побывал под большим количеством воды? И что там было темно? И что он не умеет плавать? Эми задается вопросом, может ли в этом быть что-то большее? Но ей кажется, что не стоит об этом спрашивать. Она хочет быть вежливой с мальчиками, как наказывала ей мама. Но… Что ж… Мальчики, которые, по мнению её мамы, ей нравятся, не очень похожи на Соника. И даже Соник немного отличается от того, что о нём думала Эми. Она никогда бы не догадалась, что он будет бояться. Но каждый, когда ему страшно, заслуживает, чтобы о нём заботились, решает она. Это не плохо, что у Соника есть страх. Она просто надеется, что никто в том туннеле не знал, кто он на самом деле… Надеется, что никто и никогда не расскажет Роботнику об этом. — Думаю, ты прав, — наконец говорит Эми. — Спасибо, что пришёл. Я давно хотела пойти, я рада, что смогла пойти с тобой. Соник улыбается ей, ярко и мило; почти невозможно сказать, что всего несколько мгновений назад ему было так плохо от страха. — Мне тоже было весело. Продолжай писать мне, хорошо? Я знаю, что у меня не очень хорошо получается отвечать, но мне нравится с тобой общаться. Эми краснеет. — Не мог бы ты… У тебя когда-нибудь будет возможность написать в ответ? Я скучаю по своему другу по переписке. — Ну… — Соник чешет щеку. — Честно говоря, я думал, что с тех пор, как мы встретились, мы могли бы просто общаться лично. Ты мне нравишься как друг по переписке, но с тобой гораздо веселее… Ну знаешь… Как с просто другом. — Ты имеешь в виду… Ты разрешаешь мне отправиться с тобой в приключения? Соник смотрит на неё широко раскрытыми глазами. — В смысле против Эггмана? Эми яростно кивает. — Я практиковалась. У меня теперь есть молот! В его улыбке сквозит нерешительность, и Эми знает, какое решение он собирается принять еще до того, как он что-либо говорит. Она тяжело вздыхает, полная надежды улыбка превращается в надутую губу. — Оу, Эми… — Всё в порядке. Я знаю, ты, наверное, думаешь, что я слишком слабая, чтобы угнаться за тобой… Но когда-нибудь, хорошо? Я смогу быть храброй, обещаю. Соник опускает взгляд на её руку, а затем снова смотрит на её лицо. Он снова улыбается, совсем чуть-чуть. — Когда ты будешь готова, ты узнаешь, — решает он. — Я был бы не против, если бы ты снова присоединилась ко мне в приключении, особенно если тебя не похитили и ты не в опасности. Но на данный момент… Пока ты тренируешься и становишься очень, очень хороша в обращении со своим молотом… Я думаю, будет круто иногда просто тусоваться с тобой. — Ты серьёзно? Соник кивает. — Ты уже показала мне, что можешь быть по-настоящему храброй, Эми. Даже когда я не чувствую себя таким уж храбрым. Не каждый может так сказать. Эми думает, что он так говорит в качестве исключения для неё. Но всё равно она чувствует себя немного лучше. — Хорошо, — кивает Эми. — Но когда-нибудь ты позволишь мне пойти с тобой. Верно? Соник серьёзно кивает. — Когда-нибудь. Ну а пока… — Мы можем тусоваться другими способами, — соглашается Эми, стараясь казаться оптимистичной. — Может быть, в следующий раз вместо этого мы сходим в зоопарк! Или в зал игровых автоматов, или за покупками, или за пиццей — в городе есть много других интересных занятий. О! Или Парк Твинкл, там есть несколько очень весёлых карнавальных аттракционов! Соник улыбается. — Звучит как план. Просто пиши, когда будешь свободна, хорошо? Я постараюсь попросить Тейлза связаться с тобой, если у меня не получится. Сердце Эми трепещет. — Хорошо, — говорит она и решительно кивает головой. — Это свидание. Она знает, что чувствует себя намного лучше. И глядя на то, как Соник нежится на солнце и улыбается, она надеется, что её друг по переписке тоже.