Глава 21

Когда на следующее утро Денис пожелал маме доброго утра, та встала со стула и крепко обняла его. — Доброе утро, родной, — произнесла она, запустив пальцы ему в волосы и мягко притянув его голову к себе. Чувствуя на себе взгляд Ларисы, Денис смущенно хихикнул и попытался деликатно вывернуться из объятий матери, но та отпустила его только после того, как растрепала его шевелюру, которую он только-только пригладил после сна. — Мам, — протянул Денис недовольно. Мама же улыбнулась как ни в чем не бывало и объявила: — Чайник горячий, для бутербродов все на столе. Все, я пошла. — Пока! — воскликнула Лариса, и мама мягко потрепала ее по голове. Когда Денис снова встретился с мамой взглядом, то сам подошел к ней и обнял. — Пока, мам, — тихо сказал он, пока ее ладони мягко гладили его по спине. — Люблю тебя. — И я тебя люблю, мой хороший. Получив нежный поцелуй в волосы, Денис улыбнулся и отпустил маму. Расположившись за столом, он принялся готовить себе завтрак, а когда дверь за матерью захлопнулась, Лариска вдруг потянулась к нему. — Ты чего? — как можно ласковее спросил Денис, обхватывая сестренку двумя руками. Лариса же прижалась к нему и, положив голову на его плечо, сказала: — А я… тоже тебя люблю. Маме я уже сказала, а тебе — еще нет. — Ларис, — умилился Денис, крепче сжимая Лариску в объятиях, — я тебя тоже очень люблю. — А я тебя больше, — вдруг заявила Лариса. Потрепав ее по макушке, Денис парировал: — А я тебя — еще больше. Когда Лариска продолжила стремительно поглощать свои бутерброды, Денис заглянул в телефон. В последнее время он часто думал о Кате и о том, как она справлялась со своей драмой в виде сразу двух кавалеров, заявивших свои права на нее. У Дениса никогда — по крайней мере, раньше — не было ситуации, чтобы он нравился сразу двум девчонкам, поэтому ему было нереально интересно, как Катя решит непростую ситуацию, в центре которой оказалась. Их общение снова стало активнее. В основном писал Денис — надеясь хоть немного побороть чувство перманентного одиночества, но и Катя тоже часто проявляла инициативу. Общение со Златой наоборот несколько сократилось. В последние недели она много работала, и порой сообщения висели непрочитанными в течение нескольких дней. Тем не менее Денис исправно делился со Златой новостями, а также присылал смешные картинки и видео. Он искренне хотел создать ощущение его присутствия рядом с ней даже сейчас, когда у них не было времени как следует увидеться. Несмотря на то, что Злата отвечала будто бы не слишком охотно, Денис надеялся, что его усилия ценились. Вышел он на связь и с Олегом. В день конфликта с отцом Денис написал школьному приятелю и поинтересовался его делами. Олег ответил свое типично скупое «все нормально, ты как?», и Денис подробно рассказал о том, что от него требовал отец. Олег ответил ему несколькими голосовыми сообщениями с гневной матерной тирадой. Как Денис и полагал, они с Сергеем оказались правы. Донором стволовых клеток мог стать только человек в возрасте от восемнадцати до сорока четырех лет. И места для исключений фактически не было. Это немного успокоило Дениса, однако он не был уверен, что отец не продолжит настаивать на том, чтобы для его дочери сделали исключение и разрешили использовать стволовые клетки ее брата. Даже если он — всего лишь единокровный. Кроме того, до совершеннолетия Дениса оставалось всего ничего. Если нынешние методы лечения за это время не дадут положительного результата, врачи могут перейти к использованию донорских стволовых клеток. Если Денису к тому времени уже исполнится восемнадцать, у него не останется аргументов против кроме «я боюсь медицинских манипуляций» и «я не хочу». И если первый аргумент не вызовет у отца ничего, кроме насмешек, то второй в принципе не являлся для него аргументом. Подперев щеку кулаком, Денис мрачно думал о ближайшем будущем. Почему он не мог просто наслаждаться последними беззаботными годами? За что на него свалилось вот это все? Он был всего лишь подростком, которому хотелось спокойно определиться с будущей профессией, готовиться к поступлению, проводить время с друзьями и любимой девушкой. А вместо этого приходилось думать о том, хотел ли он все-таки помочь своей единокровной сестре или нет. И если нет, то это только потому, что ее с ним объединял их отец? Или все-таки потому что он до жути боялся игл, уколов и боли? — Денис, мы сейчас опоздаем, — напомнила Лариска, и Денис очнулся от размышлений. — Ешь скорее! Он искренне улыбнулся сестренке. Лариса с чувством удовлетворения направилась было прочь из кухни, но Денис остановил ее: — Ларис, а папа этой Софии… Он больше не смотрит на тебя… как-то не так? Лариса помотала головой: — Нет. А я и не хожу больше к Софии в гости. Ты разве не заметил? Денис задумчиво почесал затылок. Он действительно не обращал внимание, когда Лариса была дома, а когда отсутствовала. Настолько был поглощен своими драмами. Заметив его замешательство, Лариска махнула рукой: — Эх, мужчины! Никогда не замечаете по-настоящему важных вещей. — Ой, какие мы премудрые, — съехидничал Денис и потянулся было, чтобы схватить ее за сарафан и притянуть к себе, но сестра с визгом умчалась в свою комнату. — Обувайся давай!

***

Март незаметно подошел к середине. Снег уже вовсю таял под теплым солнцем, которое тут же вытягивало влагу из образовавшихся луж. В воздухе пахло чем-то свежим и прохладным. Легкий приятный ветерок мягко гладил прохожих по лицам, а с самого раннего утра птицы устраивали свой многоголосый концерт. Денис шел в школу в приподнятом настроении. Сегодня у Златы был день рождения. Ей исполнялось семнадцать, и в честь этого Злата заранее взяла отгул. Поэтому после уроков Денис собирался к ней в гости. «Подумать только, как быстро время летит! — качал головой он, разглядывая оголившиеся деревья, еще не тронутые новой листвой. — Ей же только недавно шестнадцать исполнялось и я готовил для нее праздник. В принципе… мне же тоже только-только исполнилось шестнадцать и мы арендовали для этого дачу. Потому что мама помнила, как я всегда мечтал о даче». Радостные воспоминания нарисовали на лице Дениса улыбку. Он знал, что мама заплатила немалую сумму за аренду дачного домика всего лишь на выходные, но тем не менее был безумно рад отпраздновать свой день рождения в такой непривычной обстановке. Как бы они ни ругались, Денис не мог не признать, что мама всегда была внимательна к его желаниям и по мере возможностей старалась претворять их в жизнь. Денису тоже очень хотелось однажды порадовать ее поездкой куда-то, куда она мечтала. Ему хотелось купить маме все, что она пожелает, лишь бы она почаще озорно подшучивала над ним и пореже нервничала. Шагая по сухому тротуару, Денис прикрыл глаза и погрузился в мысли о том, чем они со Златой займутся, когда он придет к ней. Не успел он воссоздать в своей памяти образ комнаты Златы — светлой, уютной и легко пахнущей деревом, — как сзади его приобняли. — Дениска, привет. Он закатил глаза: — Привет. — Как дела? — поравнялась с ним Серафима и уставилась на него кошачьими светлыми глазами. — Ты к контрольной готов? — Готов, — буркнул Денис, глядя на многоэтажный жилой дом, стоящий на параллельной стороне улицы. — А что ты сегодня после уроков делаешь? — тут же полюбопытствовала Серафима, и Денис скосил хмурый взгляд в ее сторону. — С чего вдруг такой вопрос? — Хочу пригласить тебя к себе в гости, — не моргнув ответила она, а по спине Дениса пробежали мурашки. — А то мы уже столько вместе, а ты… — Сима, мы не вместе, — терпеливо возразил Денис и наконец посмотрел ей в глаза. — Я тебе уже говорил, что у меня есть девушка. И это не ты. Серафима растянула губы в улыбке, но Денис прекрасно видел, что она изо всех сил старалась скрыть боль. Глаза говорили громче слов и громче любых улыбок. — Ты врешь, — наконец произнесла Серафима обманчиво ровным голосом. Денис вспыхнул: — Нет! — Ну если нет, тогда почему я ни разу не видела тебя с этой девушкой? — с торжеством в голосе спросила Серафима. Денис нахмурился: — Опять следишь за мной? — Нет, просто мне казалось, что влюбленные ищут любую возможность провести время друг с другом, — объяснила Серафима. — Например, увидеться после занятий… Или она не здешняя? — Да, не здешняя. — Денис посмотрел на нее как можно более сурово, а сердце болезненно заныло при виде печали в глазах Серафимы. — Сим, пожалуйста, оставь меня в покое. Моя девушка… Она очень ревнивая. Ты же не хочешь, чтобы она меня на колбасу покромсала? Серафима недоверчиво сдвинула брови к переносице: — А что, может? — Денис кивнул. — М-да… А я-то думала, ты не подкаблучник. — Да при чем тут это… — Давай так: если твоя девушка придет сегодня после уроков, я отстану от тебя, — предложила Серафима. Денис округлил глаза. Неужели все это время выход был рядом? — А если не придет? — аккуратно спросил он. Серафима без обиняков ответила: — То ты прекращаешь ломаться и мы с тобой становимся нормальной парой. Стиснув на мгновение зубы, Денис сдался: — Идет. Серафима улыбнулась: — Тогда жду с нетерпением нашего знакомства. Подождав, пока Сима не скроется за дверью здания школы, Денис тут же вытащил из рюкзака телефон, разблокировал его и принялся печатать. Он очень надеялся, что Злата не сочтет его просьбу глупым ребячеством и зависимостью от чужого мнения. Денис просто хотел скорее вырваться из цепких рук Серафимы, которые порой душили его в объятиях. Под конец уроков Серафима вновь увязалась за ним. Где-то позади них мелькнул Давыдов, но из-за наплыва школьников, торопящихся домой, Денис быстро потерял его из виду. — Что, Дениска, пытался меня обмануть? — с притворным сочувствием поинтересовалась Серафима, вцепившись в его руку. — Не пришла твоя девушка? Может, потому что на самом деле у тебя ее нет? Денис не слушал ее. Едва они оказались на пороге, он тут же принялся искать глазами Злату. Во дворе было многолюдно. После шестого урока практически все учащиеся с пятого по одиннадцатый класс шли домой. Виднелось также несколько родителей, которые либо пришли забрать своих детей после кружков, либо хотели решить какие-то вопросы с учителями или администрацией. Несмотря на уверенность, что он бы сразу узнал Злату, Денис никак не мог ее найти. Страх, что Серафима вновь приклеится к нему как банный лист, пронзил его грудь. Денис даже испугался, что из-за переживаний, которые он отчаянно пытался скрыть, у него поднялось давление: ему довольно быстро стало жарко и немного заболела голова. Денис упорно двигался в сторону выхода, а Серафима следовала по пятам. Проверив сообщения, Денис увидел, что Злата прочитала их, но ничего не ответила. Внутри неприятно затянуло при мысли о том, что теперь Серафима точно не отстанет от него. — Ну вот, что я и говорила, — с торжеством провозгласила та и, взяв его под руку, крепко стиснула его локоть. — Фантазер ты, Русаков. Писательство по тебе плачет. Денис продолжал оглядываться, чувствуя желание позорно расплакаться при всех. Ему было обидно, что Злата не придавала большого значения его переживаниям. Ей-то что, она уже фактически взрослая. А вот он все еще вертелся в среде, в которой невольно зависишь от мнения ровесников. — Рыжик! — неожиданно раздалось откуда-то издалека голосом, звук которого заставил сердце Дениса трепетать. Как обычно. Завертев головой в поисках источника родного голоса, он наконец выхватил взглядом объемную темную копну и светлом расстегнутом пальто, из-под которого виднелся объемный клетчатый шарф. Злата направлялась к ним и, к неудовольствию Дениса, привлекала не только его внимание, но и взгляды многих его соучеников из старшей школы. Даже немногочисленные папы, которые присутствовали на школьной территории, повернули головы на ее голос. Денис был уверен: это все из-за короткой юбки, которая открывала вид на длинные ноги Златы. Столь пристальное внимание к его девушке вдруг рассердило его. Это он должен был наслаждаться ее красотой, только он! И никто другой! Однако Злате, казалось, все было нипочем. Каждый раз, когда Денис выражал свое беспокойство по поводу липких взглядов и потенциальной опасности, связанной с ними, Злата всего лишь отмахивалась. Дескать, девчонок в коротких юбках полно и далеко не со всеми происходят плохие вещи. Злата также напоминала, что у нее был отработан удар каблуком в пах. Денис качал головой и убеждал, что рано или поздно это перестанет действовать, а Злата дулась на него из-за того, что он якобы не верил в ее навыки самообороны. Правда, обижалась она недолго: совсем скоро лицо Дениса вновь покрывалось ярко-красными отпечатками губ. Вот и сейчас, оказавшись рядом с ним, Злата сразу же обхватила его лицо руками и нежно поцеловала. Колени Дениса слегка подогнулись от приятного трепета, пронзившего его тело, но он сумел устоять на ногах. Его руки с обыкновенной для него осторожностью обхватили Злату за талию, в то время как ее пальцы мягко проводили по его лицу. Поняв, что Злата уже собралась было отстраниться, Денис усилил поцелуй. На мгновение приоткрыв глаза, чтобы увидеть реакцию Златы, он заметил ее удивленный взгляд. Вскоре Злата опустила веки и вновь отдалась поцелую. Когда же они наконец отпустили друга, Денис взглянул в ее улыбающиеся глаза и выдохнул: — Привет. С днем рождения. — Спасибо, Рыжик, — улыбнулась Злата и, чмокнув его в щеку, прижалась к нему. — Я так по тебе соскучилась! — Я тоже очень скучал. — Денис зажмурился от удовольствия, когда мягкие нежные пальцы Златы снова погладили его по лицу. — Еле высидел на уроках. — А это кто с тобой? — Злата бросила на Серафиму заинтересованный взгляд, но Денис был уверен: подруга его сердца сейчас тщательно сканировала его одноклассницу, чтобы понять, с какой вероятностью та могла оказаться ее соперницей. Денис решил подыграть Злате и нарочито бодро произнес: — Это Серафима. Мы учимся в одном классе. — Очень приятно, — улыбнулась Злата, хотя Денис заметил, что ее глаза оставались прежними. Серафима же, старательно пряча шок, кивнула и повернулась к нему: — Значит, это твоя девушка? — Денис кивнул. — Ясно. Круто. Тогда… до завтра? Было приятно познакомиться… э-э… — Злата, — медовым голосом и с приторной улыбкой подсказала Злата. Серафима снова оглядела их и, кивнув, поспешила уйти. Когда она исчезла за дальним поворотом, Денис с благодарностью взглянул на Злату: — Спасибо. Я боялся, что ты не придешь. — Рыжик, ну как я могла не прийти? — заворковала Злата, снова обхватывая его лицо шелковистыми ладонями и прижимаясь своим лбом к его. — Как я могла бросить тебя одного с этой акулой? Ты на ее фоне — маленькая беззащитная рыбка. А эта… Федора… — Серафима, — рассмеялся Денис. Злата махнула рукой: — Ой, да какая разница? Она, знаешь, из тех, кто вцепится как собака в кость и не отпустит, пока ее не стукнешь в лобешник. Как думаешь, — ее глаза счастливо заблестели, — сильно она обломалась? Теперь-то она знает, что с тобой ей ничего не светит! Денис улыбнулся и потупил взгляд. — Наверное. Надеюсь, что мы не ухудшили ситуацию. — Я уверена, что теперь она точно от тебя отстанет. — Злата снова оставила отпечатки красной помады на его щеках. — А если вдруг нет, говори мне. Я с ней сама поговорю. По-женски. — В смысле за волосы оттаскаешь? — хохотнул Денис и положил руку Злате на щеку. Злата же потерлась о нее, словно кошка, и загадочно улыбнулась: — Не только. Но давай не будем больше об этой Федоре. Поехали тортик есть. Дедушка нас уже заждался.