Глава 11. Возвращение в лабораторию

Джон шёл по коридору лаборатории, его шаги отдавались глухим эхом. Всё казалось до боли знакомым: стерильные белые стены, ровный гул вентиляции, мерцающие лампы, холодные взгляды, сопровождающие каждый его шаг. Здесь никто не забывает. Он сам сделал этот выбор. Но почему? Джон не был глупцом. Он знал, что этот звонок мог быть ловушкой. Знал, что его терпели лишь до поры до времени. Он помог Ло. Позволил ему сбежать. И теперь они ждали, когда же он сам придёт обратно, словно загнанное животное, которое слишком долго не давало о себе знать. Но дело было не только в этом. Он вернулся, потому что понимал: без лаборатории у них с Ло нет шансов. Вакцина нестабильна. Болезнь мутирует. Время играет против них. Ему нужны данные. Ему нужны исследования. Даже если всё это стоило риска. Джон сжал челюсть, остановился перед нужной дверью. За ней его уже ждали. Он ещё мог развернуться и уйти. Ещё мог сделать вид, что эта дверь для него закрыта. Но нет. Он толкнул её и шагнул внутрь.

***

— Кто-нибудь может объяснить, что, чёрт возьми, произошло?! — голос начальника охраны гремел по комнате совещаний. Группа учёных и сотрудников безопасности собралась вокруг большого стола, усеянного бумагами и планшетами. Основной экран, где должны были отображаться записи с камер, показывал только помехи. — Электричество отключилось в нескольких блоках одновременно ровно на семь минут, — отчётливо сказал один из техников. — Все камеры в этих зонах вышли из строя. — И именно в этот момент сбежал объект! — бросил начальник лаборатории, сжав кулаки. — Такое совпадение мне не нравится. — Это не совпадение, — тихо добавил кто-то из учёных. — Это было подстроено. Джон сидел молча, скрестив руки. Он ждал своей очереди. — Мы не можем утверждать, что кто-то намеренно вызвал сбой, — продолжил техник, но его голос звучал неуверенно. — Вопрос в другом, — начальник охраны перевёл взгляд на Джона. — Доктор Харрис, вас видели с объектом перед отключением. Не хотите ли объясниться? Все взгляды устремились на него. Джон выдержал паузу, словно собираясь с мыслями. — Я вёл объект на проверку перед ликвидацией, — наконец сказал он ровным голосом. — Зачем? — резко спросил один из коллег. — Хотел удостовериться в одном моменте. Вы сами знаете, его состояние нестабильное. Я проводил последние тесты, чтобы определить, насколько далеко зашёл процесс мутации. Кто-то скептически хмыкнул. — И в этот момент вдруг случается сбой, камеры отключаются, а объект, о чудо, сбегает, — начальник охраны прищурился. — Объект воспользовался моментом, — Джон нахмурился, показывая раздражение. — Мы недооценили его. — Вы видели, как он покидал лабораторию? Джон склонил голову, изображая задумчивость. — Я видел, как он уходил. Охранник напрягся. — Уходил? То есть вы просто смотрели?! — В тот момент электричество ещё не восстановилось. Сигналы тревоги уже звучали, и охрана, насколько мне известно, была направлена в другие секции. Я… — он сделал паузу, — …не стал действовать без поддержки. Каждое его слово было правдой… в какой-то степени. Он действительно видел, как Ло уходил. И действительно не стал его останавливать. Лишь помог. Но это уже говорить не обязательно. — Вы пытались его догнать? — Я находился не в самой выгодной позиции для этого. Снова правда. Он был рядом, но не преследовал. Тишина. Люди обменялись взглядами. — Без записей с камер нам сложно доказать обратное, — наконец сказал кто-то. — Но нам и нечем подтвердить его слова, — возразил другой. Джон сохранял невозмутимое выражение лица, но внутри его сердце колотилось. — Я не верю, что объект просто так исчез, — медленно сказал один из старших учёных. — Кто-то помог ему. — Вы обвиняете меня? — Джон поднял брови, придавая голосу оттенок негодования. — Я говорю лишь о том, что всё слишком удобно совпало. — Если бы я действительно хотел его выпустить, думаете, я бы не продумал это лучше? — Джон скрестил руки. — Камеры отключены, но очевидцы видели, как я вёл его в лабораторию. Разве это ничего не доказывает? — Доказывает только то, что объект был с вами перед побегом. — Что ж, значит, мы оба оказались неудачниками в этой истории, — усмехнулся Джон. — Я, потому что не смог его удержать, вы, потому что не можете его поймать. Слова задели некоторых учёных, но начальство, похоже, впечатлило самообладание Джона. — Хватит, — отрезал руководитель проекта. — Нам сейчас важно не искать виноватых, а решить, что делать дальше. — Мы должны найти его, — сказал начальник охраны. — Мы и так над этим работаем, — заметил кто-то раздражённо. — Поиск объекта — одно, но мы упускаем более важный вопрос, — перебил главный исследователь. — Болезнь продолжает развиваться. Если объект мутировал дальше, нам нужны образцы, чтобы понимать, с чем мы имеем дело. Все замолчали. — Нам нужно лекарство, — тихо добавил кто-то. Джон внутренне напрягся. Это был шанс. — Я могу помочь, — сказал он после короткой паузы. Все повернулись к нему. — Я работал с объектом дольше всех, я знаю, как он реагировал на препараты. Возможно, у нас остались образцы его крови. Если болезнь мутирует, я могу хотя бы попытаться понять, куда она движется. Начальство переглянулось. Кто-то из них усмехнулся — едва заметно, но достаточно, чтобы передать остальным безмолвное понимание: всё идёт по их плану. Джон сам предложил вернуться в их ряды. Им даже не пришлось уговаривать. — Мы не можем просто так закрыть проект, — сказал один из директоров, сложив руки на груди. Голос его был ровным, словно он заранее знал, к чему приведёт этот разговор. — Если доктор Харрис сможет предоставить полезные данные… возможно, стоит дать ему шанс. — Ему нельзя доверять, — прошипел один из учёных. — У нас нет выбора, — возразил руководитель. — Харрис, вы продолжите работу. Но учтите: за вами будет пристальное наблюдение. Джон кивнул, изображая покорность. Когда совещание закончилось, Джон вышел в коридор. В лаборатории царила напряжённая атмосфера. Кто-то на него смотрел с подозрением, кто-то просто был раздражён всей ситуацией. Он сделал вид, что идёт в лабораторию для работы, но в голове билось только одно: «Я всё ещё внутри. У меня есть доступ. Но сколько времени мне осталось, прежде чем они найдут Ло?» Они не были глупцами. Конечно, они понимали, что он помог в побеге. Но терять его знания не хотели, а потому сделали исключение. В первый и последний раз. И Джон это понимал.  Сейчас их внимание было приковано не столько к учёному, сколько к самому объекту. Где он? Джон вряд ли рискнул бы держать его у себя дома — это было бы безумием, учитывая близость к обычным людям. Они были уверены, что он не решится подвергать жизни других опасности. Хоть Харрис и был жесток в своих методах, но таким бессмысленным риском пренебречь не мог бы. Кроме того, они считали, что Ло скоро станет неуправляемым. Что болезнь прогрессирует. Что если он потеряет контроль, то может вырваться наружу и убить кого угодно, независимо от прошлого. Однако сам Джон верил, что Ло так не сделает. Если бы всё стало совсем плохо… Ло скорее сам бы положил конец своей жизни, чем дал бы болезни завладеть им до конца.