Тот, кто нам нужен!

Эбби закончил записывать рецепт и протянул лист. Блюдо оказалось простым, но насыщенным: каждый кусочек дарил целую палитру вкусов. Рейн, Лиззи и Петунья не скупились на похвалу — парня явно ценили. А вот Марианна, молча наблюдавшая за происходящим, внезапно задумалась. Она прищурилась, словно в голове сложился неожиданный пазл. «А если он?..» — мелькнуло у неё. Она взяла планшет, открыла нужную вкладку и начала что-то искать. Глаза её загорелись. «Вдруг он справится...» Спустя пару минут она подошла ближе, прервав восторженную болтовню. — Послушай, Эбби, — сказала она серьёзно и протянула планшет. — А ты сможешь приготовить это? На экране было изображение сложного авторского блюда — что-то между высокой кухней и кулинарной загадкой. Эбби взглянул. — Можно мне рецепт? — спокойно спросил он. Марианна прищурилась: — А без рецепта сможешь? Он понял: это вызов. А от вызовов он не отказывался. Он снова посмотрел на изображение, быстро прокручивая в голове технику, вкусы, текстуры. — Не хватает пары ингредиентов. Если можно будет их купить — справлюсь. Она молча осмотрела его с ног до головы — уже не просто как ученика, а как потенциального... соратника? — Ну что ж, — сказала она наконец. — Пойдём.

***

Эбби и Марианна ехали в машине. Он сидел, глядя в окно, но всё время ощущал на себе её взгляд — не просто взгляд, а холодный, оценивающий. Она что-то вымеряла в нём: уверенность, хладнокровие, гибкость. Вскоре они прибыли на рынок. Эбби посмотрел на разномастные палатки, облупленные вывески и картонные коробки, из которых кое-где торчали пучки зелени. Его брови едва заметно приподнялись. — Я правильно понимаю, что ресторан с рейтингом выше четырёх звёзд закупается тут? — спросил он с ноткой пренебрежения. Марианна даже не обернулась: — Экономим как можем. Но это была ложь. Их ресторан закупался только у проверенных поставщиков, чаще всего — по контрактам и напрямую. Рынок был ещё одним тестом. Марианна хотела увидеть, как парень поведёт себя в хаосе, где нет ни чётких цен, ни гарантированного качества. Она уверенно зашагала вперёд, оставляя Эбби позади. Эбби догнал её, и они двинулись вдоль рядов. Он осматривал всё сдержанно, не подавая виду, но глаз у него был цепкий. И вот — остановился. Ларь с морепродуктами. Он присмотрелся к рыбе, лежащей на льду. — Рыба-то хоть свежая? — спросил он, даже не глядя на продавца. — Конечно, вчера только принесли, — бодро ответил тот. Эбби повернул к нему голову, глядя внимательно. В тот же миг перед его глазами всплыло сообщение, будто подсказка откуда-то из другого измерения: [Навык «Манипуляция» активирован.] Он сузил глаза. — Вчера, говорите? Странно, почему тогда глаза у неё уже потускнели, жабры не яркие, а мякоть мягче, чем должна быть. Он взял рыбину пальцами, нажал. День — это максимум. Но по-хорошему трое, да? Продавец начал юлить, оправдываться. Завязался диалог — острый, как нож шеф-повара. За пару минут Эбби умело прижал собеседника к стенке, раскрутил его на правду, а потом… — Тогда скидка тридцать процентов. Это справедливо. Или мы пойдём к соседям. Продавец, скривившись, согласился. Марианна всё это время стояла чуть поодаль, наблюдая. Она не вмешивалась — нарочно. И была поражена. Спокойствие, аргументы, напор — всё в нём было взрослым, даже хищным. Так разговаривать умеют только те, кто очень хорошо знает, чего хочет. И уж точно не дети. Они двинулись дальше, и с каждым шагом Марианна замечала: Эбби выбирал не просто хорошие продукты — он искал лучшие. Листья базилика он проверял по запаху и сжатию, лимоны — на плотность и упругость, мясо — на оттенок и прожилки. Он не спрашивал у продавцов, он проверял сам. Без суеты, точно и быстро. Марианна, шагая рядом, словно невзначай спросила: — Ты хорошо ориентируешься в качестве. Где учился? — В жизни, — коротко ответил он, даже не глядя в её сторону. — Она щедрый учитель. — А дома кто-то готовил? Родители, может? — Было всякое, — ответил он, — но чаще сам. Не из-за любви к кулинарии — из-за необходимости. Она смотрела на него внимательно. Ни жалости, ни пафоса в его голосе. Только сухой факт. — То есть ты начал готовить из нужды? — Именно. Нужда учит быстро. Особенно когда ошибаться некому. Марианна слегка нахмурилась, заметив, как он ушёл от сути. Не назвал ни имён, ни ситуаций. Только намёки. — И всё-таки… — продолжила она, взяв в руки перец и машинально осматривая его, — в твоём возрасте так чувствовать вкус — редкость. Даже у студентов кулинарных школ этого нет. У тебя чутьё. Почти как у взрослых поваров. Эбби пожал плечами. — Голод — лучший мотиватор. Когда нечего есть, начинаешь думать, как сделать что-то вкусное из ничего. Он положил несколько овощей в корзину. Марианна молча смотрела ему в спину. С одной стороны — мальчик. С другой — будто человек, прошедший огонь, воду и все кухни мира. — И всё-таки… — медленно сказала она, когда они подошли к прилавку, — почему именно кухня? Он на секунду замер, как будто думал, стоит ли говорить. А потом отозвался, не оборачиваясь: — Потому что на кухне, в отличие от жизни, ты сам контролируешь процесс. Режешь, варишь, тушишь — и знаешь, что из этого выйдет. Если не вмешаются чужие руки. Его голос прозвучал почти мрачно.

***

Покупки закончились. Эбби с шумным выдохом опустился на пассажирское сиденье машины и сказал: — Фух… вот это да. Как на чемпионате выживания. Марианна села за руль, не ответила сразу. Несколько секунд просто смотрела на него, уже не как на ребёнка, а как на того, кто сумел удивить. Кто не просто не провалился — а выдержал испытание. Её взгляд стал спокойнее, глубже. Она тихо сказала: — Ты любишь побеждать, да? Эбби усмехнулся и посмотрел в окно: — Я просто не люблю проигрывать. Когда они вернулись в ресторан, Эбби почти бегом направился на кухню, даже не сняв куртку. Он тут же разложил продукты, закатал рукава и начал готовку. В нём будто включился другой режим — сосредоточенный, молчаливый, уверенный. Рейн подошёл к жене и, бросив взгляд на юного повара за разделочным столом, спросил с полуулыбкой: — Ну как он тебе? Марианна ответила, не отрывая взгляда от Эбби: — Всё-таки ты не ошибаешься в людях. Он кивнул, как будто знал, что услышит именно это. Первые несколько минут повара снова поглядывали на мальчишку с привычным скепсисом — слишком молодой, слишком самоуверенный. Но по мере того как он ловко нарезал овощи, раскладывал мясо, щедро — но с расчётом — сыпал специи, их выражения начали меняться. Пренебрежение сменялось интересом, интерес — восхищением. Эбби поднёс к носу маленькую баночку с тмином, понюхал, вздохнул. Затем взял базилик, смял пару листочков в пальцах и снова понюхал. Он не просто готовил — он разговаривал с продуктами на каком-то своём языке. На красном перце он остановился дольше обычного. Наморщил нос, понюхал снова и спросил, не отрываясь от дела: — А посвежей найдётся? Один из старших поваров, суровый мужчина с бородой, открыл ящик и посмотрел на Эбби поверх очков: — Вчерашний подойдёт? Эбби бросил короткий взгляд, кивнул: — В самый раз. Повар протянул плод. Эбби мгновенно подхватил его, и в этот момент между ними пробежала короткая искра — профессиональное понимание. Будто они уже давно работали вместе. Повар кивнул почти незаметно, уважительно. Эбби тоже кивнул в ответ — благодарно и просто — и снова углубился в процесс. Марианна наблюдала снова. Но уже по-другому, не как наблюдатель, а как человек, начинающий задумываться, что перед ней — не просто юный повар. Рядом стояла Лиззи. Девочка не сводила глаз с Эбби. В её взгляде смешались восхищение и лёгкое волнение. Марианна заметила это краем глаза — и уголки её губ слегка приподнялись. Почти незаметно. Но по-настоящему. Эбби аккуратно выложил блюдо на сервировочную тарелку, стараясь в точности воспроизвести то, что было на изображении. Он отступил на шаг, вытер руки о полотенце и тихо сказал: — Готово. Марианна подошла первой. Остальные — повара, Лиззи, Рейн — стояли чуть поодаль, затаив дыхание. Женщина взяла вилку, аккуратно отломила кусочек и попробовала. На мгновение всё замерло. Она не изменилась в лице — просто кивнула. Затем — ещё кусочек. И ещё. В голове промелькнуло: «Точно такое же, как в тот раз…» Но сразу следом, после новой пробы: «Хотя нет… лучше. Гораздо лучше!» — Да! — вдруг громко воскликнула она, так, что все вздрогнули. — Да! То, что нужно! Все взгляды повернулись к ней, удивлённые. Это была не та Марианна, к которой они привыкли. Строгая, сдержанная, молчаливая — теперь она стояла, почти сияя, и не скрывала эмоций. Она резко подошла к Эбби, схватила его за плечи и чуть встряхнула: — Ты тот, кто нам нужен! Эбби чуть приподнял брови, немного смутившись: — А можно… по-конкретнее? — В Битве поваров! — почти прокричала она и повернулась к мужу. — Помнишь? — Ах… точно, — кивнул Рейн. — Что за битва поваров? — спросил Эбби, нахмурившись. Рейн объяснил, подойдя ближе: — Раз в году владельцы ресторанов устраивают соревнование. Каждый выдвигает своего лучшего повара. Это и шоу, и реклама, и возможность привлечь инвесторов. В этом году очередь дошла до нас и ещё нескольких крупных заведений. Эбби прищурился: — А Кроуфорд в этом участвовал? — Конечно. И не раз, — ответил Рейн. Услышав это имя, Эбби ощутимо посерьёзнел. Глаза стали внимательнее, взгляд — сосредоточенным. Марианна добавила, понизив голос: — В прошлом году победил ресторан, представивший именно это блюдо. Но твой вариант — лучше. И если ты будешь участвовать… — Я буду участвовать, — спокойно, но с твёрдостью перебил Эбби. Все обернулись к нему — удивление сменилось восхищением. Даже те повара, кто ещё недавно сомневался, теперь смотрели на него с уважением. Эбби улыбался — искренне, уверенно. Но внутри, за этой улыбкой, бурлила другая мысль: «Раз там был Кроуфорд, значит, там есть и те, кто с ним сотрудничал... Те, от которых стоит избавиться...» Эта битва обретает новые обороты.