Новый год 2

В комнате было темно, только свет от уличных фонарей пробивался сквозь щели в шторах, создавая мягкие блики на стенах. Нью-Йорк жил своей жизнью за окном: где-то гудели машины, доносился смех прохожих, а где-то играла приглушённая новогодняя музыка. Но внутри этой комнаты всё было иначе. Тишина, нарушаемая лишь их сбившимся дыханием. Мэдди чувствовала, как сердце стучит в груди, пока Кевин смотрел на неё. Он не говорил ни слова, но в его глазах отражалась борьба. Его пальцы провели по её щеке, опускаясь к ключице, оставляя за собой мурашки. Когда он поцеловал её, это было не так, как раньше. Глубже. Требовательнее. Мэдди прижалась ближе, чувствуя, как тепло его тела перекрывает все мысли. Его руки сжали её талию, притягивая к себе ещё крепче. А потом он замер. Оторвавшись от её губ, Кевин тяжело дышал, его лоб прижался к её. — Мы не должны... — голос был хриплым, будто ему самому было трудно это сказать. Мэдди нахмурилась, её пальцы сжали ткань его футболки. — Почему? Кевин сглотнул, его взгляд метнулся куда-то в сторону. — Ты уверена, что хочешь этого именно со мной? Вопрос прозвучал почти отчаянно. Мэдди смотрела на него несколько секунд, прежде чем медленно произнести: — А ты хочешь? Кевин сжал челюсть. Его рука легла ей на бедро, пальцы чуть сжались, но тут же разжались. Он закрыл глаза, будто пытался взять себя в руки. — Чёрт, конечно, хочу... — Тогда в чём проблема? Кевин открыл глаза, и в его взгляде мелькнула тень сомнения. — Я буду у тебя первым. Это... не лучший вариант. Мэдди сжала его запястье. — Ты лучший вариант. Кевин смотрел на неё долго. И когда он снова поцеловал её, на этот раз медленно, глубоко, она поняла — в этот момент он наконец перестал бороться с собой — Не спеши, — сказал он, наблюдая, как её губы дрогнули. — Я не… — она запнулась, снова прикусила губу. Кевин улыбнулся — мягко, едва заметно. — Я рядом, — его голос был низким, спокойным, обволакивающим. Мэдди глубоко вдохнула, а потом, словно решившись, кивнула. Он потянулся к ней, его пальцы лёгкими касаниями скользнули по её ключице, заставив её вздрогнуть. — Просто скажи мне, если… — Если что? — её голос едва слышно сорвался. Кевин наклонился ближе, его дыхание обожгло её кожу. — Если захочешь остановиться. Она не отвела взгляд. В её глазах не было сомнений. Только решимость, смешанная с предвкушением. И тогда он поцеловал её снова. Сначала осторожно, почти невесомо, давая ей время привыкнуть. Её губы приоткрылись навстречу, и он почувствовал, как она доверяется ему. Когда его пальцы скользнули по её спине, чуть притягивая ближе, она не отстранилась. Она хотела этого. Хотела, чтобы он вёл её. Её дыхание сбилось, когда его губы спустились ниже — к линии подбородка, к шее. — Всё хорошо? — спросил он, останавливаясь на мгновение. Она тяжело дышала, её глаза блестели в полумраке. — Да… Кевин скользнул ладонью по её щеке, кончиками пальцев обвёл линию её скул. —Умница, — его голос был тёплым, хрипловатым. —Оказывается ,чтобы ты назвал меня так ,мне нужно было… — Дэй не дал ей договорить , а вновь поцеловал . Мэдди дрогнула, её пальцы сжались на его запястье. Она доверяла ему. И в эту ночь он собирался оправдать это доверие. Когда её спина оказалась прижатой к простыням, она больше не думала. Не думала о том, правильно ли это. Не думала, почему её сердце бешено колотится. Эта ночь была только их. Мэдди чувствовала каждое его прикосновение — от горячих ладоней на её коже до мягких, терпеливых поцелуев, которые он оставлял на её ключицах. Её разум плыл, растворяясь в этом моменте, в ощущениях, которые Кевин дарил ей с такой внимательностью, будто боялся спугнуть. Его руки двигались медленно, уверенно, словно изучая каждый изгиб её тела. Он вёл её, направлял, терпеливо ожидая, когда она привыкнет к его прикосновениям. — Расслабься, — прошептал он у её уха, и от этого голоса по её спине пробежала дрожь. Кевин знал, что делать. Он чувствовал её напряжение, слышал каждый её сбившийся вдох. Он был осторожен, но не слишком, не настолько, чтобы она почувствовала отстранённость. Наоборот, его прикосновения были тёплыми, уверенными, давая понять: он здесь, он никуда не торопится, он ждёт её. Но в какой-то момент, когда между ними больше не осталось ничего, кроме этого мгновения, она вздрогнула. Боль пришла внезапно. Острее, чем она ожидала. Мэдди сжалась, её пальцы судорожно вцепились в его плечи, ногти невольно впились в кожу. Кевин тут же остановился. — Дыши, — его голос был тёплым, полным терпения. Он убрал прядь волос с её лица, прижимаясь губами к её щеке, к виску, к уголку губ. — Всё хорошо. Я здесь. Мэдди закрыла глаза, стараясь справиться с ощущениями. Она глубоко вдохнула, но этого оказалось недостаточно. Дискомфорт не исчез сразу. Кевин заметил. Он медленно провёл ладонью по её боку, рисуя мягкие круги кончиками пальцев. Его губы оставили нежный поцелуй на её ключице, затем на плече. — Хочешь, чтобы я остановился? — спросил он, заглядывая в её глаза. Она сомневалась. Могла бы сказать «да». Но вместо этого прошептала: — Нет… просто… чуть медленнее. Он улыбнулся, проведя губами по её щеке. — Как скажешь. Кевин терпеливо ждал, ощущая каждое её движение, каждый сбившийся вдох. Его пальцы скользили по её коже, отвлекая, успокаивая, рассеивая напряжение. Когда её дыхание стало ровнее, он снова заглянул ей в глаза, словно спрашивая без слов. И, наконец, она доверилась ему полностью. В какой-то момент её дыхание участилось, её пальцы сильнее сжали его спину. А потом из её губ сорвался первый тихий, едва слышный звук. Кевин замер. Этот звук выбил из него весь воздух. Он заставил её издать его. Боже… Его собственное тело мгновенно отреагировало: мышцы напряглись, а в животе разлился горячий, пульсирующий жар. — Чёрт, Мэдди… — его голос сорвался, стал низким, хриплым. Он скользнул губами по её шее, ловя каждое её движение. Но когда она снова выдохнула его имя, он вдруг остановился и прикрыл её рот ладонью. Мэдди широко распахнула глаза, но Кевин лишь усмехнулся. — Если не хочешь, чтобы все нас услышали, тебе придётся быть тише, — его шёпот был дразнящим. Она не сразу отреагировала, её лицо вспыхнуло, но в глазах мелькнул вызов. Кевин знал этот взгляд. Она проверяла его. Он наклонился ближе, его лоб прижался к её виску. А затем он двинулся, заставляя её сползти глубже в простыни. Мэдди тихо застонала сквозь его пальцы. Кевин судорожно выдохнул, едва не потеряв контроль. — Упрямая, — он прикусил мочку её уха, ощущая, как она вздрогнула. Но он и сам был не лучше. Он хотел её. Хотел слышать её. Хотел, чтобы этот момент принадлежал только им. И он собирался сделать это. Когда его губы коснулись её кожи, мягко скользнув по рёбрам, она вздрогнула. Её дыхание сбилось, мышцы невольно напряглись. Кевин не мог не оставить след — не физический, а эмоциональный, который, он надеялся, она почувствует. Он двигался медленно, с нежностью. А потом прикусил кожу чуть сильнее, оставляя лёгкое впечатление. Знак. Она принадлежала этому моменту. Она принадлежала ему. Мэдди зажмурилась, ощущая это поцелуй до кончиков пальцев. Кевин ничего не сказал. Но, глядя в её глаза, он знал, что она поняла его без слов                                 *** Свет медленно пробирался сквозь щели жалюзи. Кевин открыл глаза первым — непривычно рано. В комнате стояла тишина, и только дыхание Мэдди — глубокое, ровное — напоминало о том, что всё было не сном. Он повернулся и застыл. На её шее — красные, глубокие следы. Несколько свежих, отчётливых, другие — на ключице, у основания груди, на животе. Он даже не помнил, что оставил так много. Кевин откинулся на подушку, прикрыв глаза рукой, сердце забилось чаще. «Чёрт…» Он медленно встал, стараясь не разбудить её, накинул футболку и спустился вниз. Из кухни доносился запах кофе и поджаренных тостов — «лисы» уже собирались за столом. — Доброе утро, — бросил он, стараясь звучать нейтрально. Ники что-то болтал о новом сериале, Мэтт пил кофе, Дэн готовила омлет. Всё вроде бы как обычно, но Кевину казалось, что воздух будто электризован. Будто все знали. Он сел на свободное место, потянулся за чашкой, но руки чуть дрожали. Сделал глоток. Спокойно. Просто утро. Просто завтрак. — Как Мэдди? — вдруг спросила Дэн, не оборачиваясь. — Кто-то вообще проверял, жива ли она там? Кевин дёрнулся. Ноги под столом непроизвольно напряглись. — Я заходил к ней ночью, — невозмутимо сказал Аарон, поднимая на Кевина насмешливый взгляд. — Хотел зарядку взять. Зарядка была… а Мэдди не было. Кевин встретился с его взглядом на долю секунды, но ничего не выдал. — Наверное, вышла куда-то, — сказал он спокойно. — А сейчас, наверное, спит. — Может, разбудить её? — предложила Дэн, поворачиваясь к двери. — Она последние дни ест как птичка. Надо её привести в чувство. Вот оно. Кевин почувствовал, как сердце сдавило. Он уже хотел встать, перехватить её, что-то придумать — любой бред, лишь бы остановить — но… — Не нужно никого будет, — раздался знакомый, сонный голос. Все обернулись. Мэддисон стояла в дверях, прикрываясь толстовкой, зевая. Волосы растрёпаны, лицо чуть бледное, под глазами — тени. И он, только он, видел, как она идёт… медленно. Немного неуверенно. И понял: он перестарался. Что-то болезненно сжалось внутри. Виноватое, горькое. Она прошла мимо, села за стол. И тут же, непроизвольно, сжалась, нахмурилась, тихо — почти неслышно — стонала, когда коснулась стула. На секунду зажмурилась, будто укол прошёл по телу. Кевин отвернулся, уставившись в чашку. Грудь жгло. Он вспоминал, как держал её ночью — мягко, крепко, но слишком жадно, слишком глубоко, с каким-то надрывом — как будто боялся, что её завтра не будет. А теперь она с трудом ходит. Из-за него. — Ты хорошо спала? — осторожно спросила Дэн. Мэдди кивнула, взяла чашку с чаем, избегая чьих-либо взглядов. Но глаза всё же скользнули по Кевину. На секунду. Быстро, но достаточно, чтобы он всё понял. Именно в этот момент он понял, как много боли она могла прятать за молчанием. И как сильно он хотел быть тем, кто не делает больнее. Кевин не притронулся к еде. Он только смотрел, как Мэдди медленно откусывает тост, делая вид, что всё в порядке, что ничто не болит, что никто ничего не заметил. Но он замечал каждое её движение. Как она чуть задерживает дыхание, прежде чем сесть ровнее. Как будто каждый миллиметр тела ноет от усталости и напряжения. Как будто ей просто стыдно. — Тебе точно нормально? — спросила Дэн, сузив глаза. — Ты как-то… бледная. — Всё в порядке, — быстро ответила Мэдди. Её голос был натянут, но вежлив. — Просто не выспалась. Кевин сжал вилку так сильно, что она почти дрогнула в пальцах. Он не мог выносить это спокойное враньё. Не от неё. Не после того, как она лежала в его постели, прижималась к нему, выдыхала его имя, дрожала в руках. Не после того, как он шептал ей, что рядом, что никуда не уйдёт. Мэдди сидела за столом в серых свободных штанах и растянутой толстовке, закутавшись почти до ушей, будто пряталась от чужих взглядов. Она избегала глаз, ела медленно, почти машинально. Кевин всё это замечал. Замечал и то, как она морщится, когда двигается, как будто каждый шаг, каждое движение — даётся ей с усилием. Рядом, в своём обычном расслабленном виде, Дэн была в коротких шортах и майке. Взгляд её не упускал Мэдди ни на секунду. — Ты уверена, что с тобой всё нормально? — спросила она уже мягче, тянувшись рукой, чтобы потрогать её лоб. — Может, у тебя температура? Но как только её пальцы почти коснулись волос Мэдди, та резко отодвинулась на стуле, громко заскрипев ножками по полу. В глазах мелькнула вспышка раздражения. — Со мной всё нормально, — прошипела она. — Хватит носиться за мной, мне не пять и не десять. Я просто не выспалась, ясно? И прежде чем кто-то успел вставить хоть слово, она резко поднялась, прикрыв глаза от головокружения, и вышла из кухни, оставив всех в тишине. — Что, чёрт возьми, это было? — пробормотал Ники, глядя вслед. — Может, у неё  эти дни ,а вы прикопались к девчонки ? — предположил Аарон, жуя медленно. — Или… настроение хреновое? — Ну не настолько же, — добавил Мэтт, хмурясь. — Обычно она… ну, не такая. Мягче. Добрее. Кевин сидел молча. Он чувствовал, как на него давит взгляд Дэн, и только на секунду поднял глаза — с лёгким сожалением, как бы прося не вмешиваться. А потом молча встал и пошёл за Мэдди. Он постучал тихо. За дверью — тишина. Ещё один стук. Только потом её приглушённое: — Открыто. Мэдди сидела на подоконнике и листала страницы книги ,которую ей одолжила почитать мама Мэтта . — Больно? — тихо спросил он. Она вздрогнула, но голову не подняла  . — Это… пустяки. Просто не привыкла. Это же первый раз, — чуть хрипло ответила она. — Всё нормально, Кевин. Тебе не стоит волноваться. — Сними кофту, — сказал он вдруг. Спокойно, но твёрдо. Она нахмурилась и медленно повернулась к нему. — Что? — Кофту. Пожалуйста. Сначала она хотела пошутить, усмехнуться, но увидев выражение его лица — поняла, что он говорит всерьёз. Молча приподняла край одежды, стянула толстовку через голову и осталась в лёгкой майке. И даже через неё было видно: кожа покрыта синеватыми засосами, тенью от его пальцев. Грудь, рёбра, живот — в следах, как будто он метил её, как будто боялся, что она уйдёт. Кевин медленно подошёл и провёл пальцами по следу на ребре. Мэдди чуть вдохнула и застыла. — Прости, — выдохнул он, едва касаясь её кожи. — Я в порядке, Кевин, — прошептала она, прикрыв глаза. — Ничего не случилось. Скоро пройдёт. Он снова хотел сказать что-то — но она не дала. Резко подалась вперёд, поцеловала его, глухо и требовательно, зарылась в его губы, как в спасение. Через секунду он уже лежал на кровати, а она оказалась сверху, с милой улыбкой. — Я бы повторила эту ночь, Дэй, — усмехнулась она, проводя пальцами по его груди. Но он вдруг резко перевернул их, поменявшись с ней местами,  она чуть вскрикнула от удивления. — Попозже, — усмехнулся он, склонившись к её уху. — Твоему телу нужно пару деньков на отдых. Он нежно поцеловал её шею . — Пару деньков?! — Мэдди распахнула рот от возмущения, приподнимаясь на локтях, но он просто поцеловал её, мягко, с нежностью, и встал с кровати. — Ты не ускользнёшь от меня,Мэддисон Блэй. Но сейчас — отдыхай. И поешь. Она только фыркнула, но в уголках губ всё равно блуждала довольная улыбка.                                    *** Кевин стоял у кухонной стойки, наливал себе воду, когда Аарон вдруг появился рядом. Он даже не посмотрел на него сразу — просто скрестил руки на груди и с прищуром уставился куда-то в окно, будто между делом. Но уголки его губ уже выдавали: он явно знал больше, чем должен. — Ты, конечно, молодец, — вдруг сказал он, и Кевин чуть не пролил воду на пол. — Что? — нахмурился тот, обернувшись. — Не прикидывайся. Я слышал, — Аарон едва заметно усмехнулся. — Я ночью пошёл за зарядкой… и да, стоны не спутать. Особенно, когда они из твоей комнаты. Кевин поморщился, опёршись руками о край столешницы. — Ты, как всегда, не вовремя, — пробормотал он. — Зато точно. — Аарон ухмыльнулся, отступая на шаг и покачал головой. — Знаешь, ты хорошо маскировался. Почти. Но ты реально думал, что после всего — никто не заметит? Кевин хотел что-то сказать, но замолчал. Он просто напрягся, будто ждал очередной волны осуждения. — Расслабься, я не Дэн. Не буду читать тебе нотации. — Аарон чуть усмехнулся, прищурив глаза. — Хотя, если хочешь знать моё мнение… Когда Нил приедет и узнает, ты, получишь по морде. Прямо вот сюда, — он показал в район скулы, — и без предупреждения. — Он не узнает, — буркнул Кевин. — Я не собирался это обсуждать ни с кем. — Поздно, — усмехнулся Аарон. — Твоё лицо и её походка сказали всё за вас. Я просто добавил пару деталей. Но, если хочешь, могу сделать вид, что ничего не было. До приезда Нила. Потом разбирайтесь сами. Я попкорн возьму. Кевин закатил глаза, но на лице его всё равно появилась еле заметная тень улыбки. — Ты придурок, Минярд. —Ага ,взаимно — с ухмылкой парировал Аарон и направился обратно в гостиную. — Ты хотя бы научи её прятать следы, — небрежно бросил он. Кевин чуть не выронил стакан. — Что? Аарон усмехнулся и, прислонившись к косяку, медленно сказал: — Она хорошо играет роль беззаботной. Даже слишком. Но вот сейчас , когда она выходила из своей комнаты, — он мотнул головой в сторону коридора, — у неё хвост был высоко. А под ним такой… арт-хаус из твоих следов. Почти галерея. Видно с трёх метров. Кевин прикрыл лицо рукой и что-то пробормотал себе под нос. — Расслабься, — усмехнулся Аарон, — я не Нил. Но он — Нил. И если увидит хоть один такой «экспонат», тебе не просто врежут. Он снесёт тебе челюсть, а потом потребует расписание твоих ночных визитов. Кевин помолчал. Потом тихо сказал: — Он ничего не сделает, если узнает, что это было её решение. Аарон хмыкнул. — Может. Но я бы на твоём месте так не рисковал. Особенно если она забудет прикрыть шею ещё раз. Кстати, — он ухмыльнулся, — я, знаешь, думал, ты больше по старше. А ты, выходит, любишь помладше? Кевин только фыркнул, пытаясь не улыбнуться. — Заткнись, Миньярд. — А я-то думал, — продолжал Аарон с весёлой ухмылкой, — что у неё будет роман с Нилом. Такой, знаешь, «пан лямуур» и всё прочее. А ты, оказывается, зашёл с фланга. Кевин не ответил. Только посмотрел на него исподлобья, но в этом взгляде не было ни злости, ни раздражения — только тихая тревога, скрытая под хмурым фасадом.