Эпилог. Еще одно зеркало

Кайдел не выносила больших скоплений людей, невольно напоминавших ей малоприятные годы жизни в ковене, где практически никто не обладал личным пространством в объеме, комфортном для существования. Поэтому, обнаружив в ее небольшой захламленной квартирке поистине вавилонское столпотворение, По был удивлен. Он прошмыгнул через толпу собравшихся там молодых людей разных полов и национальностей на кухню и обнаружил белокурую ведьму за привычным делом. Она, как обычно, курсировала между загруженной бурлящими кастрюлями плитой и нагромождением фолиантов на столе, на ходу запихивая в рот переживающий не первую молодость бурито. Впрочем, Кайдел пребывала в непривычно добром расположении духа и даже не припечатала колдуна изысканной многоэтажной руганью за робкий поцелуй в щеку. - Кто все эти люди? – шепотом полюбопытствовал По, пытаясь через плечо девушки заглянуть на страницы книги, венчающей неуклюжую пирамиду знаний на столешнице. - О, - блондинка презрительно поморщилась, - это… типа мой новый ковен. - Что? – переспросил мужчина, усомнившись в том, что одно из угодивших в него во время драки в ведьмовском логове проклятий не повредило слуховые связки. Нет, она вроде как правда это сказала. - Да, я решила собрать свой ковен, - нехотя ответила Кайдел с таким видом, будто кто-то заставлял ее этим заниматься, - с блэкджеком и, возможно, шлюхами, - она усмехнулась и понизила голос, - некоторые девочки, сбежавшие из старого гнезда, несколько злоупотребляют обломившейся свободой. И, боже, - ведьма закатила глаза, - только попробуй этим воспользоваться, паршивец. - Что ты, что ты, - поспешил заверить ее колдун, но все же повнимательнее присмотрелся к собравшейся на небольшой кухне публике, отметив, что дурацкие плащи сестер скрывают немало сокровищ, - мое сердце принадлежит лишь тебе. - Тьфу, - фыркнула девушка, но великодушно благословила, - ладно, развлекайся, дорогой. Возможно, это даже пойдет им на пользу, и они не вляпаются в неприятности с зеркальными придурками, как сам знаешь кто. По предпочел пропустить эту шпильку в адрес их общей подруги мимо ушей. Отношения двух горячо обожаемых им ведьм не дотягивали до открытого противостояния, но продолжали оставаться напряженными. - Но… - он продолжил сканировать взглядом собравшихся и недоуменно выгнул брови, сделав для себя удивительное открытие, - здесь не только девушки? - Да, я не собираюсь следовать тупым традициям, - гордо заявила Кай, но слегка погрустнела, задумавшись о чем-то своем, - один талантливый колдун, которого я когда-то знала, так мечтал о равноправии в магическом мире. Да и Лу… - О, боги, - привычно скривился По, который даже после вынужденного сотрудничества с вампирской диаспорой в битве с ковеном не стал теплее относиться к клыкастой братии, по-прежнему подозревая их во всевозможных злодеяниях, - не хочу о ней слышать. А этот колдун, не я случайно? Я же очень талантливый, правда? - Ты очень ленивый, - белокурая ведьма шутливо щелкнула друга по носу и сказала, - нет. Тот талантливый колдун давно умер, - но развивать свою мысль она не планировала, шустро прошмыгнув мимо мужчины обратно к плите. - А меня ты примешь в свой чудесный ковен? – робко спросил По и получил в ответ самый теплый взгляд зеленых глаз ведьмы из всех, которых когда-либо удостаивался от ее неприступной персоны. Он хотел продолжить и расспросить подругу о том, как она планировала дальше быть со всем этим, предложить свои идеи относительно поиска места. Но отвлекся на зазвонивший в кармане любимой куртки телефон. Он… ждал звонка, ведь это могла быть переставшая выходить на связь Рей. Если бы не это, мужчина бы проболтал с Конникс до вечера, а заодно познакомился со всеми ее новыми подопечными, особенно женского пола. Их маленькая подружка благополучно вернулась в свою прежнюю квартиру и какое-то время регулярно поддерживала общение с друзьями, но недавно исчезла с радаров. И, зная способности глупого олененка находить неприятности на свою бестолковую голову, По уже начинал беспокоиться. Он даже пытался нанести Рей визит без приглашения, но, наученная прежним опытом, она наглухо запечатала все зеркала в своем жилище, остерегаясь незваных гостей. Он вышел с кухни в маленькую прихожую, оказавшуюся единственным безлюдным местом, и вытащил телефон из кармана. Каково же было удивление колдуна, когда он обнаружил на экране высветившийся номер Леи. - Лея! – воскликнул он, напрочь забыв все необходимые вводные конструкции, принятые у воспитанных людей, - где вы были? Куда вы пропали? Мы вас искали, даже в Салем ездили! Мы так волновались! Тут такое… - О, боже, По, - перебила его пожилая ведьма с легким смешком в голосе, - не тараторь так. Все хорошо. Я вернулась. Лес. Опять. Этот. Чертов. Лес. Рей выбралась из портала и в который раз обнаружила себя посреди пейзажа, уже изрядно успевшего ей наскучить. Окутанные легкой дымкой тумана деревья простирались в разные стороны, молчаливые и спокойные, они словно смеялись над ее разочарованием. Ведьма испытывала непреодолимое желание что-нибудь сломать или хотя бы пнуть носком кроссовка какой-нибудь камушек, но, как назло, кроме нее, деревьев и зеркала здесь ничего не было. Поэтому она раздраженно сплюнула себе под ноги на траву, жесткую, как ворс коврика в душевой. Она посвятила немного времени дыхательной гимнастике, бродя между одинаковых серых стволов, попутно размышляя о причинах бесчисленного по счету фиаско. Дело могло быть в зеркале. Уничтоженный Розали древний образец определенно был гарантом успешного путешествия. Во многом благодаря ему Рей удалось призвать Кайло и сбежать из особняка на Мэгэзин Стрит. Но в дом матери она умудрилась попасть через обычное, ничем не примечательное зеркало на дверце своего гардероба. А за последние несколько месяцев девушка перепробовала огромное количество возможных порталов – от старья с барахолки с облезлой амальгамой до зеркал, украшавших санузлы отелей и заведений. Результат был один и тот же: лес. Заклинания и знаки. Кровь. Намерения. Четкий образ пункта прибытия или того, кого ты пытаешься отыскать. О, с этим пунктом трудностей не имелось. Все это время она провела в обществе Кайло, пусть и физически бесплотного в их мире, но прочно поселившегося в ее голове. Образ был настолько четким, что девушка легко могла составить полицейский фоторобот и ориентировку для поисков. Эта мера была бы крайней, пока хватало ее нескончаемого монолога, обращенного к сгинувшему зеркальному гостю и нервной привычки постоянно проверять телефон в надежде получить хоть какую-то весточку. «Боюсь спрашивать, какой ерундой ты занимаешься последние месяцы, но все же спрошу. Итак, Рей? Какого черта ты опять полезла в портал, хотя я строго-настрого запретил тебе делать это?» «Что за параноидальная идея засела в твоем идиотском мозгу? Быть может, ты все-таки найдешь себе нормального, а главное, реально существующего парня?» «Как там поживает твой колдун-оборванец? Только посмей прельститься его безвкусной кожанкой, я вернусь и задушу его ей». «Я вернулся, чтобы изводить тебя дальше». Впрочем, вторая половина фразы была необязательной, и Рей вполне хватило бы первой. Она поражалась тому, насколько виртуозно ей удавалось воспроизводить в своих мыслях его насмешливый голос и витиеватую, раздражающую манеру изъясняться. Быть может, стоило признать, что скоро необходимость продолжать поиски отпадет сама собой, и ведьма сможет полностью довольствоваться воображаемой версией? Сидя в белой палате с мягкими стенами и зарешеченными окнами и улыбаясь в узкое окошко пришедшим проведать ее друзьям. Рей чертыхнулась и запустила руки в волосы, натягивая их у корней, чтобы прилившая к мозгам кровь прогнала эти безрадостные мысли. Что же она опять сделала не так? Ведьма выудила из кармана рюкзака складной нож, который с недавних пор всегда таскала с собой, и вытянула руку, собираясь сделать новый надрез для повторения ритуала, но зацепилась взглядом за недавно сделанную татуировку на запястье. Она невесело усмехнулась, вспомнив, как долго мастер в салоне допытывал ее о смысле принесенного эскиза, так и не получив вразумительный ответ. Ответа не было, как и желания распространяться о том, что она нанесла этот рисунок в память об исчезнувшем в зеркальном коридоре человеке. «Ты – ключ. Но я уже не помню, где нужная дверь». Что-то вертелось на задворках сознания, какой-то смутный, почти совсем потерявшийся среди других, более ярких и значимых, образ. Рей приблизилась к зеркалу, провела окровавленными пальцами по раме и прикрыла глаза, настраиваясь на маршрут. На рисунок на своем запястье. Ощущение прохлады на коже стало совсем привычным за все разы, что она совершила переходы, неминуемо оказываясь посреди мертвого, словно искусственного леса. Приобретенный опыт уже хотя бы позволял девушке не запрыгивать в портал со всей дури, сбивая потом коленки при падении. Из рамы она выбралась почти грациозно. О, надо же! Рей радостно хлопнула в ладоши, но тут же отругала себя за вспышку эмоций, потому что место, в котором она была, не являлось безопасным, хоть и пустым лесом и могло представлять угрозу. Скорее всего, так и было. Ведь в прошлый раз неудачливой ведьме едва удалось унести отсюда ноги, а травмированная при бегстве лодыжка до сих пор иногда напоминала о пережитом болью в плохую погоду. Девушка навострила уши, прислушиваясь к малейшему шороху, но не уловила ничего подозрительного – ни шагов, ни голосов, ни боевых заклинаний, летящих в спину. Белый дом на холме встретил ее хмурым молчанием. Убедившись, что недружелюбный прием спятившей Леи откладывается на неопределенный срок, Рей достала из кармана небольшой блокнот и записала в столбик, где последние тысячу раз фигурировало слово «лес» новые данные. «Особняк Леи. Заброшенным не выглядит, но Леи самой пока не видно. Мир? Уточнить детали» Закончив со своим обязательным ритуалом, девушка бегло осмотрела первый этаж, но не обнаружила ни хозяев, ни следов их пребывания. Было чисто, опрятно, не слишком пыльно, словно незадолго до ее прибытия здесь кто-то еще жил или специально появлялся, чтобы поддерживать хотя бы относительный порядок. Понадеявшись отыскать что-то полезное, а заодно проверить наличие ноутбука Бена в нижнем ящике, Рей двинулась на второй этаж, но застыла в лестничном пролете, ослепленная случайным солнечным лучом, пробившимся через окно. Полукруглое окно, разделенное на три равные секции двумя вертикальными перекладинами рамы. Она уже была здесь в тот самый раз, когда Лея чуть не превратила ее мозги и внутренности в кисель своими непревзойденными познаниями в боевой магии. Тогда она стояла здесь, любуясь меланхоличной картиной плывущей по небу луны, купаясь в ее холодном свете. Ей и в голову не могло прийти, на что именно она смотрит. Черт! Ведьма бросилась судорожно ощупывать оконную раму и, обнаружив под ним довольно внушительную щель, чуть не разрыдалась от счастья. Внутри углубления между деревом и истлевшей от времени штукатуркой обнаружилось достаточно пространства, чтобы просунуть туда ладонь и нащупать… корешок толстой тетради. «Привет, дорогой дневник, блять. Не знаю, о чем здесь писать, но пусть лучше будет на случай, если мама опять вздумает рыться в моих вещах. Если она ещё хоть раз тронет ноут, то пожалеет, честное слово. …она настояла на том, что мне не помешает сеанс у ее знакомого мозгоправа, из-за этого мы разругались с ней в пух и прах. Я все-таки уступил ее требованиям, но, честно говоря, особой пользы этот разговор не принес. Эта мерзкая тетка все время повторяла одну-единственную мантру: «В случившемся нет твоей вины. Мы вообще не должны чувствовать себя виноватыми, если не сделали чего-то намеренно». Потрясающе. Однако я решил воспользоваться ее советом начать записывать свои мысли и выплеснуть куда-то все то дерьмо, которое терзает меня после произошедшего. По крайней мере, не будет необходимости снова тащиться к этой грымзе или обсуждать это с матерью. … Она сказала, что мне нельзя ходить на похороны. Так и сказала «нельзя» – в крайне категоричной форме, конечно, тут же объяснив это беспокойством о моем состоянии и психическом здоровье в последнее время. Я психанул и поджег с помощью магии шторы в гостиной, после чего пришлось прослушать долгую нудную лекцию о том, каким даром мы обладаем и какая это, черт возьми, ответственность. В результате всех этих препирательств я все-таки потащился на кладбище. Было очень мерзко, постоянно шел дождь. Жалко маму девчонки. Да так сильно, что я даже не решился подойти к ней, чтобы что-то сказать. Дерьмо. … А вот тут начинается самое интересное. Не знаю, за каким чертом я снова туда потащился. Мама, вероятно, права, и мне пора начать жрать антидепрессанты или вообще лечь в дурку, хотя это, конечно, будет ужасным, блять, пятном на репутации семьи. В общем, я пошел на остров посмотреть на эту сраную реку. Как же я ненавижу воду, боже. От одного ее вида так мерзко на душе, что хоть в Данверсе топись. Или в Портере. Или в Крейне. Не понимаю, какого черта в нашем городе столько этих поганых рек, холодных, грязных и омерзительных. Не суть. Пока я там ошивался, что-то зашуршало в кустах. Я думал, что туда забрела чья-нибудь собака. Не дай бог еще одна навязчивая малявка, но… Там стояла она. Та чертова девчонка, которую закопали неделю назад. Стояла и пялилась на меня своими круглыми глазами. «Вы не против, что я снова пришла?» - так она и сказала. «Мне тут понравилось». Понравилось ей. Какого? И тут уже не поймешь, в чем дело: то ли крыша у меня окончательно поехала, то ли это какая-то магическая тварь решила меня кошмарить. Я проторчал там какое-то время, вообще не понимая, что делать с этим явлением и что говорить, а потом свалил домой. Нашел оставшиеся от отца запасы бурбона и прикончил их, чтобы отрубиться и не видеть эту мелкую дрянь. … Она снова там была. В этот раз я основательно подготовился, пролистал все книжки в нашей библиотеке о разных вредных сущностях, взял на всякий случай связку чеснока, соль и кучу разной другой дряни, которую не любят мерзкие паразиты. Все запястья исчеркал защитными рунами. Но девчонка вела себя мирно, тихо сидела на траве рядом, агрессию проявлять не пыталась. Я потрогал ее руку – теплая, не прозрачная. Призрак? Нет, это все сказки. Что, блин, это все означает? Стоит ли говорить Лее, или она сразу отдаст меня в руки врачей? … О, это было преступление века, Кай бы оценила, но не уверен, что этой проныре стоит знать. Вломиться в архив и стащить копию протокола вскрытия. Блеск. Следующий пункт в моем идиотском списке – все-таки вскрыть могилу, чтобы убедиться, что гроб не был пустым. Или что эта мелкая засранка не выбралась оттуда каким-то образом, чтобы превратить мою жизнь в ад. Это ненормально, но уже стало традицией. Я прихожу, а она болтается где-то поблизости. Мама, ты права. Я, видимо, совсем спятил. … Я придумал кое-что получше расхищения могилы пятилетнего ребенка. Предложил девчонке зайти к нам в гости, чтобы посмотреть дом. Знаю, для многих соседей наш сраный, мать его, особняк что-то вроде местной достопримечательности, и все они спят и видят как бы пошнырять по нему вдоволь. Еще одну теорию можно вычеркнуть – она смогла выйти за пределы острова. Что там еще осталось? Точно не вампир. Не, мать его, призрак. У меня довольно большой список разного магического сброда, который любит болтаться у рек, но она не подходит под эти описания. Может, в наших книгах чего-то нет? Надо позвонить Кай, она точно знает. Нет. Начнет задавать вопросы. Мама при виде этой девчонки сама едва не откинулась. Я ей подавал разные знаки, чтобы не таращилась так, а она, судя по всему, уже собиралась поджарить нашу гостью каким-нибудь особо мерзким заклинанием. Но… чертова аристократка в ней сильнее ведьмы, так что все-таки напоила девчонку чаем и угостила каким-то тем сладким дерьмом, которое обычно едят дети. Девчонка ест человеческую еду. Правда после она не ушла через калитку, а потащилась обратно на остров. Значит, ее передвижения ограничены островом, рекой и нашим домом. «Что это такое было, Бен?». Мама измучила меня расспросами, пришлось рассказать о том, что я уже довольно давно наблюдаю эту, вроде как, мертвую девчонку на острове. Знал бы я сам, что это такое было. … Новая теория: она пришла из другого мира. Нужно рассмотреть эту версию и все проверить». Рей с трудом заставила себя оторваться от чтения, испугавшись, что за этим занятием ее может застукать вернувшаяся Лея. И тогда уже ей придется иметь с той еще один долгий, неприятный и, вполне вероятно, имеющий все шансы завершиться кровопролитием разговор. Шансы в схватке с опытной колдуньей у девушки по-прежнему были невелики, а погибнуть, только завладев таким ценным артефактом, как дневник Бена, было бы крайне глупо. Или упустить свою добычу из рук, позволив ей перекочевать к старой ведьме, давно озабоченной идеей овладеть записями сына. В доме царила тревожная тишина, и, выбравшись на улицу, молодая колдунья испытала сильное облегчение. Воздух был свежим, а уже совсем по-летнему теплый ветерок нежно целовал ее лицо и растрепал выбившиеся из косы волосы. Рей огляделась и обратила внимание на пышные, явно ухоженные чьей-то заботливой рукой алые азалии в палисаднике и многочисленных вазах на крыльце. Кто же мог следить за цветами, если особняк оказался пустым? Девушка склонилась над ближайшим цветником, чтобы вдохнуть приятный аромат этих скромных, но прекрасных цветов, и застыла. Магия. Она уже сталкивалась с подобной в логове вампиров и с удивлением заключила, что и здесь, в палисаднике белого дома, кто-то провернул тот же трюк. Кровососы? Здесь? И для чего им могло понадобиться приглядывать за домом пропавшей салемской ведьмы? Она, признаться, не интересовалась существованием других общин. Кроме той, с которой познакомилась в Новом Орлеане, и имела мало представления о жизни их собратьев в других местах. Чувствуя, как все холодеет внутри, а ноги наливаются свинцом, она медленно двинулась по дорожке, спускавшейся через небольшой смешанный лес к берегу реки. Уворачиваясь от бурно разросшихся и цепляющихся за одежду кустов, ведьма спустилась к воде. На островке кто-то был. Финн и прежде с недоверием относился ко всем делам, связанным с порталами и магическими зеркалами, но после недавно пережитых потрясений и вовсе обзавелся зачатками эйсоптрофобии. Умное словечко ему, конечно, подсказала Джанна, стоило парню поделиться с кузиной своим новым поводом для паранойи. И все же это не мешало ему помогать По в его непонятном хобби, теперь наделенным куда большим смыслом, чем раньше. Они как раз закончили выгружать очередное подозрительное зеркало из машины и волокли его на склад, где уже собралась целая коллекция этих предметов интерьера, когда Финн все-таки не удержался от долго терзавшего его любопытства. - А как дела у Рей? – он, ожидаемо, засмущался, потому что по-прежнему испытывал сильную симпатию к этой чудаковатой ведьме, недолго прожившей с ними под одной крышей. - Не знаю, старина, - честно признал По с тяжелым вздохом, - она опять куда-то пропала. Надеюсь, не вляпалась в неприятности. - Оу, - протянул Финн. - А что? Думаешь все-таки подкатить к ней свои шары? – латинос не был бы собой, если бы удержался от подобных комментариев и сальных шуточек, - боюсь, у тебя нет шанса, если не вылезешь из зеркала. Впрочем, можешь потренироваться, - он нервно хохотнул. Обожавший экономию времени посредством портальной магии колдун в последнее время все чаще отдавал предпочтение человеческим способам передвижения. Даже поклялся своим друзьям восстановить водительские права и, быть может, обзавестись каким-нибудь транспортом. Они установили зеркало рядом с остальными и остановились, чтобы перевести дух и хлебнуть газировки, прежде чем закрыть ячейку и убраться из жутковатого места. На самом деле Финн не располагал большим количеством информации об истории, произошедшей весной. Они с Джанной собирали подробности по нитке, но так и не смогли сложить цельную картину. Вроде как их подружка впустила какое-то монстра через зеркало и чуть не погибла сама. А вампиры и вездесущие ведьмы, конечно, не остались в стороне, и все закончилось той феерической разборкой в логове ковена на севере штата. Бабуля Маз тогда знатно оттаскала всех участников за уши и пригрозила запереть в подвале, во избежание искушения вляпаться еще в какое-то мутное дерьмо. - А что ты со всеми этими зеркалами собираешься делать? – Финн решил отвлечься от мыслей о Рей и своих неразделенных чувствах к ней, переключившись на более насущные вопросы. - Вернулась моя наставница, - ответил По и почесал щетину на подбородке, - просила посмотреть, что интересного есть в Новом Орлеане, но пока не объяснила для чего. Она скоро приедет сюда и все расскажет. - Ты уверен, что ей стоит доверять? – осторожно спросил темнокожий парень, не испытывавший сильной симпатии к ведьмам, - ведьмы такие… о, извини, - но дело было даже не в том, что он испугался случайно оскорбить зазнобу своего друга подобными высказываниями. А в том, что одно из зеркал, которое они притащили несколько недель назад, начало странно себя вести. Его поверхность стала живой, что говорило только об одном – кто-то активировал портал с той стороны. - По… - Ну что еще? – колдун залпом допил свою газировку и поморщился, все-таки оскорбившись за честь ведьм, впрочем, не всех. А нескольких конкретных. Финн был вынужден развернуть его за плечо, привлекая его внимание к метаморфозам зеркального портала. - Какого... – выдохнул По и уже пытался принять боевую стойку, готовясь к обороне от очередного зеркального гостя, но… Из зеркала вышла Рей.