Часть 76

Глава 76.

Комната за пределами камина была тёмной, почти лишённой света, и только сквозь щели в шторах можно было смутно разглядеть, что сейчас уже утро. Гарри вышел из камина, привыкая к тусклому освещению, и с трудом разобрал, что находится в круглой комнате. Вдоль стен до самого потолка тянулись книжные полки, плотно уставленные книгами, а в центре комнаты стояли потрёпанный диван и низкий столик. Если бы не лёгкий шум с верхнего этажа, Гарри даже подумал бы, что это необитаемый дом. — Профессор Снейп? — осторожно окликнул Гарри. Вскоре с лестницы донеслись шаги, и Снейп, застёгивая манжеты, стал спускаться вниз. Даже на каникулах он был одет в тяжёлые чёрные одежды, воротник застёгнут до самого подбородка, чёрная мантия развевалась за спиной. В сочетании с бледным лицом и мрачной обстановкой он действительно напоминал вампира. — Надеюсь, у тебя есть серьёзное дело, Поттер. Не помню, чтобы Хогвартс платил мне жалованье на каникулах, — свысока окинув Гарри взглядом, произнёс Снейп. Гарри пожал плечами: — Мне нужно зелье, и только вы сможете сварить его в короткие сроки. Снейп фыркнул, медленно спустился по лестнице и уселся на диван. Шторы тут же распахнулись, впуская дневной свет, который, впрочем, осветил лишь область у окна. Затем Снейп взмахнул волшебной палочкой — свечи у книжных полок сами собой зажглись, а на низком столике появился чайник с горячим чаем. — Где рецепт? — спросил Снейп, наливая себе чай. Гарри устроился в кресле, взял пустую чашку, налил себе и, сделав глоток, достал из кармана потрёпанный пергамент. Подпись внизу — «Гарет Уизли» — была почти неразборчиво замазана пятном. Снейп осторожно взял пергамент, который Гарри положил на стол, просмотрел его и удивлённо хмыкнул: — Неплохая идея, но не понимаю — зачем изобретать зелье, которое ни на что не годится? — Возможно, именно потому, что оно бесполезно? — скривился Гарри. Чёрт знает, о чём думал Гарет со своими странными фантазиями. — Ингредиенты самые обычные, у меня всё есть. Ты и сам справился бы без проблем. Зачем обращаться ко мне? — спросил Снейп. — Облик персонажа, — ответил Гарри. — Мне нужны небольшие изменения. До середины августа, до автограф-сессии Локхарта, а сам я не успею. — Что за игры ты затеял? — прищурился Снейп. Гарри помолчал, а затем рассказал всё, что знал. После его слов в комнате воцарилась тишина, слышно было лишь всё более тяжёлое дыхание Снейпа. Долгое время спустя Снейп поставил чашку на стол. Пальцы его так напряглись, что он едва смог разжать их, чуть не уронив чашку на пол. — Ты хочешь, чтобы... — на лице Снейпа отразилось отвращение и ненависть, — он... вышел? Гарри кивнул: — От него ещё может быть польза. Снейп пристально уставился на чашку, словно хотел взглядом заставить её расколоться. Он не мог понять, что именно сейчас чувствует — с обеих сторон стояли люди, которых он готов был мучить вечно, и ни одного из них он не желал пощадить. Долгое время спустя Снейп с каменным лицом взял пергамент и быстро направился в подвал: — Тринадцатого вечером приду в поместье Поттеров на испытания зелья. Под звук захлопнувшейся двери шторы снова опустились, свечи погасли, и дом вновь погрузился в мрак. Гарри недоумённо моргнул, привыкая к темноте, поставил чашку обратно на стол и направился к камину. Долго шарил в поисках Летучего пороха, но так ничего и не нашёл. Скривившись, Гарри мог только порадоваться, что взял Летучий порох с собой, иначе ему пришлось бы повторить детский опыт Драко — однодневную экскурсию в Паучий тупик. Вернувшись в поместье Поттеров, он обнаружил, что Римус уже проснулся. Изначально планировалось сегодня же вернуться на Тисовую улицу, дом 4, но Гарри получил ещё одно срочное письмо. Поразмыслив, он решил отложить возвращение. Гарри написал письмо тёте Петунье и передал его Твинкл: если он не вернётся в поместье до ужина, доставить письмо Петунье на Тисовую улицу, дом 4, а если вернётся — уничтожить. Твинкл торжественно спрятала письмо и, выйдя из замка, приготовила летающую карету. На этот раз предстояло навестить семью Малфоев, и ни камин, ни аппарирование не подходили. Как глава семьи Поттеров, да ещё и человек, за которого выступают чистокровные семьи, он должен был произвести соответствующее впечатление. Карета была тёмно-коричневой, внешне не слишком большой, но внутри просторной — с комнатой и залом. Запряжена она была не пегасами, а лично прирученными Гарри фестралами. Конечно, о происхождении фестралов лучше было молчать — в современном волшебном мире только Хогвартс мог позволить себе кареты, запряжённые фестралами. Поскольку в письме Драко намекал на тайну, Гарри не стал брать с собой Римуса. Убедившись, что выглядит подобающе, он отправился в путь один. … Перед обедом карета приземлилась в лесу, где высокие деревья плотно скрывали небольшую поляну. С земли её было не заметить — только с воздуха. Как только Гарри сошёл с кареты, деревья вокруг начали расходиться, открывая украшенные орнаментом массивные железные ворота. За ними тревожно стоял Драко. Увидев, как Гарри выходит из кареты, он облегчённо вздохнул и быстро отворил ворота: — Не выходи, поедем прямо внутрь. Гарри пришлось снова сесть в карету. Драко тоже забрался внутрь, закрыл дверцу, и карета медленно проехала через ворота. — Что случилось, что так срочно? — недоумённо спросил Гарри. Драко нахмурился и протянул руку: — Вот это... Ты говорил, что если кто-то будет настроен против меня враждебно, браслет предупредит. Это правда? — Конечно, правда, — уверенно ответил Гарри. — Но дома только папа и мама, они не могут желать мне зла. С начала каникул браслет постоянно подаёт сигналы. Я проверил даже домовых эльфов — никого. — Драко ещё сильнее нахмурился. — Подозреваю, что в доме скрывается кто-то, кто враждебен семье Малфоев. — Ты не предупредил мистера Малфоя? — тоже нахмурился Гарри. Люциус теперь открыто поддерживал его, и Гарри помнил, что на Рождество Драко тоже был дома, но тогда всё было в порядке. Проблемы начались летом — единственная разница в том, что семья Малфоев выбрала другой путь. — Предупредил. Папа даже активировал семейные магические защиты, но ничего не обнаружил — только колебания от тёмных артефактов, но это старые семейные реликвии. — Драко выглядел расстроенным. — Я больше не знаю, что делать. Ты говорил, что можешь ясно чувствовать враждебность. Если причина в том, что семья Малфоев сменила сторону, то этот человек должен испытывать враждебность и к тебе. — Конечно. Не волнуйся, твою безопасность наша семья обязательно обеспечит. Говоря это, Драко начал вытаскивать различные предметы из карманов — почти в каждом кармане лежали всевозможные коробочки. Гарри открыл их и с трудом сдержал смех. В коробочках были самые разнообразные защитные алхимические украшения — если надеть всё это, то даже против Волдеморта с голыми руками его было бы не так просто убить. Правда, если надеть всё сразу, Гарри мог бы работать манекеном в ювелирном магазине. Однако, видя смущённое лицо Драко, Гарри всё же выбрал несколько украшений по своему вкусу: змеиное ожерелье с изумрудом, кольцо с единорогом и серьгу с синим камнем. У Гарри уши были не проколоты, но он невозмутимо смочил серьгу бадьяном и силой вдавил её в мочку уха. Драко поморщился, глядя на это, и сказал, что даже если Гарри не воспользуется выбранными украшениями, он может просто забрать их с собой. Вскоре карета остановилась перед главным зданием поместья Малфоев. Гарри последовал за Драко, но не успел осмотреться, как тот затащил его в холл. Поместье Малфоев было роскошным, совершенно не похожим на поместье Поттеров. Повсюду виднелись золотые украшения, а огромная хрустальная люстра в гостиной создавала ощущение подавляющего богатства. Люциус с мрачным лицом расхаживал по холлу, но, увидев втащенного Драко Гарри, поспешно подошёл к ним. Изначально он не очень-то верил в способности Гарри — как ни крути, тот был всего лишь ребёнком, не достигшим и двенадцати лет. Но за спиной Гарри стоял Дамблдор, и если сам Гарри не справится, наверняка можно будет пригласить Дамблдора. У него самого, возможно, не хватило бы авторитета — даже сейчас, когда он ясно обозначил свою позицию. Но с Гарри всё было по-другому. Как ключевая фигура, если с ним что-то случится, Дамблдор обязательно вмешается! Поэтому Люциус считал, что достаточно хорошо принять Гарри. Не нужно просить его что-то сказать — главное, чтобы он что-то почувствовал, и это уже будет успехом. Глядя на чрезмерно радушного Люциуса, Гарри практически мгновенно понял его мысли, но ничего странного в этом не было — обычная человеческая природа. Попробовав пирожные, приготовленные Нарциссой собственноручно, Гарри поставил им пять баллов из пяти и, используя целую череду неповторяющихся комплиментов, довёл Нарциссу до восторга. Она, сияя улыбкой, заговорила с Гарри о родственных связях и обнаружила, что он может называть её сестрой. Гарри охотно согласился и мило сменил обращение на «сестра Нарцисса», игнорируя кислые лица Люциуса и Драко, и они прекрасно поболтали. Только когда Люциус прокашлялся уже в который раз, Нарцисса закатила глаза и неловко повела Гарри в кабинет — всё-таки нужно было обсудить серьёзные дела. Драко тоже последовал за ними. Люциус, опасаясь за его безопасность, строго отчитал сына, но Драко не послушался и решительно смотрел на отца. В конце концов Люциус не смог его переупрямить. Втроём они стояли в кабинете. Гарри кивнул Люциусу, затем слегка прищурился. Магическая атмосфера здесь была довольно насыщенной, и Гарри привёл себя в нужное состояние — призвать Древнюю магию было несложно. Вскоре невидимые другим магические потоки со всех сторон устремились к Гарри, и он крепко удерживал их в ладонях. Постепенно они сформировали светящийся шар. Почувствовав, что пора, Гарри сжал шар в руке — свет рассеялся и, исходя от Гарри, распространился кольцом во все стороны. Гарри прищурился, внимательно прислушиваясь к ощущениям, и невольно присвистнул. Частная коллекция семьи Малфоев была действительно немалой! И это после нескольких обысков — наследственные темные артефакты почти не поубавились. Особенно подвал под полом гостиной — там концентрация темной магии была настолько густой, что Гарри чуть не подумал, что попал в логово черных магов. Несколько минут спустя Гарри убрал руку и, взглянув на Люциуса, назвал несколько мест. У Люциуса мгновенно выступил холодный пот. Он ошибался — как бы высоко он ни оценивал Мальчика-Который-Выжил, теперь понял, что всё равно недооценил его. Всего за несколько минут были обнаружены все места в доме, где хранились тайные предметы, включая несколько мест, о которых даже Драко не знал. Это лишь подтверждало могущество Гарри. Люциус с трудом кивнул: — Всё это я проверял, ничего особенного там нет. Всё наследственное, ничего нового. Взгляд Гарри прошёл мимо Люциуса и остановился на книжной полке за его спиной. — А что там? — спросил Гарри. Люциус удивлённо обернулся. Он не помнил, чтобы там что-то было... Подойдя ближе, Люциус невольно коснулся рукой потайного отделения на книжной полке. Он помнил... что там было? Что это такое? В момент, когда его пальцы коснулись тайника, зрачки Люциуса сузились. — Это... подарок Темного Лорда. Как я мог забыть? — голос Люциуса звучал хрипло и резко. Гарри тоже подошёл и, осмотрев тайник, усмехнулся: — На нём наложено заклинание, заставляющее забывать о его существовании. Только при необходимости оно проявляет свою ауру, напоминая хранителю о себе. — Похоже, это именно то, что нам нужно, — сказал Гарри. Люциус тут же отступил на два шага, с подозрением и тревогой глядя на тайник. Надо же — он ежедневно работал в кресле прямо перед этим тайником, и по привычке сидел так, что тайник находился прямо за его затылком! — Можно ли его открыть? — Гарри достал перчатки и, надевая их, спросил. Люциус тут же кивнул: — Делай что хочешь, хоть всю полку разбери. Драко не удержался и сделал два шага вперёд, желая посмотреть на действия Гарри, но Люциус крепко прижал его к себе, полностью заслонив собой. Узнав от Люциуса способ открытия тайника, Гарри осторожно выдвинул ящичек. Внутри лежал единственный предмет — вещь, которая должна была быть хорошо знакома Рону. Блокнот, сделанный маглами. Гарри аккуратно поднял блокнот и несколько раз проверил его магией, но не обнаружил ничего особенного. Однако что-то в этой вещи казалось ему знакомым. Открыв блокнот, он увидел пустые страницы — на них ничего не было написано, он выглядел как новый. Но зачем Волдеморт подарил бы Люциусу блокнот, сделанный маглами?