Часть 57

Глава 57.

Люпин начал подробно рассказывать историю их вражды со Снейпом, но после пятого курса в его рассказе Снейп исчез, и повествование превратилось в историю их четверки и Лили. Вплоть до того, как после выпуска Джеймс и Лили решили пожениться, вступили в Орден Феникса, а позже стали аврорами. Когда Лили забеременела, Джеймс о чем-то переговорил с Дамблдором, после чего они начали скрываться и полностью исчезли из поля зрения волшебного мира. Их жилище было защищено заклятием Фиделиус, Сириус Блэк стал Хранителем секрета и тоже скрылся, при этом за ним охотились люди Темного Лорда. А затем случилась трагедия с супругами Поттер, после которой остался лишь Гарри. Единственный способ, которым Волдеморт мог их найти — если Хранитель секрета выдал информацию. Сириус Блэк снова появился уже на улице маглов, где его поймал Питер Петтигрю. Он убил Питера и взорвал улицу. — На месте происшествия удалось найти только один палец Питера. Блэк, безумно хохоча, был схвачен аврорами и признал все свои преступления. Его даже не судили, а сразу отправили в Азкабан. Да, и он, кстати, твой крестный отец. Говоря это, Люпин выглядел очень бледным, а выражение его лица отражало глубокую боль. Он действительно не мог понять, как всё могло зайти так далеко. Беззаботная студенческая жизнь всё еще стояла перед глазами. Казалось, только вчера они шумно отпраздновали день рождения Гарри, а меньше чем через полгода из их компании остался он один. Гарри опустил глаза, тщательно анализируя слова Люпина. — Сириус Блэк, это тот самый Блэк? Он был гриффиндорцем? — спросил Гарри. Люпин безучастно кивнул. Гарри уже отпустил его, и теперь он сидел, прислонившись к изголовью кровати. Гарри нахмурился. Что-то здесь не сходилось. Насколько он знал семейство Блэк, они могли сделать что угодно, но предательство... Это слово противоречило самой их сути. Единственный Блэк, с которым ему довелось общаться, был Финеас Найджелус. И даже когда Финеас стал самым непопулярным директором, которого все ненавидели, он никогда не совершал поступков, противоречащих его положению. Он презирал волшебников маглорожденного происхождения, но пока они были учениками Хогвартса, относился ко всем одинаково. Неужели в такой семье мог появиться человек, который сознательно предал друга, которого считал братом? Блэки всегда были упрямыми и одержимыми. Если они в чём-то убеждались, то придерживались этого до конца. Гарри с трудом мог связать слово «предатель» с фамилией Блэк. Кроме того, его смущало ещё кое-что. — Какая магия способна разорвать человека так, что не останется ничего, кроме пальца? Если заклинание действительно было настолько мощным, разве палец тоже не должен был исчезнуть? — тихо произнёс Гарри. Люпин на мгновение замер. — Говорят, что во время их сражения было повреждено что-то магловское... газопровод? Кажется, так это называется. Погибло тринадцать маглов, улица была полностью разрушена. — Вот как. — Гарри кивнул, чувствуя, что упускает что-то важное, но не мог понять, что именно. В комнате снова воцарилась тишина. Ни Гарри, ни Люпин не произносили ни слова и не двигались. Спустя долгое время Гарри наконец выдохнул: — Прости, дядя Римус, что пришлось вызвать тебя таким способом. — Ничего страшного, это моя вина. Если бы я раньше ответил на твоё письмо... — Люпин слабо улыбнулся. В этом Гарри так похож на Джеймса — ради достижения цели готов на всё, хотя методы могли бы быть и помягче. — Кстати, Гарри, как ты познакомился с Мундунгусом? Он не самый... — Люпин нахмурился, пытаясь подобрать подходящее определение. Гарри улыбнулся. — Он член Ордена Феникса, а я теперь — главный инвестор Ордена, или, скажем так, человек, принимающий решения. Люпин был потрясён. — А Дамблдор? — Это он передал мне Орден, — кивнул Гарри. Люпин не мог усидеть на месте. — Но ты ещё ребёнок! Он... ты... он не может! — Он может, и я тоже, дядя Римус, — спокойно произнёс Гарри, глядя на встревоженного Люпина. — Поэтому сейчас мне нужна твоя помощь, дядя Римус. Люпин оцепенело смотрел на Гарри, сидящего в кресле, и только спустя некоторое время хриплым голосом спросил: — Что тебе от меня нужно? Гарри улыбнулся. — Ты ведь понимаешь, я всё ещё студент, унаследовал семью Поттеров, а теперь ещё и Орден Феникса. Я не могу постоянно быть на виду, поэтому мне нужен кто-то, кто будет действовать от моего имени, кому я могу полностью доверять. Не могу же я всё время отправлять домовых эльфов — это было бы неуважительно. Люпин окончательно растерялся и не сразу смог подобрать слова. — Но я... я же оборотень. — Я доверяю тебе, дядя Римус, — серьёзно сказал Гарри. Глаза Люпина тут же покраснели, голос дрогнул, и он быстро отвернулся, не желая, чтобы Гарри видел его в таком состоянии. — Ты согласен? — спросил Гарри. Люпин постарался взять себя в руки. — Я согласен. Гарри расплылся в радостной улыбке. — Это замечательно! Наконец-то у меня появился помощник. — Ещё один вопрос, Гарри. Почему Дамблдор передал Орден Феникса тебе, ребёнку? И как ты жил все эти годы? — не удержался Люпин. Гарри вздохнул. Его возраст действительно был больным местом. Можно было предположить, что каждый будет задавать этот вопрос. Внезапно он подумал, что с Мундунгусом было проще — тому было всё равно, кто ты, лишь бы платили. — Я прошёл его испытание. Кстати, не забудь завтра прочитать газету, тогда тебе станет понятнее, — Гарри широко улыбнулся. Люпин неуверенно кивнул. — Обязательно прочту. — А теперь давай обсудим условия, — серьёзно сказал Гарри, доставая из сумки заранее подготовленный контракт. Он приготовил его ещё когда отправил Мундунгуса на поиски, решив, что только после личной встречи решит, стоит ли предлагать его. Если бы Люпин оказался недостойным доверия, Гарри убрал бы контракт и сам искал бы подходящего человека летом. К счастью, Люпин его не разочаровал. Его забота была искренней, как и боль и чувство вины за родителей Гарри. Это давало Гарри возможность действовать. Омнис говорил, что по чувствам можно распознать человека, и можно использовать их, чтобы привязать его к себе. Конечно, одних эмоций недостаточно — нужна ещё и материальная выгода. Гарри незаметно окинул взглядом выцветшую, залатанную мантию Люпина. Похоже, ему очень нужна работа, которая обеспечит хотя бы минимальные потребности, не говоря уже о том, что он испытывает заботу и чувство вины по отношению к Гарри. Этого достаточно. — Нет, не нужно, я могу... — Люпин неловко одёрнул одежду, стыдясь своей бедности. Он даже не смог подарить Гарри подарок. Вот уже 10 лет он не дарил ему ни рождественских, ни именинных подарков. — Вы будете моим представителем, дядя Римус, — улыбнулся Гарри. — Ведь вы же не хотите, чтобы другие недооценивали меня? Люпин помолчал и через некоторое время нехотя кивнул. Он чувствовал себя бесполезным — взрослый человек, а приходится полагаться на заботу Гарри. — Что касается зарплаты — 150 галлеонов в месяц. Все расходы Ордена Феникса будут покрываться из сейфа №102. Вот ключ. Насчёт дел Ордена — я попрошу Дамблдора написать вам и объяснить всё подробно, — сказал Гарри, передавая ключ Люпину, который только что подписал соглашение. — Что касается имущества семьи Поттеров, домовой эльф подготовит для вас подробный список. Теперь мне понадобится ваша помощь в управлении этим имуществом, дядя Римус. Люпин оцепенело взял ключ, заикаясь: — Э-это... это слишком много! — Нет, вы стоите этих денег. Я даже думаю, что предложил слишком мало, — Гарри широко улыбнулся. Наконец-то он может переложить все эти хлопоты на кого-то другого! — Кстати, у вас есть где жить? Если нет, то я хотел бы попросить вас переехать в поместье Поттеров. Я постоянно в школе и не могу заботиться о поместье, а домовой эльф не может ежедневно приходить в школу. Поэтому мне нужно, чтобы кто-то присматривал за имением. — Это... я... — Люпин совершенно не знал, что сказать. Отказаться? Но Гарри действительно нуждается в помощи. Согласиться? Но тогда он будет не только получать деньги от Гарри, но и жить в его доме. — Пожалуйста, соглашайтесь, дядя Римус. Поместье Поттеров в любом случае безопаснее, чем любое другое место. Там есть специальная комната для ваших трансформаций. Разве это не безопаснее, чем самому искать жильё? — искренне сказал Гарри. Люпин открыл рот, но потом понуро опустил голову и согласился, словно ему уже нечего было терять. Гарри достал ещё один кошелёк. — Вот ещё. У сотрудников семьи Поттер есть определённые льготы. Это надбавка на одежду. И судя по вашему виду, дядя Римус, вам не помешает ещё и надбавка на лекарства! — Нет, это невозможно! — поспешно отказался Люпин, но сдался под решительным взглядом Гарри. Удовлетворённо наблюдая, как Люпин берёт кошелёк, Гарри кивнул. — И последнее, — улыбка Гарри угасла. — Что ещё? — спросил Люпин. — Первое задание дяди Римуса на новой должности — связаться с Министерством магии. Я хочу посетить Азкабан и навестить моего «крёстного», — глаза Гарри слегка сузились, когда он посмотрел в окно. Люпин вскочил на ноги. — Ты хочешь встретиться с ним? Это опасно! Азкабан — ужасное место. Как ты можешь туда пойти? — Мне нужно увидеть этого Блэка. Я должен узнать, как именно он предал моих родителей. Просто сидеть в Азкабане — это слишком лёгкое наказание для него, — лицо Гарри не выражало никаких эмоций. Люпин вздрогнул, почувствовав, как температура в комнате словно упала на несколько градусов. — Не забудьте завтра прочитать газету, а потом уже займитесь этим делом. Я не тороплюсь, — сказал Гарри. Люпин хотел что-то сказать, долго колебался, но в итоге закрыл рот, решив больше не отговаривать Гарри. Гарри перед ним совершенно не походил на 11-летнего ребёнка. Он был зрелым, решительным и знал, что делает. Даже Дамблдор признал его, разве мог Люпин считать, что его суждение лучше, чем у Дамблдора? К тому же, Гарри сказал, что завтра всё прояснится. Что стоит подождать ещё один день? — Ну что ж, на этом всё. Мне пора возвращаться, — видя, что Люпин больше не возражает, Гарри поднялся, готовясь уйти. Вечером ему предстояла дуэль со Снейпом, и нужно было подготовиться. Люпин тоже встал, намереваясь проводить Гарри. — Отдохните, дядя Римус. Я сам доберусь. Это «Кабанья голова». Если вам здесь неуютно, можете найти другое место, — сказал Гарри, надевая капюшон и выходя за дверь. Люпин остановился. По поведению Гарри было понятно, что тот не хочет привлекать внимание — появление ученика в Хогсмиде было бы слишком заметным. А в таком злачном месте, как «Кабанья голова», скрывать личность было лучшим способом защиты. … Выйдя из паба, Гарри проверил время и направился к «Сладкому королевству» — ему нужно было вернуться через тайный ход. Вернувшись в школу, Гарри немного отдохнул, тщательно почистил свою волшебную палочку и начал серьёзно обдумывать заклинания, которые использует вечером. В такой публичной ситуации прежде всего нужно исключить любую тёмную магию. К тому же, учитывая количество учеников, мощные заклинания тоже стоило отложить. Лучше перестраховаться — сегодня он должен был продемонстрировать свой авторитет, и совсем не хотел, чтобы завтрашние заголовки гласили «Мальчик-Который-Выжил устроил бойню в школе, десятки раненых учеников». … Небо потемнело, и в замке зажглись огни. Рон пришёл за Гарри — пора было идти в Большой зал, ученики, возвращавшиеся с каникул, вот-вот должны были прибыть. Гарри не надел школьную форму. Вместо этого он выбрал дуэльный костюм с тёмным узором, дополнил его ботинками из драконьей кожи и надел перчатки, подаренные Дамблдором. Только после этого он вышел из комнаты. — Гарри, почему ты так оделся? — недоуменно спросил Рон. — Разве мы не просто идём ужинать? Стоит ли так наряжаться? Может быть, сегодняшний пир будет особенным? Рон перевёл взгляд обратно на спальню, загоревшись желанием вернуться и надеть парадную мантию, которую надевал только раз. — Скоро узнаешь, — Гарри удержал Рона, который хотел побежать обратно. — Пойдём быстрее, а то опоздаем. Рон скривился, отказавшись от идеи переодеться, и они направились в Большой зал. — Эй! Гарри! Сюда! — как только они вошли в зал, Гермиона помахала им. — Счастливого Рождества, Гермиона. Вы все уже здесь? — Гарри сел рядом с ней, улыбаясь. — Говорят, вчера ты устроил приём в поместье Поттеров? — с любопытством спросила Гермиона. Гарри кивнул. — Извини, Гермиона, что не пригласил тебя в этот раз. — Ничего страшного, я понимаю. Драко и его семья наверняка были там. Мои родители всё-таки обычные люди, лучше поменьше контактировать с этими чистокровными семьями, — Гермиона прекрасно понимала мотивы Гарри. Она хотела добавить что-то ещё, но Гарри остановил её. Сейчас в Большом зале были не только ученики и преподаватели. Тот репортёр, о котором упоминал Дамблдор, вероятно, уже скрывался где-то среди них. По словам Дамблдора, этот журналист не отличался профессиональной этикой, так что лучше было говорить поменьше. Гермиона замолчала и беспокойно посмотрела в сторону преподавательского стола. — Почему его нет? — Кого нет? — Рон проследил за её взглядом, но не заметил ничего особенного. — За учительским столом нет новых лиц! — серьёзно сказала Гермиона.