Первое свидание.

"Блять…" Книга захлопнулась с глухим хлопком, эхом прокатившимся по стерильной палате. Шестой день Уин томился здесь, в плену больничных стен, и никто не спешил сообщить о скорой выписке. Врачи наведывались редко, бросая дежурные вопросы о самочувствии. Разносчица еды, та и вовсе, лишь промельком заглядывала, словно боялась, что остывший обед оставит пациентов голодными. Скука тут была смертной. Развлечений – раз-два и обчелся: бесцельно бродить по палате, замирая у окна и вглядываясь в однообразный пейзаж. Иногда звонила Юн Ми, расспрашивала о здоровье и делилась новостями из дома. Отец, как оказалось, уехал. Стоило врачам зашептаться за дверью, делясь профессиональными тайнами, Уин превращался во внимательного слушателя, рисуя в воображении картины чужих жизней. Некоторые истории вызывали у него смех, другие казались до боли банальными – вроде тайной беременности школьницы. Пришлось смириться с мыслью, что никто не навестит. С того самого дня, как нуна в последний раз переступила порог палаты, ни Юн Ми, ни кто-либо другой не появлялся. Даже не писали, не спрашивали, как он, когда его выпишут, нужно ли что-нибудь. Лишь редкие звонки Юн Ми дарили слабую надежду, что о нём хоть кто-то помнит. А что насчёт Нари… Всё плохо. Аккаунт, подаренный ДжуВоном, заблокировали почти сразу. Жалобы на лживые гадания сыпались градом, и кто-то, особенно недовольный, грозился вычислить его и навести порчу. К счастью, обошлось. Но Уин успел сделать скрины. Один лишь взгляд на фотографию Нари заставлял его по двадцать раз нажимать кнопку "снимок экрана", пока вся галерея не заполнилась её изображениями. Он приближал фотографии, разглядывая каждую деталь, каждую родинку, едва заметный шрамик. Он жадно изучал нуну. Некоторые снимки были безупречно отретушированы, глаз не оторвать. Комментарии пестрели восхищением её внешностью, утверждениями, что ей достались лучшие гены. Наверняка, от поклонников нет отбоя. И столько же отказов. Так что насчет неё? Она в тот же день, когда Ю попал в больницу, скинула ему видеоуроки и проверочные работы по материалу. Если Нари не беспокоилась за своего ученика, то Уин изнывал от тревоги за своего учителя. С того момента она не появлялась в сети. Дата последнего посещения так и застыла в их чате. Но Ю не решался написать первым, не зная, с чего начать. Банальное "Привет, как дела?" Или язвительное "Даже не написала, а я тут умираю от одиночества, вообще-то"? Он столько раз брал телефон, открывал чат с нуной, что там, казалось, вот-вот появится вмятина от яростного стирания сообщений. Перед сном он мучил себя мыслями о том, чем занята Нари, как она проводит время, думает ли о нём, хотела ли написать ему так же, как он хотел написать ей? Или нуна сейчас с тем парнем? Наслаждается свободой от поездок к ученику на другой конец города? От подготовки к урокам? Почему все мысли снова только о ней?! Ещё недавно он размышлял о разговорах врачей, вопросах Юн Ми, об отъезде отца. Тогда он вздрагивал от каждого звонка горничной, даже новость о возвращении главы семейства к мачехе не успокаивала его так, как размышления о Пак Нари. Ему нравилось строить воздушные замки перед сном, представляя, как он смело касается её, как называет своей, как овладевает ею и тут же сокрушает. — Вы рады? — голос, возникший из ниоткуда, заставил его вздрогнуть. Ю медленно перевёл взгляд с потолка на девушку в медицинском халате. На плечах устроился стетоскоп, из-под шапочки выбивалась челка – видимо, день выдался тяжёлым. Руки спрятаны в карманах. — У вас что, шок? — усмехнулась она, бросив взгляд на остывшую еду, которую парень так и не доел после ужина. Её смех рассыпался по палате звонким эхом, но стоило этому эху коснуться слуха, как лицо её окаменело, превратившись в маску самой серьёзной женщины во всей больнице. — Ну что, я дождусь ответа? — Зависит от вопроса. Она хмыкнула, выудила руку из кармана и почесала затылок. — Сегодня ваш последний день, завтра выписка. Рады? — повторила она, и Уин едва не выронил глаза. — Что так уставились? Я жду ответа. — Да… да, я рад. — Тогда начинайте собирать вещи, — пожала она плечами, разворачиваясь к выходу. Но, сделав несколько шагов, замерла у двери и обернулась: — Это ведь не хулиганы были? Ступор. Неожиданно. До чёртиков неожиданно. — Не помню, — выдохнул Уин, и она снова засмеялась. — Может, повременить с выпиской? У вас, кажется, амнезия. Она вышла из палаты, и смех её еще долго звучал в коридоре. Казалось, её так измучили смены и пациенты, что она вот-вот сорвётся и превратится в безумного врача, тихонько избавляющегося от надоедливых больных. Уин рухнул головой на подушку, ощущая предвкушение свободы от этих четырёх стен. Снова школа, почти отличные оценки, велошкола, Нари… Голова гудела от мыслей, а глаза слипались, жаждая отдыха и пробуждения с этой долгожданной новостью. Конечно, здесь ему было нелегко. Он, привыкший к обществу, оказался заперт среди аппаратов и стариков, которые вечно путали палаты. Вот у кого амнезия, так это у них. Руки сами потянулись к телефону, к открытому чату с нуной. — До сих пор не в сети, — выдохнул Уин, прожигая взглядом экран телефона. Уинчикпикчик: Нуна, меня завтра выписывают. Он тут же отложил телефон на прикроватную тумбочку, ожидая уведомления. Он надеялся, что Пак Нари так обрадуется этой новости, что тут же ворвётся в телефон и заспамит его сообщениями. *** Глаза то и дело приоткрывались, тут же закрываясь. Яркий солнечный свет настойчиво бил в лицо, пытаясь разбудить Уина. Но сладкому сну парня мешал еще и чей-то пристальный, пожирающий взгляд. "Снова монстры", — промелькнула мысль. Ю повернулся спиной к "монстру", накрыв лицо одеялом. Но вот незадача: закрыв лицо, он оголил стопы, и кондиционер тут же обдал их ледяным воздухом. Кондиционер? Он же его никогда не включал. Он резко подскочил на кровати и посмотрел туда, откуда исходил этот взгляд, и холодный пот прошиб его. Он точно не ожидал увидеть здесь этого человека. И это точно был монстр. — Фто ты тут делаешь?! — прикусив язык, первое слово прозвучало ужасно. Не отрывая взгляда от бездонной глубины этих глаз, Уин заметил, как незнакомец, словно девушка после бурной ночи, инстинктивно прикрывает тело одеялом. Заметив это, Уин тут же откинул его в сторону. — Ничего. — Ты с головой рухнул, так будить? Да я чуть не обделался, если уже не обдристался, — вопил Уин на всю палату, наблюдая, как лицо нежданного гостя каменеет. — Вот поэтому ты еще девственник. С тобой если проснуться, то сразуи помереть можно и отправиться на тот свет. Или ты хотел, чтобы я тут еще подольше поторчал? В этой мерзкой больнице? — Если баба будет так много хуйни щебетать, то я готов будить её каждое утро, — он пальцем мазнул по губам, слегка оттягивая их в сторону. — Мне её уже жаль. Если после первого секса ничего не выйдет, ты знаешь, чей номер дать, чтобы забыть твои глаза в теплой постели со мной. — Так фто я тут делаю? — специально передразнивает Уина, наблюдая за его реакцией. — Не знаю. Всё тело заломило от резких движений, вызванных самозащитой, поэтому Ю снова упал на кровать, закинул руки за голову и жалобно выдохнул. Парень быстро перебрал в голове все причины, по которым Квон Хёк мог сюда явиться. Да еще и напугать так, что впору поседеть и заикаться. Первое: решил навестить своего напарника. Второе: ему просто нечем заняться, вот он и забрёл сюда. Третье: просто чтобы напугать. — Ну реально, чего ты приперся? — спросил Уин, поворачивая голову к черной макушке. — Ты мне писал. Что?! Когда он, сука, успел ему написать?! — Только почему я нуна? Пиздец. В голове Ю лишь одни маты, больше ничего. Лёгкий румянец стыда коснулся щёк. Но когда Уину было стыдно в последний раз? Кажется, это чувство давно покинуло его. — Я вижу тебя, как девушку, любимая, — подмигнул и сузил губы трубочкой, пытаясь послать воздушный поцелуй через расстояние. — Тебе там что, все мозги отшибло? — Нет! — парень, лежащий на кровати, приподнялся на локтях, не отрывая взгляда от Хёка. — Если честно, ты уже давно вызываешь у меня смешанные чувства. Просто только сейчас появился шанс честно тебе в этом признаться. — Или у тебя появилась лишняя хромосома? — Квон стал ещё серьёзнее, чем прежде. — Нужно сообщить об этом врачам, о твоих откровениях, но боюсь, тебя просто сочтут геем. — Тьфу, какой ты разговорчивый стал, — огрызнулся Уин, тут же падая обратно на подушки. Тело всё ещё ныло от боли. — Лучше заткнись. И словно преданный пёс, Хёк молча наблюдал, как Уин собирает свои вещи, разбросанные по углам комнаты. Иногда он замирал посреди комнаты в задумчивости, пытаясь вспомнить, что забыл, а что лучше выкинуть. После получасового метания, сумка, приехавшая с ним в первый день, оказалась забита до отказа. Всё, что не вместилось, полетело в урну или дешёвый пластиковый пакет, выпрошенный у кого-то из персонала. — Всё… Вроде, — хлопнув несколько раз в ладоши, Ю упёр руки в бока. Обернувшись, чтобы проверить, чем занят Хёк, он увидел умиротворённо спящее лицо. Квон сидел, откинувшись на спинку кресла, скрестив руки на груди. Уин тут же скривился, показывая всем своим видом, как его это возмущает: он тут пашет как вол, а этот паразит дрыхнет в своё удовольствие. Ю подошёл ближе, присел на корточки у ног Хёка и, что есть сила выпучив глаза, попытался изобразить страшную гримасу. Не работает. Вставая, он услышал хруст в суставах. Теперь, оказавшись сбоку от спящего, он начал гавкать ему на ухо, время от времени переходя на мяуканье. Хёк тут же открыл глаза, недовольно глядя на Уина исподлобья. — Доброе утро, соня, — усмехнулся Ю. — Я собрался, пойдём? Лёгкой походкой спускаясь по лестнице, где вскоре их пути должны были разойтись, Хёк неожиданно выдал: — Летом будет поездка на Чеджу с классом. — И? — Она будет долгой. — И? — Бок Дау тоже едет. — Фу, этот придурок, — Уин с отвращением поморщился, всем своим видом показывая, что его сейчас стошнит от одного упоминания этого имени. Ведь их связывала довольно интересная история. — Да. *** По приезде домой, парня первой встретила Юн Ми, нежно обнявшая его и сказавшая, что безумно соскучилась. Она знала, что в больницах кормят не тем, чем хочется, поэтому, как только Уин вернулся из душа, на столе его ждал вкусный обед. Он ел в полном одиночестве, и ему это нравилось. Как прежде, особенно перед школой, когда отец уезжал на работу, а мачеха пропадала по своим женским делам до позднего вечера. В доме за время его отсутствия ничего не изменилось. Тот же интерьер, те же горничные, садовник. Честно говоря, он соскучился по этому больше, чем по лежанию сутками напролёт в белой комнате, сверля взглядом потолок, где единственным другом была капельница. Закусывая хлебом бульон, Уин заметил сообщение. Чуть не подавившись, он увидел, кто ему написал. Пак Нари объявилась. Со своим нелепым сообщением. Пак Нари "Как ты?" Уин застыл, словно громом поражённый. Ему даже телефон было тяжело поднять со стола, будто тот весил как слон. Свободной рукой он несколько раз хлопнул себя по щеке, пытаясь прийти в себя. Пак Нари "Я знаю, что тебя выписали. Не хочешь встретиться? Ты уже ел? Я могу тебя сводить в забегаловку" Странно. Она непредсказуемая. И это Уину нравилось. — Юн Ми, я пойду в свою комнату. Не заходи, — бросил Ю, не отрывая взгляда от экрана блокировки. Он даже умудрился несколько раз удариться о пороги на лестнице, чуть не упав. Захлопнув за собой дверь и прислонившись к ней спиной, парень наконец разблокировал телефон и зашёл в KakaoTalk, нажимая на чат, который висел самым первым. Уинчикпикчик "Привет, Нуна! Я уже дома, представляешь ;) Нет, ещё не ел, но жутко голоден" Девушка вышла из сети всего пару минут назад, оставив сообщение без ответа, но стоило ее ученику написать, как она тут же появилась в онлайне, торопливо набирая текст. Пак Нари: "Я заеду за тобой через тридцать минут. Успеешь собраться? И захвачу несколько книг, чтобы тебе было что почитать." Уин ответил, что времени вполне достаточно, и тут же бросился в ванную, чтобы побриться. В спешке он несколько раз задел лезвием кожу, и на лице выступили крохотные капельки крови. Взглянув на свое отражение, он заметил под глазом предательский желтый синяк. На мгновение в голове промелькнула мысль стащить косметику у горничных или попросить их замазать это безобразие. Но времени оставалось катастрофически мало, поэтому он наспех переоделся в первое, что попалось под руку. Толстовка, джинсы с прорезями на коленях и кепка, которую он натянул как можно ниже, в надежде, что нуна ничего не заметит. Побрызгавшись духами, Уин выскочил из дома, не объяснив ничего Юн Ми. Ему нужно было торопиться на парковку. Он уже заметил машину Нари издалека, ведь на частную территорию резиденции Ю могли въезжать только автомобили жильцов. Оглядываясь по сторонам, выискивая взглядом знакомый силуэт, он не находил ничего похожего. Впрочем, выбор был невелик: всего две машины на парковке. Цветом фуксия и темно-зеленая. Именно из последней вышла Нари и, улыбаясь, помахала ему рукой. Усаживаясь на пассажирское сиденье, Уин окинул взглядом салон. Вокруг были только мужские вещи: одеколон, сигареты (что было странно, ведь Нари не курила) и фотографии какого-то парня, которого он где-то уже видел. Он хотел спросить, чья это машина, но Нари опередила его. — Машина моего друга. Он дал мне покататься, пока моя в ремонте, — объяснила она, сдавая назад. — А что случилось с твоей? — поинтересовался парень. — На техосмотре. Она внимательно следила за дорогой, лишь изредка бросая взгляд в зеркало заднего вида. Ю впервые видел у Нари такие огромные, болезненные тени под глазами. Видимо, она совсем не спит, готовясь к занятиям с учениками, поглощая горы информации о развитии речи, счета и памяти. Неудивительно, что она заваливает его книгами и требует эссе с пересказами. А, может, сказывается и учеба в университете – парень подозревал, что она зубрит билеты, не жалея себя. — Что? – Нари повернулась к Уину, поймав его изучающий взгляд. — У тебя синяки… огромные. Из-за плохого сна? — Ага… Что не скажешь про тебя, – хмыкнула девушка, кивая на его фингал под глазом. Остановившись на светофоре, когда горел зеленый, Нари пошарила в бардачке и достала очки в темной оправе с желтыми линзами. Уин тут же выхватил их, на секунду повернув зеркало к себе, чтобы оценить, как они сидят на переносице и вообще – его ли это форма? — Вау, – тихо промурлыкала Пак, любуясь учеником, – тебе идет. — Спасибо. Я верну, как только смогу. — Не стоит. Считай это подарком за то, что ты выписался. Светофор вспыхнул красным, давая сигнал к движению в другом направлении. Нари нажала на газ, сворачивая из города направо, туда, где начинался густой лес. Уин не любил долгие поездки на машине. На велосипеде – другое дело. Там он сам себе хозяин. Свободен. Может набирать скорость, сбавлять ее, останавливаться, чтобы передохнуть, полюбоваться пейзажем. И сделать пару снимков на память. С Пак Нари он расслаблялся. Знал, что она точно не потащит его в какую-нибудь сеульскую кофейню, а наоборот, найдет место с красивыми видами и вкусной едой. Она явно не из тех, кто ходит по одним и тем же заведениям, ей необходимо открывать для себя что-то новое. Уин даже успел задремать, когда она включила тихую, ненавязчивую музыку, простую мелодию без слов, с нежным, убаюкивающим мотивом, словно сотканным из романтики. Погода за окном испортилась. Тёмное небо напоминало ему глаза Хёка – такие же пугающие и таинственные, но в которых мерцала искорка… звезды. Да, такие яркие, что можно было утонуть в этой красоте. Жаль, что в городе такого не увидишь – только слепящий свет рекламы, заполонившей все вокруг. Ю даже заметил падающую звезду, но не стал загадывать желание. Не верил он в это. Просто проводил ее взглядом. Пак Нари, сидевшая за рулем, ни разу не сомкнула глаза, которые намекали, что она как бы устала, хочет отдохнуть. Поздний вечер принес с собой ощутимый холод. Девушка даже включила печку. Зима не за горами, а она одета так легкомысленно. На ней были черные, потертые джинсы, казалось, втрое больше её самой. Закатанные до щиколоток, чтобы не промочить в случайной луже. Ремень с массивной пряжкой в виде буквы "С" плотно обхватывал талию, удерживая джинсы на бедрах, а на нем покачивались безделушки. Короткая рубашка, застегнутая лишь на несколько пуговиц у груди, открывала взгляду пупок, тонкую полоску живота и изящную линию ключиц, украшенную нитью жемчуга. Распущенные волосы, слегка завитые у лица, почти растеряли свою форму, не закрепленные лаком или заколкой. — Уин, приехали, — сказала девушка, освобождаясь от ремня. — Но тут только железная дорога, — возмутился Ю, не увидев обещанного кафе, а лишь предупреждающий знак и шлагбаум. — Нужно немного пройти пешком. Они шли неспешно, вглядываясь в окружающий пейзаж. Уин, видимо, проспал закат, убаюканный движением машины. Ожидая, пока промчится скоростной поезд, Ю заметил, как нуна зябко обхватила себя руками, защищаясь от ветра. Её щеки и кончик носа порозовели, а кожа покрылась мурашками. Неожиданно для себя Уин протянул руку, словно его притянуло магнитом. Его ладонь скользнула по её руке, собирая еще больше мурашек. Он смотрел, как его рука движется вверх, касаясь ткани рубашки. Только тогда он поднял глаза и встретился с её взглядом. На лице девушки читалось замешательство и непонимание. Уин резко отдернул руку, отводя взгляд. Он почувствовал, как жар волной разливается по телу, обжигая его. Ю так легко возбудить. К счастью, огромная толстовка скрывала пах. Иначе от вопросов и очень странных взглядов он бы не отделался, а после получил бы хорошую такую пощёчину. — Моя мама так делала в детстве, — пробормотал парень в оправдание, когда поезд утих и в воздухе остались лишь звуки скрипки кузнечиков. Нари ничего не ответила, чувствуя по его тону, что тему матери лучше не затрагивать. Она предпочла промолчать, скрывая в себе растущий интерес. Как объяснила девушка, неподалеку, на горе, находится красивый храм и деревня. Но лучше всего посещать храм днем, на рассвете или закате, чтобы полностью расслабиться и отдать себя молитвам. — А что тут еще есть? — Ну… общественная сауна. Отдельная для мужчин и женщин, — ответила она, задумчиво глядя на звездное небо, а затем добавила тише, — и совмещенная. — Ого, — искренне удивился парень, — наверное, там собираются одни извращенцы. Нуна тихо, но искренне рассмеялась. — Наверное. Но там могут и налить бесплатно. Конечно, если тебе есть восемнадцать и ты знаешь меру. — Тогда стоит приехать сюда, когда мне исполнится восемнадцать? — А извращенцы? — Пф. Их же нет в этой деревне, да? Поднявшись на вершину горы, откуда открывался вид на горный хребет, вишневые деревья, еще не зацветшие, и огни домов, Ю и Пак замерли, услышав шум, доносившийся со стороны Нари. — Кто там? — прошептал парень. — Не знаю. Может, животное? Звуки становились все громче и громче, напоминая человеческие шаги. Они оба смотрели в сторону звука, прислушиваясь и расширяя глаза от удивления, когда навстречу им выбежал ребенок, на ходу застегивая штаны. — Здравствуйте! Они все еще стояли на месте, не зная, что ответить. — Что ты там делал? — напуганно спросила нуна. — Писял. Ладно, я пойду, меня дома ждут! — ребенок помахал рукой и убежал, скрывшись в темноте. — Боже. Чуть тут коньки не отбросила, — выдохнула нуна, одной рукой держась за сердце, а другой за голову. — Может, на том месте, где он сделал свои дела, взойдут цветы. Кулак прилётаеи в ребро. Слабый удар, но Уин лишь рассмеялся, обнажая зубы. — Какие цветы?! Не сезон же. — Да я шучу-шучу! — Уин принял позу поражения, расставляя руки по богам туловища. Нари фыркнула, и они продолжили путь. Вскоре перед ними возник дом с вывеской, намекающей на то, что это скорее кафе. У входа их встретил парень в униформе, видимо, фирменной одежде этой забегаловки. Он попросил оставить обувь в специальном ящике, предложив взамен универсальные одноразовые тапочки. Переступив порог, оставалось только ахать от восторга: интерьер с головой погружал в далекую эпоху Корё. Официант проводил их в укромный уголок, за небольшой столик, рассчитанный на двоих. В центре стола размещалась гриль, а сверху свисала вытяжка позволяя не распространяться запаху, чтобы не тревожить остальных посетителей. Они раскрыли предложенное юношей меню. Нари долго уговаривала Уина заказывать все, что душе угодно, обещая оплатить счет, но тот стоял на своем, уверяя, что вполне может себе это позволить. Естественно, Пак одержала верх в этом споре и теперь довольно улыбалась, сидя напротив. Они заказали преимущественно мясо, но не обошлось и без рамена, а в качестве напитка взяли Coca-Cola. Сначала им принесли закуски, а затем две внушительные порции рамена. Разбухшая лапша выглядела настолько аппетитно, что у Ю потекли слюнки. Несмотря на то, что он уже ел сегодня, долгая дорога и подъем в гору вымотали его, и эта пища богов пришлась как нельзя кстати. Сверху аппетитно плавился сыр, растекаясь по всей тарелке. Съев почти половину рамена, Ю заметил, что Нари даже не притронулась к еде. — М? Пач… почему ты не ешь? — поинтересовался он, пережевывая лапшу. — Уин, можно задать вопрос? — Ее голос дрогнул, но она постаралась скрыть это за неловкой улыбкой. — Да. — Почему ты сегодня не курил? — Как ты поняла, что я курю? — От тебя пахнет табачным дымом. Каждый раз, когда я приходила заниматься с тобой, этот аромат присутствовал. — Тебе не нравятся курящие люди? — Не совсем. Просто… — она задумалась, опустив взгляд вниз, — у меня плохие ассоциации с никотином. — Тогда обещаю, что не буду курить, когда ты будешь приходить, — в знак обещания Ю протянул мизинец, приглашая нуну скрепить их пальцы. Уин вспомнил, как их пальцы переплелись, и в памяти всплыл пакет леденцов, который она принесла в больницу. Они очень помогли ему отказаться от курения, пока он там находился. А сегодня просто не было времени. Выписка. Хёк. Дом. Сообщение от Нари. И вот он здесь. Хотел отдохнуть дома, насладиться моментом, когда в палату не заглядывают старики. А в итоге отдыхает наедине с нуной. — Ваше мясо. Вы знаете как его обжаривать? — вежливо поинтересовался официант, расставляя на столе разные сорта. — Да, благодарю, — кивнула Нари. Девушка, словно опытный повар, начала выкладывать мясо на гриль. Первые готовые кусочки она сразу же перекладывала в тарелку Уину. — Нуна так вкусно приготовила, — прокомментировал Ю, доедая последний кусочек, который просто таял во рту. — Я часто хожу в такие заведения с одногруппниками возле университета. "Там же есть и парни...да?" — кольнула ревнивая мысль. Вся еда была съедена, мясо запито напитком. Уин откинулся на спинку стула, положив руку на живот, который был полон до отказа. Казалось, если он встанет, то покатится по горам, как колобок. Эта мысль вызвала у него тихий смех, пока нуна отправилась оплачивать счет. Он поправил очки, сползшие на переносицу, и смотрел на спину Нари. Уин упускал моменты, когда она брала еду палочками и отправляла в рот. А если и замечал, то она прикрывала рот ладонью. Казалось, она съела совсем немного по сравнению с тем, сколько накладывала ученику. — Пойдём? — голос раздался сзади, как гром среди ясного неба. Ю не заметил, как она подошла, и вздрогнул от неожиданности. — Да, спасибо за еду, нуна, — поблагодарил Ю, склонившись в поклоне. *** Они стояли у железнодорожных путей в ожидании поезда, который пока не показывался. Нуна успела согреться в кафе, но, выйдя на улицу, почувствовала, что температура упала еще сильнее. Она купила грелки в том же заведении и держала их в руках. Иногда ее челюсть начинала дрожать, но она быстро это замечала и старалась контролировать. — Я могу считать это свиданием? — спросил Ю, переминаясь с ноги на ногу, чтобы не замерзнуть. Нари недовольно взглянула на него, но тут же ее лицо вновь стало бесстрастным. — Как хочешь. — Кстати, чтобы не утруждать тебя провожать меня до дома, я вызвал такси. — Зачем? Мне не сложно, отмени его. — Уже поздно, — парень кивнул вперед, — та белая машина — моя. Она цокнула. Поезд промчался быстрее предыдущего, потому что в нем было меньше вагонов. Шлагбаум поднялся, открывая дорогу. — Пока, Пак Нари, — ее имя Уин произнес сладко, словно сахарная вата, тающая на губах. Сделав стремительный шаг к девушке, Ю наклонился к ее лицу и коснулся губами ее щеки, оставив мимолетный, невесомый поцелуй, словно прикосновение крыла бабочки. От этого нежного прикосновения по коже Нари пробежала искра, оставив легкий румянец на щеках. Ю тут же перебежал дорогу, пока репетитор стояла в оцепенении, не понимая, что произошло. Лишь осознав случившееся, она начала выкрикивать его имя, прося подождать, но он уже сидел в такси, закрыв за собой дверь. — Куда вам? — спросил мужчина, поворачиваясь к заднему сиденью. Назвав заученный адрес, машина тронулась. ДжуВон смог раздобыть адрес Нари. Так что это не последняя их встреча этим вечером.