Постель как поле боя

Эбби смотрел на мёртвое тело наёмника. Он выдохнул через нос, стирая пот со лба. — Себастьян, — сказал он негромко. ИИ-помощник отозвался сразу: — Да, сэр. — Ты подключился к камерам? — Да, сэр. Все внутренние и внешние, всё под контролем. Эбби хотел уже уйти, но взгляд зацепился за чёрный рюкзак у ног наёмника. А рядом — металлический кейс. Он присел, мельком взглянул на труп, потом щёлкнул защёлку. Внутри были отдельные ячейки. Один отсек занимали магазины с патронами, другой — странные цилиндры, а остальные — пустые. Он взглянул на оружие, которое откинул в сторону в драке. Теперь понял — это не просто снайперская винтовка. Это конструктор. Разборное, модульное оружие. Эбби стоял перед входом в здание. А чёрный рюкзак за спиной и тяжёлый металлический кейс в руке придавали ему почти военный вид. Двери открылись, и изнутри вышла Лана. Они встретились взглядами. Она тут же остановилась. — Что это у тебя? — спросила она, кивнув на кейс. — Личные вещи, — спокойно ответил Эбби. — Нужно отнести к себе. — Понятно, — кивнула она, делая шаг в сторону, как будто собираясь уйти. Эбби посмотрел ей в спину. Помолчал. Потом: — Хочешь, я провожу тебя? Она остановилась, обернулась: — Не стоит… — начала, но он перебил мягко: — Мне всё равно по пути. Да и… просто хочу немного пройтись. Вместе. Она колебалась, но, глядя на него, словно что-то в глазах Эбби заставило её передумать. — Хорошо, — кивнула она. — Но сначала, думаю, надо занести твоё… — …Да, — сказал он. — Сначала на базу. Потом — куда скажешь. Их шаги слились с шумом улицы. Они молчали, но в этой тишине было что-то нужное обоим — как затишье после грома. Как обещание разговора, которого давно избегали. Они дошли до дома. Лана остановилась в прихожей, а Эбби прошёл дальше — открыл дверь в подсобку. Там, в тусклом полумраке, он поставил кейс и рюкзак в дальний угол, аккуратно, будто складывал не оружие, а воспоминания. Закрыв дверь, он вернулся обратно — и именно в этот момент в его голове прозвучал голос системы: [ВНИМАНИЕ: До истечения времени остаётся меньше 3 минут.] Он вздрогнул, развернулся и вышел в коридор, где Лана стояла у окна, делая вид, что просто ждёт. — Лана, — сказал он. — Что с тобой происходит? Она медленно обернулась. На лице — лёгкая растерянность. — Всё нормально. Почему ты спрашиваешь? — Ты врешь. — он сделал шаг ближе. — Я вижу это. — Эбби… — она отвела взгляд, шагнула в сторону. — Не сейчас. Он не позволил ей отступить. Протянул руку, притянул её за талию. Она вздрогнула, но не сопротивлялась. Их лица были совсем рядом. — Лана, — произнёс он тихо, но с нажимом. — Что происходит? Её щёки вспыхнули, она резко опустила взгляд. В этот момент в голове Эбби раздалось сухое: [Задание провалено.] [–30 очков жизни.] [Очки жизни: 43.] И почти сразу — резкий, колющий спазм в груди. Но потом он выпрямился. Боль отступила так же внезапно, как пришла. Лишь лёгкий стук сердца и вкус металла на губах остались от удара. Он посмотрел на неё — взгляд стал холоднее, напряжённее. Он взглянул на Лану — напряжённо, будто впервые не знал, что сказать. И в этот момент система выдала новое сообщение: [Задание активировано] [Цель: Соблазнить субъекта «Лана» до достижения сексуальной близости.] [Время на выполнение: 3 часа.] Эбби побледнел. В ушах звенело. Внутри вспыхнула паника. Он отшатнулся и уставился в пустоту, как будто пытался оспорить реальность. — ЧТО?! — мысленно выкрикнул он. — С ума сошла? Это же… Лана. МОЯ подруга. Он резко шагнул назад и закрыл лицо руками. Пальцы дрожали. — Нет. Я не буду это делать. Забирай свои 30 очков, система, я... Но затем он увидел: [Награда: +10 очков жизни] [Неудача: –60 очков жизни] Минус шестьдесят?! Он понял: если не выполнит — ему конец. Даже боль, которую он ощутил секунду назад, была лишь цветочками.У него даже не было денег, чтобы купить очки жизни. — Эбби?.. — голос Ланы прозвучал с тревогой. — Всё в порядке? У тебя... лицо белое. Он не успел договорить мысленно, как появилось новое окно: [У вас достаточно очков жизни для приобретения нового навыка.] [Желаете приобрести навык: «Чёртов инкуб»?] Внутри него словно вспыхнула ярость и отвращение. Это был выбор между собой и выживанием. Холодный пот выступил на спине. Система играла с ним всё грязнее. Он сжал кулаки. В груди тяжело колотилось сердце. А рядом стояла Лана, смотрела на него, ничего не подозревая. Эбби серьёзно посмотрел на Лану. Последнее, что он увидел от системы, было: [Навык «Чёртов инкуб» активирован.] Он слышал, как в ушах отдается стук сердца. Мир будто сжался до одной точки — её глаз, её губ, её дыхания. Он шагнул вперёд. — Эбби?. — голос Ланы дрогнул. Он схватил её. Быстро. Решительно. Губы сомкнулись, поцелуй был горячим и резким, почти болезненным. Лана отшатнулась, толкнула его за плечи, но Эбби крепко держал её за затылок и талию. Его руки дрожали — не от желания, от страха. Он не хотел этого. Он хотел жить. Она снова попыталась вырваться, но… что-то изменилось. В следующую секунду её пальцы вцепились в его плечи, дыхание участилось. Она приоткрыла глаза — растерянно, как будто сама не верила себе. Словно на миг растаяла. Её руки медленно скользнули вверх, обвили его за шею. Их губы разъединились. Между ними повисла тонкая ниточка слюны — дрожащая, как всё происходящее. Затем она исчезла, как и всё в этой странной, искривлённой реальности. Эбби смотрел на Лану. А внутри чувствовал, как трещит его собственная личность — между ролью, которую навязала система, и тем, кем он был до неё. Эбби смотрел на Лану сверху вниз. Его дыхание стало тяжёлым, взгляд — чужим, как будто за ним пряталась какая-то новая сущность. — Будешь говорить? — его голос звучал глухо, сдержанно. Ни одной дрожи, только тяжёлый вес слов. — Эбби… Я не… — голос Ланы соскальзывал в тишину, будто сама она боялась, что скажет не то. Он медленно склонился к её шее, так близко, что она вздрогнула от его дыхания. Тепло и холод прошли по позвоночнику одновременно. Его руки скользнули с её талии ниже — к бёдрам. И в следующее мгновение она оторвалась от земли, словно сама лёгкость. Он держал её уверенно, но бережно, как пленника, которого не хочет ранить, но и отпускать не собирается. — Не будешь говорить — в комнату унесу… — прошептал он ей в ухо. Лана не отвечала. Только закрыла глаза. Не от страха. Не от желания. От чего-то посередине — там, где всё смешивается и рушится. Где заканчивается контроль. Где начинается выбор. Он внёс Лану в свою комнату, как будто нёс что-то хрупкое — или, наоборот, как будто не верил, что это вообще происходит. Сложил её на кровать аккуратно, будто боялся, что она рассыплется. Сам остался над ней, навис, не отводя взгляда. — Всё ещё не будешь говорить? — спросил тихо. Голос был ровным, но в нём звучало то, что не скроешь: усталость, страх, гнев, растерянность. Лана отвела глаза. Щёки пылали, как в лихорадке, но губы остались плотно сжаты. Ни слова. Эбби опустил взгляд, кивнул сам себе. — Ну что же... Он наклонился ближе. Его губы скользнули по её шее — медленно, намеренно. Там, где касались, оставались красные следы, как клейма. Навык «Чёртов инкуб» работал без сбоя. Он чувствовал каждое её дрожание, каждый глубокий вдох, каждую искру под кожей. Его тело двигалось уверенно, как будто он знал её карту с закрытыми глазами. Знал, куда дотронуться, где задержаться, где нажать чуть сильнее. Лана тихо выдохнула, будто собиралась что-то сказать, но слова не вышли. Только дыхание. Только дрожь. Через несколько часов всплыло сообщение: [Задание выполнено]