Часть 68

Глава 68.

— Мама права, Панси, я справлюсь сам. — усмехнулся Блейз, а затем посмотрел на Фаджа. — Что думает господин министр? Фадж так сжимал шляпу в руках, что почти смял её. Все в комнате смотрели на него, и ему ничего не оставалось, как найти среди присутствующих подходящего человека для выполнения задачи. Но, оглядев всех собравшихся, Фадж с печалью понял, что единственным человеком, которому он мог доверять и который точно не станет манипулировать процессом, был Дамблдор. — Дамблдор... — умоляюще посмотрел на него Фадж. Дамблдор снял очки, приподнял край мантии и протер стёкла, затем снова надел их. — Корнелиус, дело не в том, что я не хочу помочь, просто боюсь, что кто-то потом обвинит меня в том, что я как-то манипулировал воспоминаниями мистера Забини. Это создаст множество проблем. — Нет, ничего подобного не произойдёт, Дамблдор. Как верховный чародей Визенгамота, вы среди всех присутствующих обладаете наибольшими полномочиями и способностями для этого. Остальные... я боюсь, что они могут причинить мистеру Забини ненужный вред. — На этот раз Фадж говорил уверенно и связно, без обычных заиканий. Дамблдор обвёл взглядом остальных присутствующих. — Что думают остальные? — Я доверяю вам, профессор Дамблдор. — улыбнулась мадам Забини. — Как опекун Блейза, я спокойна, если это сделаете вы. Что касается остальных... — Мадам Забини окинула взглядом шумных чиновников Министерства магии, но не договорила фразу. Фадж сурово посмотрел на своих подчинённых, и они поспешно выразили согласие, заверив, что это будет абсолютно открытая и справедливая проверка, в которой никто не станет мошенничать. Только тогда Дамблдор подошёл к кровати Блейза. — Последний раз спрашиваю: вы уверены, мистер Забини? Блейз решительно кивнул. — Не беспокойся, дитя. Я не буду заглядывать в ваши личные воспоминания, только извлеку память о вчерашнем вечере. — успокоил его Дамблдор и взмахнул волшебной палочкой. Серебряная нить потянулась за палочкой Дамблдора, обвиваясь вокруг неё. Затем, проделав какие-то манипуляции, Дамблдор рассеял серебряное воспоминание в туман, который окутал всех присутствующих, позволив им увидеть всё, что произошло в памяти. Началось всё с того момента, как Гермиона с Роном и Невиллом — всего трое — нашли Блейза, практиковавшего заклинания в пустом классе, и до того мгновения, когда он потерял сознание. Все их разговоры и действия были предельно ясно видны присутствующим. Мадам Забини и Люциус с удивлением смотрели на своих детей — они и не подозревали, когда те достигли такого уровня мастерства! Изначально Люциус лишь требовал от Драко подружиться со Спасителем Гарри Поттером — в идеале стать друзьями, но как минимум не враждовать. Однако Драко блестяще справился с задачей, установив хорошие отношения со Спасителем. Если бы не дела семьи Поттеров, на Рождество поместье Малфоев уже принимало бы господина Спасителя в качестве гостя. Волдеморт исчез уже много лет назад. Люциус, хотя и постоянно старался обелить себя, понимал, что некоторые всё ещё относятся к семье Малфоев с подозрением. Хоть он и не знал, сможет ли Волдеморт вернуться, но яйца нельзя класть в одну корзину. Он уже потерпел поражение однажды — сам был привязан к этой колеснице против своей воли, но Драко был другим делом. Он ещё молод, у него есть возможность выбирать. Драко уже сделал свой выбор. Как близкий друг Спасителя, если Волдеморт вернётся и преуспеет, то он, как отец Драко, сможет защитить сына. А если Волдеморт потерпит поражение, то даже в случае расплаты достаточно будет пожертвовать только собой, чтобы жена и сын продолжили жить хорошо и сохранили род Малфоев. Люциус всё просчитал до мельчайших деталей. Поэтому, когда семьи Паркинсон и Забини защищали маглорождённую ведьму, он не возражал. Нужно, чтобы все знали: они изменились и больше не враждебны и не презирают волшебников магловского происхождения. Теперь же Драко преподнёс ему приятный сюрприз. Ум и способности, которые сын продемонстрировал в только что просмотренных воспоминаниях, уже позволяли назвать его достойным наследником семьи Малфоев. Даже если с ним самим что-то случится, с помощью Спасителя Драко сможет прекрасно поддержать всю семью Малфоев. Подумав об этом, Люциус невольно посмотрел на Гарри и начал размышлять, как ещё больше сблизиться с семьёй Поттеров. Жаль только, что в семье Малфоев нет подходящих девушек — иначе брачный союз был бы лучшим выбором. Всего за полгода превратить знавшего только гордыню молодого господина в такого человека, причём не одного — Люциус считал, что даже если Волдеморт вернётся, он не сможет победить Гарри! Дамблдор взмахнул волшебной палочкой, отмотав картину назад, и остановил её на моменте, когда они входили в последнюю комнату. — Смотрите, мистер Ранкорн там, а кто же тогда этот человек в чёрном? — Дамблдор нахмурился и серьёзно спросил. — Мерлин! — Его левая рука! Кто-то вскрикнул, пристально вглядываясь в левую руку фигуры в чёрном, которая мелькнула в кадре. — Это же... Чёрная метка! Пожилые волшебники резко побледнели, даже Люциус невольно сжал руку Драко. Драко поднял голову, глядя на слегка встревоженного отца, мягко похлопал его по руке и едва заметно покачал головой. Люциус тут же успокоился, но затем снова забеспокоился — что знает Драко? Однако сейчас явно не время для разговоров, поэтому Люциус лишь сжал губы и уставился на едва различимую Чёрную метку. — Тишина! — Дамблдор рассеял картину перед собой и проницательно посмотрел на растерянного Фаджа. — Дети явно не лучшие слушатели для такого разговора, Корнелиус. Может, сменим обстановку? — Конечно, без проблем, вы правы, давайте перейдём в другое место. — Фадж растерянно оглядел всех присутствующих и принял решение. Дамблдор взглянул на Гарри, затем повёл представителей Министерства магии к выходу. Родители учеников остались рядом со своими детьми и не последовали за ними — в конце концов, в таких делах присутствующим семьям лучше было избежать подозрений. Убедившись, что с их детьми всё в порядке, родители переглянулись, поднялись и откланялись — до каникул оставалась меньше недели, все дела можно будет обсудить дома. Когда все взрослые покинули больничное крыло, ученики наконец встали с кроватей. Гарри посмотрел на не очень хорошо выглядевшего Драко и почувствовал головную боль. Он знал, что не сможет обмануть их. Не говоря уже о Драко — даже Блейз и Гермиона... Кстати, Гермиона! Гарри поспешно снял контроль с Гермионы. — Извини, я забыл! Гермиона грозно вскочила с кровати и в два шага подбежала к нему. — Я так и знала, что кто-то здесь нечисто играет! Почему? Все прозрели — неудивительно, что им показалось слишком тихо, оказывается, Гермиона была под контролем. — Грейнджер, успокойся. — Панси удержала её. — Нам нужна демонстрация дружелюбия к магам магловского происхождения, ты не можешь разрушить эту возможность, иначе неизвестно, когда ещё представится такой случай. — После сегодняшнего дня весь магический мир узнает, что наши три семьи полностью поддерживают идеалы Дамблдора и окончательно отмежёвываются от Тёмного Лорда прошлых лет. — объяснял Блейз. — Вчера вечером я почти не говорил, и разве ты не заметила? Дамблдор подправил некоторые важные воспоминания. Гермиона тут же успокоилась и задумчиво спросила: — Почему вы не предупредили заранее? Блейз и Панси переглянулись. — Если бы предупредили заранее, боялись, что ты сорвёшься. Судя по твоему поведению, ты редко сталкиваешься с такими интригами, а мы — другое дело. Так что прости. — Ничего, теперь всё ясно. — Гермиона великодушно махнула рукой. — А теперь давайте поговорим о проблемах Гарри. Рон и Невилл стояли в стороне с растерянными лицами. — О чём они говорят? — Ты меня спрашиваешь? — Мы похожи на идиотов. — Рон выглядел совершенно сбитым с толку. Невилл промолчал. — Я просто обстоятельный. — Эй! — Рон был недоволен. Получается, что идиот только он?! — Тишина! — громко прикрикнула Гермиона. Рон тут же замолчал, Невилл серьёзно посмотрел на Гарри. Хоть он и не понимал почему, но остальные делали именно так, значит, не ошибётся, если последует их примеру. — Ну что, рассказывай, Гарри, ты всё спланировал? — холодно спросила Гермиона. Гарри виновато улыбнулся и достал из кармана красный камень, положив его на одеяло. — Это ваша награда за то, что вы идеально прошли мои и Дамблдора испытания! — сказал Гарри, словно преподнося сокровище. Драко взял камень и рассмотрел его. — Что это? — Философский камень. — ответил Гарри. Драко тут же разжал пальцы, и камень упал на одеяло, покатившись в сторону. — Нам? — недоверчиво спросил Блейз. Гарри кивнул. — Конечно. Это почти истощённый Философский камень, из него можно получить разве что несколько золотых монет. Драко тут же схватил камень обратно. — Когда он истощится, то исчезнет? — Верно. — Кто же будет тратить Философский камень ради нескольких золотых монет?! — возмущался Драко, крепко сжимая камень в руке, и даже когда острые грани впивались в пальцы до красноты, не хотел его отпускать. — Драко, это для всех нас, не только для тебя! — завистливо смотрел Блейз на красный драгоценный камень в его руке. Он тоже хотел такую коллекцию! — Кхм, это для всех вас, а как распорядиться — решайте сами, я не вмешиваюсь. — прервал их Гарри, а затем достал кошелёк. — Раз уж дошло до этого, расскажу обо всём сразу. Здесь — зарплата, которую Дамблдор выплачивал мне за полгода в качестве вознаграждения за обучение в «Ассоциации защиты». — сказал Гарри, переворачивая кошелёк, и золотые монеты дождём посыпались на кровать. — Все знают, что учили вы, поэтому я не могу присвоить это себе. — продолжал Гарри, начиная складывать монеты в стопки. — Сорок пять галеонов в месяц, всего пять с половиной месяцев, но считаем как шесть — получается двести семьдесят золотых галеонов. — Драко, Рон, Гермиона и Невилл были основными преподавателями и вложили больше всего труда, поэтому каждый получает по шесть галеонов в месяц. За шесть месяцев — по тридцать шесть каждому. Но у Рона вычитаем две монеты! В наказание за необдуманные слова! — Гарри взял две монеты из стопки Рона и с удовольствием посмотрел на его позеленевшее лицо. Рон уже представлял, сколько всего можно купить на два галеона — и всё это пропало из-за его болтливости! — Панси и Блейз хоть и не преподавали напрямую, но как ассистенты много помогали, поэтому каждый получает по три галеона в месяц — итого по восемнадцать. — Гарри распределил все стопки золотых галеонов и посмотрел на них. — Забирайте же, эти штуки тяжёлые на коленях. — Но это неправильно, большую часть мы забираем себе, а ведь Дамблдор платил именно тебе. — решительно заявила Гермиона. Лицо Рона стало ещё зеленее — ему казалось, что эти красивые золотые монетки отращивают крылья и вот-вот улетят! — Бери, Гермиона, это ваше по праву. — сказал Гарри. — В конце концов, работали ведь вы, не так ли? Глядя на мучающуюся Гермиону, Драко, Блейз и Панси переглянулись и с улыбкой взяли свои доли. — Не ожидал, что заработаю галеоны ещё в школе! Обязательно покажу маме и оставлю одну монету на память — ведь это мои первые самостоятельно заработанные деньги. — сказал Драко, доставая отдельный шёлковый мешочек и осторожно складывая туда галеоны. Блейз и Панси поступили так же. Хоть их доля была вдвое меньше, они были вполне довольны. Рон бросился на свои тридцать галеонов, как голодный тигр, и со слезами на глазах смотрел на две монеты в руках Гарри, дав себе слово держать язык за зубами! Невилл молча взял свою долю и задумался, какой подарок купить бабушке. Увидев, что все взяли свои деньги, Гермиона смущённо подобрала монеты. Она давно мечтала о кошке в качестве питомца, но маглорождённые волшебники могли обменивать ограниченное количество галеонов в год, а все деньги она тратила на книги, так что бюджет был невелик. — Теперь все могут отдохнуть. Через несколько дней выйдут оценки, и нас ждут каникулы! — сказал Гарри и, натянув одеяло, полностью скрылся под ним. Никто не мог сдвинуть этот тонкий слой ткани. О чём говорили в кабинете директора, Гарри знать не хотел. По крайней мере, сейчас. Единственное, что его беспокоило — как провести эти каникулы? Раньше он постоянно путешествовал, но в этом году вряд ли получится. Нужно как минимум две недели провести у Дурслей, а потом съездить в Азкабан — Люпин уже всё устроил, ждёт только каникул Гарри. Да, ещё нужно найти способ отправить Пили обратно в Америку. Самому выехать за границу будет непросто, но воспользоваться магловским способом — кажется, легко? Гарри загорелся идеей — а не съездить ли в Америку? Подавив эту мысль, он вспомнил, что в Америке очень строго контролируют несовершеннолетних волшебников. Лучше отложить эту идею на потом.