Часть 31

      Стоп, а почему он потом за вещами заедет, мы что, по другой дороге? Будто в ответ на мой незаданный вопрос Сыр-бор сворачивает в лес. И внезапно спрыгивает с телеги.       — Сергей Борисович, вы куда?       — Обожди, надо проверить.       Я собираюсь слезть. Сыр-бор качает головой.       — Сиди, Эльвиру карауль.       Ладно. Мокрая рубашка противно прилипла к телу. Штаны не лучше. Сапог разодран. Портянки я вообще на ферме забыл. Ещё и в лесу в тени холодом тянет. Я замечаю на телеге второй плащ и колеблюсь между выбором: снять рубашку или нацепить сверху на мокрое. Нет, всё-таки брезент на голое тело — плохая идея. Я заворачиваюсь в плащ, накидываю капюшон, а кобыла, обернувшись, испуганно ржёт и тянет меня за собой.       — Э-э-э, стой, Эльвира! Стоп! Стоять! Тпру!       Фух, вспомнил. Лошадь останавливается и даже слегка, кажется, даёт задний ход. Сыр-бор выскакивает на дорогу.       — Вожжи держи, боец. Так тебя и угонят вместе с телегой.       — Извините.       Он замечает перемену в моей одежде.       — Замёрз? Погодь чуток, малец, я скоро.       Да, блин, я не мелкий пацан, чтобы меня так опекать. Но, честно говоря, и вымотался уже за эти дни. Поэтому я киваю, и Сергей Борисович уходит в лес.       Сначала я отмахиваюсь рукавом от мошек, минут пять наблюдаю, как мучается Эльвира, и решаюсь слезть за веткой. Вокруг только ёлки. Схожу с дороги и проваливаюсь почти по колено. Чертыхаюсь про себя. Вытягиваю ногу и вылезаю обратно. Да уж. Попытка не удалась. Прохожу немного вперёд. Наклоняюсь за веткой, а мне под руку кидается мелкий щенок овчарки. Я глажу его, он облизывает мне руку тёплым языком и заваливается на спину, чтобы я почесал ему живот. Приседаю рядом с ним.       — Кто славный пёс? Кто хорошая собака? Почему без ошейника? Сбежал от хозяйки, да? Сбежал?       Спиной чувствую чей-то взгляд. Оборачиваюсь и цепенею. Бледно-жёлтыми глазами на меня смотрит волчица.