Часть 138

Глава 138

К великому разочарованию Рона, Драко был так увлечён беседой с Крамом, что совершенно не замечал лежавший рядом пергамент. Вибрирующий свиток чуть не упал на пол. Сидевший рядом слизеринец обратил на это внимание Драко, но тот, даже не взглянув, сунул его в сумку и с ещё большим энтузиазмом продолжил разговор с Крамом. Рон свирепо посмотрел на них, с силой пережёвывая пищу. Казалось, он ест не французские бараньи рёбрышки, а мясо самого Драко. Спустя мгновение он вдруг повернулся к Гарри. — Как думаешь, он что, помогает врагу? — Что? Кто? — Гарри выглядел совершенно растерянным. Он только что обсуждал с Гермионой связь между местоположением школ и их формой и совершенно не следил за Роном. — Малфой! Ты только посмотри на него! Так весело болтает с этим Крамом, он наверняка уже выдал ему всю информацию о тебе! Это предательство, — серьёзно заявил Рон. — Да ладно тебе, Рональд. Ты просто хочешь его автограф. А раз Драко тебя проигнорировал, он сразу превратился в предателя. Как по-детски, — с нескрываемым сарказмом бросила Гермиона, закатив глаза. Рон покраснел. — Я не... Я не то... Что ты такое говоришь? Ты что... — О, боже! — Малыш Ронни покраснел! — Он даже невежливо разговаривает с изящной леди. — И кричит, как павиан. — Мы напишем об этом маме! Последнюю фразу Фред и Джордж произнесли нараспев, как в церковном хоре, чем вызвали смех у всех окружающих. Гермиона тоже не удержалась и рассмеялась. Её раздражение от грубого выкрика Рона мгновенно улетучилось. Она ещё раз бросила на него презрительный взгляд, смерила его с ног до головы, фыркнула и отвернулась, решив больше не обращать внимания на этого дурака. Близнецы сели по обе стороны от Рона, зажав его между собой и положив руки ему на голову. — А ты смелый, малыш Ронни. — Мисс Грейнджер всё больше становится похожа на профессора МакГонагалл, а ты всё равно смеешь её задирать. — Даже герою Гриффиндора нельзя быть безмозглым. Включи голову! Джордж и Фред на удивление серьёзно разговаривали с Роном, даже скопировав манеру Гермионы, оглядели его с ног до головы и, скривившись, заключили, что ничего хорошего в малыше Ронни не нашли. Оставив совершенно сбитого с толку Рона, близнецы повернулись к остальным и продолжили шутить. Рон с обиженным видом посмотрел на молча уплетавшего ужин Невилла. — Что я сделал не так? Невилл медленно проглотил еду. — Во-первых, нельзя кричать на Гермиону. Она тебе так часто помогает, а ты так поступаешь. Это неправильно и может ранить чувства друга. — Да, я понял. Обещаю, больше так не буду, — смиренно принял критику Рон. — Во-вторых... — Невилл замялся, что-то невнятно пробормотав. — Во-вторых, что? — спросил Рон. Невилл неловко улыбнулся. — Эм... а ты сколько рекомендаций собрал? — Это слишком грубый способ сменить тему! — снова завопил Рон. Все опять покатились со смеху, пока за их спинами не раздался ясный голос: — Простите, вы это ещё едите? Рон, услышав голос, обернулся и застыл на месте. За ним стояла среброволосая девушка в голубой шёлковой форме Шармбатона. В её лазурных глазах таилась усмешка, а кожа была такой белой, что казалось, светилась. Рон открыл рот, но не смог издать ни звука. Девушка повторила свой вопрос: — Вы ещё будете есть этот французский рыбный суп? — Разве на столе Когтеврана не хватает еды? — спросил Гарри, приподняв бровь. Среброволосая девушка на мгновение опешила, но тут же ответила: — Нет, еды достаточно, но мне нравится именно это блюдо, а у нас оно закончилось. Гарри изобразил стандартную улыбку. — Мадам, будьте добры, оглянитесь. Хогвартс не обделяет ни гостей, ни учеников. Как только еда заканчивается, её тут же пополняют. Вам совершенно не нужно было утруждать себя этим походом. Она не обернулась. Её тёплое, как весенний ветерок, выражение лица сменилось. Слегка приподняв подбородок, она высокомерно произнесла: — Похоже, легендарный Спаситель не так уж и бесполезен. — Благодарю за комплимент. И, пожалуйста, оставьте в покое моего друга, — Гарри слегка кивнул, не меняя выражения лица. — Флёр. Флёр Делакур. Я разрешаю тебе называть меня по имени, — сказав это, она качнула головой, и кончики её волос коснулись лица Рона. Рон резко вздрогнул, его взгляд мгновенно прояснился. Он со страхом взглянул на Флёр и быстро отвернулся к своей тарелке. Флёр презрительно фыркнула. Улыбка Гарри стала чуть сдержаннее. — Мадам, я не стал заострять на этом внимание только потому, что вы гостья. Гермиона уже прищурилась. Как только Гарри договорил, она взяла в руки палочку и, прикрываясь посудой на столе, твёрдо нацелила её на Флёр. Невилл крепко сжал в руках нож и вилку и, не мигая, уставился на руки Флёр, готовый в любой момент нанести удар, если она сделает хоть одно неверное движение. Рон, поджав губы, со стыдом опустил голову, желая провалиться сквозь землю или засунуть голову прямо в тарелку. Атмосфера накалилась до предела, словно пороховая бочка, готовая взорваться от малейшей искры. Флёр тоже занервничала. Она не понимала, как её маленькая проделка, затеянная лишь для того, чтобы проверить знаменитого Спасителя, могла привести к такому. Но врождённая гордость не позволяла ей отступить. Сохраняя самообладание, она изящно поклонилась. — Спасибо за напоминание. Думаю, я знаю, что делаю. — Вот и хорошо, — спокойно ответил Гарри. Увидев, что ей здесь не рады и вокруг наступила напряжённая тишина, Флёр не стала задерживаться и быстро вернулась за стол Когтеврана к своим одноклассницам. Рон, избегая взглядов, с облегчением похлопал себя по груди. — Что это вообще было? — У неё, должно быть, есть кровь вейлы. Она только что использовала магию своего рода. Но должен тебе сказать, Рон, твоя ментальная устойчивость оставляет желать лучшего, — не удержался от упрёка Гарри. Рон смущённо пробормотал: — А как это тренировать? Гермиона холодно усмехнулась. — Почаще смотри на красивых девушек вон там. — Правда? — глаза Рона загорелись. Его взгляд невольно метнулся в ту сторону, но, увидев отблеск серебристых волос, он тут же опустил голову. Гермиона презрительно фыркнула, бросила столовые приборы и скрестила руки на груди. Она уже собиралась что-то сказать, но увидела, как Гарри слегка покачал ей головой. Гермиона плотно сжала губы, сердито посмотрела на Рона и отвернулась, решив больше ничего не говорить. За преподавательским столом мадам Максим недовольно хмыкнула. Вся эта сцена не укрылась от взглядов профессоров. Дамблдор усмехнулся. — Молодость горяча, не правда ли, мадам Максим? — Дамблдор, вашим ученикам не хватает джентльменских манер, — сказала мадам Максим, бросив взгляд на Гарри. Дамблдор всё так же добродушно улыбался. — Если бы эта юная леди была джентльменом, мы бы сейчас наблюдали репетицию перед турниром. Мадам Максим с сомнением посмотрела на Дамблдора, а затем на Гарри, который что-то говорил Рону. Она не понимала, чем этот мальчик так приглянулся Дамблдору. Больше они ничего не сказали и молча продолжили ужин. Когда тарелки опустели, Дамблдор снова встал, и в зале воцарилась тишина. — Турнир Трёх Волшебников вот-вот начнётся. Мистер Филч, будьте добры, принесите всё необходимое, — с улыбкой сказал Дамблдор. Стоявший в углу Филч, хромая и отдуваясь, принёс огромный, инкрустированный драгоценными камнями деревянный ларец, поставил его на заранее подготовленный стол и удалился. Дамблдор подошёл к ларцу и продолжил: — Задания для чемпионов этого года были тщательно проверены мистером Краучем и мистером Бэгменом. Они подготовили три испытания, которые пройдут в разное время в течение учебного года и проверят наших чемпионов со всех сторон: их магические таланты, смелость, логическое мышление и, что самое важное, способность преодолевать опасности. Все, затаив дыхание, смотрели на Дамблдора. Он, не делая лишних движений, лишь легонько коснулся деревянного ларца. — Каждая школа выберет одного чемпиона для участия в состязаниях. Мы будем оценивать их по качеству выполнения заданий, и тот, кто наберёт наибольшее количество очков, получит главный приз и станет победителем. Студенты не удержались и разразились аплодисментами и громкими криками, словно Кубок Трёх Волшебников уже был в руках их чемпиона. Дамблдор немного подождал, пока в зале снова не стало тихо, затем достал свою палочку и трижды постучал по ларцу. — Отбирать чемпионов от каждой школы будет беспристрастный судья — Кубок Огня. Ларец со скрипом открылся сам собой. Дамблдор засунул в него руку и извлёк большой, грубо вырезанный деревянный кубок. Внутри него плясало сине-белое пламя, придавая невзрачному кубку таинственный вид. Дамблдор закрыл ларец и поставил на него Кубок Огня, чтобы все в зале могли его хорошо видеть. — Каждый, кто хочет стать чемпионом, должен написать своё имя и школу на куске пергамента и бросить его в этот кубок. У желающих будет двадцать четыре часа на то, чтобы записаться. Завтра вечером, в это же время, Кубок Огня выберет трёх учеников, которые, по его мнению, лучше всего представят свои школы. — Сегодня вечером Кубок Огня будет стоять в вестибюле, и все желающие и имеющие на то право смогут к нему подойти, — говоря это, Дамблдор бросил взгляд на Гарри. Гарри равнодушно приподнял веки, взглянул на Кубок Огня и нетерпеливо цыкнул. — Чтобы избежать соблазна для тех, кто не достиг нужного возраста и не получил разрешения, я начерчу вокруг Кубка возрастную черту. Те, кто не соответствует условиям, не смогут её пересечь. Увидев, как внезапно оживились близнецы Уизли, Дамблдор счёл нужным добавить: — Конечно, если вы считаете, что сможете обойти эту черту, это лишь докажет, что вы достойны участвовать в отборе. Фред и Джордж радостно хлопнули друг друга по рукам, словно им это уже удалось. — И последнее, я ещё раз напоминаю всем кандидатам: этот турнир — не шутка. Тот, кого выберет Кубок Огня, обязан будет пройти состязание до конца. Это магический контракт, который нельзя нарушить. Став чемпионом, вы уже не сможете передумать. Поэтому, пожалуйста, хорошо подумайте, прежде чем бросать своё имя в кубок. Все снова зааплодировали, устремив взгляды на Кубок Огня. Гарри даже заметил, как некоторые уже начали писать на пергаментах, готовые бросить их в кубок прямо сейчас. Дамблдор взмахнул палочкой, и несколько пергаментов, летевших по воздуху, превратились в пепел, вызвав волну недовольных возгласов. — Не торопитесь, дети, я ещё не установил его, — с улыбкой сказал Дамблдор, совершенно не обращая внимания на попытки схитрить. — А теперь, я думаю, вам пора спать. Спокойной ночи, — сказал Дамблдор, и старосты факультетов, вместе с деканами, начали уводить своих учеников в сторону гостиных. Представители двух других школ под руководством своих директоров также покинули Большой зал и направились из замка. По дороге в гостиную Гарри услышал не меньше десяти способов пересечь возрастную черту. Они даже составили список и решили завтра, когда не будет уроков, опробовать каждый из них. — Кстати, Гарри, когда ты бросишь своё имя? — внезапно спросил пятикурсник, обернувшись. Гарри почесал подбородок. — Днём у меня, кажется, нет уроков. Наверное, после обеда. — Отлично! Можешь помочь нам проверить, сработает ли способ, если кто-то другой занесёт имя? — взволнованно спросил пятикурсник. Рон тут же отказал за Гарри. — Что за глупости ты говоришь? Разве можно просить других о таком? — Нас всё равно не выберут. Есть же Гарри, а если не он, то Седрик из Пуффендуя тоже будет участвовать. Нам в любом случае ничего не светит, — сказал ученик с видом человека, которому уже нечего терять. — Мы просто хотим бросить вызов ограничению Дамблдора. Рон почувствовал, что, кажется, слишком много времени провёл в Запретном лесу и отстал от жизни. Гарри же с одобрением посмотрел на ученика. — Хорошо. Дайте мне свои записки за обедом, я попробую пронести их вместе со своей. — Ура! Запиши, запиши! А Анджелина согласилась? — Да, согласилась! — Отлично, у нас уже есть контрольная группа! А Фред и Джордж? Группа учеников, перекрикиваясь, что-то записывала на пергаменте, собирая все идеи воедино. Гарри не удержался и достал свой пергамент для связи, чтобы сообщить Дамблдору об этом ажиотаже. Оставалось надеяться, что тот начертит линию получше, а то будет очень неловко, если её так легко взломают. В кабинете директора на восьмом этаже раздался громкий чих. Три минуты спустя профессор Грин был выброшен из кабинета. — Если я ещё раз замечу, что ты устанавливаешь в моём кабинете какие-то следящие заклинания, я выброшу тебя в Чёрное озеро