Часть 6

Юля и Николай прибыли к зданию спортивной школы, в которой когда-то давно девушка проходила обучение. Это было небольшое одноэтажное строение, но, по словам Юли, здесь занимались не только самбо, но и фехтованием, и футболом. Стены снаружи были окрашены в сине-белые цвета. — Надеюсь, ты помнишь, где вы с Белашевым занимались? — спросил Николай у Юли. — Я помню всё до мельчайших деталей, даже спустя восемь лет, Николай Петрович, вы меня плохо знаете! — ответила девушка и вышла из машины. — Боже мой, как же жарко в Москве! — Лето создано для того, чтобы загорать, — сказал Петрович, — а мы загораем на работе. — К сожалению, — ответила Юля. — Ладно, а то Егор Андреевич через десять минут закончит обед, и мы не сможем нормально его допросить, кроме как в допросной. Они вошли в здание. Пол был выложен плиткой, стены были белыми, у входа стояли симпатичные разноцветные диванчики. В глубине помещения находилась стойка администратора. На окнах стояли цветы, а на стенах висели фотографии спортсменов школы, отличившихся на соревнованиях. Рядом с администратором находилась витрина с наградами. — Добрый день, Федеральная Экспертная Служба, майор Круглов— сказал Круглов, подойдя к стойке администратора и предъявив удостоверение. — Лейтенант Рогозина, — Юля также показала своё удостоверение. — Здрасте, — не слишком дружелюбно произнесла женщина. Было ли это проявлением её истинного отношения к ФЭС или же она просто была не в настроении, оставалось загадкой. — Кого вам? — спросила она. — Нам нужен Белашев Егор Андреевич, — ответила девушка. — Самбист наш? Кого-то успел убить? — поинтересовалась женщина, вызвав удивление у Круглова и младшей Рогозиной. — Нет, — ответила девушка. — Можете просто позвать его? — Могу, — сказала женщина и набрала номер. — Егор, тебя тут ФЭС приехало допрашивать, — произнесла она и закатила глаза. — Откуда мне знать, что им от тебя нужно? Просто приди! Спустя минуту к стойке администратора подошёл мужчина лет сорока, может, чуть старше, с небритой щетиной, чёрными волосами и тёмными глазами. Его лицо выглядело уставшим. Увидев знакомое лицо, он подумал, что это ему мерещится. Но когда между ними оставалось около двух метров, на его лице появилась широкая улыбка. — Юля? Рогозина! Какими судьбами ты здесь оказалась? — воскликнул он. — И вам здравствуйте, Егор Андреевич. Я здесь по работе, — ответила девушка. Егор Андреевич по-доброму потрепал её по волосам, как в старые времена, когда она была его спортсменкой. — Вы знакомы? — удивилась администраторша. — Ну как я могу забыть свою любимицу, м, Кать? — спросил Егор Андреевич, сильнее трепя волосы девушки. — А что за допрос, хотя бы? — Вы знакомы с Ольгой Копосовой? — спросил Николай. — С той, которая майор? Да, знаю, — ответил Егор Андреевич. Круглов осмотрелся: вокруг было слишком много людей. — Отойдём в другое место? — предложил Николай Петрович, и Белашев согласился. Они вышли на улицу — Когда вы с Копосовой общались в последний раз? — Вчера вечером, я тогда вышел с работы. Она случайно встретилась со мной, и мы пошли вместе. — А вы не знаете, где она живёт? — спросила Юля. — В Красносельском районе, на Давыдовском переулке, ни дом ни квартиру не знаю. Она недавно туда переехала. — А она вам не говорила, что хочет уехать в Сочи? — спросил Николай. — Говорила, но она сказала, что у неё есть кредит какой-то, поэтому сначала она его отдаст, а потом уже уедет в Сочи. — А она не говорила, что собирается уходить со службы? — поинтересовалась Юля. — Говорила, и я был удивлён. Она так стремилась достичь вершины и доказать, что и дети преступников могут быть уважаемыми людьми. Тогда я почувствовал, что разговариваю будто не с Олей, а с другим человеком. Она была разбита. Ну знаете, когда тебя всю жизнь унижают и не воспринимают всерьёз только потому, что ты даже не родной ребёнок, а всего лишь племянница преступника, это тяжело. Она с трудом продвигалась по карьерной лестнице, устала от такого отношения к себе. — Да, верно, — тихо вздохнула девушка. — А вы не знаете, хотела ли она кому-нибудь отомстить? — М-м-м, вряд ли. Она не из тех, кто мстит. — А вы заметили какие-то изменения в её характере? — спросил Круглов. — И сколько лет вы знакомы? — Ой, даже не могу сразу вспомнить… Наверное, лет десять, — сказал Егор Андреевич, пытаясь точно определить, как давно он знаком с Копосовой. — Да, десять лет. Кстати, почти сразу после того, как она получила звание майора, она изменилась. До повышения она усердно работала, и её глаза буквально сияли от осознания, что она скоро станет майором. Но как только она получила это звание, она стала очень хмурой и замкнутой. И даже немного жёсткой. Недавно мы встретились, сидели на лавочке и увидели, как бегал какой-то мальчик и упал. Раньше Оля бы сразу подскочила и подбежала к ребёнку, чтобы помочь, а в тот раз она просто равнодушно смотрела на ребёнка. Она начала часто бросать колкие фразочки, и непонятно, что в следующий раз выкинет: или мат, или начнёт реветь и жаловаться. Она совсем поменялась, получив звание майора. Раньше могла контролировать эмоции, а сейчас… — Белашев просто махнул рукой. — Нервы не выдерживают. — Ясно, спасибо, — сказал Круглов и дал Белашеву визитку. — Если что-нибудь странное заметите или вспомните, звоните на этот номер. А, и последний вопрос: вы не знаете, что с телефоном Копосовой? — Она его две недели назад сломала, поменяла и оставила мне новый номер. — Оставьте её номер. Юля, запоминай. — А чо это я? — У тебя память феноменальная, по крайней мере тут нет Лёни, — девушка закатила глаза. Белашев продиктовал номер. — Всё, не будем больше мешать, до свидания, — сказали хором опера и ушли. — Значит, Копосова изменилась, и в её жизни не происходило ничего ужасного? — размышляла Юля вслух. Они уже вышли из школы, Николай Петрович ушёл за горячим шоколадом — Это похоже на издевательства со стороны коллег или начальства, или же на звёздную болезнь? Хотя нет, при звёздной болезни она вела бы себя по-другому. Тогда наверно это депрессия. Но а чего её отпечатки делают на... — Тут позвонила мама. Девушка взяла трубку. — Юль, ну что, что сказал твой бывший тренер? — спросила Галина. — Сказал, что Копосова сильно изменилась после того, как стала майором, сказал, что живёт на Давыдовском переулке, и сказал, что у той новый номер телефона. — Назовёшь его? — Да, конечно. — А где Круглов? — Ушёл за шоколадом, он же мне проиграл в споре, — с улыбкой сказала Юля. — Так что с Копосовой? — спросила Галина. — по словам Егора Андреевича её характер сильно изменился: то покрывает матом и кидает колкие фразы, то разбита и в депрессии. Будто раздвоение личностей, но обе личности помнят, что делала и говорила вторая личность. — Это не похоже на Ольгу, — хмуро сказала Галина. — Бу! — это сзади испугал девушку Николай. У него в руках было два стаканчика, один, наверное, с кофе, другой — с горячим шоколадом, а ещё и небольшой пакетик, наверное, со сладким. — Взял твой любимый горячий шоколад и круассан со сливочным кремом. Привет, Галь, ну что, что-то нашли? — Ваня сейчас с Оксаной… — не успела договорить Рогозина старшая, как за кадром они услышали: «Галина Николаевна!» — Тихонов! Амелина! Научитесь стучаться! Что у вас там? — О, привет оперативникам! Как там Белашев? — спросил Иван. — Жив, здоров, — ответил Николай, отдавая Юле её стаканчик с горячим шоколадом. — Мы нашли ещё два отпечатка на документах. Один из них принадлежит Султанову, а другой — судье Юрию Сергеевичу Максимову. — Максимов был на суде, и он принимал решение, а Султанов здесь при чём? — спросил Круглов. — В новостях было написано, что сам Султанов посетил суд той девушки и, скорее всего, передавал судье экспертизы экспертов вместо адвоката, который был как раз Миша. — Странно то, что не представитель той конторы передавал результаты судье, и даже не адвокат, а Султанов! — сказала Галина. — надо с той девушкой поговорить. — А никого типа не смутило, что на этих документах отпечатки Копосовой, хотя не контора Фёдорова вела расследование? — Ты думаешь, что Копосова — убийца, она же подставила ту девушку, и она свалила всё на нас, сделав экспертизы, как у нас? — спросила Галина. — Есть большая вероятность, что да, — сказала Юля. — Может, та девушка что-то знает, просто суд не принял её слова всерьёз? — ладно, поезжайте на Отрадное, улица Декабристов 1, там же допросите Шевцову Анну. А вы оба — сказала Галина, обращаясь к Амелине и Тихонову — шагом марш работать! У нас между прочем труп ещё есть. А я пошла к Борису, он там наконец то закончил отчёт трупа. Обычно быстрее он делает отчёт. — Галина Николаевна, напомните, пожалуйста, сколько раз вы вчера проводили совещания? — спросила Оксана. — Э-э-э-э… Три? — неуверенно ответила Галина Николаевна. — Ага, пять! — уточнил Ваня. — И на одно из них вы сильно опоздали! — и если Юля сначала спокойно отреагировала на первые слова Ивана, то после последнего предложения поперхнулась круассаном. — Вот видите, даже ваша дочь охренела! — продолжил Ваня. — Иван! — воскликнула Галина Николаевна. — Шуруй работать лучше вместе с Оксаной, пока вас двоих не заперла в гараже отмывать машины! — Всё, поняли, приняли, выполняем, — шутливо сказали эксперты и вышли из кабинета. — А вам обоим особое приглашение нужно, чтобы поехать на Отрадное? — спросила Галина оперов, которые были с ней ещё на связи. — Тоже работайте! — Есть, товарищ полковник, только дайте выкинуть мусор, а то вы же нас прибьёте за мусор в машине! — сказала Юля и, выкинув мусор, села вместе с Николаем Петровичем в машину. Галина лишь покачала головой и отключилась. Спустя некоторое время они оказались по нужному адресу. Едва они успели выйти из автомобиля, как перед ними возник тот самый таксист, который начал вести себя весьма грубо. — Что вам здесь нужно, а, ФЭС? — обратился он к ним. — Давайте проявлять уважение друг к другу, это во-первых, — начала Юля. Однако мужчина, казалось, только сильнее разозлился. — А во-вторых, — продолжила она, — добрый день. И в-третьих, нам необходимо допросить Шевцову Анну, — сказала Юля, но внезапно заметила, что таксист попытался напасть на неё. Николай Петрович быстро отреагировал и остановил его. — За нападение на сотрудника ФЭС или любой спецслужбы при исполнении вам грозит штраф в размере до двухсот тысяч рублей или тюремное заключение, — сказал он таксисту на ухо. — Вы отец Анны Шевцовой? — спросил он. — Ну я и что? — ответил таксист. — Она моя дочь, тоже, — указал Круглов на девушку. — Вам бы понравилось, если бы кто-то напал на вашу дочь? — спросил он, пытаясь достучаться до таксиста. — Отвечай! — Нет… — ответил таксист. — Надеюсь, что подобного больше не повторится, — произнёс Круглов и отпустил водителя. — Будьте добры, проводите нас, пожалуйста, в вашу квартиру, — попросил Николай, и мужчина пошёл вперёд, указывая дорогу. — Вообще-то… — хотела было сказать Юля, но передумала. Они вошли в квартиру. Это было небольшая уютная квартира. — Аня! ФЭС приехали! — угрюмо сообщил мужчина. Из комнаты вышла девушка с рыжими волосами и веснушками, покрывающими всё её лицо. Глаза у неё были карие. Она испугалась приезда ФЭС. Одета была в штаны и кофту, хотя для лета жарковато. — Лейтенант Рогозина, — представилась девушка, предъявляя удостоверение. Мужчина усмехнулся. — Всего лишь лейтенант? А чего сразу не генерал? — язвительно спросил он. На него тут же был направлен уничтожающий взгляд голубых и зелёных глаз. Он замолчал. — Майор Круглов, — обратился он к девушке, — Юля, пойди и поговори с Аней. Тебя ведь так зовут? — спросил он. Девушка скромно кивнула. — Вот, поговори с ней, а мы с Владимиром Александровичем побеседуем, — сказал Круглов, и они направились в сторону кухни. Девушки же вошли в комнату подростка. — Мы просто спокойно поговорим, — сказала Юля. — Мы тебя ни в чём не обвиняем, просто расскажи всё как было на самом деле. — Вы меня не будете бить? — тихо спросила девочка. По комнате было видно, что когда-то это был очень активный и счастливый подросток. На стенах висели плакаты разных иностранных и российских групп, на полках стояли фигурки, вероятно, сделанные своими руками, а на столе лежали справочники к ЕГЭ. Сейчас на подростке не было лица, а вопрос Рогозине, саму Рогозину просто убил. — В смысле, не буду ли я тебя бить? Тебя бьют? Кто? Отец? — начала расспрашивать девушка. — Нет, папа тут ни при чём! Папа меня чуть ли не пылинку сдувает, он никогда так не поступает! — ответила девочка. — Меня… — из её глаз полились слёзы. Юля сильно испугалась. — Тебя кто-то бил? Кто именно? Что они с тобой делали? — спросила она. Подросток не могла ничего сказать, поэтому девушка прижала её к себе. Спустя пару минут подросток немного успокоился и начал рассказывать. — Когда меня задержали, в машине уже начали избивать. Это была просто полицейская машина, обычные полицейские. Я не сопротивлялась, а они начали меня бить, издеваясь надо мной. Потом в камере: какие-то люди приходили, били. Я потом некоторых из этих людей видела на суде. Один человек утверждал, что я не виновата, но я действительно не виновата! — Суд это признал! Ты не помнишь их имена или что-то отличительное? — спросила Юля подростка. — Многие носили маски, но некоторые были без них. Ко мне приходил психолог, чтобы выяснить, почему я якобы убила свою тётю, но он больше меня психологически истязал… — вспоминая этот кошмар, девочка начала дрожать от страха. Юля погладила её по плечу. — Ну-ну, тише, если не можешь рассказать, напиши всё, что помнишь, на каком-нибудь листке. Твой отец знает об этом? — Нет, я не стала его пугать… — на лице подростка появились слёзы. — Он же сам всех… — Так, спокойно, — сказала Юля. — У меня есть номер хорошего психолога, давай ты к ней походишь? А твоему отцу всё-таки надо всё рассказать, он же за тебя переживает. Ты давай всё напиши на листочке всё, что с тобой происходило, пока тебя не признали невиновной, а потом расскажем всё твоему отцу, хорошо? — предложила девушка. Девушка кивнула и взяла ручку с листом. Она написала всё, что с ней происходило, за десять минут. — Скажи, а ты видела, кто именно убил твою тётю? — спросила Юля. — Я сидела за столом и готовилась к пересдаче ЕГЭ по биологии, потому что в день экзамена заболела. В окно я увидела, как кто-то в темноте ударил кого-то ножом. У того, кто нападал, были белые короткие волосы, он снял на пару секунд маску. Я выбежала на улицу без телефона и крикнула этому человеку. Это оказалась женщина, которая послала меня матом и попыталась сбежать. Она ударила меня и положила рядом с моей тётей, но я тогда ещё не знала, что это была она. А потом меня нашли с ножом в руке и рядом с моей тётей. Ну а дальше вы поняли… Через минут десять из подъезда вышли оперативники. Ничего интересного больше подросток не смог рассказать. А как только они вышли за порог квартиры, Круглову пришлось успокаивать девушку, уж чувствительна она. Оперативники решили что полицейские особо не изучали место преступления и поэтому решили во второй раз всё досконально проверить. Они взяли с собой чемоданчик с небольшой лаборатории внутри. Они пришли туда, где Шевцова увидела убийцу своей тёти. Убили Нину Михайловну буквально перед домом. Под домом было несколько деревьев, но убили Нину Михайловну около дерева, которое находилось около окна соседки. На земле ничего интересного не нашли, лишь кровь Нины Михайловны (они уже провели экспертизу) и чьи то белые волосы, а вот на дереве оказалось несколько капель крови. — Это, вероятно, кровь убитой, — предположила Юля, пока Николай Петрович собирал образцы. Собрав улики, он передал их девушке. — Ты лучше проведи анализ, а то я в этом не очень разбираюсь, — предложил он. Юля провела экспертизу, и результаты показали, что это кровь, скорее всего, убийцы. — Кровь принадлежит Мельниковой Алле Денисовне, 25 лет, — сообщила она. — Она перенесла химиотерапию, и, вероятно, её волосы только начали отрастать. Мне кажется, что именно она убила тётю Шевцовой. Мы отправим данные Ване, пусть он выяснит, где находится эта женщина. У меня есть подозрение, что она также причастна к убийству двойника Султанова. В этот момент Николаю позвонила Галя. — Алло, Галь, — ответил он. — Да, мы допросили Шевцову, видела какую то женщину, но как она выглядела не успела рассмотреть. Мы обнаружили ДНК, которая, скорее всего, принадлежит убийце её тётки. И, как считает Юля, возможно, и убийце двойника. Сейчас мы всё отправим, да. Всё, давай, целую, — завершил он разговор и сел рядом с девушкой. — Почему ты решила, что она причастна и к убийству двойника Султанова? — Когда мы искали улики в день, когда нашли труп двойника Султанова, мы обнаружили волос, похожий на этот. Однако экспертиза не смогла его идентифицировать. Мы отвезём его экспертам, чтобы они установили, тот ли это волос. — ладно, надо ехать — сказал ей Николай и они собравшись, поехали. Вечер 21:26. Допросная — Объясните, пожалуйста, зачем вы подставили ни в чём не повинную девушку? Вы понимаете, что вы ей чуть ли не испортили жизнь? — спросила Галина Мельникову. Женщина молчала. — Она мне помешала уйти незамеченной, — ответила Мельникова. В теневой комнате сидели Круглов и младшая Рогозина. Они ожидали конца допроса, чтобы потом пойти домой. — Я труп полный, — сказала девушка, зевая. — Доживи до конца допроса, потом пойдём домой, — сказал Круглов. Он тоже устал и был рад, что сейчас он с Галей поедут домой, вместе поужинают и лягут спать. — Может, мне поспать в холодильнике у морге? Прохладненько там, приятненько. — Ага, и полно мёртвых душ, — пугающе сказал Николай. — Ой, да ну вас, Николай Петрович! Не так уж и много там душ всяких! — тут в теневую комнату вошла Галина. — Собираемся в переговорной, — сказала она. — В полдесятого вечера? — удивились Круглов с младшей Рогозиной. — Да, кое-что нужно обсудить, — строго сказала Рогозина старшая, и все трое вышли из теневой комнаты. В переговорной уже были эксперты и Борис, а остальные расселись по своим местам. — В связи с тем, что непонятно, кто нас подставляет, непонятно что происходит в полиции в принципе, и не ясна ситуация с Копосовой, предлагаю каждый день менять состав сотрудников для расследования. — В смысле? — удивились все. — Например, завтра работает Валя, а послезавтра уже опять Боря. Или, например, завтра Андрей с Таней, а послезавтра Шустов с Белозёровым. Хотя по расписанию на следующие дни я посмотрю, а вот завтра оперативники у нас Майский с Власовой, патологоанатом Антонова, а в лаборатории Белая с Холодовым, — объяснила Рогозина. — Галя, объясни, зачем так делать? — спросил Борис. — Раз есть двойники ФЭС, значит, они знают, как мы работаем: для каждого дела одни и те же эксперты и оперативники. — В принципе, так все работают, — подчеркнула Оксана. — Да, работают, но нам сейчас необходимо определить, кто наши двойники. Остальные тоже не бездействуют, ищут всевозможные варианты и решения наших проблем. Вы можете идти, — завершила Галина, и все встали из-за стола и направились к выходу. С ней остался только Николай. Он обнял её и почувствовал, что она напряжена. — Что случилось, Галь? — Какое-то… м-м, волнение или страх, скорее всего, страх. — Ты из-за чего так разволновалась? Из-за наших двойников? — Не знаю, какое-то непонятное чувство неизвестности. — Давай пойдём домой? Ты устала, а тебе завтра после обеда на совещание в министерстве. Что-то слишком часто стали проходить совещания. — Да, я тоже не могу понять этого. — пробормотала Рогозина — Пойдём домой, я устала от своих же мыслей, — проворчала Галина, и кто-то мягко распустил её волосы, а затем начал слегка массировать голову после тугой прически. Напряжение начало уходить. — Спасибо. — Пожалуйста — Галина поцеловала Николая в щёку и они вместе пошли собираться домой. Через час они наконец-то добрались до дома. Супруги разогрели еду, поужинали и привели себя в порядок. Теперь они лежат в кровати, наслаждаясь вечером. Галина взяла книгу и погрузилась в чтение, а Николай, устроившись рядом, пытался не отставать от неё. Однако он не мог угнаться за её скоростью, так как она читала слишком быстро. — Галь, ну что ты так быстро читаешь? Я не успеваю за тобой! — возмутился Круглов. Рогозина лишь усмехнулась в ответ. — Извини, но я так читаю документы, — произнесла Галина. Круглов, не выдержав, забрал книгу у супруги. — Коля! Отдай книгу! — Неа, — ответил Николай, не собираясь возвращать ей книгу. Галя попыталась забрать её, но Николай не позволил ей этого сделать. Он повалил её на подушки и нежно поцеловал в губы. Она ответила ему тем же. — Коля, ну ты что делаешь? — сквозь улыбку спросила Галина, продолжая отвечать на поцелуй. — А так я догоняю, — с улыбкой ответил Николай, продолжая целовать жену. — Спать пора, товарищ полковник. — Ты прав. Тогда, спокойной ночи — И тебе тоже, моя королева — сказал Круглов и крепко обнимая женщину. Она поудобнее устроилась в объятиях мужа и тоже уснула. «Рогозина пробудилась в каком-то необычном помещении. Оно было светлым, но напоминало больницу или госпиталь. Она поднялась на ноги, и резкий запах спирта ударил ей в ноздри. Такой же запах можно было почувствовать в морге. По коридору торопливо шли военные врачи и хирурги. Они не обращали внимания на внезапно появившуюся женщину. Из одной палаты вышла женщина, одетая в медицинский халат. Её каштановые волосы были собраны в пучок. Она спешила в другую палату. Рогозина последовала за ней, потому что она показалась ей знакомой. Когда она догнала женщину, то удивилась: это была она сама, только моложе лет на 20 или больше. По выражению её лица было понятно, что ей плохо, но она продолжала идти, поглаживая свой ещё незаметный живот. Галина не сразу поняла, почему она из прошлого поглаживает свой живот. Но потом до неё дошло: Рогозина из прошлого была беременна! Галина из прошлого вошла в какую-то палату, где находились раненые. Галина из настоящего стояла у двери и пыталась осознать происходящее. Она находилась в госпитале, где… Не успела она додумать эту мысль, как Рогозина из прошлого вышла из палаты. Рогозина из прошлого подошла к стене и прислонилась к ней. К Рогозиной подошла ещё одна женщина, чуть ниже ростом, с тёмными волосами и милым лицом. — Галь, иди отдохни. Я сама займусь твоими пациентами. — Адель, мне просто стало немного плохо, уже лучше. — Галя, ты беременна, это раз. И я до сих пор не понимаю, как Кулакова позволяет тебе работать в таких условиях. — выразила своё мнение Новикова — Адель, у меня всего лишь второй месяц беременности. Кулакова знает, что я умею контролировать эмоции и не поддаваться стрессу. — Ох, Галя, Галя… Может, тебе всё-таки стоит уехать в Москву? Здесь опасно оставаться. — Нет! Я уеду отсюда только со Славой. Мы обещали друг другу. — А ты обещала ему, что будешь больше заботиться о себе, пока вы не уедете в Москву. Ты это только вчера пообещала или уже забыла? — Да, помню я всё! Не начинай мне лекции читать! — Я не буду, а вот Кулакова начнёт. Она разрешила тебе остаться здесь, но сказала, что будет следить за тобой. — Ну, беременна я, что ж тут такого? — вопросила Галина. — Галя, во-первых, у тебя под сердцем твой же ребёнок! А во-вторых, ты же не знаешь, вернётесь вы вместе со Славой или нет! — ответила Адель. Как назло, Рогозина и её подруга услышали: «Рогозиной не говорите!» Это был голос Кулаковой. Обе поспешили за голосом Кулаковой. Когда они нашли источник звука, то увидели её около дверей морга. Сердце Рогозиной замерло. — Евгения Фёдоровна! — окликнула начальницу Адель. Кулакова обернулась и испугалась, увидев в компании Адель ещё и Рогозину. — Что случилось, Евгения Фёдоровна? — спросила Галина. — Ты о чём, Галь? — спросила Кулакова, будто не знает ни о чём. — Евгения Фёдоровна! — воскликнула Галина. — Что произошло и о чём я не должна знать? — Вы слышали? — испуганно спросила Кулакова. — Да, — ответила Галина. Кулакова тяжело вздохнула. — Тебе мягче или как? — спросила Евгения Фёдоровна. — Да что же случилось? Говорите уже! — твой муж, Слава, погиб… — ответила начальница. — Что? — воскликнула Рогозина, чувствуя, как земля уходит из-под ног. В голове помутилось, и она будто оказалась в вакууме. — Этого не может быть… Внутри всё сжалось от боли и шока. Она не могла поверить в то, что услышала. Муж, её Слава, погиб? Это какая-то чудовищная ошибка. Но в глазах Евгении Фёдоровны она видела искреннее сожаление и понимание, что это не ошибка. Рогозина почувствовала, как по щекам текут слёзы. Она закрыла лицо руками, пытаясь справиться с эмоциями. В этот момент мир для неё остановился. Всё, что было важно раньше, потеряло смысл. Осталось только это страшное известие и боль, которая разрывала сердце. Она только вчера ему сообщила, что он станет отцом! Он так этому радовался, что расцеловал жену на глазах остальных врачей, хотя он знал, как она не любит показывать чувства на публику. А сейчас его больше нет рядом с ней. Жизнь остановилась, и она не могла поверить в происходящее. Он был для неё всем: любящим мужем, надёжным плечом, верным другом. Они планировали будущее, мечтали о малыше, и вот всё рухнуло в один момент. Она вспоминала, как они строили планы на будущее, как они планировали малыша. Теперь всё это казалось далёким и нереальным. Она не помнила сколько она проплакала, сколько она стояла у стены и пыталась успокоиться, но тут в области живота началась боль, подступающая будто волнами. Если до этого у неё была тошнота, то она как-то резко пропала. Рогозина упала на голени и около неё собрались ещё несколько других врачей, кроме Кулаковой и Новиковой. Перенесшись во времени на пять часов вперёд, Галина увидела себя в прошлом, лежащую на больничной койке. Женщина спала, а рядом с ней находилась Кулакова, которая явно испытывала сильные переживания. Спустя некоторое время Рогозина из прошлого пришла в сознание. Она смотрела на потолок и не замечала ничего вокруг. Только голос начальницы привлёк её внимание. — Галя! Наконец-то ты очнулась! — воскликнула Кулакова. Рогозина инстинктивно положила руку на живот, и радость Кулаковой мгновенно сменилась тревогой, когда она заметила это движение. — Потеряла? — спросила Рогозина безжизненным голосом. Кулакова кивнула. Рогозина из настоящего была в полном недоумении: она не теряла ребёнка! Она уехала в Москву и родила там дочь! Сейчас с Юлей всё хорошо, не считая того, что недавно она получила ожоги и ранения в результате взрыва бомбы в багажнике, но она жива и почти полностью здорова. Не успев осознать случившееся, она оказалась в какой-то незнакомой комнате, напоминающей подвал. — Что я здесь делаю? То выкидыш, хотя его не было, то… — воскликнула она, и её голос сорвался на крик. На полу лежали мёртвые тела её сотрудников: Коли, Вали, Серёги, Вани, Тани, Юли (Соколовой), Бори и многих других. Все они были убиты выстрелами из пистолетов, словно это была расправа над царской семьёй Романовых. Сзади она услышала страшный звук пистолета. Его кто то зарядил. — ты сама и виновата, что не смогла их спасти, Рогозина — сказал какой то человек и выстрельнул в спину женщине. » На этом моменте Рогозина проснулась с криком.