Ч1.1

Часть первая

Ночь Ливай не спал. Улёгся, но сон не шёл. Какое-то время в свете палочки пытался читать учебник по трансфигурации, но, когда предрассветно стали затухать на небе звёзды, он понял, что уже давно пялится в высокое круглое окно дормитория без единой мысли в голове. Взяв спортивную форму, Ливай выскользнул наружу. Принял бодрящий прохладный душ, почистил зубы, и под удивлённый шорох растений вышел из гостиной Пуффендуя. Пустота в голове облегчала ему и ноги. Те легко пронесли его мимо выхода, вверх по лестницам — в крыло лазарета. Массивная деревянная дверь в конце этажа стояла закрытой и какой-то кроткой в сизом свете рассвета, из-за неё не доносилось ни звука. Предупредительно заглушенные чарами петли поддались, впуская Ливая в зал, наполненный запахами эликсиров и чистых простыней. На трёх койках спали пациенты. И ещё одна в дальнем углу была закрыта ширмой. Ливай помедлил, вспоминая тяжесть больничных одеял: ему не часто приходилось тут ночевать, но в прошлом году он провёл в этих стенах много времени. И Ханжи приходила. Пыталась извиняться… Дежурная санитарка дремала на посту, пока Ливай не подошел ближе: — Ох, думала, Пивз! — Я хотел узнать… — он понял, что забыл сформулировать вопрос. — Вчера… Зоэ… Её бладжером… задело. — О, — лицо санитарки сделалось жалостливым, отчего у Ливая прихватило под лопатками, и он невольно напрягся, будто готовый к удару. — Досталось ей, конечно. Сотрясение сильное. Кости заживают, но мадам Помфри пока держит её под чарами сна… Рукой она, как Ливай и ожидал, повела в сторону койки, укрытой ширмой. Он не стал смотреть туда, только кивнул и развернулся, чтобы уйти. — Можешь тихонько пройти, если хочешь. — Нет, — он уже закрывал за собой дверь лазарета. — У меня тренировка.

***

…Первые игроки сборной начали подходить на поле часа через два. Ливай к тому времени осмотрел мётлы и защитные щитки всей команды, кое-что подправил и перешнуровал, и уже заканчивал свою норму интервальных ускорений. — Капитан! — Элд и Гюнтер первыми присоединились к нему на мётлах в поле. — Слышал? Зоэ, говорят, учудила что-то вчера на курсовом занятии по полётам. Ну и попала в лазарет! — Ирония, да? — Гюнтер поправлял защиту на руках. — В матчах от её схем доставалось всем кроме неё, а самой прилетело на обычном уроке по полётам. Парни засмеялись, а Ливай нахмурился и неопределенно повёл плечами. — Но ей тоже доставалось в сборной, — голос его был таким необычным, что смех ребят стих до растерянных улыбок. — На четвёртом курсе у нас несколько месяцев совершенно не получалась связка для заниженной атаки. Вроде той, что была в этом полуфинале в последней трети… На одном и том же вираже Ханжи постоянно срывалась… Долго искали нужную комбинацию по скорости и углу захода. У нас тогда запасы заживляющей мази в аптечке закончились. А ещё «флюгер». Загонщики сейчас постоянно пользуются этим ударом с разворота, но когда-то она столько раз пробовала разные варианты, что все пальцы на правой руке переломала по нескольку раз… Пока он рассказывал, подлетели Оруо и Петра и теперь вопросительно смотрели на Элда с Гюнтером: Ливай обычно не говорил так много. Но те лишь пожимали плечами. Ливай заметил, что члены команды смотрят странно, но не придал значения. Удивительная пустота, которая заполняла его с самой ночи… со вчерашнего вечера?.. заглушала все ощущения, все чувства. Надо просто делать, что должен, решил он. — Начнём тренировку, — Ливай нагнул древко метлы вперёд, уходя на большой круг. — Пять облётов для разогрева. На средней высоте. Ускорение на последнем повороте. Гюнтер, прежде чем последовать, пробормотал Элду: — Он, кажется, впервые за этот учебный год произнёс её имя… Оруо успел заметить, как Петра упрямо поджала губы на это замечание и поддала скорости в попытке догнать капитана.

***