глава четвертая: его гнев и боль, ее понимание и сила

Лаксус сжимал кулаки так сильно, что на коже явно осталось ещё больше ссадин. Ветер с арены, где проходили великие магические игры, ещё носил по воздуху эхо недавнего ожесточенного боя. Встреча с отцом, будто вышибла из лёгких весь кислород. Гнев. Стыд. Горечь. Всё это разрывалось внутри, как шторм, и Дреяр не знал, как укротить свои эмоции, взяв ситуацию под контроль. После сражения Лаксус ушёл, не дожидаясь своей команды, не обращая внимания на выкрики толпы. Теперь он стоял посреди улицы города, опираясь на стену, чувствуя, как напряжение не покидало его уставшее тело. Грудь сдавило, дыхание было сбито. — Лаксус, — позвала его Мираджейн, и Дреяр он сразу понял, что эта дьяволица так легко не оставит его в покое. Лаксус резко обернулся, наткнувшись на обеспокоенный взгляд Штраус. — Как ты себя чувствуешь после встречи с отцом? — участливо спросила она, делая осторожный шаг вперёд. — Что тебе опять надо залезть мне в голову!? — грубо бросил Лаксус, не в силах сдерживать раздражение. Но Мираджейн не спешила кричать на него в ответ. Она знала, что Лаксус за грубостью и хмурым взглядом прятал свои настоящие эмоции. А сейчас он находился на грани отчаяния, тонув в своей боли. Дреяр, безусловно, был сильным, но до сих пор не понял, что куда легче излить кому-то душу, чем копить в себе мрак. — Лаксус, я хотела сказать, что горжусь тобой, — призналась Мираджейн, но в ее глазах по-прежнему плескалось беспокойство, — Ты выбрал свой настоящий дом «Хвост феи», защитил товарищей и не встал на сторону отца. Лаксус напрягся, сам не зная, почему так реагировал на слова поддержки, исходящие от Мираджейн. Она стремилась помочь ему, а он... Нуждался побыть в тишине. Иначе точно ненароком обидит ее. — Мира, давай потом, — устало произнес Лаксус. — Лаксус... — Мираджейн подошла ближе. — Не отталкивай меня. Лаксус раздражённо вздохнул, развернувшись к ней. — Не сейчас, Мира, — нахмурился Дреяр, — Возвращайся к нашим. Мираджейн не сдвинулась с места. До чего же упрямая дьяволица?! — Нет, — заявила она, — не оставлю тебя одного. Не проси о таком. — Я сказал — отвали! — рявкнул Лаксус, его голос гулко разнёсся по узкой улочке. Мираджейн вздрогнула и недовольно цокнула языком. — Не ори на меня! — её голос задрожал от негодования. Лаксус не ответил. Он развернулся и с силой ударил кулаком в стену, оставляя на ней трещину. Мира прикусила губу, глядя на его напряжённые плечи, на то, как дрожали его пальцы. — Ты не злишься на меня, — констатировала она, — Это все боль, вызванная поведением твоего отца. — Иди домой, — огрызнулся он, не оборачиваясь. Мираджейн тяжело вздохнула и подошла еще ближе. — Ты злишься на него. На себя. — продолжала Мира, пытаясь дотронуться до его руки, — На весь этот грёбаный мир. Лаксус так и продолжал стоять на месте, замерев как истукан. Мира не заслуживала видеть его таким. — Но я не позволю тебе вымещать злобу на мне, — уверенно произнесла Мираджейн, — Слышишь, Дреяр? Штраус шагнула ещё ближе, положила ладонь на его спину. Дреяр резко отстранился, и почему-то внутри закипела злоба. — Да какого черта ты вообще сюда пришла?! Я не просил тебя! — закричал он, — Я не хочу разговаривать! Я не хочу, чтобы ты тут была! Тишина повисла между ними, густая, как гроза перед бурей. Мираджейн поджала губы, а Лаксуса накрыло чувство вины. Он почувствовал, как её руки дрогнули. Вроде бы только что Штраус пыталась обнять его, подарить всю нежность, но в следующую секунду оттолкнула его, заставляя сделать шаг назад. Лаксус поднял на неё взгляд, но то, что он увидел, заставило его чуть нахмуриться и вспомнить о прошлом, когда Мираджейн могла нагнать страху на кого угодно и особо не церемонилась. Нет, она и сейчас оставалась той ещё бестией, но нашла баланс. Однако Лаксус, видимо, поджёг фитиль, и сейчас все вокруг них сгорит. Ибо Мираджейн кипела от злости. В синих глазах сверкали молнии. — Ты вообще себя слышишь, Дреяр?! — воскликнула она. Лаксус моргнул, всё ещё находясь в состоянии эмоционального похмелья после вспышки гнева. — Теперь ты злишься? — пробормотал он, вытирая лицо рукой. — Почему ты всегда так, а?! — сокрушалась Мираджейн. Её руки сжались в кулаки, словно ей хотелось что-то разбить или врезать кому-то. Скорее всего, ему. — Так — это как? — Лаксус медленно выпрямился, его голос снова стал холодным. — Как идиот! — выпалила она. — Очень прямолинейно, спасибо, теперь всё понял, — хмыкнул Дреяр. — Да пошёл ты! — вспыхнула она. — Я пришла к тебе, потому что вижу, как тебе нелегко, а ты снова ведёшь себя, как придурок! Лаксус тяжело вздохнул и провёл рукой по затылку. — Ты думаешь, мне хочется вот так скрывать свои чувства? — его голос звучал устало. — Ты правда думаешь, что мне это нравится? Мираджейн не ответила, внимательно глядя на него. — Давай разберёмся, раз уж ты такая умная, — Лаксус сложил руки на груди и вперил в неё ответный взгляд. — Какого чёрта ты вообще в это влезла, а? Я просил тебя? — Нет, не просил, — огрызнулась Мираджейн. — Ты вообще мало чего просишь, потому что думаешь, что можешь всё вынести в одиночку! — И что? — возмутился Дреяр, — Это моя проблема. — Вот именно! — Мираджейн развела руками. — А теперь твоя проблема стала и моей, нашей общей! Потому что мне не все равно, Лаксус! Эти слова резанули, оживив чувство вины. Он вздрогнул, но тут же нахмурился, пытаясь это скрыть. — Ты ведёшь себя, как чёртов шторм, — продолжала Мираджейн, её голос переполняла смесь эмоций, — Крушишь всё вокруг, бушуешь, а потом ждёшь, что я просто развернусь и уйду?! Лаксус молчал. Возразить ей ему было нечем. Бессмысленно было подливать смысла в огонь. — Черт с тобой! Не хочу продолжать ссору, мы больше не те глупые дети, которые грызлись, как кошка и собака, — её руки снова сжались в кулаки. — Я не позволю тебе тонуть в одиночестве, Дреяр! Лаксус молчал, не зная, что сказать. Он ее попросту не заслуживал. Даже сейчас, когда Дреяр позволил гневу овладеть им, Штраус не позволила недопонимаю, возникшему на пустом месте, вырасти и стать крупным скандалом. А вот он... Почему он всегда делал ей больно, сам того не желая? — Я не уйду, Лаксус. — повторила Мираджейн, — Будешь орать на меня, я тебя все равно перекричу! Его скулы напряглись. Он хотел снова высказать ей свое недовольство. Но, глядя в красивые синие глаза Штраус, Дреяр вдруг почувствовал слабость. Всё напряжение, вся ярость вмиг растворились, оставив после себя пустоту. Мираджейн оказалась права: он нуждался в ней. — Твою мать... — выругался Дреяр. Мираджейн молча наблюдала за его самобичеванием. Лаксус опустил голову, чувствуя, как грудь тяжело вздымалась. Тем временем Штраус стремительно шагнула вперёд и осторожно обняла его. Сначала он напрягся, но потом... позволил ей помочь ему. — Просто скажи мне, что ты не собираешься винить себя за чужие ошибки, — шепнула Мираджейн. Лаксус закрыл глаза. Ее руки — его настоящий дом. — Не собираюсь...— пробормотал Лаксус. — Мира, прости меня за грубость. — Раньше ты и не вздумал бы извиняться, — Мираджейн ласково улыбнулась, — Не переживай, я найду способ тебе отомстить. Мираджейн лукаво подмигнула Лаксусу, переплетая свои пальцы с его, и они вместе поспешили вернуться к своим товарищам по гильдии и мастеру.