Глава 8

Разглядывая фотографии на страницах Златы в соцсетях, Денис в очередной раз предавался унынию. Новый бойфренд Златы выглядел в сто раз увереннее его, и все комплексы, с которыми Денис вроде как уже смирился, нахлынули с новой силой. Денис прекрасно отдавал себе отчет в том, что не был таким же накачанным, как этот парень. Не было у него и красивого загара, как у него, а глаза были светлые, а не темные. Почему-то Денису казалось, что Злате больше нравились парни с темными глазами. Но не успел он привести хотя бы один весомый аргумент в пользу своей мысли, как рядом бухнулся Давыдов. Денис краем глаза взглянул на него. После того инцидента Давыдов подошел и извинился, сказал, сам не знает, что на него нашло. Однако Денис не торопился забывать о том, как его фактически оклеветали. И кто — человек, который сам же первый завел с ним разговор в этой школе! Денис не мог объяснить себе это, но и ссориться с Давыдовым тоже не хотел. Поэтому решил продолжать общаться, но теперь быть внимательнее к тому, как себя показывал его тезка. Разложив учебники на парте, Давыдов тоже уткнулся в телефон. Денис удивился: ни привета, ни ответа. Хотя раньше сосед даже поднимал его руку, лежащую на парте, чтобы крепко пожать. Немного склонившись в сторону Давыдова, Денис негромко спросил: — Денис, все хорошо? Чего не здороваешься? — А ты? — равнодушно откликнулся Давыдов, таращась на чьи-то фотографии в ленте. Денис хотел было ответить, но Давыдов вдруг встал и вышел из класса. Донельзя удивленный, Денис вернулся к изучению страницы Златы. Прошел первый урок, за ним второй, а после и третий. Так прошел весь учебный день, а Давыдов ни разу не заговорил с ним первый. Впрочем, на комментарии Дениса он тоже почему-то не реагировал. Денис ощущал себя так, словно все его органы медленно-медленно прокручивались в мясорубке. Внезапно ему стало страшно: вдруг он чем-то обидел своего болтливого тезку и именно поэтому тот и не разговаривал с ним? Вот только если это было действительно так, то сегодня Давыдов с чего-то решил изменить своей привычке бурно реагировать на раздражители: не вспылил, не обвинил ни в чем. Денису это показалось подозрительным. Поэтому на выходе из школы он все же решил подловить Давыдова. — Денис, что случилось? — крикнул он однокласснику вдогонку. — Ты весь день со мной не разговариваешь. И на мои вопросы не отвечаешь. Давыдов молча продолжал движение. Денису не оставалось ничего, кроме как обогнать его и преградить путь. Давыдов был ниже его по росту, но схож по комплекции, поэтому Денис не опасался физической агрессии от соседа по парте. Да и вообще… Это же Давыдов, шалопай с незакрывающимся ртом, из которого то и дело лились новости о школьной жизни и жизни в целом. Какая еще агрессия? Давыдов попытался было обойти его, но Денис не позволил. Вцепившись руками в плечи товарища, он взглянул в его напряженное лицо и спокойно повторил свой вопрос: — Что случилось? Почему ты со мной не разговариваешь? Давыдов смотрел на него равнодушным ничего не выражающим взглядом. По взмокшей спине Дениса пробежали мурашки, а напряженные ладони пронзила слабость. Несмотря на это, он крепче стиснул плечи Давыдова и как можно тверже добавил: — Если я что-то сделал не так, просто скажи это. Проблему надо решать разговорами, а не молчанием. Это даже моя младшая сестра понимает. Получается, ты сейчас ведешь себя хуже ее. Денис понимал, что рисковал, используя пристыжение как метод воздействия. Однако он два месяца провел в тесном контакте с Давыдовым и потому знал: именно этот триггер и спровоцирует его на откровенность. План удался. Давыдов посмотрел ему в глаза, как будто только увидел его. Денис заметил, как во взгляде тезки вспыхнули огоньки, предшествующие короткому замыканию и… взрыву. Не прошло и секунды, как Давыдов взорвался. В метафорическом смысле, естественно. — Что случилось? Почему не разговариваю?! — заорал он, и Денис невольно отпрянул. — А о чем мне с тобой говорить, когда ты тусишь с девчонкой, которая мне нравится?! Друг называется! Я тебе рассказал, что мне Симка нравится не потому что хотел отдать ее тебе! Она моя! Она мне нравится! С седьмого класса! А тут пришел ты… Да ты просто урод, Русаков! Денис с ошарашенным видом слушал претензии в свой адрес. Он и подумать не мог, что все дело было в девчонке. Да еще и той, о которой он меньше всего мог подумать. Однако, услышав свою фамилию, Денис издал нервный смешок: — О, ты помнишь мою фамилию. А то мне казалось, все забыли о том, что мы с тобой всего лишь тезки, а не однофамильцы вдобавок. — Иронизируешь? — зло процедил Давыдов и пихнул его в плечо. — Доволен, что Симка твоя? Ну ничего, ничего, я найду способ твою девку соблазнить. Поматрошу и брошу. Денис захлопал глазами: — Какую еще девку? Нет у меня никого сейчас. Да и с Серафимой… — А как же та кудрявая? — вдруг выпалил Давыдов, и внутри Дениса все похолодело. — С буферами? На которую ты слюни пускаешь на всех переменах? Я видел, как ты ее фотки рассматриваешь. Так что не ври, есть у тебя девка. И я найду, как сделать так, чтобы она перешла ко мне. — Злата уже давно не моя девушка, — как можно спокойнее ответил Денис, хотя был до невозможности возмущен словами Давыдова. Как он смел так говорить про кого бы то ни было? Неужели он и про Серафиму так думал? Давыдов немного поник, но тем не менее с деланым равнодушием ответил: — Неважно. — И у нее уже есть другой парень. — Насрать, веришь, нет? Денис горько усмехнулся: — Злата точно так же говорила. Прям такими же словами. — Отлично, — с вызовом посмотрел на него Давыдов. — Значит, быстрее подружимся. Че ты пристал? Иди давай к Горбачевой. — А ты не пойдешь? — удивился Денис. — Она же тебе нравится… — Уже нет, — выплюнул Давыдов. — Отвали, Русаков. Упершись рукой Денису в плечо, он отодвинул его с дороги и продолжил свой путь. Ошеломленный Денис смотрел ему вслед, а после медленно пошел в сторону метро. Он и не подозревал, что когда-нибудь окажется втянут в настоящий любовный треугольник.

***

— Капец! — охала Яна, качая головой. — Даже не разобрался, а уже устроил тебе наказание. Ты уверен, что ты хочешь с ним дружить? Денис пожал плечами, и Яна обняла его. Утром в субботу во дворе, как ни странно, никого не было. То ли все жившие тут дети учились по субботам, то ли это из-за того, что шел мелкий дождь. Денис с Яной укрылись от него под крышей песочницы, в которой валялись забытые кем-то игрушки. Яна уже обратила внимание, что игрушечная посуда была очень похожа на ту, что досталась ей по наследству от мамы. Денис же еле удержался от того, чтобы пустить ностальгическую слезу, когда увидел шарик, который раскрывался и превращался в игрушку. Продолжая обнимать его, Яна чмокнула его в прохладную щеку и нежно потрепала локоть: — Не расстраивайся из-за него, Денис. Если он так погано себя ведет, зачем он тебе нужен? Найдешь еще себе друзей. А так у тебя есть я. Он слегка улыбнулся и, прижавшись к ней, закрыл глаза. Продолжая гладить его по спине, Яна вдруг спросила: — А можно поинтересоваться, кто такая Катя, которая лайкнула все твои фотки? Денис тут же напрягся и, распахнув глаза, повернулся к Яне. — Подруга детства. А что? — Да так, ничего, — отозвалась Яна и убрала руку с его спины, а Денис с неудовольствием понял, что она все-таки обижалась на него. — Ты никогда не рассказывал мне о ней. — Мы не общались прямо так близко, — пожал плечами Денис, изо всех сил стараясь сохранять спокойствие. — Недавно только начали. Яна кивнула и голосом, из которого прямо-таки и сочился яд, спросила: — Что, хотел поддержать ее после расставания с парнем? Глаза Дениса стали круглыми: — А ты откуда знаешь? — Твой Давыдов рассказал, — небрежно пожала она плечами и насупленно посмотрела ему в глаза. — Денис, скажи честно: зачем ты согласился со мной встречаться, если не любишь меня? — Как это не люблю? — сделал он большие глаза. — Люблю. Очень. — И не только меня, но и Катю, Серафиму, Злату, еще кого-нибудь, — перечислила Яна. Денис ощутил, как у него в глазах начало жечь. То ли от холода, то ли от слез. А Яна уставилась на него с претензией во взгляде: — Еще и от встреч отказываешься. Мы с тобой две недели точно не виделись. — Потому что у меня учеба, — устало напомнил Денис. — А у меня нет? — возмутилась Яна. — Я тоже вообще-то и учусь, и к ЕГЭ готовлюсь, и домашние дела делаю! Но все равно нахожу время и желание на встречу с тобой. — У тебя нет младшей сестры, которой снятся кошмары и с которой надо сидеть, чтобы она хотя бы немного поспала, — парировал Денис и потер лоб. Яна вопросительно уставилась на него: — А почему ты должен этим заниматься? Лариса — дочь твоей мамы, а не твоя. Вот пусть твоя мама и сидит с ней. — Моя мама работает допоздна, — напомнил Денис с холодцой в голосе. — Она и так пашет как папа Карло. Уж я-то в шестнадцать лет вполне могу посидеть с сестрой! — Лариса тобой просто манипулирует! — воскликнула Яна. — А ты ведешься! — Может, ты и права, — нехотя согласился он и закрыл глаза. — Но зато она мне доверяет и в случае чего сможет рассказать о чем-то плохом, что с ней случится или… может случиться. И не получится то же самое, что и с Ксюшей… — Денис, ну хватит себя уже винить в ее гибели, — с отчаянием в голосе попросила Яна и крепко стиснула его ладонь. — Никто не виноват, кроме водителя, но он уже получил свое наказание. Пожалуйста, хватит пытаться отмотать время назад! Это невозможно! Сконцентрируйся на том, что сейчас. На мне, например. Или на школе. Кстати, я не считаю, что перевод туда пошел тебе на пользу, — расстроенно заметила она. — Ты за эти два месяца очень изменился. В худшую сторону. Стал необщительным, скрытным, не хочешь проводить время со мной… Что не так, Денис? Почему ты лайкаешь Катю и проводишь время с Серафимой? — Ни с какой Серафимой я время не провожу, — настаивал Денис. — А фото Кати я лайкал, потому что она у меня в друзьях и ее фото попадают мне в ленту. Слушай, Ян, хватит уже! Ты напоминаешь мне бывшего Кати, который бросил ее из-за того, что она общается со мной. — Правильно поступил, — сжала губы в тонкую полоску Яна. — Если она не уважает его желание быть единственным парнем в ее жизни, зачем им встречаться? Денис изумленно хлопал ресницами, а она продолжила: — В общем, Денис, мне надоело чувствовать себя так, будто я навязываюсь. Давай какое-то время не будем видеться. Ты разберешься в себе, и я тоже. Напишем итоговые контрольные. И потом уже решим, как быть дальше. Он сглотнул громче, чем того хотел. Глаза увлажнились, но Денис очень надеялся, что это из-за резко налетевшего порыва ветра. Развернув его лицом к себе, Яна легко чмокнула его в губы и слегка похлопала по щеке: — Пойду, пожалуй, домой. Если ты не против. Дел невпроворот… Проводишь? Денис машинально кивнул, хотя внутренний голос просил его отправиться домой. Ну или хотя бы просто куда-то подальше от Яны и ее двора, который, казалось, пропитался ее негативной энергией.

***

Выйдя в коридор, Денис увидел, что Серафима направлялась прочь. Окликнув ее, он не стал дожидаться, пока одноклассница обратит на него внимание, и помчался за ней. Когда Денис поравнялся с Симой, та с удивленным видом обернулась: — Что такое? — Поговорить надо, — серьезно произнес он. Брови Серафимы взлетели вверх. Откинув за спину толстую косу, она пожала плечами: — Ну давай поговорим. Только мне надо к Васильевой по поводу моего отсутствия на контрольной. Сходишь со мной? Денис кивнул, и они вместе направились в кабинет классной руководительницы. Серафима тут же бросила на Дениса заинтересованный взгляд. Денис же ощутил, как краска бросилась ему в лицо. Однако он посчитал это недостаточно уважительной причиной, чтобы отказаться от разговора. Поэтому, прочистив горло, все-таки заговорил: — Слушай, мне кажется, у нас с Давыдовым возникло недопонимание. Он считает, что у нас с тобой что-то есть. Ну, в смысле, что ты мне нравишься. А я… А у нас же ничего нет! Мы же просто как одноклассники общаемся. Верно? Он с неудовольствием заметил, что его голос слегка дрожал. Но Денис действительно очень нервничал при мысли, что он вот так вот прямо идет на этот непростой разговор. Серафима же внимательно выслушала его и тут же ответила: — Да, абсолютно ничего. Только дружеские, приятельские даже отношения. Но Денис… Она вдруг остановилась. Денис сделал то же самое. Серафима взглянула на него с легким волнением, а на ее щеках вдруг вспыхнул румянец. Денис же мгновенно ощутил, как в нем начала подниматься паника. «Нет, нет, только не говори этого», — молил он ее. Но Серафима не обладала телепатией. Да и высших сил, по всей видимости, тоже не существовало. Потому что Сима набрала воздуха и на выдохе ответила: — Ты нравишься мне, Денис. Очень. Когда я нахожусь с тобой в одном классе, я чувствую, что схожу с ума. Ты… ты потрясающий. Ты хорошо учишься, высказываешь интересные идеи, находишь общий язык буквально со всеми. Я так не умею, — смущенно призналась она. — А еще… Денис продолжал смотреть на нее так, как Марти МакФлай, попавший в прошлое, смотрел на юную версию своего отца. А Серафима помотала головой: — Ладно, не суть. Я не собиралась признаваться тебе в симпатии, потому что наслышана, что ты все еще тоскуешь по своей бывшей и вроде как с кем-то встречаешься. Я не хочу быть заменой ни одной, ни другой, поэтому… Делай с этой информацией что хочешь. Не знаю, зачем я тебе это рассказала, — призналась она. — Наверное, решила, что это удачный момент. Ты же сам спросил, получается. Но я не требую от тебя взаимности, если что. Просто… если вдруг я буду вести себя странно, дико и неуклюже, ты будешь знать почему. Они оба позволили себе нервные смешки, после чего Серафима добавила: — Если что, я в курсе, что я нравлюсь Давыдову. Он никак не оставит меня в покое. С самого седьмого класса, как он пришел, все время пытается оказаться поближе ко мне. Достал! Мне вообще сейчас никакие отношения не нужны. Мне поступать нужно и научную карьеру делать. — Понимаю, — откликнулся Денис, ощутив внутри себя такую легкость, будто камень с души упал. — Не волнуйся, я сохраню эту информацию в тайне. И про твои чувства, и про… Давыдова тоже. Но мне кажется, тебе стоит с ним поговорить, чтобы он отстал от меня. — Я не буду с ним говорить, — сказала Серафима немного резче, чем обычно. — Иначе он подумает, что я все-таки влюблена в него. С ним можешь ты поговорить. Либо запасись терпением и однажды он сам отстанет. — Я пытался говорить, это бесполезно, — сокрушенно покачал головой Денис. — А от тебя он тоже не отстает. Уже третий год, получается? Серафима кивнула и снова устремила взгляд в нужном направлении. И вдруг замерла. Взглянув в ту же сторону, Денис увидел злобно блеснувшие глаза Давыдова, который свернул на лестницу. И этот взгляд Денису очень не понравился. — Как думаешь, — приблизилась к его уху Сима, — он много видел? Денис мрачно кивнул: — Думаю, достаточно, чтобы посчитать нас любовниками. — Это какой-то бред, — покачала головой Серафима и продолжила путь. Но когда заметила, что Денис не шел за ней, спросила: — Ты чего? — Я… Я пойду в класс, наверное, — пролепетал Денис и со всех ног бросился в сторону лестницы, стараясь игнорировать недоуменный взгляд Серафимы. У него было плохое предчувствие. Сердце колотилось как бешеное, но ноги упорно несли его в кабинет химии. Оказавшись там, Денис немного отдышался и почувствовал себя спокойнее. Внешне все выглядело как обычно. Давыдов сидел на своем месте и наверняка играл в какую-то игрушку на телефоне. С облегчением вздохнув, Денис двинулся на свое место. Когда он опустился на стул, Давыдов не обратил на него никакого внимания. Открыв рюкзак, Денис полез туда за тетрадкой, которую носил для того, чтобы не вырывать листочки для самостоятельных из рабочей тетради. Наткнувшись на что-то шуршащее, он схватил это и вытащил руку. Это был листок формата А5, на каких обычно раздавались задания для проверочных работ. Все тело Дениса прошиб пот. Дрожащими руками он повернул листок обратной стороной, и его глаза едва не выкатились из орбит. Судя по всему, это были ответы на контрольную, которая должна была состояться сейчас. Отойдя от шока, Денис хотел было метнуться к учительскому столу и положить ответы туда, но подняв голову, обомлел. Преподаватель химии стоял у доски и пристально смотрел на Дениса. Равно как и все его одноклассники. Все, кроме Давыдова. — Господин Русаков, — обратился к нему учитель, и Денис поднял на него затравленный взгляд, — там было три варианта. Вы держите в руках только один. Где еще два? Внутри него все задрожало, но Денис прикладывал титанические усилия, чтобы сохранить спокойствие. Он принялся судорожно копаться в рюкзаке и быстро нашел другие бумажки, размещенные не так явно, как та, что он вытащил. Достав все, что ему подкинули, Денис собрался было подойти к учителю, но тот уже был рядом с их партой. — Это не я, — как можно спокойнее произнес Денис, протягивая ответы преподавателю. Тот же насмешливо улыбнулся: — «Это кто-то за меня», да? Господин Русаков, вы здесь учитесь всего ничего, а уже начинаете наглеть. Кто еще мог положить это в ваш рюкзак, если не вы? — Да кто угодно! — воскликнул Денис и обвел взглядом класс, после чего добавил: — Абсолютно любой человек! Меня не было в классе, пока мои вещи лежали здесь. Вон, например, Давыдов мог — он сидит со мной рядом! — А че Давыдов-то сразу? — вскинулся сосед по парте и тоже поднялся на ноги. — Чуть что, сразу Давыдов! А то, что ты свои вещи без присмотра оставляешь, — это ничего! — Денис едва не отшатнулся от коварной ухмылки, исказившей обычно доброе лицо Давыдова. — Следить за своими вещами надо, Русаков. А не бросать открытый рюкзак в кабинете, где, как ты говоришь, любой мог подкинуть тебе ответы на контрольную! Руки Дениса сжались в кулаки. Лицо пылало, а сердце билось так, словно выскочит из него и он умрет. «Было бы хорошо», — невольно подумал Денис. Все внутри него горело от обиды. И ведь он никак не докажет, что именно Давыдов подкинул ему эти ответы! Друзей-приятелей в классе он так и не завел. За исключением разве что Серафимы, но и она отсутствовала в то же время, что и он. А значит, никак не могла бы ему помочь. — Садитесь, Давыдовы, — махнул рукой преподаватель и направился к доске. И Денис наконец сказал то, что хотел сказать давно: — Моя фамилия Русаков. Не надо меня смешивать с этим… — С кем? — набычился Давыдов и подошел ближе, сверкая разъяренным взглядом. — Давай, скажи это! Как ты меня хочешь назвать? А? Давай-давай, говори, золотой мальчик! — Так, сели оба! — отчеканил учитель. Денис, бросив враждебный взгляд на Давыдова, все же повиновался. Вскоре и Давыдов разместил свою пятую точку на стуле. Оглядев класс суровым взглядом, учитель произнес: — Вы не первые и не последние, кто так поступает. Мне абсолютно неважно, кто именно украл ответы на эту контрольную, поэтому поступим так: я даю каждому абсолютно случайный вариант. Вы не знаете, насколько легкий он будет и что именно вам предстоит решить. Главное, что вам нужно знать: все задания, которые могут вам попасться, будут по темам, которые вы проходили в средней школе и которые мы успели изучить за эти полтора месяца. Списать не получится. Его взгляд устремился на Дениса и его нерадивого соседа по парте. Уголки губ преподавателя тронула усмешка: — И ответы в Интернете тоже можете не искать. Это задачи из очень старых методичек. Их даже в нашей школьной библиотеке больше нет. Так что достаем листочки, подписываем, а я пока найду еще варианты. Чувствуя на себе озлобленные взгляды Давыдова и других одноклассников, Денис едва ли не плакал. Он точно ничего не брал с учительского стола. Никогда бы не взял. А вот Давыдов вполне мог. Не просто же так он зло сверкал глазами в их Симой сторону. После урока Давыдов уже выскочил из класса, но Денис не собирался спускать его выходку ему с рук. Догнав одноклассника, он преградил ему путь. — И на фиг ты это сделал? — сердито поинтересовался Денис, изо всех сил стараясь сдерживаться, чтобы не наброситься на противника с кулаками. Его всего трясло от гнева и обиды. А Давыдов лишь ухмыльнулся: — А чтоб чужую любовь не забирал. — Мне твоя Сима даром не сдалась, — прошипел Денис, угрожающе наклонившись ближе. — Так же, как и ты ей. Глаза Давыдова едва ли не выскочили из орбит. А челюсть угрожающе выдвинулась вперед. — Че ты щас сказал? — произнес он тихим голосом, в котором отчетливо слышалась холодная ярость. Внутри Дениса все как будто замерло, но он крепче сжал пальцы в кулаки и усмехнулся уголком губ: — Ты прекрасно слышал. Ты не нравишься Серафиме. Она уже не знает, куда от тебя деваться. Ты достал ее. И она, — Денис знал, что не стоило этого делать, но все же не устоял перед искушением отплатить обидчику той же монетой, — сама мне об этом рассказала. Кулак Давыдова, оказавшийся на удивление большим и сильным для невысокого субтильного паренька, на редкость метко и больно ударил Дениса в нос. На место шока от того, что Давыдов вдруг распустил руки, хотя не так давно хвастался тем, как уговорил гопоту отпустить его с помощью импровизированного стенд-ап шоу, пришел гнев. И Денис все же бросился на обидчика, совершенно наплевав на то, чему его учила мама, первая учительница и чему он научился сам.