Часть 67

Глава 67.

— Плохо! Здесь... — предостережение Драко не было завершено, он рухнул на пол, зрение начало размываться, а в ушах звучал лишь наглый голос. — Передай магическому миру от меня! Темный Лорд непременно вернется! — захохотал человек в черном. Под оглушительный смех Драко окончательно потерял сознание. Вся комната погрузилась в тишину, шум за дверью тоже исчез. Дамблдор подождал некоторое время, убедившись, что все попались в ловушку, только тогда показался и убрал манекена. — Ох! — шипя от боли, Гарри поднялся с пола и торопливо потер щеку. — Гермиона била нещадно! Дамблдор рассмеялся: — Мисс Грейнджер действительно обладает духом Гриффиндора, новое поколение львиц! — А кто из старого поколения? — Гарри достал тюбик мази и стал мазать лицо, мимоходом спросив. Смех Дамблдора резко оборвался: — Минерва. Гарри тут же вспомнил увиденную ранее в кабинете директора сцену, где профессор МакГонагалл стучала кулаком по столу перед Дамблдором, и на этот раз расхохотался он. Дамблдор скривился, быстро привел в порядок всё в комнате, затем позвал домового эльфа и отправил всех в лазарет. Черный туман создавался им с помощью зелья крепкого сна — дети поспят и проснутся, никакого вреда не будет. — Каковы результаты тестирования? — спросил Гарри. Дамблдор удовлетворенно кивнул: — Этих детей стоит немного подрастить, и они смогут напрямую устроиться аврорами в Министерство магии — в этом я не сомневаюсь. Гарри тут же замолчал, с недоверием глядя на Дамблдора. Неужели планка для авроров сейчас настолько низкая? — Правда, требуют довольно много сертификатов, — смущенно кашлянув, сказал Дамблдор. Уголок рта Гарри дернулся. Подумав о своем преподавателе зельеварения, профессоре Шарпе — том отставном авроре, он вдруг почувствовал глубокую тревогу за будущее магического мира. Теперь он подозревал, что сам Мерлин, не выдержав развития магического мира, отправил его учиться на сто с лишним лет назад. — Насколько я помню, когда ты учился, всё было не так? — недоуменно спросил Гарри. Дамблдор погрузился в молчание: — За эту сотню лет произошло слишком много событий. Маглы развиваются слишком быстро, мы не поспеваем за ними. — Значит, «Закон об охране маглов» защищает не маглов, а волшебников? — Гарри внезапно вспомнил о законе, который Дамблдор в последние годы настойчиво продвигал. — Ты и об этом знаешь? — удивился Дамблдор. — Артур уже составляет текст закона. Если не случится ничего неожиданного, этот закон будет принят на ежегодном заседании Визенгамота в этом году. Гарри погрузился в молчание. Действительно, Мерлин готовил его спасти магический мир, не так ли? Судя по нынешнему развитию событий, к тому времени, когда он достигнет возраста Дамблдора, смогут ли волшебники точно использовать «Вингардиум Левиоса» — и то под вопросом. Технологии маглов становятся всё более совершенными, возможно, вскоре они смогут обнаружить существование магического мира. Если к тому времени у магического мира не будет достаточной устрашающей силы, не исключено, что средневековые гонения на ведьм повторятся. Вспомнив о нынешнем положении домовых эльфов, Гарри резко поежился. — Так нельзя, — сказал Гарри. Дамблдор поджал губы: — Я знаю, что так нельзя, но у меня уже нет столько времени, Гарри. Мне уже больше ста лет, дальше всё будет зависеть от вас. — Это не повод перекладывать ответственность! — нахмурился Гарри. — У тебя сейчас исключительное положение, пока еще можешь что-то сделать — так делай! Этот старикашка определенно опять хочет увильнуть, Гарри не поведется на это. Дамблдор смущенно потер нос — Гарри становился всё умнее и совершенно не попадался на удочку. В нормальной ситуации разве не должен был он пожалеть старика и взять дело на себя? Гарри фыркнул, закатил глаза и направился к выходу. — Куда ты идешь? — крикнул Дамблдор. Гарри не оборачиваясь ответил: — В лазарет, я тоже пострадавший! — А что же делать с четвертым этажом?! — в ужасе воскликнул Дамблдор. — Кто натворил, тот и убирает! — сказав это, Гарри ускорил шаг и поспешно выбежал. Дамблдор посмотрел на разгромленные комнаты четвертого этажа и поджал губы. С каждой комнаты нужно было снять магические чары, затем еще привести в порядок и убрать — даже с помощью домовых эльфов это была немалая работа. Вспомнив слова Гарри, Дамблдор почувствовал искушение — а не заставить ли профессоров самих убираться? Но в голове мелькнул образ профессора МакГонагалл, Дамблдор скривился, смирился с судьбой, взял волшебную палочку и стал по очереди снимать заклинания с каждой комнаты. … Гарри ворвался в лазарет. Мадам Помфри взглянула на него, потом на ужасающего вида Ранкорна, молча указала на кровать в глубине палаты. Лазарет сейчас был почти переполнен — его товарищи заняли по кровати каждый, и сладко спали. Гарри молча подошел к кровати, которую мадам Помфри приготовила для него, зевнул, снял одежду, переоделся в больничную пижаму — что бы ни случилось, обсудим завтра! … На следующее утро Гарри разбудил шум. Сонно открыв глаза, он увидел группу людей, окруживших кровать Ранкорна, издававших возгласы удивления и гневные крики. — Тишина! — холодный голос заставил эту группу прекратить шуметь. Гарри посмотрел туда — у кровати Драко стоял Люциус Малфой с ледяным лицом: — Мой сын все еще лежит здесь, а виновник — тот человек, на которого вы смотрите. Если не хотите, чтобы семья Малфой подала на вас в суд, советую вам вести себя потише! Толпа тут же стихла. Гарри быстро закрыл глаза, притворившись спящим. Через некоторое время в коридоре снова послышался шум, и вошел Дамблдор с изможденным лицом. — Дамблдор! Почему мой сын лежит здесь?! Что происходит в Хогвартсе?! — разгневанный Люциус преградил путь Дамблдору, понизив голос и шипя от злости. Дамблдор нахмурился: — Сначала позвольте осмотреть детей. Он по очереди проверил всех и только тогда вздохнул с облегчением: — С ними всё в порядке, просто использовали большую дозу зелья крепкого сна. Северус может решить эту проблему, но пока пусть спят. Сначала расспросим свидетеля — мистера Поттера. Сказав это, он дал знак Снейпу осмотреть Гарри. Снейп быстро подошел к кровати в глубине палаты, склонился, чтобы проверить состояние Гарри. Увидев дрожащие веки, он потемнел лицом, достал флакон и театрально помахал им под носом у Гарри. Гарри почувствовал движения Снейпа, подождал немного, затем притворился, что приходит в сознание, и открыл глаза. — Профессор Снейп? — его голос был хриплым и звучал резко. — Разве меня не вызывал мистер Ранкорн? Где я? После этих слов в палате воцарилась мертвая тишина. Люциус бросил взгляд на представителей Министерства магии и издал презрительный смешок. Дамблдор подошел ближе: — Гарри, ты видел эту вещь? — Он показал Гарри брошь, завернутую в драконью кожу. Гарри нащупал свои очки и надел их, долго щурился, вглядываясь: — Это мне дал домовой эльф от профессора Ранкорна. Да, как только я взял её, то потерял сознание. Что это такое?! Гарри сделал испуганное лицо и быстро откинулся назад, опираясь на подушки. Уголок рта Дамблдора дернулся, он многозначительно посмотрел на Гарри: не переигрывай! Гарри моргнул — разве это не нормальная реакция? — На эту вещь наложено проклятие Империус, — Дамблдор повернулся и серьезным тоном произнес эти слова, которые взорвали больничное крыло не хуже бомбы. — Что?! — Это невозможно! — Как такое может быть?! — Кто посмел покуситься на мистера Поттера? — Что происходит с Ранкорном? — Кто может это доказать! Лицо Люциуса стало мертвенно-бледным, он крепко сжал руку Драко. Он не смел даже представить, что было бы, если бы на Драко наложили Империус и заставили что-то сделать. — Это легко доказать — Приори Инкантатем, — серьезно сказал Дамблдор. Все снова замолчали, переглядываясь друг с другом. Никто не выступил вперед. — Дамблдор, что случилось? Я слышал... В дверях появился еще один человек, поспешно направляющийся к ним — министр магии Корнелиус Фадж. Увидев столько народу в больничном крыле и мрачно смотрящего на него Малфоя, он тут же замолчал. — Прибыл господин министр. Теперь у нас есть свидетели достаточного веса: попечитель Хогвартса, — Дамблдор посмотрел на Люциуса, тот молча кивнул, — министр Министерства магии, — Дамблдор перевел взгляд на Фаджа, тот в недоумении, но тоже кивнул, — а также профессора школы. Снейп и профессор МакГонагалл выступили вперед — в конце концов, на кроватях лежали студенты их факультетов. — Чему мы должны быть свидетелями? — Фадж беспокойно теребил шляпу в руках. — Мистер Ранкорн дал Гарри украшение с наложенным проклятием Империус. Мы собираемся это проверить, — объяснил Дамблдор. — Это невозможно! Как он мог?! — громко возразил Фадж. — Поэтому мы и хотим это проверить, — сказал Дамблдор низким голосом, не терпящим возражений. Фаджа словно кто-то схватил за горло — он не мог произнести ни слова. Беспокойно взглянув на Люциуса и увидев младшего мистера Малфоя, лежащего с закрытыми глазами на больничной кровати, а рядом — Люциуса, который не отходил ни на шаг, он сразу понял: эту проверку нельзя предотвратить. — Итак, кто будет проводить проверку? — спросил Фадж. Дамблдор оглядел всех присутствующих в палате: — Приори Инкантатем — это довольно простое заклинание. Поскольку я, как директор Хогвартса, тоже являюсь заинтересованной стороной, то пусть кто-то из вас займется этим. Фадж посмотрел на собравшихся и наугад указал на одного из них: — Вы! Делайте! Тот человек не посмел возражать, осторожно взял волшебную палочку Ранкорна и начал применять Приори Инкантатем. Один за другим призрачные следы заклинаний растворялись в воздухе: Ступефай, Инсендио, и наконец появилось то, что искали — Империус! — Теперь, как видим, улики более чем достаточные, — лицо Дамблдора помрачнело. — Я должен выдвинуть обвинение против мистера Ранкорна. Он, будучи сотрудником Министерства магии, взрослым волшебником, применил против первокурсника Хогвартса непростительное проклятие Империус, причем этим студентом был сам мистер Гарри Поттер. Фадж побледнел как полотно: — Нет, это невозможно! Здесь определенно какая-то ошибка! БАМ! Двери больничного крыла снова распахнулись, и элегантно одетый волшебник с мрачным лицом быстро ворвался внутрь. — Гарри! С тобой все в порядке?! Голос донесся раньше, чем он успел подойти. Снейп мгновенно исказил лицо от отвращения и ненависти, быстро отступив на несколько шагов. — Дядя Римус, — Гарри удивленно посмотрел на вошедшего — этого он действительно не ожидал. — Как ты здесь оказался? Люпин внимательно осмотрел Гарри — кроме чересчур красных щёк, других повреждений не было видно, и он вздохнул с облегчением: — Я получил известие о том, что с тобой что-то случилось в школе, и немедленно примчался сюда. Правда, тогда я был в Германии, поэтому немного опоздал. Закончив, он повернулся к Фаджу: — Министерство магии должно дать объяснения семье Поттер, мистер Фадж. — Мистер Люпин, думаю, здесь какое-то недоразумение! — Фадж был очень обеспокоен. С тех пор как Люпин взял на себя дела семьи Поттер, он пожертвовал Министерству магии крупную сумму и установил хорошие отношения с несколькими важными департаментами. Даже сам Фадж получал подарки и пожертвования от семьи Поттер. Можно сказать, что теперь влияние семьи Поттер в Министерстве магии не уступало влиянию семьи Малфой. — Мне нужен результат! — бесцеремонно заявил Люпин. За эти полгода он закалился и научился говорить весомо. В этот момент Снейп разбудил Драко и остальных — дело зашло так далеко, что нужна была зацепка. Увидев, что дети проснулись, больше всех обрадовался Фадж. Он оглядел детей и остановил взгляд на Гермионе. — Мисс, помните ли вы, что произошло прошлой ночью? Прошу вас честно рассказать — это будет представлено как улики в суде! — сказал Фадж невежливым тоном. Гермиона только что проснулась и еще была в растерянности. Увидев полную комнату людей, она перевела взгляд на Гарри и только тогда вздохнула с облегчением — с Гарри все в порядке. Она хотела что-то сказать, но Фадж снова заговорил: — Мисс, при необходимости нам потребуются и ваши воспоминания. — Мистер Фадж! Что вы говорите моей ученице?! Откуда такие правила появились в Министерстве магии?! — Профессор МакГонагалл тут же встала перед Гермионой, гневно глядя на Фаджа. Фадж потеребил шляпу: — Минерва, это необходимо, ты же понимаешь... — Не понимаю! Я никогда не слышала, чтобы Министерство магии применяло проверку памяти к первокурснику! — МакГонагалл тут же перебила его. — Нужно ли мне подать протест в Визенгамот?! Фадж посмотрел на Дамблдора: — Но это... Дамблдор, вы же видите... Дамблдор опустил веки — Фадж требовал слишком многого. — Если нужно проверить память, думаю, я могу предоставить свою. К мисс Грейнджер как к волшебнице магловского происхождения могут возникнуть сомнения, — Блейз долго молчаливо наблюдал, прежде чем заговорить. — Как наследник семьи Забини, моя память определенно достаточна для прояснения ситуации. Элегантная дама рядом с Блейзом похлопала его по руке: — Я согласна с тобой, сын. Хорошо сделал — к леди не следует так относиться. — Если потребуется, я тоже могу предоставить свою память, — заговорила и Панси. Рядом с ней стоял её отец, который взглянул на Люциуса, не увидел возражений и не стал препятствовать.