Искусство быть невиновным

Помещение было пропитано запахом дорогого виски и перегретого воздуха — кондиционер работал на полную, но напряжение, висящее в комнате, нельзя было охладить ничем. Толстый мужчина в дорогом, но мятом костюме, Кроуфорд, тяжело опустился в кресло, вытирая пот со лба платком. На его лице застыло выражение раздражения и страха. — Ты понимаешь, что натворил?! — раздался резкий голос, как удар плетью. Мистер Ранформ — высокий, подтянутый, с идеальной бородкой и взглядом хищника, шагнул к нему и толкнул в грудь так, что Кроуфорд чуть не вывалился из кресла. — Ты видишь, во что всё превратилось?! — Ранформ схватил его за лацкан, тряхнул. — Из-за твоей дурости теперь мы все под прицелом! Кроуфорд захрипел, пытаясь поднять руки в защитном жесте: — Ранформ… пожалуйста… — Пожалуйста?! — перебил тот, глаза сверкнули яростью. — Ты хоть понимаешь, чем это нам грозит? Этот ублюдок Эбби… он выставил нас мишенью для всего криминального мира! Кроуфорд судорожно сглотнул, а потом выдавил: — Мы должны… должны заявить в полицию. На мгновение в комнате повисла тишина. А затем Ранформ рассмеялся — коротко, жестко, как выстрел. — В полицию? — он шагнул ближе, наклонился так, что их лица разделяли сантиметры. — И что ты им скажешь, а? «Офицер, понимаете, один мальчишка мешал нашему бизнесу, и мы наняли киллеров, чтобы убрать его, но он оказался умнее и теперь заказал нас?» — Ранформ резко выпрямился, отмахнувшись. — Гениально, Кроуфорд. Просто гениально. Толстяк тяжело вздохнул, но упрямо покачал головой: — На счёт того, что мы первые начали… мы можем это опустить. Давай просто скажем: у нас был конфликт с ним. Конкуренция. Он решил убрать нас, вот и всё. Полиция хотя бы начнёт проверку, а значит… что-то да найдут. Ранформ на мгновение замер, его взгляд стал холодным, как сталь. Он провёл рукой по идеально выглаженному пиджаку, а затем кивнул — медленно, нехотя. — Молись, чтобы твой идиотский план сработал, Кроуфорд. Потому что если нет… — он наклонился снова, шепнул ему прямо в лицо: — …я лично разорву тебя на куски. Ранформ резко развернулся и вышел, дверь хлопнула, как выстрел. Кроуфорд остался сидеть, сжимая платок, и чувствовал, как по спине катятся струйки пота. Он понятия не имел, что худшее ещё впереди.

***

Тёплый свет от большого панорамного окна мягко заливал просторный кабинет, отражаясь от глянцевой поверхности стола. За ноутбуком сидела мисс Малум — строгая, уверенная в себе женщина, чьё имя заставляло дрожать десятки бизнес-партнёров. Но сейчас в её глазах не было той холодной стальной решимости, которой боялись другие. Сейчас в них была усталость и… тепло. Рядом стоял её муж — мистер Карсон, высокий мужчина с мягким взглядом, но с той твёрдостью в осанке, что всегда давала понять: это глава семьи. Его рука нежно лежала на плече Малум, словно напоминая, что за всеми её победами всегда есть тихий тыл. На противоположной стороне стола сидел Эбби, чуть откинувшись на спинку кресла. Его пальцы лениво постукивали по подлокотнику, а взгляд скользил по потокам данных на экране ноутбука. Перед глазами мелькали графики, финансовые прогнозы, диаграммы — но в его сознании всё это складывалось в чёткую картину благодаря активированному навыку [Стратегическое предвидение]. Он усмехнулся. — Поздравляю, мам. — Голос звучал легко, но с оттенком гордости. — Такими темпами через месяц твоя компания станет международным конгломератом. Малум оторвалась от экрана, и её строгие черты смягчились. Она выдохнула, опустив плечи, словно сбрасывая невидимый груз. — Спасибо, Эбби… — её голос был тихим, почти домашним. — Я бы не справилась без твоих советов. Карсон посмотрел на неё с гордостью и нежностью, а затем склонился, мягко коснувшись её губ своими. В этом поцелуе не было страсти — лишь спокойная уверенность, что они вместе прошли через всё. Эбби наблюдал за ними с лёгкой улыбкой. Эти двое были для него примером того, что сила и любовь могут сосуществовать, даже в мире, где всё решают деньги и власть. Он снова бросил взгляд на экран, и на лице мелькнуло выражение хищника. «Международный конгломерат? Да… Но на этом мы не остановимся». Звук каблуков прервал тихое жужжание кондиционера. Дверь в кабинет мягко приоткрылась, и внутрь вошла секретарша — хрупкая женщина в строгом костюме, которая обычно не позволяла себе выглядеть растерянной. Но сейчас в её глазах мелькнула тревога. — Простите… генеральный директор, — голос дрогнул. — К вам… пришли. Она сделала шаг в сторону, и коридор за её спиной заполнили двое мужчин в тёмной форме. Чёрные кобуры, холодные взгляды, значки на груди. Полицейские. В кабинете повисла мёртвая тишина. Только сердце Малум предательски ёкнуло, а рука Карсона невольно сжалась в кулак. — Миссис Малум? Мистер Карсон? — Один из офицеров заговорил сухим, отточенным голосом. — Мы пришли не к вам. Мы ищем вашего сына. Он перевёл взгляд на Эбби, и в его голосе не дрогнуло ни капли сомнения: — Эбигейл Брукс, вы задержаны по подозрению в причастности к инциденту, произошедшему вчера, а также в финансовом мошенничестве. Малум резко встала, её глаза вспыхнули, как у хищника, готового броситься на любого, кто осмелится тронуть её семью: — Что за бред?! Какие ещё обвинения? Покажите ордер! Карсон положил ладонь на её руку, пытаясь удержать от вспышки гнева, но в его взгляде тоже пылала злость. Эбби же… даже не шелохнулся. Его лицо оставалось спокойным, почти скучающим. Он лишь слегка приподнял бровь, как будто услышал старую шутку, которую знает наизусть. «Наконец-то. Долго додумывались», — холодно промелькнуло в его мыслях. Он медленно поднялся с кресла, поправил рукава своей тёмной рубашки и бросил короткий взгляд на мать и отца: — Всё нормально. Затем повернулся к офицерам, и на губах появилась тень насмешливой улыбки: — Ну что, господа… пойдёмте. Он прошёл мимо них уверенным шагом, даже не дав возможности схватить его за руку. Его походка была слишком свободной для человека, которого ведут на допрос. Дверь закрылась, и в кабинете повисла тяжёлая тишина, нарушаемая только шумным дыханием Малум. —Какой там номер у нашего адвоката? — тихо сказала она, но в её голосе слышалась такая сталь, что даже Карсон почувствовал холод по коже.

***

Кабинет для допросов выглядел стандартно: холодные серые стены, стол с царапинами, камера в углу. Эбби сидел, скрестив руки, и выглядел так, будто его пригласили на скучную беседу, а не на допрос. Дверь открылась, в комнату вошёл мужчина лет сорока с усталым лицом, сел напротив и достал папку. Эбби лениво поднял глаза: — А чего вы так быстро? Всего полчаса прошло. Могли бы завтра прийти… я бы даже чай приготовил. Следователь поднял взгляд: — Юморист, значит? — Иногда, — Эбби усмехнулся и тут же спросил: — Это Кроуфорд на меня донёс? — Это скрытая информация, — сухо ответил тот. Эбби фыркнул: — Ну точно он. Следователь проигнорировал комментарий, раскрыл папку: — Поговорим серьёзно. Вчерашняя трансляция. Массовая угроза. Взлом глобальных систем. Ты понимаешь, насколько это серьёзно? На лице Эбби появилась лёгкая улыбка. Перед глазами всплыло: [Навык «Манипуляция» активирован.] — Серьёзно? — Эбби подался вперёд, голос стал спокойным и уверенным. — Вы правда думаете, что подросток мог провернуть такое? Я ребёнок, пусть и отличник. Моё расписание — школа, домашка, иногда спортзал. Всё. Следователь прищурился: — Возраст не освобождает от ответственности. — Возраст исключает возможности, — мягко поправил Эбби, склонив голову. — Чтобы сделать то, о чём вы говорите, нужны связи, деньги и навыки. У меня? — он развёл руками. — Домашняя работа и контрольные. Хотите — тетрадь покажу. Его тон стал спокойным, чуть усталым, будто он говорил с учителем, который несправедливо его обвиняет. — Вы ведь умный человек. Понимаете, что кто-то просто подставил меня. А пока вы тратите время на допрос школьника, настоящий виновник уходит. Мужчина немного нахмурился, постучал ручкой по столу. — Странно это всё… Но факты есть. — Факты или совпадения? — улыбнулся Эбби. — Я не гений зла, я всего лишь парень, который сдаёт экзамены на отлично. Ну да, я умный. Но вы же не думаете, что это делает меня кибертеррористом? Он посмотрел прямо в глаза следователю. — Подумайте. Если вы ошибётесь… кто потеряет больше — вы или я? Следователь сдвинул папку, раскрыл новую страницу и прищурился: — Ладно, допустим… Но как ты объяснишь финансовые махинации? Эбби лениво моргнул, склонил голову набок: — Ещё лучше… — в его голосе прозвучала лёгкая насмешка. — И какие же «махинации», по-вашему, может провернуть подросток? Следователь усмехнулся, будто ждал этого ответа: — Начнём с простого. Ты дарил подарки учителям и одноклассницам… на суммы по пятьдесят тысяч долларов. Эбби пожал плечами: — Щедрость — не преступление. — Подожди, это только начало, — перебил следователь, кидая на стол фотоотчёты и выписки. — Ты инвестировал в школу полмиллиона на ремонт. Полмиллиона, мальчик. Затем выкупил небоскрёб почти в центре города. Оборудовал его. И, вишенка на торте, приобрёл компанию «Глобал Трейд Маркетинг». Пусть и по минимальной цене, но я сомневаюсь, что у каждого школьника есть десять миллионов долларов в кармане. Он резко подался вперёд, впившись взглядом в Эбби: — Так откуда у тебя столько денег? Эбби даже не моргнул. Его лицо оставалось спокойным, а уголки губ чуть дрогнули. — Всё просто. Я продал свой проект одному предпринимателю, который инвестирует в молодые стартапы. Джеймс Хадсон, кажется, его зовут. Следователь замер, приподнял бровь: — Я правильно понимаю… — голос стал медленным, холодным, — что какой-то миллиардер выкупил у подростка проект за миллиарды? Эбби пожал плечами, словно это было чем-то обыденным: — Ну… да. Хотите — можем прямо сейчас ему позвонить. Если он, конечно, не занят. Следователь скривился, глядя на уверенность мальчишки. Пальцы нервно постучали по столу. Его взгляд уже не был таким уверенным, как несколько минут назад. Эбби внутренне усмехнулся: «Ну давай же...» Следователь молча поднялся, вышел из комнаты. Эбби откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди. «Посмотрим, насколько хорошо Себастиан отыграет свою роль…» Через несколько минут дверь снова открылась. Полицейский вошёл с каменным лицом, в руке — смартфон. Он положил его перед Эбби. — Звони. — Голос был коротким, как выстрел. Эбби даже не дрогнул. Медленно взял телефон, набрал номер. В комнате повисла тишина, слышны были только гудки вызова. Ожидание тянулось мучительно долго — три… четыре… пять секунд. Наконец экран загорелся: [Видеозвонок: Джеймс Хадсон] Камера показала мужчину — даже старика, с аккуратной седой бородой и дорогим костюмом. Он сидел в просторном офисе с панорамными окнами. Голос звучал уверенно и чуть устало: — Эбби? Надеюсь, ничего срочного, я на переговорах. Эбби улыбнулся: — Всё в порядке, господин Джеймс. Просто тут кое-кто не верит, что мы сотрудничаем. Старик чуть нахмурился, посмотрел в камеру: — Полиция? Следователь наклонился к экрану: — Вы утверждаете, что приобрели проект у этого подростка? Хадсон кивнул: — Утверждаю. Проект перспективный, я не первый год инвестирую в гениальных молодых людей. Это стандартная практика. — Мы хотели бы встретиться лично… — начал следователь, но Хадсон поднял ладонь, резко обрывая: — Боюсь, нет. У меня каждая минута расписана на месяцы вперёд. Если хотите, пришлю своего юриста, но это займёт время. Он перевёл взгляд на Эбби и мягко улыбнулся: — Держись, парень. Я говорил, что подобные таланты вызывают зависть. — Потом снова к полицейскому: — А теперь прошу меня извинить. Связь оборвалась. Эбби, не меняя выражения лица, продиктовал номер юриста — подготовленный заранее. Следователь забрал телефон, бросил на стол папку и пробурчал: — Свободен… пока. Эбби поднялся и усмехнулся: — Было приятно пообщаться. Дверь за ним закрылась, и лишь тогда следователь выругался сквозь зубы. Как только стеклянные двери участка закрылись за его спиной, Эбби медленно выдохнул. На улице пахло весенней сыростью, а тёплый ветер трепал его волосы. Он отошёл на несколько метров, оглянулся — ни слежки, ни камер в упор. Телефон в его руке ожил. — Хорошая работа, Себастиан, — тихо произнёс Эбби. Экран засветился, показывая лицо Джеймса Хадсона — того самого миллиардера, с которым только что говорили полицейские. Но на глазах изображение начало искажаться, расплываться, словно рябь на воде, пока не проявилось настоящее лицо — цифровое, с идеальными чертами, холодным взглядом и мягкой улыбкой. ИИ-помощник слегка склонил голову: — Пожалуйста, сэр. Всё прошло в рамках допустимых сценариев. Эбби усмехнулся, идя по тротуару к стоящей на обочине чёрной машине. — Ты становишься чертовски полезным. Взлом международных баз, подмена биометрии, создание виртуальных личностей… Знаешь, скоро ты станешь страшнее любого правительства. Себастиан не менял выражения лица: — Ваши улучшения делают меня совершенным инструментом. И я буду служить вам, пока живы ваши данные. Эбби скользнул взглядом по интерфейсу системы, появившемуся на внутреннем экране очков: [Баланс: 200 000 000 000$] [Время до ликвидации: 3 недели] [Очки жизни: 55] [Личный счёт: 1 489 999 985$] Он нахмурился: — Время тикает… А теперь, дорогой Себастиан, — его голос стал жёстче, — дай мне идеи для проектов, которые мог бы придумать подросток, но которые тянули бы на несколько миллиардов. Он усмехнулся: — И учти… бюджет у нас ограниченный. ИИ кивнул: — Слушаюсь, сэр. Имею список из 12 концептов, которые соответствуют вашему запросу. Вы хотите, чтобы я начал презентацию? Эбби сел в машину, закинул руку на руль и ухмыльнулся, глядя на поток данных, льющийся по экрану. — Покажи мне, как мы сделаем историю…