Глава 12

Сон всё никак не хотел отпускать её, удерживая на грани между явью и дремотой. Тепло, уют, мягкость под боком — всё это убаюкивало, не давая полностью проснуться. Где-то рядом слышался тихий треск огня. Гермиона медленно открыла глаза, моргнула, позволяя глазам привыкнуть к полумраку. Первое, что она увидела — мягкие блики огня, играющие на стенах. Она лежала на широкой кровати с высоким изголовьем, укрытая тёплым одеялом глубокого винного оттенка. Комната была просторной, но в ней не было ни излишней роскоши, ни холодной пустоты. Вся мебель, казалось, была продумана до мелочей: тёмное дерево, строгие линии, ничего лишнего. У стены напротив стоял высокий книжный шкаф, в котором хаотично перемешались древние фолианты и современные издания. В углу, рядом с массивным столом, на спинке кресла небрежно висел мужской пиджак. Его пиджак. Она была в спальне Малфоя. Мысль об этом пронзила её сонное сознание, но странно — она не испытала ни страха, ни неловкости. Скорее, лёгкое удивление. Гермиона машинально коснулась одеяла — оно было аккуратно заправлено вокруг неё. Даже подушка оказалась под её головой так, словно кто-то с нежностью позаботился о том, чтобы ей было удобно. Всё в этой комнате было пропитано его присутствием — лёгким древесным ароматом, сдержанным, как и сам хозяин. Но самого Малфоя не было. Её взгляд скользнул по комнате, но вокруг царила тишина. Она не помнила, как оказалась в кровати. Последнее, что осталось в её воспоминаниях, — это то, как они сидели вместе на полу, и усталость накрыла её с головой… Она снова медленно обвела взглядом комнату, осознавая, что провела ночь в постели Малфоя. Забавно, что бы на это сказала сейчас Джинни? Гермиона чуть улыбнулась — подруга была права, их история не закончилась тем вечером. Их отношения (если вообще можно было назвать это отношениями) были странными, непредсказуемыми. Она никогда не знала, что творится в голове у Малфоя. Он был словно головоломка без ключа: насмешливый, скрытный, то язвительный, то чересчур молчаливый. Стоило задать прямой вопрос, и он либо уходил от ответа, либо просто смотрел так, будто её слова не стоили даже краткого комментария. Гермиона вздохнула и повернула голову, замечая стакан с водой на прикроватной тумбочке. Её губы тронула едва заметная улыбка. Он оставил его для неё. Этот очередной жест заботы был странным, неожиданным… и в то же время таким же естественным, как и все остальные его поступки за последнее время. Вода помогла прийти в себя, но лёгкая пульсация в висках напоминала о вчерашнем вечере. Она откинула одеяло и машинально посмотрела на себя — платье было на месте. Ну хоть не раздел. Поднявшись, Гермиона босиком подошла к двери, стараясь двигаться бесшумно. Она помнила, что где-то в гостиной оставила свои вещи, просто сбросив их в кучу. Тихонько приоткрыв дверь, она выглянула в коридор. Всё ещё было тихо. Слева виднелась приоткрытая дверь в ванную. Пройдя чуть дальше, Гермиона увидела уже знакомую гостиную… и Малфоя. Он спал на диване. Она замерла, наблюдая за ним. Малфой подложил под голову небольшую подушку и укрылся пледом. Одна рука подпирала щёку, а губы были слегка надуты, как у ребёнка. Гермиона непроизвольно улыбнулась. Она не знала, сколько простояла так, просто разглядывая его. Без привычной маски, без вечного саркастичного выражения лица он выглядел совсем иначе. Спокойным. Настоящим. Без насмешливой ухмылки, без холодного прищура — просто спящим, беззащитным, почти… милым. Гермиона чуть склонила голову набок, невольно изучая его черты. Ровные, строгие линии лица, чуть расслабленные во сне, светлые пряди, растрёпанные от движения во сне. Он казался моложе, чем обычно, лишённым той усталой напряжённости, что всегда читалась в его взгляде. Она даже не сразу заметила, как её губы снова тронула лёгкая улыбка. Как же странно. Гермиона помнила его совсем другим — резким, язвительным, будто выстроившим вокруг себя неприступную стену. А теперь перед ней был человек, способный на заботу, на сострадание… На то, чтобы оставить ей спальню, чтобы она не чувствовала себя неловко. Оставить воду, зная, что утром она ей понадобится. Она глубоко вдохнула, осознавая, насколько всё изменилось за короткий срок. Если бы ей сказали год назад, что она окажется в доме Малфоя, проведёт здесь ночь и будет стоять вот так, разглядывая его во сне… Она тихо выдохнула и наклонилась, медленно потянувшись к пледу, который немного сполз. Осторожно, чтобы не разбудить его, она подтянула его выше, укрывая его плечи. В этот момент Малфой пошевелился, что-то пробормотав во сне, и её сердце на мгновение замерло. Но он не проснулся — лишь тихо вздохнул и чуть сильнее прижался щекой к подушке. Гермиона затаила дыхание, а потом, сама не понимая зачем, вдруг осторожно провела пальцами по выбившейся пряди у него на лбу, убирая её в сторону. Кожа под её пальцами была тёплой. Она замерла. Что она делает? Резко отдёрнув руку, она выпрямилась, чувствуя, как её щеки заливает жар. Нужно уходить. Скорее. Гермиона закусила губу, собираясь подобрать свои вещи, но их на полу уже не было. Она быстро осмотрела комнату, но так и не увидела ни одежды, ни палочки. Он что, убрал их? В шкаф? Она тихо выдохнула, готовая продолжить поиски, но в этот момент Малфой вдруг пошевелился и открыл глаза. Она замерла. Серые глаза сразу нашли её, ещё затуманенные сном. Он выглядел так, будто и сам не был готов окончательно проснуться, но затем резко сел, отбросив плед в сторону. — Уже уходишь? — спросил он хрипловатым утренним голосом. Она почувствовала что-то вроде неловкости и лёгкий укол стыда. А ведь действительно, она только что собиралась сбежать, даже не поблагодарив его. Замявшись, она попыталась уйти от прямого ответа — так же, как он сам часто делал. — Прости, я разбудила тебя, да? Я не хотела. — Я всегда рано встаю. Мне сегодня на тренировку. — Он буркнул это недовольно, протирая виски. Гермиона огляделась, нахмурилась. — А… где мои вещи? Помню, они здесь валялись. — Тинки убрала их в шкаф в прихожей. — Малфой даже не посмотрел на неё. — Твоя палочка там же. Тинки! Он повысил голос, и Гермиона вздрогнула. Домовая эльфийка тут же появилась, почтительно поклонилась сначала Драко, затем ей. — Слушаю, хозяин. — Принеси мне зелье от похмелья, башка трещит. Тинки исчезла и вскоре вернулась с маленькой бутылочкой. Он кивнул, выхватил её из рук эльфийки и залпом осушил. Через несколько секунд его лицо разгладилось, плечи расслабились. Гермиона посмотрела на пустую бутылку из-под огневиски на полу, потом перевела взгляд на другую, лежавшую рядом. — Ты сам всё это выпил? — Она удивлённо приподняла брови. — Я не помню, чтобы вчера много выпила… Малфой резко взглянул на неё, губы его скривились. — Послушай, это вообще не твоё дело, Грейнджер! Гермиона застыла. — Давай собирайся и иди домой, — продолжил он раздражённо, — а мне нужно в душ. Я уже опаздываю! Он поднялся и, даже не взглянув на неё, прошёл мимо. Она растерялась от такой резкой перемены настроения. — Ну… ладно, — тихо она ответила ему в спину. Когда она вернулась домой, в голове ещё бушевал самый настоящий хаос. Такая резкая смена поведения Малфоя сбила её с толку. Она что-то сделала не так? Может он разозлился из-за того, что она отключилась у него дома? Или может из-за того, что ему пришлось уступить ей свою кровать? Сжав губы, Гермиона зло подумала, что если ему это ему так не понравилось, то мог бы оставить её там, на полу! Его ведь никто не просил быть таким благородным! И всё же что-то в этой мысли её задевало. Она ещё больше разозлилась, но уже на саму себя — за то, что сегодня торчала там и пялилась на него, как последняя дура. Тряхнув головой, Гермиона вошла в свою комнату… и застыла. Вся комната была заставлена коробками. Она медленно подошла к одной, приоткрыла крышку… и сразу узнала свои вещи. Наконец-то! Её пальцы коснулись знакомой ткани, и внутри поднялась волна облегчения. Рядом лежала записка. «Всё в порядке, не переживай, я сам всё собрал.» Гермиона сразу узнала почерк Гарри и улыбнулась. Конечно, это он. Друг снова обо всём позаботился. Радостно она начала перебирать вещи, пока не добралась до книг. Взяв в руки ту самую, которую так и не успела дочитать, она крепко прижала её к груди. В этот момент позади раздался осторожный стук, и дверь приоткрылась. — Гермиона, где ты была? Мы волновались. В дверном проёме стояла мама. Гермиона вздохнула, отложила книгу и села на кровать. — Мам, прости. Я знаю, что должна была сказать раньше. Всё получилось случайно… Мама перевела взгляд на коробки. — И с Роном, я так понимаю… Она не договорила, но в голосе было всё: недоумение, обеспокоенность, догадки. Гермиона глубоко вздохнула и провела рукой по лицу. Пришло время сказать правду. Мама молча слушала, пока дочь рассказывала обо всём — о зелье, о побеге, о том, что теперь Рон в розыске. Но она не смогла заставить себя сказать, что могла умереть. Её мама уже была в ужасе, а эта деталь только сделала бы всё хуже. — А мне он казался таким хорошим мальчиком… — тихо произнесла она. Гермиона встала и подошла к окну. — Да, мам, мне тоже. На секунду в комнате повисла тишина. Гермиона не хотела зацикливаться на этом, поэтому поспешила сменить тему: — Кстати, я, наверное, даже не буду разбирать эти коробки. Я хочу переехать. Хочу начать новую жизнь в новом доме. Ты не против? Мама тяжело вздохнула, подошла и крепко её обняла. — Конечно, не против. Ты уже взрослая девочка. Конечно, нам будет тебя не хватать… но ты же будешь приходить в гости, верно? — Конечно. — Гермиона крепче обняла маму в ответ. Она не стала откладывать это в долгий ящик. Уже в тот же день развернула «Ежедневный Пророк» и нашла страницу с объявлениями о сдаче квартир. Внимательно просмотрела каждое, обвела несколько подходящих вариантов и отправилась на ближайшую совиную почту. Нужно будет отправить письма… и наконец-то купить себе личную сову. Без неё совсем неудобно. Гермиона старалась не зацикливаться на мыслях о Малфое и с головой ушла в поиски нового жилья. Следующим утром она быстро привела себя в порядок, переоделась в удобную одежду, схватила сумку и отправилась осматривать первый вариант. Квартира, по описанию в газете казалась неплохой. Просторная, с хорошим расположением и, что немаловажно, за приемлемую цену. Но стоило ей только войти внутрь, как всё желание остаться тут же исчезло. Скрипучий пол был покрыт толстым слоем пыли, обои местами облезли, а в углу виднелись подозрительные бурые пятна. Воздух был тяжёлый, пахло сыростью и чем-то затхлым. Гермиона с сомнением огляделась, но, когда в углу заметила какое-то быстро шевельнувшееся тёмное пятно, её терпению пришёл конец. — О нет, только не это… — пробормотала она и поспешила выйти обратно на улицу. Следующая квартира оказалась едва ли лучше. Да, тут хотя бы не было подозрительных пятен на стенах, но атмосфера оставляла желать лучшего. Помещение оказалось мрачным, стены тёмными, словно кто-то специально старался придать ему тюремный вид. К тому же, в квартире, судя по всему, до сих пор кто-то жил. Хотя хозяин уверял, что жильцы уже давно съехали, но на столе стояли пустые бутылки из-под дешёвого вина, грязные тарелки, а в углу лежала груда чьих-то вещей. — Спасибо, я подумаю, — выдавила Гермиона и поспешила ретироваться. Когда она добралась до третьего места, внутри было уже вспыхнула слабая надежда. Квартира была относительно чистой, довольно просторной, с большими окнами, через которые лился тёплый солнечный свет. Но что-то было не так. Может, дело в странной форме комнаты? Или в том, что спальня показалась ей слишком маленькой? Или, может быть, в том, что на потолке были видны слабые трещины? Что-то внутри неё сопротивлялось, подсказывая, что это не её место. С тяжёлым вздохом она закрыла за собой дверь и уже было собралась отправится домой, когда вспомнила, что осталась последняя квартира. Она уже ни на что не надеялась. Старинное здание в магическом районе Лондона выглядело добротно, но без излишней помпезности. Высокие арочные окна, кованые балконы, на которых кто-то выращивал цветы, и резная деревянная дверь с медным кольцом вместо звонка. Гермиона постучала, и дверь ей открыла пожилая ведьма с добрым взглядом. — Вы на осмотр квартиры? — уточнила она с улыбкой. Гермиона кивнула и вошла внутрь. Лестница, ведущая на верхние этажи, скрипнула под её шагами, но не раздражающе, а скорее уютно, как будто дом приветствовал её. Поднявшись на последний этаж, ведьма отперла дверь, и Гермиона вошла в квартиру. Она замерла. Высокие потолки, светлые стены, массивные балки под потолком — всё это придавало пространству воздух и лёгкость. Большие окна заливали комнату солнечным светом, а вдоль одной стены тянулись встроенные книжные полки. Гостиная плавно переходила в небольшую, но удобную кухню с деревянными шкафчиками и коваными ручками. Но самым прекрасным было то, что из кухни вела узкая винтовая лестница вверх. — Здесь есть терраса? — с замиранием сердца спросила Гермиона. — Конечно, дитя, — тепло улыбнулась ведьма. Поднявшись, она оказалась на просторной крыше, выложенной гладкими деревянными досками. Вдоль перил стояли большие глиняные горшки с ароматными травами. В одном углу виднелись два кресла и небольшой столик, а в другом — что-то вроде перил для наблюдения за городом. Гермиона подошла ближе и посмотрела вниз. С этой высоты открывался чудесный вид на Лондон, будто город расстилался перед ней, маня новой жизнью. Здесь было тихо, спокойно и… так уютно. Она провела рукой по перилам и вдруг почувствовала, как уходит напряжение, накапливаемое за последнее время. — Беру! — уверенно сказала она пожилой ведьме, оборачиваясь. Та улыбнулась в ответ и кивнула. После подписания всех необходимых бумаг Гермиона взяла ключи, отдала деньги за три месяца вперёд и вернулась в родительский дом, чтобы начать собирать вещи. Теперь ей предстоял переезд. На следующий день она аппарировала к своей новой квартире с несколькими чемоданами, а вскоре прибыла и служба доставки, привезя оставшиеся коробки. Она с энтузиазмом взялась за разбор вещей, начиная с самого необходимого: книги тут же нашли своё место на встроенных полках, скромная кухонная утварь аккуратно разложилась по шкафчикам, а одежда разошлась по комодам и гардеробу. Гермиона старалась отвлечься делами, но мысли всё равно то и дело предательски возвращались к Драко. Почему он так резко изменился в тот день? Что её больше всего раздражало, так это то, что она вообще продолжала об этом думать. Она не видела его уже несколько дней и, к своему удивлению, осознала, что… скучает? Ей не хватало его волнующего присутствия, этих насмешливых ухмылок, язвительных замечаний. Да, они могли порой довести её до бешенства, но в этом и была суть — с ним никогда не было скучно. Она поймала себя на мысли, что хотела бы снова получить от него письмо… но тут же решительно отмахнулась от этого. У них больше не было причин для общения. Драко дал им зацепку, привёл к закрытому клубу — этим его участие закончилось. Что ж, следовало смириться с этим и двигаться дальше. Она сердито задвинула ящик с бельём и поднялась на террасу. Свежий вечерний воздух слегка остудил её мысли. Она устроилась в одном из кресел, обхватила колени руками и долго смотрела, как внизу зажигаются огни волшебных витрин. На следующий день у неё был запланирован поход в мебельный магазин. В новой квартире не хватало нескольких вещей — стульев, удобного дивана и, конечно, кровати. К счастью, с финансами проблем не было. Помимо тех денег, что родители положили ей на счёт, была ещё довольно большая и щедрая награда от Министерства, полученная ими с Гарри и Роном за помощь в войне. Гермиона подошла к выбору тщательно. Она долго ходила между рядами, пробуя мягкость диванов, проверяя устойчивость стульев и оценивая размеры кроватей. В конце концов она остановилась на тёплых, уютных оттенках, представив, как будет выглядеть её новое жильё. Когда всё было заказано, и эльф-доставщик пообещал доставить мебель через пару часов, она решила заняться следующим пунктом в списке, который давно планировала — покупкой совы. Гермиона направилась в Косой переулок, вошла в нужную лавку и сразу же её окружили звуки — тихое уханье, шелест крыльев, редкие щелчки клювов. В воздухе пахло деревом, перьями и свежим сеном. Полки и насесты были уставлены клетками, внутри которых сидели совы самых разных пород и размеров. Одни мирно дремали, другие с интересом наблюдали за посетителями, третьи нервно ёрзали, будто предчувствовали скорую продажу. Она медленно пошла вдоль клеток, вглядываясь в птиц. Сначала её внимание привлекла пушистая серая сова, но стоило ей приблизиться, как та резко развернулась и отвернулась, демонстративно закопавшись клювом в собственные перья. «Ладно, не хочешь — не надо», — усмехнулась Гермиона про себя. Другая сова, белоснежная, как была у Гарри Букля, смотрела на неё с явным любопытством, но, присмотревшись, она поняла, что та слишком уж величественная, а ей хотелось чего-то более домашнего. И тут её взгляд упал на небольшую сову с тёплым ореховым оперением и умными янтарными глазами. Птица сидела на нижнем насесте и внимательно изучала её, чуть склоняя голову вбок. Не слишком крупная, но и не крошечная, с пушистыми перьями на лапках и забавным изгибом клюва, который придавал ей немного озорной вид. — Эта отличная сова, — раздался сбоку приятный голос продавца. — Молодая, но уже хорошо обученная, умная и быстро привыкает к хозяину. Гермиона улыбнулась. Сова ей понравилась. — Думаю, я возьму её. Пока продавец готовил документы и переноску, она выбрала всё необходимое: удобную переноску с мягкой подстилкой, пакет лучшего совиного корма и даже пару лакомств, чтобы её новая подруга быстрее привыкла к ней. Когда она расплачивалась, сова уже сидела у неё на плече, слегка сжимая коготками, но не причиняя боли. — Как же тебя назвать? — пробормотала Гермиона, выходя из лавки. Птица тихонько ухнула, как будто отвечая. После нескольких минут размышлений она улыбнулась: — Элли. Тебе нравится? Сова снова ухнула, легко коснувшись её щеки краем крыла, будто соглашаясь. Гермиона вернулась домой в приподнятом настроении, выпустила Элли исследовать новое жилище и разложила покупки. Вечером должен был прийти Гарри, написавший ей утром, что не может пропустить её новоселье. А заодно рассказать последние новости. Спустя час после её возвращения в дверь раздался стук — доставщики прибыли с мебелью. Гермиона быстро впустила их, и вскоре в гостиной появились новый удобный диван, пара стильных стульев и шикарная кровать, которую она выбрала в магазине. Работники ловко управлялись с помощью волшебства расстановкой, левитируя мебель на нужные места. Диван идеально вписался в пространство напротив камина, рядом уже был небольшой журнальный столик. В спальне кровать заняла центральное место, и Гермиона уже предвкушала, как уютно будет в ней спать. Когда всё было готово, она провела их до выхода, поблагодарила, а затем принялась за финальные штрихи. Взмахом палочки застелила кровать — белоснежное постельное бельё мягко легло на матрас, покрывало разровнялось, а подушки заняли свои места. Не забыв о деталях, она добавила уюта: разложила по креслам и дивану мягкие подушки в тёплых оттенках, набросила несколько уютных пледов, постелила на пол пушистый коврик у кровати. Гермиона сделала шаг назад и, сложив руки на груди, окинула взглядом квартиру. Всё было именно так, как она хотела: уютно, тепло, стильно. Пламя в камине потрескивало, создавая атмосферу уюта, а на подоконнике уютно устроилась Элли, задумчиво нахохлившись. Живоглот был здесь же. Грелся перед камином и довольно урчал. Она позволила себе улыбнуться. Впервые за долгое время ей действительно было хорошо в своём новом доме. Дождь лениво барабанил по окнам, создавая уютный фон для тёплого света, разлившегося по квартире. Гермиона как раз заканчивала накрывать на стол, аккуратно расставляя приборы рядом с блюдами, которые полчаса назад привезли из доставки неподалёку. Внезапно камин в гостиной вспыхнул ярко-зелёным пламенем, и в гостиной появился Гарри. — Гарри! — воскликнула она, тут же бросаясь ему навстречу и крепко обнимая. — Я так по тебе соскучилась! — Я тоже, — с улыбкой ответил он, обнимая её в ответ. Затем, чуть отстранившись, он поднял бутылку вина и весело качнул ею в воздухе. — С новосельем! Гарри огляделся, с искренним интересом осматривая квартиру. — Как здесь уютно, ты молодец. — Он прошёлся по комнатам, кивнул в сторону аккуратно расставленной мебели. Потом взгляд его упал на лестницу. — Ух ты! Здесь и терраса есть? — Да, — с гордостью сказала Гермиона, наблюдая, как он направляется вверх по лестнице к двери, заинтересованно разглядывая пространство. Поднявшись, он распахнул её, и в комнату ворвался прохладный воздух, пахнущий дождём. Терраса была просторной, с деревянным настилом, небольшим столиком и креслами. — Какая красота, — восхищённо сказал Гарри, выходя под лёгкий шум дождя. — Представляю, как классно будет сидеть здесь летом с книгой или чашкой чая. Гермиона улыбнулась, присоединившись к нему. — Да, я уже представляю, как устрою здесь себе уголок для отдыха. — Отличный выбор, Гермиона. Это место — просто находка. Они постояли ещё немного, наслаждаясь видом ночного города, пока дождь тихо шуршал по крышам. Потом спустились внутрь, и Гермиона снова взмахнула палочкой, закрывая двери. — Давай за новоселье, — предложил Гарри, разливая вино в бокалы. — Давай, — с улыбкой подхватила она, чувствуя, как тепло разливается внутри — не только от напитка, но и от присутствия друга, который всегда был рядом. Когда они уселись за небольшой круглый стол, Гермиона, не задумываясь, забралась на стул с ногами, уютно устроившись на мягком сиденье. Она откусила кусочек ещё тёплого пирога с грибами, и блаженно прикрыла глаза. Как же вкусно! Гарри тоже устроился поудобнее, потягивая вино, и на несколько минут в комнате повисло молчание. Но это не было неловким молчанием — наоборот, оно ощущалось тёплым, наполненным смыслом без слов. Когда Гермиона снова взглянула на него, она заметила, как сильно он устал. Тени под глазами, напряжённые плечи, слегка нахмуренные брови — он явно не высыпался в последнее время. — Мы наконец-то достали приглашение в тот закрытый элитный клуб, о котором говорил Малфой, — произнёс он, отпив ещё глоток вина. Гермиона резко выпрямилась, чуть не опрокинув тарелку. — Правда? Как здорово! Ну и? — Завтра я собираюсь туда отправиться. Её радость мгновенно сменилась тревогой. — Но подожди, как ты… Гарри сразу понял, что она хочет спросить. — Не переживай, вот таким я туда не пойду, — он ткнул пальцем в своё лицо и ухмыльнулся. — Буду под оборотным зельем, конечно же. Гермиона медленно кивнула, обдумывая его слова, и вдруг её осенило. — Я хочу пойти с тобой! Гарри тут же напрягся. — Гермиона… — начал он осторожно, но она тут же перебила его, не дав даже договорить. — Подожди, Гарри! Я знаю, что ты хочешь сказать. Да, я помню, что ты говорил, что мне лучше держаться от этого дела подальше, но пойми… — в её голосе появилась настойчивость, смешанная почти с отчаянием. — Я не могу просто взять и выбросить это из головы! Я не могу просто спокойно жить дальше, как ни в чём не бывало, пока это всё не закончится! Я правда хочу помочь! Гарри внимательно смотрел на неё, обдумывая её слова. Он понимал её чувства — слишком много лет они провели бок о бок, сражаясь, выживая, преодолевая препятствия. Её стремление быть частью этого расследования было логичным, но всё же… Он тяжело выдохнул. — Я понимаю, — тихо сказал он. — Но пойми, это не мне решать. Министр… — Я поговорю с Бруствером! — решительно перебила она, и в её глазах вспыхнуло упрямство. — У нас с ним хорошие отношения. Я уверена, что смогу его убедить. Гарри лишь покачал головой, но промолчал. Он знал Гермиону слишком хорошо, чтобы пытаться её остановить. — В принципе, это возможно. В приглашении было указано, что можно привести с собой даму. Ну, знаешь, плюс один. Мы закинули удочку, пустив слух в нужных кругах, что один не слишком чистый на руку человек, переехавший из Америки, ищет, где бы можно было продать один интересный тёмный артефакт. Слухи дошли куда надо, и вскоре приглашение уже было получено нам на руки. Гермиона загорелась при этих словах, вскочила с места и забегала по дому в поисках пера и листа пергамента. — Я напишу министру сейчас же! — воскликнула она и начала торопливо писать, макая перо в чернила. Закончив, она подождала, пока чернила высохнут, затем подошла к своей новой сове, привязала письмо к лапке и, открыв окно, отправила её по указанному адресу. — Гермиона, у тебя новая сова? — Да, — улыбнулась она. — Я её купила сегодня. Воистину, это было лучшее решение! Её зовут Элли. Он улыбнулся в ответ. — Так! — Она потерла руки в предвкушении. — Значит, ты у нас будешь владельцем тёмных предметов из Америки, а я буду твоей… — она задумалась, прикусив губу, — подружкой? Невестой? Да, точно! Она уже начала продумывать всю легенду, даже не сомневаясь в том, что отправится туда вместе с ним. — Стоп, подожди, а что это за тёмный артефакт? Где мы его возьмём? — В хранилищах Министерства есть много таких вещей, вот один такой оттуда и пригодился. — А что это будет? — Это будет… — Гарри почесал бровь, на секунду задумавшись. — Гримуар Гастингса. Гермиона нахмурилась. — Никогда о таком не слышала. — Немудрено, — кивнул Гарри. — Его история довольно тёмная. По легенде, этот гримуар принадлежал некоему Эдгару Гастингсу, чёрному магу времён позднего Средневековья. Говорят, он создал эту книгу, в которой заключил заклятья, способные подчинять чужую волю. В отличие от Империуса, эти чары не требовали постоянного контроля — один раз произнёс формулу, и человек даже не осознаёт, что действует не по своей воле. Гермиона побледнела. Эта история навеяла ей жуткие воспоминания. — Это… ужасно. Гарри кивнул. — Именно, и согласись, что есть тут нечто общее с этими зельями, о которых мы хотим узнать. Министерство нашло гримуар в конце девятнадцатого века, но никто не смог его уничтожить. Как только его поджигали, он восстанавливался, топили — он всплывал, даже пытались разорвать его страницами, но они снова срастались. В итоге книгу запечатали заклятьями и спрятали в хранилищах. Гермиона провела языком по губам, явно оценивая все риски. — И ты хочешь использовать его как приманку? — Да. Если слухи о продаже дошли до владельцев клуба и нас пригласили, значит, кого-то там это заинтересовало. Они наверняка захотят увидеть его. Она кивнула, всё ещё в раздумьях. — Ладно… Тогда мне точно надо быть рядом. Вдруг что-то пойдёт не так? Гарри вздохнул и пробормотал: — Думаю, проблем не должно возникнуть. Они замолчали, прикидывая в уме варианты того, что может пойти не так. Гермиона пыталась успокоить себя мыслью, что всё не должно оказаться слишком сложным: они просто придут на встречу, обсудят возможную сделку и аккуратно попытаются разузнать что-нибудь о зельях. Главное — держаться естественно и не вызвать подозрений. Она уже представляла, как ведёт беседу, подбирая слова, следит за реакцией собеседника, ловит мельчайшие детали. Гарри тем временем молча взял бокал и сделал небольшой глоток вина. Он слегка нахмурился, словно обдумывая что-то важное, а затем произнёс: — Аврор, которого ранили в той квартире, так до сих пор не пришёл в сознание. Гермиона напряглась. — У него была сильно разбита голова, — продолжил Гарри, поигрывая пальцами на ножке бокала. — Целители сделали всё, что могли: вправили кости, залечили внутренние повреждения. Но мозг оказался сильно повреждён осколками. Сейчас он в коме, но целители следят за ним и осторожно прогнозируют, что, возможно, ему вскоре станет лучше. Гермиона почувствовала, как по коже пробежал холод. Перед глазами снова вспыхнуло воспоминание: тёмная комната, запах крови, неподвижное тело мужчины на полу, и багровая лужа, медленно растекающаяся под ним. Она крепче сжала пальцы, не давая себе поддаться нахлынувшим чувствам. И тут же перед мысленным взором возник ещё один образ — Драко Малфой. Тогда, в той квартире, он прибежал на её крик, схватил за плечо и твёрдой, уверенной рукой отодвинул за свою спину, встав между ней и опасностью. От этой мысли в груди что-то неприятно сжалось. Она резко мотнула головой, отгоняя воспоминание, и заставила себя сосредоточиться на разговоре. — Ох, Гарри, это всё так… ужасно, — её голос прозвучал глухо. — Мне до сих пор не верится, что Рон решился на такое… Напасть на человека из Министерства. Гарри нахмурился, его челюсть сжалась. Он резко кивнул. — Чем больше я об этом думаю, тем больше прихожу к выводу, что, похоже, вообще его не знаю. Это какой-то чужой человек. Но уж точно не тот Рон, которого я знал всю жизнь… Гермиона отвернулась, закусив губу. Ей не хотелось этого признавать, но у неё были точно такие же мысли. Их молчание прервал негромкий, но уверенный стук в окно. Гермиона вздрогнула, вынырнув из своих мыслей, и обернулась. За стеклом, блестя янтарными глазами, сидела Элли, её новая сова. Птица нетерпеливо ухнула, словно подгоняя хозяйку, и слегка постучала клювом по стеклу ещё раз. Гермиона торопливо подошла к окну и впустила сову. Холодный ночной воздух скользнул в комнату, заставив огонь в камине чуть дрогнуть. Элли гордо встряхнула мокрые от тумана перья и снова ухнула, явно довольная собой, что справилась с первым заданием её хозяйки. Гермиона улыбнулась, проведя ладонью по мягкому оперению, и потянулась за совиным печеньем, чтобы угостить её. — Молодец, умница, — прошептала она, отвязывая записку, привязанную к лапке. Вернувшись к столу, где Гарри всё ещё сидел, задумчиво постукивая пальцами по бокалу, она развернула записку. Бумага была чуть влажной, но аккуратный, твёрдый почерк остался таким же чётким. Они оба склонились над посланием и прочли: «Здравствуй, Гермиона. Я не совсем уверен, что это будет соответствовать нашим правилам, но, приходи ко мне завтра утром, и мы всё обсудим. Министр магии, Кингсли Бруствер.» Гермиона почувствовала, как её губы сами собой расплываются в улыбке. Она подняла взгляд на Гарри, глаза её лукаво сверкнули. — Не знаю, как ты, но я считаю, что это значит «да»! Гарри усмехнулся и покачал головой, снова узнавая в ней ту самую Гермиону — решительную, целеустремлённую и немного упрямую. Они ещё немного поговорили о предстоящем деле, продумывая возможные сценарии и детали легенды. Время пролетело незаметно. Наконец, Гарри поднялся, бросил взгляд на часы и, взяв горсть летучего пороха, шагнул в камин. — Отдохни как следует, завтра важный день, — бросил он ей напоследок, прежде чем исчезнуть в изумрудном пламени. Оставшись одна, Гермиона вздохнула и оглядела гостиную. Небольшой, но уютный беспорядок после долгого вечера не смущал её, но она всё же взялась за уборку — так было легче собраться с мыслями. Пока её палочка аккуратно складывала книги на полки, а бокалы с остатками вина парили в воздухе, отправляясь в мойку, она уже представляла, как будет говорить с Министром. Закончив с делами, Гермиона отправилась в ванную. Тёплая вода смыла напряжение дня, капли скользили по коже, а в голове всё крутились фразы, которые стоило сказать завтра. Она закрыла глаза, позволяя воде заглушить мысли. Позже, свернувшись клубком на кровати, прижав к себе пушистого кота, она позволила себе расслабиться. Эта ночь была первой, которую она проводила в своей новой квартире, в своей новой жизни. И впервые за долгое время Гермиона почувствовала, что по-настоящему счастлива. Утро выдалось прохладным, но солнечным. Уже через час после завтрака Гермиона сидела в министерском коридоре, перед кабинетом Министра магии, и терпеливо ждала, когда её примут. Секретарь — молодая ведьма с каштановыми волосами, собранными в аккуратный пучок, — мельком взглянула на Гермиону из-за стола и вежливо произнесла: — Сейчас у Министра совещание, он принимает отчёты от глав отделов. Вам придётся немного подождать. На её табличке значилось имя Люсия Фоули. Гермиона вежливо кивнула: — Конечно, спасибо. Она скрестила руки на коленях, стараясь сохранять невозмутимый вид, но внутри всё же чувствовала лёгкое волнение. В голове крутились варианты ответа Кингсли, возможные вопросы, тон беседы… Время тянулось мучительно медленно. Наконец, спустя полчаса двери кабинета распахнулись, и в коридор один за другим начали выходить ведьмы и волшебники в строгих мантиях. Они переговаривались между собой, кто-то бросал на Гермиону заинтересованные взгляды, а кто-то, узнав её, останавливался, чтобы поздороваться и пожать руку. Она сдержанно улыбалась, отвечая на приветствия, но всё её внимание было приковано к кабинету. — Можете войти, мисс Грейнджер, — наконец объявила секретарь. Гермиона кивнула, глубоко вдохнула и, выпрямив спину, решительно толкнула дверь. Кабинет Министра магии был просторным и светлым, с высокими окнами, через которые лился мягкий дневной свет. Полированные деревянные панели стен создавали атмосферу серьёзности, а книжные шкафы, заставленные толстыми томами законов и архивов, подчёркивали важность принимаемых здесь решений. Кингсли Бруствер сидел за массивным столом из тёмного дерева, его руки спокойно лежали на столешнице, но внимательный взгляд выдавал внутреннюю сосредоточенность. Завидев Гермиону, он приветливо улыбнулся. — Гермиона, рад тебя видеть, — произнёс он, вставая и протягивая ей руку. — Доброе утро, министр, — ответила она, пожимая его руку, прежде чем сесть на предложенный стул. Кингсли внимательно посмотрел на неё, сцепив пальцы. — Я внимательно обдумал твой запрос, — начал он. — И, честно говоря, у меня были сомнения. Гермиона выпрямилась, готовясь защищать свою идею, но Кингсли жестом её остановил. — Однако, чем больше я размышлял, тем яснее понимал: если кому и можно доверить подобное задание, то именно тебе и Поттеру. Вы уже показавшая себя пара в таких делах и доверяете друг другу безоговорочно. Гермиона почувствовала лёгкое облегчение, но министр продолжил: — Это место — не просто клуб для светской элиты. Там собираются те, кто уверен, что закон для них не писан. Они не доверяют посторонним и тщательно проверяют новичков. Поэтому мы продумали для вас легенду. — Всё подготовлено? — Конечно. Вы с Гарри будете магами, переехавшими в Британию из Нью-Йорка, — Кингсли склонился вперёд, слегка понизив голос. — Ты — Селеста Локвуд, Гарри — Итан Риверс, вы специалисты по магическим артефактам. Вы оба были наёмными исследователями у богатых коллекционеров, но теперь ищете себе место в британском магическом обществе. Гермиона моргнула, переваривая информацию. — Довольно правдоподобно… Кингсли кивнул. — Легенда продумана так, чтобы в ней было меньше слабых мест. Ваша деятельность связана с теневым рынком, но не настолько, чтобы сразу вызвать подозрения. Если спросят, почему вы вернулись, скажете, что ищете надёжных партнёров и влияние в местных кругах. Затем он добавил. — Клуб «Багровая Лилия». Сегодня. Восемь вечера. Адрес — Темпл-стрит, 14. Гермиона задумчиво кивнула, повторяя про себя адрес. — Это скрытая локация, вход только по рекомендации. Я позаботился, чтобы вас приняли, приглашение у Поттера. Но дальше — всё в ваших руках, — Кингсли посмотрел на неё внимательно. — Ты уверена, что справишься? Она глубоко вдохнула и выпрямилась. — Министр, вы прекрасно знаете, кто я. Знаете, что я сделала раньше. Мы с Гарри — отличная команда. У нас всё получится. Кингсли задержал на ней взгляд, словно взвешивая все «за» и «против». Наконец, он вздохнул и кивнул. — Хорошо. Но будьте осторожны. В такие места заходить легко, а выходить бывает куда сложнее. Как только Гермиона вышла из кабинета министра, её переполняли эмоции. Она практически бегом бросилась на второй уровень, к кабинету Гарри, переполненная радостью и волнением. Влетев внутрь, она на секунду замерла, переводя дух, а затем широко улыбнулась. Гарри, сидевший за столом и изучавший какие-то документы, лишь бросил на неё взгляд — и всё понял без слов. Он отложил бумаги и ухмыльнулся. — Значит, идём вместе? Гермиона кивнула. — Министр дал добро. Сегодня в восемь вечера мы отправляемся в клуб. Гарри выдохнул и провёл рукой по волосам. — Ну, значит, пора готовиться. Следующие несколько часов они провели в отделе авроров, прорабатывая детали миссии. Вместе с коллегами они обсуждали возможные риски, пути отхода и сигналы на случай чрезвычайной ситуации. — Если что-то пойдёт не так, — предупредил один из авроров, — просто скажите «ночная буря». Это будет сигналом, что вам нужна помощь. На длинном столе перед ними уже была разложена одежда, соответствующая их новым образам. Гермиона получила белое облегающее платье с разрезом, элегантное, но не слишком вызывающее, а Гарри — строгий костюм тёмного оттенка с лёгким налётом небрежности. Но самое главное — перед ними стояли две склянки с густым тёмно-зелёным оборотным зельем. В пробирках, готовые к использованию, лежали волоски ничего не подозревающих магглов, чья внешность теперь станет их прикрытием. — Не забудьте, — добавил один из авроров, протягивая им небольшие фляжки, — зелья хватит примерно на час. Эти запасы помогут вам не потерять маскировку, если задержитесь дольше. Часы в комнате показывали 19:50. Время неумолимо приближалось. Гарри взял свою склянку, Гермиона — свою. Они обменялись взглядами, и, не теряя больше ни секунды, одновременно выпили зелье. Гермиона почувствовала, как внутри всё перевернулось. Горячая волна разлилась по венам, мышцы и кости начали изменяться. Гермиона первой заметила, как меняется Гарри. Его чёрные волосы стали светлее, превратившись в густые пепельно-русые пряди, слегка растрёпанные, но ухоженные. Лицо стало более вытянутым, с выразительными скулами и слегка заострённым подбородком. Глаза поменяли цвет — теперь они были тёмно-синими, с лёгким металлическим отливом. Гарри стал выше на пару сантиметров, а его телосложение слегка изменилось — он выглядел чуть шире в плечах, чем раньше. Гермиона опустила взгляд на свои руки, чувствуя, как зелье завершает превращение. Пальцы стали чуть длиннее и изящнее, кожа — немного темнее, словно тронутая лёгким загаром. Она на ощупь почувствовала, что её волосы теперь не такие густые и кудрявые, а прямые, каскадом ниспадающие на плечи. Они стали насыщенного тёмно-каштанового цвета с лёгким янтарным отливом на свету. Когда она посмотрела в зеркало, то увидела незнакомку с утончёнными чертами лица — высокими скулами, аккуратным носом и чуть пухлыми губами. Глаза стали насыщенно-зелёными, почти изумрудными, с длинными, густыми ресницами. Она обернулась к Гарри и улыбнулась: — Ну, мы хотя бы остались привлекательными. Он рассмеялся, приподняв бровь: — Министр явно не хотел, чтобы нас заподозрили в чём-то странном. Гермиона поправила платье, придавая своему облику больше уверенности. Теперь они были совершенно другими людьми, и впереди их ждала ночь, полная опасностей. Они еще раз, в последний раз всё проверили. Зелья были при них, гримуар Гастингса так же был у Гарри во внутреннем кармане пиджака. Затем, они посмотрели друг на друга и взявшись за руки, крутанулись на каблуках, растворяясь в пространстве. Они вышли из вихря аппарирования в тёмном переулке, скрытом от посторонних глаз. Здесь не было ни уличных фонарей, ни вывесок, лишь глухие кирпичные стены, покрытые тенями. Но стоило им сделать несколько шагов вперёд, как внезапно, словно сотканное из самой темноты, перед ними возникло здание клуба «Багровая Лилия». Его фасад был выполнен из тёмного камня с резными арками, а у входа сияла приглушённая неоновая вывеска в форме алой лилии. Единственным источником света были небольшие фонари по бокам массивных дверей, за которыми слышался приглушённый гул голосов и музыка. У входа стояли двое охранников в строгих костюмах. Их взгляды были пристальными, оценивающими, но в то же время безразличными — они привыкли видеть здесь самых разных гостей. Гарри и Гермиона подошли уверенным шагом. Один из охранников протянул руку, требуя приглашение. Гарри молча достал из кармана небольшой конверт с тиснёной печатью и передал его. Охранник быстро скользнул взглядом по бумаге, затем кивнул и отступил в сторону, позволяя им войти. Как только они переступили порог, их тут же окутала атмосфера богатства и порока. Сдав свою верхнюю одежду на входе в гардероб, они прошли вперёд и оказались в большом зале. Пространство клуба было продумано так, чтобы каждый гость мог чувствовать себя комфортно, но в то же время не терял ощущения загадочности. Основной зал разделялся на несколько зон: вдоль стен располагались полукруглые диваны с мягкими бархатными подушками, скрытые за полупрозрачными занавесями, создавая ощущение уединённости. В центре находилась небольшая сцена, освещённая золотистыми лампами, где в этот момент томно пела женщина в узком блестящем платье. Её голос, глубокий и насыщенный, словно наполнял собой воздух. По залу плавно двигались девушки в изящных, но соблазнительных нарядах, разнося напитки и закуски. В отличие от обычных официантов, они не просто выполняли свою работу — их присутствие было частью атмосферы. Некоторые останавливались возле гостей, вовлекая их в ненавязчивые беседы, другие принимали заказы, легко касаясь плеч собеседников, оставляя за собой тонкий шлейф дорогих духов. У дальней стены располагался бар, подсвеченный мягким бордовым светом. Позади стойки стояли бутылки с элитным алкоголем, их стеклянные грани ловили свет, создавая причудливые отблески. Несколько мужчин и женщин сидели на высоких стульях, неспешно беседуя с барменом или наблюдая за происходящим в зале. Гарри и Гермиона обменялись быстрыми взглядами, затем уверенно направились внутрь, словно уже бывали здесь много раз. Они двигались спокойно, сдержанно, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания, но одновременно демонстрируя, что чувствуют себя в своей тарелке. Спустя несколько мгновений к ним подошёл мужчина средних лет с холёным лицом, зачесанными назад тёмными волосами и глазами, в которых светилась цепкая внимательность. Его тёмно-бордовый костюм сидел безупречно, подчёркивая статус и уверенность. — Добрый вечер, господа, — произнёс он, чуть склонив голову в вежливом приветствии. — Добро пожаловать в «Багровую Лилию». Позвольте представиться — Феликс Монклер, владелец этого заведения. Гарри протянул ему руку, сохраняя ровное выражение лица: — Итан Риверс. А это моя невеста Селеста Локвуд. Монклер слегка приподнял бровь, изучающе посмотрев на Гермиону, задержав взгляд на ее безупречной фигуре, затем вежливо кивнул: — Прекрасно. Очень рад с вами познакомиться. Вы принесли то, о чём мы договаривались? — Конечно, всё при нас, — спокойно ответил Гарри, похлопав рукой по внутреннему карману пиджака. Владелец клуба прищурился, словно оценивая их поведение, затем его губы тронула лёгкая улыбка. — Отлично. Но думаю, не стоит сейчас торопиться. Сегодня прекрасный вечер — выпейте, расслабьтесь. Мы обсудим детали чуть позже. Он жестом пригласил их чувствовать себя как дома, затем, оставив их наедине с атмосферой клуба, неспешно удалился, растворяясь в полумраке. Гермиона медленно выдохнула, ощущая, как внутри продолжает накапливаться напряжение. Они вошли в игру. Теперь главное — не выдать себя. Они с Гарри ещё несколько секунд оставались на месте, словно раздумывая, куда направиться в первую очередь, но затем, обменявшись незаметным взглядом, уверенно направились к бару. Их шаги были неторопливыми, движения расслабленными, но внимательный взгляд скользил по окружающему пространству, запоминая детали. Клуб жил своей жизнью: мужчины, облачённые в дорогие костюмы, сидели в укромных уголках, ведя разговоры, прерываемые звонким смехом женщин, легко касавшихся их плеч и шеи. Девушки-официантки грациозно скользили между столиками, разнося напитки, а из-за полупрозрачных занавесок доносился приглушённый шёпот. Их присутствие не осталось незамеченным, но любопытство, если и возникло, то было мимолётным. Добравшись до барной стойки, Гарри без раздумий заказал себе стакан огневиски, а Гермиона выбрала один из коктейлей с экзотическим названием. Бармен с улыбкой кивнул, ловко смешал ингредиенты и вскоре перед ними оказались напитки. Но стоило им взять свои бокалы, как за спиной раздался насыщенный баритон: — Боже ж ты мой, что за чудесная леди передо мной. Гермиона обернулась и встретилась с взглядом высокого мужчины, явно привыкшего получать желаемое. На вид ему было около тридцати пяти, хорошо сложённый, с ухоженными тёмными волосами, уложенными гелем. Карие глаза задержались на её декольте чуть дольше, чем следовало бы, а уголки губ дрогнули в довольной улыбке. Гарри, мгновенно включившись в свою роль, негромко прокашлялся и, дружелюбно, но с оттенком предупреждения, произнёс: — Прошу прощения, но вы сейчас обращаетесь к моей невесте. Незнакомец с лёгким удивлением перевёл взгляд на него, словно только сейчас заметил его присутствие. Затем откинул голову назад и рассмеялся: — Ах, прошу меня извинить! Я не знал. Но что поделать, когда встречаешь столь очаровательную даму? — Он улыбнулся, протягивая руку. — Кстати, моё имя — Рафаэль Дюваль. Гарри пожал его ладонь, представившись в ответ: — Итан Риверс. Когда их рукопожатие завершилось, внимание Рафаэля снова переключилось на Гермиону. Теперь её очередь была представляться, и она с лёгкой кокетливой улыбкой промурлыкала, протягивая ему изящную ладонь: — Селеста Локвуд. Очень приятно. Рафаэль склонил голову и поцеловал её руку. — Очень приятно. Вы здесь впервые? Не припомню, чтобы видел вас раньше. Гермиона слегка наклонила голову, сохраняя ту самую загадочную улыбку. — Верно, мы недавно в Лондоне. Переехали из Нью-Йорка. Вот, знакомимся с городом и… — она чуть склонилась вперёд, её голос стал мягче, почти зазывным, — …ищем новых друзей. Надеюсь, вы станете одним из первых. Рафаэль явно оценил этот намёк. Он расправил плечи, чуть выше поднял подбородок, демонстрируя уверенность, и довольно улыбнулся: — Конечно! Можете считать, что мы уже с вами друзья. Затем он жестом пригласил их следовать за ним. — Ну, что же мы стоим? Пойдёмте, я познакомлю вас с остальными. У нас тут своя небольшая компания, уверен, они будут рады видеть новые лица. Гарри и Гермиона, стараясь выглядеть расслабленно, кивнули и двинулись за ним, обходя сцену, на которой продолжала выступать певица. Вскоре перед ними появилась незаметная на первый взгляд дверь, скрытая в полумраке. Подойдя ближе, они услышали приглушённые голоса, мужской смех и визгливые женские вскрики. Рафаэль толкнул дверь, пропуская их внутрь, и они шагнули в пространство, наполненное ароматом дорогих сигар, алкоголя и чего-то неуловимо сладкого, напоминающего пряные восточные благовония. Перед ними предстала уютная комната, отличавшаяся от общего зала клуба. Здесь не было толкотни, а царила расслабленная атмосфера дорогого уединения. Мягкие полукруглые диваны темно-бордового цвета располагались вдоль массивного стола, заставленного бутылками дорогого алкоголя и всевозможными закусками. Несколько мужчин уже сидели за столом, расслабленно переговариваясь. Гермиона начала их разглядывать одного за другим. Первый был крепко сложенный брюнет с резкими чертами лица, лет сорока, с холодным взглядом и выверенными, почти ленивыми движениями. Он неспешно курил сигару, наблюдая за новоприбывшими с лёгким интересом. На нём был отлично сшитый костюм, а на пальце сверкал массивный перстень с вензелем. Второй — высокий, худощавый мужчина с тёмной кожей и короткими волосами, выглядевший лет на тридцать. Его взгляд был проницательным, а голос низким и спокойным. Он держал бокал коньяка и слегка улыбался, изучая их. Но третьим мужчиной в комнате оказался… Драко Малфой. Гермиона почувствовала, как внутри у неё что-то оборвалось. Он был пьян. А на его коленях устроилась молодая девушка с вульгарно ярким макияжем и вызывающим платьем, которое едва ли можно было назвать одеждой. Она тесно прижималась к нему, наклоняясь, что-то шепча на ухо, а он лишь лениво ухмылялся, не пытаясь отстраниться. Его платиново-светлые волосы были чуть взъерошены, а глаза подернуты пьяной дымкой. Рафаэль, казалось, не заметил как на один миг её лицо застыло и представил их остальным: — Господа, позвольте вам представить. Это Итан Риверс и его очаровательная невеста Селеста Локвуд. Недавно прибыли из Нью-Йорка и теперь ищут здесь… новых знакомств. Несколько пар глаз обратились на них. Гарри уверенно шагнул вперёд, сохраняя образ человека, которому нечего бояться. — Рад знакомству, — сказал он и протянул руку первому мужчине. — Кристофер Вэйн, — представился тот с коротким кивком. Второй с лёгкой улыбкой поднял бокал: — Джеймс О’Коннел. Добро пожаловать. Наступило несколько напряжённых секунд, прежде чем Драко, чуть прищурившись, бросил: — А я… думаю, представлять себя не имеет смысла. Его голос звучал хрипло, но в глазах читалась узнаваемая насмешка, хоть и значительно затуманенная алкоголем. Гермиона едва смогла сохранить невозмутимый вид. — Ах, это наш дражайший Драко Малфой. — со смехом произнёс Рафаэль. — И, как всегда, очень вежлив. — Очень рада познакомиться со всеми вами, господа, — промурлыкала она, скрывая нахлынувшие эмоции под вежливой улыбкой. Рафаэль указал им на свободные места: — Присаживайтесь. Думаю, нам будет интересно познакомиться поближе. Гарри кивнул и сел. Гермиона последовала его примеру. Она взглянула на него украдкой, но Гарри даже виду не подал, что узнал Малфоя. Рафаэль, откинувшись на спинку дивана, широким жестом указал на стол. — Расслабляйтесь, пейте, угощайтесь. Сегодня у нас вечер без спешки, — улыбнулся он, поднося к губам бокал с янтарной жидкостью. Гарри и Гермиона устроились на свободных местах. Гарри сохранял лёгкую улыбку, а Гермиона старалась держать лицо, хотя её взгляд постоянно соскальзывал на Малфоя. Тот, похоже, даже не замечал их присутствия — он лениво потягивал виски, накачиваясь алкоголем всё сильнее, а его спутница шептала ему что-то на ухо, проводя пальцами по его волосам. — Так, а вы, значит, наши новые друзья из-за океана? — прервал тишину широкоплечий мужчина по имени Кристофер. — Интересно, чем занимаетесь, какие у вас дела? Всё-таки здесь редко оказываются случайные люди. Гарри поставил свой бокал на стол, встретившись взглядом с собеседником: — Мы с моей невестой… — он сделал многозначительную паузу, после чего кивнул в сторону Гермионы, — занимаемся поставками эксклюзивных артефактов. Вещи, которые сложно достать, а иногда и невозможно — мы их достаём. Иногда официально, иногда… ну, сами понимаете. Рафаэль прищурился, явно оценивая услышанное: — Звучит многообещающе. Такие люди всегда нужны. Особенно когда речь идёт о действительно редких вещах. — Ага, — ухмыльнулся второй мужчина, щуплый, но с острым, внимательным взглядом. — Вопрос в том, насколько быстро вы находите то, что нужно. У нас тут люди серьёзные, ждать не любят. — Мы тоже, — ровно ответила Гермиона, её голос звучал уверенно, хотя внутри всё дрожало от постоянных визгов девушки на коленях у Малфоя. — Скорость — один из наших главных приоритетов. — Значит, вы конкуренты Ховарда? — снова подал голос Кристофер, лениво потягивающий сигару. — Ховард обычно доставляет такие вещи, но последнее время у него проблемы. Если вы сможете предложить что-то лучше, думаю, вы быстро найдёте клиентов. — Нам не важно, кто конкуренты, — усмехнулся Гарри. — Главное — результат. — Что ж, посмотрим. А теперь давайте познакомимся поближе. — Рафаэль указал на первого мужчину. — Это Кристофер. Контрабанда, подделка документов, связи в самых неожиданных местах. Если вам нужно исчезнуть или появиться под новым именем — он поможет. Кристофер кивнул, его тёмные глаза внимательно изучали Гарри и Гермиону. — А Джеймс, — Рафаэль указал на щуплого мужчину. — Финансовый гений. Если вдруг вам нужно отмыть деньги или спрятать их так, чтобы никто никогда не нашёл — лучше него никого нет. Джеймс усмехнулся и поднял бокал в знак приветствия. И наконец, Рафаэль повернулся к Малфою, который продолжал игнорировать происходящее. — Ну, и наш дорогой Драко. Влиятельные связи, финансы, поставки. Всё, что касается больших денег и влиятельных семей — к нему. Малфой даже не посмотрел на них, только сделал глоток виски, а девушка на его коленях тихо рассмеялась, проведя пальцами по его шее. Гермиона едва сдержалась, чтобы не сжать руки в кулаки. — Вижу, что собралась серьёзная компания, — сказала она, заставив себя улыбнуться. — Надеюсь, мы найдём общий язык. Вечер был в самом разгаре. Мужчины оживлённо переговаривались между собой, обсуждая дела, в которых не было ни капли законности, пересказывали свежие слухи, делились историями о своих сомнительных сделках. Однако тема зелий пока так и не всплывала, что начинало немного беспокоить. Гермиона неторопливо потягивала коктейль, внимательно слушая разговор. Гарри, казалось, был полностью в своей стихии — он легко поддерживал беседу, шутил, и даже заставил Рафаэля согнуться пополам от смеха. Он играл свою роль блестяще. В отличие от неё. Она сейчас чувствовала себя полной идиоткой. Она прилагала просто титанические усилия, чтобы не смотреть на Малфоя. Дура! Думала о нём все эти дни, вспоминала моменты, которые её приятно волновали. Даже скучала, ждала письма. А он… Оказался здесь, в этом клубе, развалившись на диване с какой-то легкодоступной девицей на коленях. Ох, как же она была зла. На него. На себя. За глупость. За то, что поверила. Поверила, что возможно, хоть что-то с его стороны было настоящим. Она резко вернулась в реальность, с силой отгоняя прочь лишние мысли. Мужчины продолжали выпивать и болтать. А Малфой… Казалось, был готов осушить весь запас алкоголя в этом заведении. Он пил запойно, будто старался забыться. Рафаэль, заметив это, усмехнулся и бросил: — Эй, Драко, друг мой, может, тебе уже хватит? Малфой на это только отмахнулся, небрежно пробормотав что-то невнятное. Затем, словно в подтверждение своей безрассудности, запустил руку под платье своей спутнице. Девица довольно захихикала, даже не думая смущаться. Гермиона чуть скривила пухлые губы и отвернулась, сдерживая раздражённый выдох. Она прикинула, сколько времени они уже здесь находятся. Взгляд скользнул к Гарри и они встретились глазами. Тот тоже понял, что пора. Если они не примут запасное зелье, маскировка скоро начнёт слетать. Гарри слегка кашлянул, поднялся и, извиняясь, направился в уборную. Гермиона осталась одна. Рафаэль тут же воспользовался моментом, придвинулся ближе и заговорщицки понизил голос: — Как же так вышло, что такая прекрасная леди уже занята? Ох, будь у меня шанс, я бы поборолся за ваше сердце. Гермиона лукаво улыбнулась, поддерживая игру: — Дорогой Рафаэль, боюсь, у вас ничего не получится. Моё сердце уже давно принадлежит Итану. Она притворно вздохнула, театрально качнув головой. Рафаэль рассмеялся, но в его взгляде мелькнул интерес. Гарри вернулся быстрее, чем ожидалось. Завидев его, Рафаэль нехотя отодвинулся от Гермионы, не без лёгкого оттенка разочарования на лице. Гарри опустился рядом, приобнял Гермиону за плечи и с тёплой улыбкой произнёс: — Не хочешь потанцевать? Там так красиво поют, будет просто чудовищным преступлением, если я не приглашу тебя на медленный танец. Она взглянула на него с лёгкой улыбкой, мгновенно подхватывая игру: — Конечно, милый. С удовольствием. Поднявшись, она грациозно провела ладонью по столу и, обращаясь к компании, сказала с лёгкой ноткой извинения: — Простите нас, мы ненадолго. Мужчины кивнули, а Рафаэль, качая головой, театрально вздохнул и, обращаясь к Гарри, произнёс: — Конечно-конечно, я тебя прекрасно понимаю, парень! Гермиона рассмеялась, позволив Гарри взять её за руку и вывести из комнаты. Они оказались в основном зале. Людей стало заметно больше, чем когда они пришли. По залу разливался мягкий, приглушённый свет, а на сцене певица исполняла медленную, тоскливую мелодию, её голос звучал протяжно и чарующе. Гарри, ведя Гермиону через толпу, незаметно направил её к входу в уборную. Наклонившись, он негромко прошептал ей на ухо: — Я подожду тебя у бара. Она едва заметно кивнула и скрылась за дверью. Внутри уборная оказалась такой же роскошной, как и всё в этом заведении — мраморные стены, огромные зеркала в золотых рамах, лёгкий аромат дорогих духов витал в воздухе. Гермиона зашла в просторную кабинку, достала из сумочки небольшую флягу и отпила зелье, с трудом подавляя желание поморщиться от неприятного вкуса. Тёплая волна пробежала по её телу, возвращая ощущение чужой внешности. Она выдохнула, убедившись, что всё в порядке, спрятала флягу обратно, спустила воду для убедительности и вышла из кабинки, чтобы помыть руки. Как только она потянулась к ручке двери, как на неё налетела та самая девушка, что сидела на коленях у Малфоя. Всё с тем же глупым хихиканьем она проскользнула мимо, не обратив на Гермиону никакого внимания, и скрылась в той самой кабинке, из которой та только что вышла. Гермиона лишь пожала плечами и вновь шагнула к выходу, но тут же замерла. На пороге она столкнулась с Малфоем. Опять. Он явно выпил слишком много — его пошатывало, он с трудом держал равновесие, но, увидев её, резко остановился. На мгновение их взгляды встретились. Малфой неловко отступил в сторону, пропуская её. Но Гермиона стояла и смотрела на него, чувствуя, как в груди поднимается давно сдерживаемая злость. Весь этот вечер… Она пыталась не обращать на него внимания, пыталась убедить себя, что ей всё равно. Но сейчас, когда он стоял перед ней — пьяный, раскрасневшийся, с запахом алкоголя и чужих духов, после того, как весь вечер тискался с какой-то девицей у неё на глазах — её терпение лопнуло. Она шагнула к нему ближе, наклонилась и тихо, но с отчётливым ядом в голосе произнесла: — Я так понимаю, что ты всегда занимаешься сексом исключительно в туалетных кабинках, Малфой? Обычная кровать тебя не привлекает? Малфой уставился на неё, недоумённо нахмурив брови. Откуда такая дерзость у девушки, с которой его познакомили всего час назад? Он уже было раскрыл рот, чтобы огрызнуться в ответ, но внезапно замер. Его взгляд стал внимательнее, изучающе пробежался по её лицу. Гермиона буквально видела, как в его пьяном сознании начинают складываться слабые догадки. О, она с удовольствием наблюдала за этим процессом. Видела, как алкогольное опьянение уступает место медленному осознанию. Как его взгляд сначала затуманивается от смутных воспоминаний, а затем внезапно проясняется, отрезвлённый догадкой. Видимо он вспомнил их с Гарри легенду — о том, что они здесь новички и хотят завести новые интересные знакомства. Он снова приоткрыл рот, возможно, чтобы задать вопрос, возможно, чтобы окончательно убедиться в своей догадке, но она не дала ему этого шанса. Она со злостью оттолкнула его в сторону, и быстрым шагом направилась прочь, даже не оборачиваясь. Пусть знает. Пусть знает, что она здесь была. Что она всё видела. Плевать, что он там себе подумает. Но ей стало легче. И она так же знала, что Малфой их не выдаст. Не сейчас, не в тот момент, когда сам же буквально и вывел их на это место. Когда она добралась до Гарри, он ждал её у бара. Она молча взяла его под руку и потянула за собой на танцпол. Мягкий свет заливал зал, пары неспешно кружились в ритме чарующей мелодии. Гермиона положила ладонь Гарри на плечо, он крепко обхватил её талию. Двигаясь в такт музыке, он чуть наклонился к её уху и тихо спросил: — Всё в порядке? — Да, — так же тихо ответила она, позволяя музыке ненадолго унести её мысли прочь. А затем, с лёгким разочарованием добавила: — Жаль, что пока ничего интересного не узнали. Но, возможно, когда поговорим с хозяином клуба, нам повезёт больше. Гарри кивнул и промолчал, решив, что такие разговоры лучше не вести здесь, на глазах у десятков чужаков. Когда мелодия сменилась на более живую, Гарри и Гермиона незаметно отошли к краю танцпола, внимательно оглядывая зал. Гул голосов, звон бокалов, приглушённый смех — всё смешивалось в единую пульсирующую волну звуков, но они держались сосредоточенно, стараясь выхватить нужные детали. Однако не успели они как следует осмотреться, как перед ними словно из ниоткуда возник хозяин заведения. — Мистер Риверс, мисс Локвуд! — его голос звучал вкрадчиво, но с оттенком явного удовлетворения. — Как вам наш клуб? Надеюсь, ваш вечер проходит чудесно? Он улыбался вежливо, но в глазах светился хищный интерес, как у человека, привыкшего держать ситуацию под контролем. Гермиона тут же изобразила радостную улыбку: — О, это потрясающее место! Нам так нравится! Мы уже успели познакомиться с несколькими интересными людьми. Гарри кивнул, поддерживая её игру: — Здесь действительно замечательно. Феликс довольно кивнул, принимая похвалу, словно она была чем-то само собой разумеющимся. — Рад слышать, рад слышать! — произнёс он с лёгкой улыбкой. — Но давайте пройдём в мой кабинет. Там обсудим детали нашей договорённости. Гарри и Гермиона обменялись взглядами, затем синхронно кивнули и последовали за ним, пробираясь сквозь толпу. Когда они подошли к лестнице, Гермиона почувствовала на себе чей-то пристальный взгляд. Внутренне напрягшись, она невольно повернула голову — и встретилась глазами с Малфоем. Он стоял неподалёку, привалившись плечом к колонне, и смотрел прямо на неё. Его взгляд был внимательным, изучающим, слишком трезвым для человека, которого совсем недавно шатало от алкоголя. Она тут же скривилась, глядя ему в глаза, раздражённо отвела взгляд и демонстративно отвернулась. Гарри и Феликс ничего не заметили. Поднявшись по лестнице, они прошли по тёмному коридору, где горели лишь редкие настенные светильники, отбрасывая на стены мягкие золотистые блики. Кабинет Феликса оказался обставлен с изысканной роскошью. Возле окна стоял массивный дубовый стол, гладкая полированная поверхность которого отражала свет лампы. Перед ним — два глубоких кресла с тёмной кожей. Вдоль стен тянулись книжные шкафы, заполненные старинными фолиантами, а сбоку раскинулся удобный диван. Особенно выделялся огромный аквариум, занимающий почти всю стену напротив. В воде медленно двигались экзотические рыбы — тёмно-синие, золотистые, с длинными плавниками, переливающимися в мягком свете. На стенах висели картины — дорогие, но не слишком известные, словно хозяин не хотел афишировать свой вкус. Феликс сел за стол, сцепив пальцы рук в замок, и приглашающе кивнул на кресла перед собой. Гарри и Гермиона молча заняли места. Феликс на мгновение задержал на них взгляд, будто прикидывая что-то про себя, а затем произнёс с лёгкой, уверенной улыбкой: — Ну что же, господа. Я рад, что вам здесь понравилось. Давайте теперь обсудим дела. Он на мгновение задумался, затем спокойно произнёс: — Могу я увидеть…? Гарри без лишних слов кивнул, сунул руку в карман пиджака и достал небольшой, потрёпанный временем гримуар Гастингса. Свет свечей пробежался по его тёмной кожаной обложке, а золотое тиснение на корешке будто вспыхнуло в полумраке кабинета. Феликс протянул руку, ловко перехватил книгу и с заметным интересом провёл пальцами по её поверхности, будто ощущая магию, таящуюся внутри. Затем аккуратно раскрыл её, начал медленно перелистывать страницы, задерживаясь на некоторых особенно древних символах. Не торопясь, он вынул палочку и скользнул ею вдоль корешка, пробормотав короткое заклинание. На мгновение по страницам пробежала слабая серебристая искра — знак того, что подлинность книги подтверждена. Феликс удовлетворённо кивнул и, с лёгкой улыбкой, вернул гримуар Гарри. — Чудесно, — заметил он, откидываясь в кресле. — Я рад, что вы оказались честными людьми и не пытались меня обмануть. Он чуть наклонился вперёд, сцепив пальцы рук, и продолжил: — Возможно, в письме я выразился не слишком ясно, но эта вещь интересует не меня, а моего близкого друга. Гарри и Гермиона внимательно слушали, не перебивая. — К сожалению, сейчас его нет в Англии. Он путешествует, собирая по миру такие же замечательные артефакты, как этот, — Феликс чуть кивнул в сторону гримуара в руках Гарри. — Он попросил меня проверить его подлинность, и если всё в порядке, то, поверьте, он с большим удовольствием приобретёт этот предмет. Гарри коротко улыбнулся и спокойно ответил: — Конечно. Ради этого мы здесь. Феликс довольно кивнул, словно окончательно утвердился в своём решении. — Тогда договорились. Когда мой друг прибудет в Лондон, я с нетерпением буду ждать вас у себя, чтобы заключить выгодную сделку. Он протянул руку, и Гарри без колебаний пожал её, тем самым подтверждая своё согласие. Гермиона внимательно наблюдала за их жестами, внутренне начиная беспокоиться. Всё шло к тому, что хозяин клуба скоро попрощается с ними, а они так ничего толком и не узнали. И она решилась. Она чуть склонила голову набок, на её губах заиграла лёгкая, лукавая улыбка. — Мистер Монклер, могу я спросить вас кое о чём? Феликс посмотрел на неё, его губы тронула лёгкая полуулыбка. — Конечно. Всё, что пожелаете. Гермиона изящно поправила прядь волос и с видом человека, который вскользь подслушал нечто любопытное, наклонилась чуть ближе к Феликсу. — Сегодня краем уха я слышала здесь один разговор, — начала она доверительным тоном. — И он меня весьма заинтересовал. Речь шла о каких-то… особенных зельях. Говорили, что они скоро поступят в продажу. Феликс слегка приподнял бровь, но ничего не сказал, давая ей возможность продолжить. — Дело в том, что у нас есть один клиент, — продолжила Гермиона, делая вид, будто слегка колеблется, но затем всё же раскрывает карты. — Он очень влиятельный человек, готовый сделать крупный заказ. Он не привык ждать и щедро платит за оперативность. Феликс задумчиво сцепил пальцы в замок и посмотрел на неё с новым интересом. Несколько секунд он молчал, словно что-то взвешивал, а затем кивнул. — Да, действительно, об этих зельях сейчас ходят слухи, — сказал он, откинувшись в кресле. — И я знаю, с кем можно связаться по этому поводу. Он снова бросил взгляд на гримуар в руках Гарри, словно оценивая, насколько серьёзны их намерения. Затем, приняв окончательное решение, потянулся к ящику стола, вынул оттуда изящное серебряное перо и чистый лист пергамента. Быстро записав несколько строк, он аккуратно сложил лист и протянул его Гарри. — Это имя и адрес человека, который сможет вам помочь, — сообщил Феликс. — Его зовут Лоуренс Кавендиш, он держит небольшую лавку в Олдершоте, в районе Колдвуд-стрит, 23. Передайте ему, что вы от меня. Гарри и Гермиона кивнули, запоминая информацию. — Спасибо, мистер Монклер, — вежливо кивнул Гарри. Феликс улыбнулся и дружелюбно развёл руками. — Всегда рад помочь, если это сулит выгоду обеим сторонам. Они обменялись вежливыми пожеланиями удачи, после чего Гарри и Гермиона поднялись с мест и направились к выходу. Пройдя по тёмному коридору, они спустились вниз, ловко пробираясь сквозь шумную толпу, забрали свои плащи в гардеробе и вышли на улицу. Ночной воздух оказался свежим и прохладным, приятно контрастируя с жаром, царившим внутри клуба. Гермиона накинула капюшон, а Гарри, улыбаясь, посмотрел на неё и покачал головой. — Ты просто умница, — сказал он с неподдельным восхищением. Гермиона усмехнулась. — Что ж, теперь у нас есть имя и адрес. Надеюсь, это того стоит. Они уже собирались аппарировать, когда позади раздался знакомый голос, полный раздражённого любопытства. — Мистер… Риверс? Мисс Локвуд? Можно вас на два слова? Гермиона резко обернулась и встретилась с прищуренным взглядом Драко Малфоя, который стоял, скрестив руки на груди, и смотрел на них с откровенным подозрением. Малфой обернулся, бросив быстрый взгляд на двух охранников, стоявших возле входа в клуб и дал Гермионе и Гарри знак следовать за ним. Гарри нахмурился, бросив недоумённый взгляд на Гермиону. Она же, напротив, уже всё поняла. Её губы сжались в тонкую линию, но, не говоря ни слова, она коротко мотнула головой и шагнула вслед за Малфоем за угол, в более тёмный переулок. Гарри последовал за ней, ощущая, как шум клуба медленно растворяется позади, скрываясь за массивной каменной кладкой, вновь скрывая здание от непрошеных гостей. Малфой остановился, сложил руки на груди и прищурился. — Вы узнали, что вам было нужно? — его голос был низким, но отчётливо напряжённым. Гарри замер, растерянно моргнул: — Э… О чём ты? Гермиона тяжело вздохнула, закатив глаза. — Гарри, Малфой в курсе, кто мы, — бросила она с раздражением. Гарри от изумления открыл рот, уставившись на неё. — Но… Как? Малфой ничего не ответил, он смотрел только на Гермиону и шагнул к ней ближе. — Грейнджер, давай поговорим. Но она тут же сделала шаг назад, с презрением сжав губы. — Нам не о чем с тобой разговаривать, Малфой! — со злостью выдохнула она. Он попытался схватить её за запястье, но она резко выдернула руку, словно его прикосновение могло оставить ожог. — И не смей прикасаться ко мне! — выплюнула она с яростью. Её глаза вспыхнули гневом. — Иди к своей шлюхе, она, видимо, до сих пор тебя ждёт в туалетной кабинке. Гарри только и мог, что ошеломлённо наблюдать за развернувшимся перед ним представлением. Он не понимал, что между этими двумя сейчас происходит, но ощущал напряжение в воздухе, натянутое, как тетива лука перед выстрелом. — Грейнджер, послушай… — попытался было Малфой, но его голос утонул в её яростном крике: — Нет! Она даже не удостоила его взглядом. Просто шагнула в сторону и схватила ничего не понимающего Гарри за руку и с громким хлопком аппарировала прочь. Последнее, что она увидела перед тем, как тьма закружилась вокруг них, был взгляд Малфоя. Испепеляющий. Полный чего-то, чего она не могла — или не хотела — понять.