Глава 11

Следующим утром Гермиона проснулась с лёгким ощущением растерянности. Сон, который ещё витал в её сознании, был слишком отчётливым, слишком… живым. Она помнила каждую деталь — холодный мрамор под пальцами, приглушённый свет, шелест ткани, приглушённый голос Малфоя, звучащий слишком близко. И тепло его дыхания у её виска. Она помнила, как во сне он наклонялся всё ближе, как его пальцы легко касались её волос, как пронзительный взгляд серебряных глаз заставлял её затаить дыхание. Это было странно… неправильно… и чертовски приятно. От этих её мыслей щёки тут же запылали, и Гермиона раздражённо отбросила одеяло в сторону. «Так, хватит», — твёрдо сказала она себе и встала с постели. Самый верный способ привести себя в порядок — холодный душ. Вода и правда немного освежила её мысли, но не избавила от образов, застрявших в голове. Гермиона резко встряхнула головой, прогоняя ненужные мысли, и вышла из ванной. Так, теперь — одежда. Она распахнула шкаф и задумалась. Взгляд упал на тёмно-синее платье — скромное, но элегантное, с длинными рукавами и изящным вырезом лодочкой. Оно подчёркивало её фигуру, но не выглядело вызывающе. Вполне подойдёт. Одевшись, она взяла со столика палочку и высушила привычным движением волосы, затем, немного подумав, поднесла палочку к лицу и наложила чары, наблюдая, как её кожа мягко засияла, а круги под глазами исчезли. Удовлетворившись отражением в зеркале, она спустилась вниз на кухню и попыталась впихнуть в себя завтрак. Есть не очень хотелось, но она упрямо проглотила два сэндвича, которые для неё заботливо оставила мама. Не зная, чем заняться дальше, она бесцельно бродила по дому. Малфой вчера не уточнил, когда именно он за ней зайдёт, а она не додумалась спросить. Теперь она злилась на себя за то, что приходится его ждать, и чувствовала какое-то странное волнение внутри. В итоге, со злостью опустилась на диван и включила телевизор, надеясь немного отвлечься. На экране шла какая-то мыльная драма, но она не слишком вслушивалась. Из оцепенения её вывел Живоглот, запрыгнувший к ней на колени. Она рассеянно начала его гладить, слушая тихое мурлыканье. Так они и сидели, пока со стороны улицы не раздался тихий хлопок. Резко повернув голову в ту сторону, она почувствовала, как в животе что-то сжалось. Чёрт! Торопливо встав, она сбросила кота на пол и, взяв палочку, убрала шерсть с одежды. Только после этого она услышала стук в дверь. Глянув на часы, увидела, что было ровно десять утра. Она выдохнула, стараясь выглядеть так, будто не прождала его всё утро, не находя себе места. Выпрямившись, она направилась к двери. Открыв её, она увидела, что Малфой лениво прислонился к косяку, выглядя, как всегда, безупречно. Дорогой чёрный костюм, пальто небрежно накинуто на плечи. Лицо серьёзное, спокойное. Его взгляд медленно оглядел её с ног до головы, прежде чем он, ничего не сказав, вошёл внутрь. — Ждала меня? — спросил он, вскинув бровь. — Ещё чего! — фыркнула она чуть более театрально, чем было нужно. Он усмехнулся и поторопил её: — Давай, одевайся, Грейнджер. Я не хочу тратить на это целый день. Она кивнула и отправилась наверх, взяла сумочку, накинула пальто и специально обулась в комнате, чтобы вчерашнее фиаско не повторилось и сегодня. Спустившись вниз, она увидела, как он протянул ей руку. Сначала она замерла, не понимая жеста, но, догадавшись, вспыхнула и, сглотнув, вложила ладонь в его. Он сжал её чуть крепче, и вот уже в следующее мгновение они стояли у входа в Министерство. Войдя внутрь, они попали в просторный атриум, наполненный шумом и суетой спешащих по своим делам волшебников. Камины то и дело вспыхивали зелёным пламенем, выплёвывая сотрудников Министерства, чей рабочий день только начинался. Мраморный пол слегка вибрировал от частых перемещений, а над головами кружили белоснежные совы, разнося срочные депеши. Подойдя к столику в углу, с хмурым на вид мужчиной, Гермиона и Драко передали ему свои палочки на проверку, получили жетоны посетителей и неторопливо направились к лифту. Она сразу же почувствовала на себе взгляды — внимательные, любопытные, порой откровенно неприязненные. Неудивительно, если подумать рядом с кем она сейчас идёт. Весь магический мир знал, кто такой Драко Малфой, и теперь он шагает рядом с ней, словно это самое естественное дело в мире. Гермиона украдкой взглянула на него. Он, казалось, не замечал шума, не обращал внимания на шёпот за спиной и осуждающие взгляды. Его лицо оставалось невозмутимо-спокойным, словно он был выше всего этого. Но Гермиона знала — память о войне ещё слишком свежа, и осуждение окружающих порой обжигало больнее, чем прямое обвинение. Внезапно её взгляд зацепился за группу молодых ведьм в ярких мантиях, которые без стеснения уставились на Драко, перешёптываясь между собой. Одна даже ткнула в него пальцем, а вторая презрительно скривила губы. Что-то в Гермионе вспыхнуло в этот момент — гнев, возмущение, может быть, даже капля злости на этот мир, который цепляется за прошлое и отказывается видеть перемены. Она едва заметно сжала челюсть, а потом, прежде чем успела передумать, решительно взяла Драко под руку. Он замер, резко переведя на неё удивлённый взгляд. Одного короткого мига оказалось достаточно, чтобы в его глазах мелькнуло нечто, похожее на одобрение. А затем он едва заметно улыбнулся уголком губ, но ничего не сказал. Гермиона, чувствуя себя невероятно дерзкой в этот момент, подняла голову выше, ловя взгляд той самой ведьмы с кривой ухмылкой. Теперь её лицо окаменело, а взгляд метался между Гермионой и Драко в явном шоке. «Вот и отлично», — довольно подумала Гермиона, шагнув дальше и даже не пытаясь убрать руку. Он был здесь ради неё. Чтобы помочь в деле о проклятых зельях. Из-за неё ему сейчас приходилось сталкиваться с этой открытой неприязнью от окружающих. Так что пусть думают, что хотят. Подойдя к лифту, она, наконец, отпустила его руку и остановилась позади дородного мужчины в бирюзовой мантии. Она не смотрела на Малфоя, но чувствовала его присутствие рядом, слишком явственное, слишком близкое. Двери лифта открылись, волшебники начали выходить, и когда Гермиона уже собиралась войти, она вдруг ощутила, как чья-то тёплая ладонь легла ей на поясницу — лёгкое, едва заметное касание. Драко. Он не давил, не толкал, просто аккуратно направил её вперёд, следя, чтобы никто из спешащих сотрудников не задел её. Гермиона чуть прикусила губу, но вошла, сохраняя невозмутимый вид. Драко вошёл последним и, не говоря ни слова, нажал кнопку второго этажа. Когда лифт остановился, прохладный женский голос объявил: — Второй уровень. Штаб-квартира Аврората. Гермиона и Малфой вышли в коридор, залитый мягким светом магических ламп. Здесь царила деловая атмосфера: авроры проходили мимо, обсуждая последние расследования, стажёры спешили с кипами документов, двери кабинетов то и дело открывались и закрывались. Гермиона уже уверенно двигалась в сторону кабинета Гарри, когда её окликнул знакомый голос: — Гермиона! Это снова ты! Перед ней с сияющей улыбкой возник Джон Уилкинсон — тот самый молодой симпатичный паренёк, с которым она пересекалась здесь прежде. — Ты тогда так внезапно ушла! — восторженно продолжал он, протягивая руку. Гермиона едва успела её пожать, как он, не удержавшись, радостно приобнял её. — Я так рад снова тебя видеть! — тараторил он, даже не давая ей вставить и слова. — Теперь-то я точно должен получить автограф, а ты снова… Джон осёкся, заметив, что позади неё остановился Драко Малфой. Гермиона обернулась и сразу же ощутила, как воздух вокруг словно наэлектризовался. Лицо Малфоя застыло в ледяной маске, а его взгляд буквально испепелял бедного парня, будто тот только что нагло покусился на что-то, что ему не принадлежит. Джон, казалось, уменьшился в размерах под этим тяжёлым, холодным взором. — Привет, Джон, — наконец сказала Гермиона, пытаясь хоть как-то разрядить тишину, нависшую над ними. — О, мистер Малфой… рад встрече, — пробормотал Джон, протягивая руку. Но Малфой даже не подумал ответить на рукопожатие. Вместо этого он без лишних слов притянул Гермиону к себе, обхватив рукой за талию, и спокойно, но твёрдо сказал: — Пошли, Гермиона. У нас мало времени. Она посмотрела на него в изумлении широко распахнув глаза. Он лишь улыбнулся ей — чуть насмешливо, чуть самодовольно — и мягко подтолкнул вперёд, оставляя Джона стоять позади с отвисшей челюстью. Пройдя несколько шагов по коридору, Малфой с издевательской ухмылкой поинтересовался: — Поклонники не дают проходу, Грейнджер? Гермиона в раздражении скинула его руку с талии и прошипела: — Заткнись, Малфой! Драко лишь еще больше растянул рот в ухмылке, явно довольный её реакцией. Дойдя до кабинета Гарри, Гермиона уверенно постучала в дверь. — Войдите, — раздался приглушённый голос из-за двери. Она толкнула дверь и вошла. Гарри сидел за столом, торопливо выводя что-то на клочке пергамента. Дописав, он быстро отложил перо, поднял взгляд и тут же сменил хмурое выражение лица на радостное: — Гермиона! — воскликнул он, уже поднимаясь с кресла. — Ты чего зд… Он осёкся, потому что за её спиной возник Драко Малфой. Брови Гарри удивлённо поползли вверх, когда он перевёл взгляд с Гермионы на Малфоя и обратно. В его глазах читалось замешательство. Малфой, словно не замечая повисшего напряжения, закрыл за собой дверь, огляделся, затем молча прошёл вперёд, кивнул Гарри и сел в кресло перед столом. Гермиона ещё секунду колебалась, но затем последовала его примеру, усаживаясь рядом во второе кресло. Гарри наконец обрёл дар речи: — Вы что тут делаете? Да ещё и… вместе? Гермиона слегка улыбнулась другу, пытаясь его успокоить: — Гарри, давай без паники, я сейчас всё объясню. — она повернулась к двери и направив на неё палочку сказала — Оглохни. И пересказала ему всё то же самое, что накануне Джинни, добавив ещё то, что Малфой хочет поговорить с ним о чёрном рынке. Гарри внимательно слушал, время от времени бросая настороженные взгляды на Драко. Сам же Малфой, казалось, вообще не слушал. Он лениво разглядывал окружающую обстановку, будто был здесь не на важном разговоре, а просто в гостях. Когда Гермиона закончила, в кабинете повисло недолгое молчание. Гарри, нахмурившись, явно переваривал услышанное. Затем он прочистил горло и, слегка помедлив, сказал: — Ну… Что ж… Малфой, спасибо тебе за то, что не бросил Гермиону тогда в таком состоянии… Я, признаться, не ожидал… Он осёкся. Драко лишь скривился в ответ. — Поттер, мне не нужна твоя благодарность, — бросил он с оттенком раздражения. Гарри нахмурился, но не стал с ним спорить. — Ладно, тогда перейдём сразу к делу. Ты сказал, что у тебя есть информация о чёрном рынке? Драко откинулся в кресле и небрежно скрестил ноги. — Не информация, а, скорее, слухи, — уточнил он. — Но этого должно хватить, чтобы навести тебя на нужный след. Гарри скрестил руки на груди, ожидая продолжения. — Зелья, которые тебе вчера отправила Грейнджер, — продолжил Драко, — это не просто какая-то кустарщина. Я слышал, краем уха, разговоры в одном закрытом клубе, там обсуждали, что через какое-то время должна появиться новая «партия» одного интересного зелья. Тогда, я ещё конечно не знал об этих зельях. — он мельком взглянул на Гермиону. — Сейчас же я думаю, что речь шла именно о них. Гермиона напряглась: — И что это за клуб? Малфой криво усмехнулся: — Ты думаешь, тебя туда пустят? Сомневаюсь. — Малфой, не тяни, — раздражённо вмешался Гарри. — Ладно, — он лениво повёл плечами. — Это место называется «Багровая Лилия». Официально — закрытый частный клуб для избранных. На деле — место, где собираются те, кто предпочитает обходить закон. Гарри и Гермиона переглянулись. — И что там обсуждают? — осторожно уточнила девушка. — Всё, что приносит золото: артефакты, редкие ингредиенты, зелья… — То есть ты считаешь, что они могут быть связаны с чёрным рынком зельеваров? — уточнил Гарри. — Более чем. Гарри потёр подбородок, задумавшись. — И как ты попал в этот клуб? — О, Поттер, у меня есть кое-какие связи, — Драко усмехнулся. — Но боюсь, тебя там точно не примут. — Мы разберёмся, — буркнул Гарри, паралельно записывая всё, что сказал Малфой. Повисло напряжённое молчание. Гермиона пыталась осмыслить сказанное Малфоем. Он назвал место — это уже хорошо. Их первая зацепка. Теперь предстояло выяснить, как попасть внутрь, не вызвав подозрений. Малфой был прав — Гарри туда даже близко не подпустят, если там действительно происходит что-то нелегальное. Он был слишком знаменит. Гарри наконец отложил перо, выровнялся и потер лоб. — Спасибо, Малфой, за то что поделился сведениями. Мы обязательно займёмся этим. Малфой кивнул. И снова повисла тишина. — Есть новости? — спросила у него Гермиона, воспользовавшись моментом. Он устало вздохнул: — Рона всё ещё не нашли. Мы проверили все места, где он мог бы скрываться, но пока никаких следов. Если он и прячется у кого-то, то у таких людей, о которых мне ничего не известно. Он помолчал, нахмурился и добавил: — Может, он сейчас у тех, кто продавал ему эту дрянь… Не знаю. В любом случае, мы продолжаем искать. Гермиона кивнула, сжав пальцы в замок. — В вине, кстати, зелья не оказалось, — продолжил Гарри. — Видимо, он пил его уже после того, как ты… «заболела». Поэтому никакого яда там не нашли. А зелье, что ты вчера прислала, уже разобрали по составляющим. Честно? Я в шоке, что он тебя этим поил… Его голос звучал глухо, но в зелёных глазах вспыхнул гнев и он сжал кулаки. Он посмотрел на неё с неподдельной тревогой. — Мы так же отправили запрос в Святого Мунго. Если появятся новые случаи с похожими симптомами, нам сразу же сообщат. Гермиона кивнула, опустив взгляд. — Если только кто-то из девушек всё же успеет вовремя обратиться в больницу… — её голос сорвался. Она до сих пор не могла избавиться от ледяного осознания: если бы только она не пошла тогда к врачу, всё могло закончиться иначе. — Мы сделаем всё, чтобы этого больше не повторилось, — твёрдо сказал Гарри. Гермиона протянула руку и сжала его ладонь с благодарной улыбкой. Малфой молча наблюдал за ними, хмурясь. Внезапно Гермиона вспомнила: — Кстати, Гарри. Я хочу забрать свои вещи из той квартиры. Авроры уже закончили там обыск? Гарри кивнул: — Да, конечно. Когда ты их хочешь забрать? Она задумалась. — Могу хоть сейчас. Я хотела бы поскорее забрать вещи и начать подыскивать для себя новое жильё. Малфой внимательно посмотрел на неё, а затем, не глядя на Гарри, бросил: — А ты уверен, Поттер, что Грейнджер стоит туда соваться? Вдруг ваш «дружок» снова там появится? Гарри метнул в него злой взгляд. — Я, конечно, не собирался отпускать её одну, Малфой! Сейчас я не могу, может, через пару… — Я с ней схожу, — перебил его Малфой. Гермиона вытаращила на него глаза. — Ты?! Зачем тебе это? — Хочу сам осмотреть квартиру, вдруг найду что-то, что пропустили твои уважаемые авроры. Гарри вспыхнул, готовый спорить, но в итоге лишь махнул рукой: — Делай что хочешь, Малфой. В любом случае на квартире постоянно дежурит аврор, если вдруг Рон решит вернуться. Хотя я сильно сомневаюсь, что он настолько глуп. Гермиона со вздохом встала. — Ну, ладно, Гарри. Тогда мы пойдём, а ты работай. Только не загружай себя слишком, хорошо? Гарри улыбнулся, обнял её и затем протянул руку Малфою. Тот помедлил мгновение, но всё же пожал её в ответ. Они вышли из кабинета, снова прошли по длинному коридору к лифту и спустились в атриум. Гермиона шагала на автомате, не замечая никого вокруг, погружённая в свои мысли. Малфой несколько раз бросал на неё взгляд, но молчал. Дойдя до стола регистрации, они вернули значки посетителей и вышли на улицу. Резкий, промозглый ветер тут же пробрал до костей. Гермиона поёжилась, подняла воротник пальто и огляделась по сторонам. — Что ты ищешь? — спросил Малфой, проследив за её взглядом. Гермиона, кутаясь в пальто, негромко ответила: — Хочу выпить кофе. Она огляделась и заметила на другом конце улицы знакомую маггловскую кофейню. Летнюю террасу уже разобрали из-за непогоды, но она помнила это место — раньше они не раз заходили сюда с Гарри, Роном и Джинни. — Ты будешь? — спросила она скорее из вежливости, уверенная, что Малфой откажется, сославшись на занятость. К её удивлению, он кивнул и пошёл рядом. Гермиона, идя с ним, всё ещё чувствовала некую неловкость в его присутствии. Войдя в уютную кофейню, их тут же окутал аромат свежемолотого кофе и выпечки. На прилавке лежали румяные булочки, круассаны с разнообразными начинками, пирожные и аппетитные кусочки торта. — Что будешь? — повернулась она к Малфою. Драко скептически оглядел витрину, явно не впечатлённый ассортиментом. — Бери на свой вкус, — буркнул он. Гермиона чуть улыбнулась и заказала у продавца два капучино. Спустя минуту перед ними уже стояли две ароматные чашки кофе. Малфой потянулся было за деньгами в карман, но замер — очевидно, только сейчас осознав, что маггловских у него при себе нет. Гермиона заметила это и жестом дала понять, что всё в порядке. Она достала из сумки несколько купюр, расплатилась и, не взяв сдачу, взяла чашку. — Я верну. — недовольно пробормотал Малфой, следуя за ней к столику. Она рассмеялась, садясь напротив него и сбрасывая с плеч пальто. — Малфой, успокойся. Я просто угостила тебя кофе. Можно же мне хоть раз это сделать? Особенно после вчерашнего шикарного ужина. Он ухмыльнулся, нехотя кивнув. Гермиона глотнула ароматный кофе и закатила глаза от удовольствия — здесь его варили великолепно. Малфой попробовал свой напиток и, сделав фальшиво-презрительное лицо, протянул: — Ну и пойло у магглов… И это ты называешь кофе? Она внимательно посмотрела на него, а затем с усмешкой сказала: — Малфой, не притворяйся. Я знаю, что тебе нравится. Просто твои… — она понизила голос, — чистокровные убеждения не позволяют тебе признать, что даже у магглов бывает что-то хорошее. Или… вкусное. Он уже было открыл рот, собираясь возразить, но, заметив её лукавую улыбку, лишь презрительно фыркнул, поняв, что именно этого она и добивается. Однако, кофе пить не перестал. Гермиона скрыла улыбку за чашкой, а затем, словно между прочим, спросила тихим голосом, чуть наклонившись к нему: — Как думаешь, сложно будет попасть в этот ваш клуб? Малфой взглянул на неё с интересом: — А я-то думал, когда же ты об этом спросишь. — Он покачал головой. — Думаю, авроры сами разберутся, без тебя. Получить приглашение не так уж и сложно. Я не в курсе, кто именно этим занимается, зельем имею ввиду, ведь, как я уже говорил, для меня это были просто слухи. Он сделал паузу, затем добавил: — Я никогда не интересовался подобной дрянью, поэтому эта сторона всего происходящего в стенах клуба прошла мимо меня. Меня интересовали только сделки — я либо покупал, либо продавал предметы с тёмной историей, а также редкие книги для семейной библиотеки в Малфой-Мэноре. — Он пожал плечами, словно говорил о чём-то совершенно обыденном. В этот момент в кофейню зашла компания, громко смеясь, и направилась к стойке делать заказы. Гермиона посмотрела на них и произнесла: — Ладно, не будем обсуждать это здесь. Она поставила пустую чашку на стол и начала натягивать пальто. Малфой допил свой кофе и молча последовал её примеру. Выйдя из кофейни, они снова оказались под промозглым ветром. Гермиона взглянула на него: — Ну, тебе наверное пора… А я тогда отправлюсь на квартиру, посмотрю, что там… — Я же сказал, что иду с тобой. — Я думала, ты это не серьёзно, — буркнула она, бросив на него быстрый взгляд. Малфой закатил глаза и, раздражённо вздохнув, направился в переулок между домами. Гермиона оглянулась: на улице было не так много прохожих. Убедившись, что за ними никто не наблюдает, она скрылась за стопкой коробок и теперь уже была её очередь протягивать руку Малфою. Он взял её ладонь, на секунду внимательно заглянув ей в глаза и в следующий миг они уже исчезли в темноте. С лёгким хлопком они оказались в мрачной гостиной квартиры, которую Рон для них снимал. Всё было перевёрнуто вверх дном — авроры явно проверили каждый миллиметр дома. Гермиона огляделась, уже прикидывая, сколько работы ей предстоит, чтобы собрать вещи по коробкам. Малфой презрительно осмотрел обстановку, поморщился, будто его сейчас стошнит, и пробормотал: — Мда, у меня дома эльф живёт в лучших условиях. Гермиона ничего не сказала на это и отвернулась, проходя чуть дальше в сторону кухни. Там тоже царил беспорядок. Она вздохнула, вспоминая слова Гарри о том, что в квартире должен дежурить аврор. Она нахмурилась. Выйдя из кухни, она направилась по коридору и уже собиралась войти в спальню, когда её взгляд упал на лежащие в дверном проёме… чьи-то ноги. Она громко вскрикнула и отпрянула назад. Малфой мгновенно оказался рядом, палочка уже была в его руке. Он тоже заметил лежащее на полу тело, быстрым движением отодвинул Гермиону себе за спину и осторожно вошёл в комнату. Гермиона не смогла стоять на месте. Дрожащими пальцами вынула палочку из кармана пальто и шагнула за ним. На полу лежал, судя по всему, тот самый аврор, о котором говорил Гарри. Мужчине на вид было лет сорок, худой, русые волосы спутались, а под его телом растекалась лужа крови. Гермиона ахнула. Малфой уже склонился над ним, проверяя пульс. — Он ещё жив, — быстро сказал он, вставая. Облегчение нахлынуло на Гермиону, но вместе с ним пришло и понимание, что времени мало. Дрожащей рукой она подняла палочку, и из её кончика тут же вырвалась серебристая выдра. — Гарри, срочно сюда! Мы нашли раненого! — сказала она, и Патронус устремился к выходу. Прошла всего минута, и хлопки аппарации потрясли стены. В спальню ворвался белый как мел Гарри и чуть не врезался в Гермиону, которая стояла почти у входа. За ним появились другие авроры. Не говоря ни слова, они быстро наколдовали носилки, подняли раненого и исчезли, отправившись с ним в Мунго. Гермиона перевела дыхание. Малфой стоял, стиснув зубы так, что его желваки заходили ходуном. Затем он резко повернулся к Гарри и зло выплюнул: — Значит, не должен был никто здесь появиться? «Не настолько он глуп»?! Он передразнил недавние слова Гарри с ядовитой насмешкой. Гарри побагровел. — Да пошёл ты, Малфой! — Хватит! — резко вмешалась Гермиона, встав между ними. — Сейчас не время для ваших разборок! Она бросила взгляд на лужу крови, что осталась на полу, и, не желая больше на это смотреть, потянула Гарри за собой прочь из комнаты. В этот момент в квартире начали появляться всё новые и новые люди — видимо, сообщение о происшествии быстро разошлось. В воздухе витало напряжение, слышались приглушённые голоса и хлопки аппарации. Гарри обнял дрожащую Гермиону, крепко прижимая её к себе. — Ты как? — тихо спросил он, наклонившись ближе. Она сглотнула и ответила, пытаясь взять себя в руки: — Н-нормально… Это просто было неожиданно. Гарри выдохнул, но его челюсть оставалась сжата. Он явно был напряжён. К ним подошёл аврор, мужчина средних лет с суровым взглядом. Он внимательно оглядел Гермиону и Малфоя, задержав взгляд на их лицах, и спросил: — Вы нашли раненого? — Да, — ответили они одновременно. Аврор кивнул и записал что-то в блокноте. — Мне нужно взять у вас показания. Гермиона кивнула, чувствуя, как внутри всё скручивает от усталости, а Драко, казалось, вот-вот взорвётся от раздражения. Он стоял, скрестив руки на груди, с холодным, почти враждебным выражением лица. Было очевидно, что он не рассчитывал на такое развитие событий. Спустя полчаса, когда все показания были записаны, аврор наконец отпустил их. Гарри всё это время был рядом, будто не хотел её оставлять. Он открыл было рот, чтобы что-то сказать, но их прервал подошедший мужчина в мантии магического правопорядка. — Поттер, тебя вызывает Кингсли. Срочно. Гарри нахмурился, но тут же кивнул. — Гермиона, извини, что не могу остаться. Если хочешь, можешь отправиться ко мне домой, отдохнёшь. Она покачала головой, слабо улыбнувшись. — Спасибо, Гарри, но я, наверное, просто пойду домой. У меня голова раскалывается после этих всех допросов. Гарри на мгновение сжал её руку, передавая поддержку, затем развернулся и аппарировал, оставив её наедине с Малфоем. Авроры снова были заняты — кто-то изучал место преступления, кто-то тихо переговаривался, просматривая отчёты. Никто не обращал на них внимания. Гермиона повернулась к Малфою, собираясь попрощаться. Но прежде чем она успела сказать хоть слово, он молча схватил её за руку. — Малфой, что ты… В следующую секунду тьма окутала их, лёгкий хлопок раздался в ушах, и их выдернуло в пространство аппарации. Как только ноги коснулись твёрдой поверхности, а воздух снова наполнил её лёгкие, Гермиона резко отдёрнула руку и закричала: — Малфой, что ты делаешь?! — Только не надо орать, — дерзко бросил он ей. Гермиона тяжело выдохнула, и только сейчас до неё дошло, что они снова оказались в его квартире. Те же холодные стены, идеально выверенный порядок, всё вокруг словно кричало о безупречности. Она резко развернулась, её глаза метали молнии. — Зачем ты меня сюда притащил?! — в её голосе зазвенел гнев. — Я же сказала, что пойду домой! Малфой стоял, скрестив руки на груди, глядя на неё так, будто она была совершенно невыносимой. — И что бы ты там делала? — его тон был резким, почти злым. — Заперлась бы у себя в комнате и рыдала до утра? Её дыхание сбилось. В груди будто что-то взорвалось. — Да как ты смеешь?! — её голос дрожал от ярости. — Это вообще не твоё дело! Он сделал шаг вперёд, нависая над ней. — В самом деле? — его голос стал низким, почти бархатным, но в нём сквозила насмешка. Гермиона не отступила. Она чувствовала, как кровь гудит в висках, как напряжение между ними становится почти ощутимым. — В самом деле, Малфой! — её слова были чёткими, как удар хлыста. — Ты не имеешь никакого права вот так забирать меня куда-либо, не спрашивая! — А я так не думаю, Грейнджер, — его губы дёрнулись в мимолётной усмешке, но взгляд оставался серьёзным. Она не сразу поняла, почему её дыхание стало таким неровным. Её сердце билось слишком быстро, а в животе закрутилась какая-то странная, неприятная тяжесть. Малфой смотрел на неё слишком внимательно. Слишком близко. — Поттер занят, — продолжил он, его глаза потемнели. — И тебе не нужно сейчас оставаться одной. Она смотрела в его глаза, чувствуя, как нарастает это чертово напряжение. Тот же странный холодок под кожей, который был вчера. Тот же неясный, раздражающий жар в груди. Её пальцы сжались в кулаки. Чёрт, только не это. Гермиона с силой толкнула его в грудь, не желая ни секунды дольше находиться в этом состоянии. Малфой даже не пошатнулся. Он лишь дёрнул уголком губ, но не стал ничего говорить. Гермиона резко отвернулась, глядя в подступавшую темноту за окном. Сглотнула, пытаясь прогнать этот дурацкий ком в горле. Она устало прикрыла глаза, затем выдохнула: — Я хочу выпить. Он не говоря ни слова вышел из комнаты, а Гермиона осталась стоять на месте, глядя в одну точку. В висках неприятно стучало, эмоции всё ещё хаотично бурлили в груди, но она упрямо пыталась их заглушить. Когда Малфой вернулся, в его руках была полная бутылка огневиски и два бокала. Он молча поставил их на столик, открыл бутылку лёгким движением, словно делал это уже тысячу раз, и разлил янтарную жидкость в бокалы. Один взял себе, второй протянул ей, даже не глядя в её сторону. Она не раздумывая схватила бокал и залпом выпила его содержимое. Огневиски обжёг горло, но этот жгучий огонь был приятнее, чем то, что она ощущала весь день. Он разлился тёплым теплом по её телу, растопил напряжение в плечах, оставив на языке лёгкое послевкусие дыма и чего-то терпкого. Гермиона прикрыла глаза на секунду. Именно этого она хотела — не думать, хотя бы ненадолго. Малфой молча налил ей ещё, ни один мускул не дрогнул на его лице. Она пригубила напиток, чувствуя, как горячий алкоголь окончательно растворяет оставшиеся остатки тревоги. Выдохнув, поставила бокал на столик, а затем лениво стянула с себя пальто и небрежно бросила его на пол. Следом туда же отправилась обувь. Не заботясь о приличиях, Гермиона опустилась прямо на ковёр, прислонившись спиной к дивану. Тёплый ворс приятно касался её ладоней, она вытянула ноги и снова взяла бокал, машинально проводя пальцами по гладкому стеклу. Малфой тоже скинул с себя пальто и пиджак, оставаясь в одних брюках и рубашке. Расстегнул пару верхних пуговиц, закатал рукава, будто внезапно стало жарко. Затем медленно сел на диван неподалёку, бросив короткий взгляд в её сторону. Они молчали. В этой тишине было что-то странное. Не напряжённое, нет. Скорее, наполненное пустотой, к которой оба привыкли. Гермиона вдруг поняла, что он ошибался. Ей не хотелось плакать. Она устала. Устала от бесконечного хаоса, от эмоций, от боли, от всего того, что навалилось на неё в последнее время. Всё, чего ей хотелось, — это покоя. Хоть на один вечер. Она подтянула ноги и опустила голову на скрещённые руки, прикрывая глаза. Алкоголь делал своё дело: мышцы расслабились, мысли стали более рассеянными, шок постепенно уходил. — Моя жизнь превратилась в сущий кошмар… — слишком тихо, почти неосознанно, произнесла она. Её голос потонул в полумраке комнаты, но она знала, что он услышал. Он молча смотрел на неё, на её силуэт, вырисовывающийся на фоне закатного солнца. Тёплый свет ложился на её лицо, пробегал по изгибам скул, золотил пряди волос, делая её почти невесомой, почти нереальной. Гермиона прикусила губу, будто сомневалась, стоит ли продолжать, но затем тихо заговорила: — Если бы не всё это… Я бы сейчас была в школе. Или работала бы… А теперь я даже не знаю, кто я. Не знаю, чем хочу заниматься. Всё, что произошло, просто выбило меня из равновесия… Я запуталась… Она не планировала говорить это вслух. Это были мысли, которые она прятала глубоко внутри, но, видимо, огневиски вытянул их наружу, развязав язык. Малфой молчал. Несколько долгих секунд. А потом медленно, почти бесшумно опустился рядом с ней на пол. Она продолжала смотреть перед собой, но чувствовала, как его взгляд жжёт щёку. — Ты справишься со всем. По-другому и быть не может, — тихо, но твёрдо сказал он. Гермиона хмыкнула, наконец, поворачиваясь к нему. — Правда? А вот я что-то не слишком уверена в этом. Он чуть склонил голову, уголки его губ дрогнули, но голос остался серьёзным: — А я уверен. Ты же та самая гордая всезнайка и золотая девочка Грейнджер, у тебя просто нет другого выхода, кроме как справиться со всем этим и жить дальше. Она замерла, задержав на нём взгляд дольше, чем собиралась. Она не ожидала этих слов. Только не от него. В груди что-то странно дрогнуло. Губы пересохли. Гермиона неосознанно облизнула их. И тут же заметила, как Малфой внимательно уставился на это движение. В горле пересохло сильнее. Она торопливо отвернулась, сделала глоток из бокала, надеясь, что алкоголь спишет всё на себя. Но когда щеки начали гореть жарче, чем обычно, она поняла, что дело не только в огневиски. Так они и сидели — молча, рядом друг с другом. Тишина не давила, не тяготила. Она просто была. Гермиона чувствовала, как усталость всё сильнее накатывает, как веки становятся тяжёлыми, а тело с каждым мгновением теряет напряжение. В какой-то момент она закрыла глаза. Не собиралась засыпать. Просто… на секунду. Но эта секунда растянулась, превратилась в забытьё. Она думала, что это сон, когда почувствовала, как чьи-то сильные руки осторожно поднимают её, куда-то несут, а затем мягко укладывают на кровать. Она думала, что это сон, когда кто-то укрыл её одеялом. И точно знала, что это сон, когда чьи-то пальцы чуть коснулись её щеки, аккуратно убирая волосы с лица. Пальцы были тёплыми. Слишком тёплыми для сна.