Часть 23

      Я курю возле двери. Вахтёрша неодобрительно косится на меня.       — Идите спать, тёть Клава! Я сам закрою.       — Замкнёт, он! Ага! Шпака забил и довольный стоит.       Вот какого х.. эта тема поднялась? Я пытаюсь продолжать спокойно дышать.       — Я курю обычные сигареты. Ваши, местные. Можете даже по карманам проверить. Ничего не жевал и не употреблял.       — А ты царских кровей, чтоб шпаками питаться?       Я начинаю выходить из себя.       — Да я насвай не…       Катя подаёт голос из угла, где закапывает птицу.       — Тёть Клав, ну каршак же винен, а не Андрей.       — Ага, безголосый приехал и моего певуна любимого свёл.       — Чего, блин? Вы про пташку погибшую, что ли? И почему я безголосый? Вы ведь даже не слышали, как я пою.       Вахтёрша качает головой.       — Гнилой ты человек, Андрей. Мысли у тебя брудные, вот и твоя душа молчит.       Ага, а Митя Сидорчик — святой, по вашему мнению? Всё с вами понятно. Катя ставит лопату у входа.       — Андрей, ну как можно про скворцов не знать?       — А каршак — это коршун?       — Ястреб.       Отомстил, значит, что его согнали, да? Чёрт. Очень х..... аналогия. Не сразу понимаю, что Катя дёргает меня за рукав.       — Андрей, я одеяло заберу? Я думала у Наташки перебыть, а она, видишь, вернулась. А я и так Ленку на ночь стеснила, ну да мы с ней привычные, вместе селиться. В городе попросимся точно.       Я киваю. Хоть бы вам, девчонки, удалось до него добраться.       — Вы, Катерина, лепей со мной перебудьте. Мне покойнее, и слоики позакручиваете.       Катя радостно кивает.       — А вы нам ещё про волкодлаков расскажете, тёть Клав.       — Работница, а туда же! От, чем ваши бабули занимались?        — Так на сходах всё, разбирали, кто чего в деревне нарушил.       — Кликай Ленку, расскажу.              Вахтёрша уходит с Катей. Я стою под лампочкой и курю. Вокруг цикают кузнечики и звенят комары. У меня их, наверное, уже полная комната. Раздаётся шорох. Я знаю, что слышал, как укатил мотоцикл, когда мы вышли. А сейчас я готов биться об заклад, что опять слышу шаги. Беру в руки лопату.       — С тем ломом было бы надёжнее.       Миха не выходит на свет, чтобы его не заметили, и шепчет совсем тихо. Я узнаю правду хоть на этот раз.       — А почему ты оказался в дурке?       — Это, б…., ты, Князь, сейчас в дурке. Поехали со мной.       — Я не могу, Мишка. Мне к пяти уже надо на кухне быть.       — Завтра почте в твоё Мотяево к пяти, сдачу в магазин везти. Закинут и тебя по дороге.       Миша ходит взад-вперёд, почти попадая в полосу света.       — Или не пойдёшь со мной? Рискнёшь один?       Меня немного смущает, что я бросаю девушек в опасности. Но у них есть тётя Клава с ружьём. А у меня в кармане записка. Выбор очевиден.       — Поехали.