Часть 81

Глава 81.

Во рту распространился привкус крови, но Питер не смел выказать ни малейшего недовольства и поспешно заговорил: — Меня… меня схватили вскоре после выпуска, я не выдержал пыток, и мне поставили Черную метку. — Лжешь, — холодно усмехнулся Снейп. — Те, кого Темный Лорд приглашал лично, представляли определенную ценность. А ты? Прости, но я, право, не вижу в тебе никакой ценности. — Похоже, всё ещё недостаточно, — кивнул Гарри, и на теле Питера снова появились мелкие порезы. Однако на этот раз Гарри очень хорошо контролировал свою магию, и лишней крови не вытекло. Снейп, поняв его, шагнул вперед, достал флакон с зельем странного цвета и аккуратно капнул на раны. В следующую секунду вопль Питера снова разнесся по всей комнате. Хотя раны были незначительными, и Питер, оцепенев, почти не чувствовал боли, но когда на них капнули зелье, боль стала сравнима с проклятием Круциатус. Однако Круциатус мучил разум и душу, а на этот раз боль была исключительно физической. Невыносимые мучения продолжались две минуты, а затем прекратились. Крики Питера тоже постепенно стихли. — Можешь продолжать лгать. У меня еще много зелий, а финансовое состояние Поттеров позволяет мне варить их в любое время, — холодно сказал Снейп. Питер слабо задрожал, с ужасом глядя на Снейпа. — Я больше не посмею, не посмею. — После выпуска я не мог найти работу, не мог содержать семью. У меня не было выбора, и я, узнав из сообщений Ордена Феникса о Темном Лорде, сам пришел к нему, — сказал Питер Петтигрю. — И он так легко тебя принял? — спросил Гарри. Питер снова задрожал. — Я… я дал ему кое-какие… незначительные сведения, и он принял меня. Лица Дамблдора и Римуса одновременно помрачнели. В то время пропавших без вести волшебников было немало. — Тогда почему ты предал Джеймса и Лили? — стиснув зубы, спросил Римус. Питер на мгновение замер, а затем вдруг рассмеялся и пронзительным голосом закричал: — Они сами виноваты! Сами виноваты! Кто заставлял их мне верить? Кто заставлял их, даже не спросив, выбрать меня? Ведь был Римус, который сильнее меня, почему они выбрали меня?! Кровь мгновенно отхлынула от лица Римуса. Он бессильно оперся о стену, его губы шевелились, но он не знал, что сказать. Хлоп! Еще одна громкая пощечина. Лицо Гарри было непроницаемым. — Говори то, что должен, не добавляй своих мыслей. Мне это не нужно знать. Мое время очень дорого, ты не можешь его тратить. Снейп удивленно посмотрел на Гарри, но, заметив, как побелели его пальцы от напряжения, сомкнул губы и ничего не сказал. После нескольких раундов пыток Питер Петтигрю окончательно перестал дерзить и, словно разбитый горшок, вывалил все, что следовало и не следовало. Когда Гарри заставил его превратиться в крысу и посадил в магическую клетку, Дамблдор лично стер ему память об этом дне, оставив только страх перед Гарри. — Дата автограф-сессии Локхарта уже назначена? — Семнадцатого августа. — Используй Империус, нужно во что бы то ни стало обеспечить успешное выполнение плана. — Кто это сделает? Мне не очень удобно, ведь как главное действующее лицо, я не смогу идеально все контролировать. Гарри остановился, слегка нахмурившись. — Я, — Снейп, не останавливаясь, прошел мимо Гарри. — В таких делах я опытен. — Тогда все решено, — кивнул Гарри и продолжил идти к главному дому. Дамблдор молча следовал за ними. Хотя методы Гарри были несколько жестоки, но время поджимало, и некоторые вещи были необходимы. По сравнению с Сириусом Блэком, этот предатель Питер не стоил и выеденного яйца. Римус немного отдохнул и поспешно ушел. Нужно было еще раз напомнить чистокровным семьям об их участии. Гарри передал клетку Пили, велел присматривать за ней, а сам направился в портретную галерею. Когда ушли Снейп и Дамблдор, он не обратил внимания и не стал их провожать. В конце концов, они взрослые люди и прекрасно знают, что делать. Гарри просто сидел, скрестив ноги, перед портретами Джеймса и Лили. Хотя эти портреты только улыбались ему и моргали, ему казалось, что он не может на них насмотреться. Неизвестно, сколько он так просидел. Онемевшие ноги заставили его несколько раз сменить позу. Наконец, он успокоил злобу в своем сердце и, хромая, покинул портретную галерею. Портреты, которые обычно начинали оживленно переговариваться, как только Гарри появлялся, сегодня молча наблюдали, как ребенок в одиночестве просидел почти целый день. Только когда Гарри вышел из портретной галереи и закрыл за собой дверь, кто-то вздохнул. … Следующие несколько дней Гарри жил размеренной жизнью: хорошо ел, много читал, занимался делами, с которыми не мог справиться Римус. Только глубокой ночью он вдруг начинал скучать по жизни в доме Дурслей. Время текло, как вода, и незаметно наступило семнадцатое число. Гарри рано встал, проверил свою почту, убедился, что встреча с друзьями назначена на завтра, и только тогда начал собирать вещи, готовясь к отъезду. Он не хотел впутывать своих друзей в эти дела, поэтому специально договорился встретиться на день позже. Прежде чем войти в камин, Гарри кивнул Пили. Пили торжественно держал магическую клетку и решительно кивнул Гарри в ответ. Увидев, как он исчез в камине, Пили щелкнул пальцами и тоже исчез. Минуя один камин за другим, Гарри наконец остановился и вышел из камина в «Дырявом котле». Не успев стряхнуть с себя сажу, он был схвачен несколькими парами рук. — Гарри! Наконец-то ты пришел! — Рон изо всех сил хлопал Гарри по одежде, пытаясь стряхнуть сажу. Гарри скривился от боли. — Как вы здесь оказались? Разве мы не договаривались на завтра? — Потому что сегодня Гилдерой… — …Локхарт раздает автографы. — Наша великая матушка… — …его преданная поклонница. — Фред! Джордж! — взревела миссис Уизли, ее лицо слегка покраснело. — Не болтайте ерунды. — Хорошо, мама. — Мы уверены, что ты не его поклонница. Джордж скривил губы, а в следующую секунду быстро ретировался, потому что миссис Уизли уже разъяренно направлялась в их сторону. Проходя мимо Гарри, миссис Уизли с трудом выдавила из себя достаточно ласковую улыбку, поздоровалась с Гарри, а затем снова с разъяренным видом бросилась догонять близнецов. — Вот так обстоят дела, — пожал плечами Рон. Гарри едва сдержал смех. Ладно, раз уж так вышло, то пусть будет как будет. В конце концов, все было спланировано, и никакой опасности быть не должно. — Папа, мама, скорее сюда, я их вижу! — донесся голос Гермионы с другого конца паба. Рон замахал рукой, показывая, что они здесь. Гермиона подошла с парой элегантно одетых людей и любезно поздоровалась со всеми. — Гарри, Рон, вы не видели Молли? — спросил мистер Уизли, подходя от барной стойки. Увидев чету Грейнджер, его глаза тут же засияли, и он, перестав обращать внимание на детей, с энтузиазмом заговорил с ними. Все вместе они направились к небольшому внутреннему дворику позади. Рон открыл проход в Косую аллею. Улица была заполнена людьми, казалось, будто весь волшебный мир сегодня собрался здесь. — Нам нужно обменять деньги на галеоны. Ежегодный лимит в Гринготтсе такой маленький, что не хватает даже на несколько книг, — пожаловалась Гермиона, глубоко вздохнув. Она-то думала, что на зарплату, которую Гарри дал ей перед каникулами, в этом году сможет купить себе питомца, о котором мечтала. Но учебники нового профессора заняли большую часть бюджета, да и одежду пора было покупать новую, а еще хотелось приобрести несколько дополнительных книг. В итоге пришлось отказаться от питомца. — Драко ведь обменял тот Философский камень? Он не дал тебе денег? — удивленно спросил Рон. — Моя сестра Джинни в этом году поступает в школу, и я оплатил ей всю школьную форму, совершенно новую! Глаза Гермионы блеснули. — Я не взяла денег, я попросила рукописные копии некоторых древних книг из их семейной библиотеки. Рон тут же замолчал. Такому не научишься. Гермиона нетерпеливо махнула рукой. — Увидимся позже в «Флориш и Блоттс». Как же я завидую Гарри, ему в этом году не нужно покупать столько новых учебников. Сказав это, чета Грейнджер смущенно улыбнулась мистеру Уизли и поспешила за Гермионой в Гринготтс. — Что она имела в виду? — растерянно спросил Гарри. — Ты не видел список учебников на этот год? Полное собрание сочинений Локхарта! Из-за этого мама даже собиралась купить Джинни подержанную одежду. Это я достал свои деньги, чтобы Джинни пошла в школу в новой форме. Джордж и остальные оплатили волшебные палочки, сказав, что их разработки на решающем этапе, и они не могут потратить слишком много денег, — сказал Рон. — Я помню, у тебя на полке есть полное собрание сочинений Локхарта, так что тебе, конечно, не нужно их покупать. Гарри почесал в затылке. Действительно, кажется, у него был такой комплект. Однако некоторые места в книгах выглядели странно. Хотя они и были полезными, но стиль изложения был слишком многословным и вычурным, ему такое не нравилось, и книги просто пылились на полке. Они продолжали идти вперед и издалека увидели характерный цвет волос Драко. Гарри со стоном прикрыл лоб рукой. Так о чем же они, черт возьми, договаривались? — О, вы пришли, — Драко стоял на лестнице книжного магазина «Флориш и Блоттс» и махал Гарри и остальным, чтобы они поднимались. Внизу толпились визжащие ведьмы, там было совершенно невозможно стоять. Гарри и Рон с мукой закрыли уши и быстро поднялись по лестнице. Только тогда боль в ушах немного утихла. — Как ты сегодня здесь оказался? — спросил Гарри, потирая уши. Драко скривил губы. — Мой отец сказал, что сегодня здесь какое-то мероприятие, и велел мне пойти посмотреть. Сказав это, он посмотрел на светловолосого волшебника, окруженного толпой на первом этаже, и невольно содрогнулся. — Ума не приложу, что интересного можно увидеть на этом мероприятии. Гарри молчал. Сегодня ведь разыгрывалось настоящее представление. Локхарт внизу без устали демонстрировал свою улыбку и свои книги. Случайно подняв голову, он тут же увидел троих, высунувших головы со второго этажа. В его глазах вспыхнул пугающий огонек. Драко тут же почувствовал неладное и, схватив обоих за воротники, потянул назад. К сожалению, было уже поздно. — Смотрите! Посмотрите, кто пришел на мою автограф-сессию! Это Гарри Поттер! И его друг, юный господин из рода Малфоев! — громко объявил Локхарт, демонстрируя свою фирменную улыбку. Свет от вспышки фотокамеры ослепительно отразился от его зубов. Рон тут же закрыл глаза руками. — Ой, ослеп, ослеп! Ему бы в рекламе зубной пасты сниматься. — Быстрее спускайтесь, мистер Поттер, мистер Малфой, — возбужденно замахал Локхарт. Все взгляды на первом этаже были прикованы к троим на втором. Рон вдруг обрадовался своей безвестности и поспешно отступил на шаг назад, злорадно ухмыльнувшись двоим. — Быстрее спускайтесь, не заставляйте всех ждать. Гарри и Драко свирепо посмотрели на него, затем переглянулись, схватили Рона под руки с обеих сторон и, протискиваясь, спустились по лестнице. Толпа расступилась, пропуская их к центру. Локхарт хотел было схватить Гарри за руку, но холодный взгляд Гарри заставил его вздрогнуть, и он так и не осмелился этого сделать. Это был не просто Спаситель Гарри Поттер, о котором писали в газетах, но и глава рода Поттеров. Он не мог позволить себе его обидеть, даже если тот еще не достиг совершеннолетия. — Я хочу объявить кое-что! Молодые мистер Поттер и мистер Малфой специально пришли на мою автограф-сессию! В знак благодарности я бесплатно подарю им полный комплект моих книг! — ничуть не смущаясь, с сияющим лицом объявил Локхарт. Стоявший рядом продавец тут же подал два перевязанных, тяжелых комплекта книг. Гарри поднял голову и, глядя на Локхарта, невинным тоном произнес: — Но, сэр, мы не можем их взять. Ведь нас трое, а подарков только два. Наш друг расстроится. Драко тут же кивнул. — Да, сэр. Локхарт рассмеялся, его улыбка была немного натянутой. — О, какая драгоценная дружба! Ради вашей дружбы я подарю еще один полный комплект моих сочинений! Продавец быстро подсунул еще один комплект. Рон поспешно его взял, не удержавшись от улыбки. С этим комплектом и тем, что был у Гарри, теперь можно было обеспечить учебниками двоих детей в семье, сэкономив приличную сумму! Затем Локхарт повернулся к толпе. — И еще одна важная новость для всех! Скоро молодые господа получат… живого, настоящего меня! Он взял экземпляр «Моя магическая жизнь» и принял позу, чтобы фотограф запечатлел этот момент. — В новом учебном году я буду преподавать Защиту от Темных искусств в Хогвартсе! Толпа взорвалась возгласами удивления и визгом, полностью заглушив недоверчивые голоса Гарри, Рона и Драко. — Дамблдор совсем из ума выжил? Да он же просто пустышка! — стиснув зубы, сказал Драко. В чистокровных семьях все знали, что этот человек абсолютно ничего не смыслит, неизвестно откуда берет истории и выдает их за свои. Однако он был очень сговорчив, поэтому никто его не разоблачал. О таких вещах, известных почти всем, Дамблдор не мог не знать!