33. Первое свидание

— Да у тебя здесь целые апартаменты! — присвистнул Блейз, обходя палату. — За какие такие заслуги? Неужели связи?! — Он округлил рот в притворном изумлении. Драко лишь закатил глаза, устраиваясь поудобнее на подушках. Тео же молча уселся в кресло для посетителей, игнорируя устроенное Забини представление. — Как дела, дружище? — Завтра домой, наконец-то! Уже надоело сидеть в четырех стенах — скука смертная. Блейз громко цокнул: — Если бы не твой идиотский побег, то уже обнимался бы на диване со своим комком шерсти. — Если бы не мой идиотский побег, — пискляво спародировал Драко, — то нашей победы могло бы и не быть. Два лишних дня здесь того стоили. — Или ты мог бы свернуть себе шею — уже окончательно, — добавил Тео. Малфой пожал плечами, не видя смысла спорить. — Справедливо. Забини уселся в изножье кровати, прихватив с тумбочки спелое яблоко, и обратился к Нотту: — Я удивлен, как после этого Грейнджер сама ему ее не свернула голыми руками! Ведь даже мы не ожидали, что он такой смертник! — Взгляд темных глаз переместился к его недовольному лицу. — От того, как побледнела Нарцисса, мы уж начали переживать, что ее откачивать придется. Вина вновь проклюнулась где-то в глубине души, хотя второй приход матери выдался куда менее эмоциональным. Драко поджал губы, отводя взгляд. — От мамы я выслушал уже много всего. Иначе я поступить не мог, и вы это понимаете. А что до Грейнджер… — Он пожал плечами, ощущая, как губы сами собой растягиваются в довольной ухмылке. — Мне удалось переключить ее внимание на… более интересные вещи и остаться в живых. Возможно, не стоило говорить об этом прямо сейчас, но язык Малфоя всегда был его врагом — все чаще в последнее время он сначала выдавал что-нибудь, и уже только потом думал. Друзья замолкли, и он сглотнул от того, насколько подозрительным и цепким сделался взгляд Блейза, тут же уловившего свежую сплетню. — Давай, договаривай, — отчеканил он, прищурившись. — А то мало ли о чем мы можем подумать после такого любопытного заявления. Гребаный Мерлин! А ведь его слова действительно прозвучали двусмысленно, хотя подобного смысла Драко в них не закладывал. Вот же!.. И пока Забини вновь не открыл свой дракклов рот, он принялся коротко пересказывать свой отчаянный поступок, приправленный риском и влиянием развивающейся лихорадки. К слову, сейчас тому состоянию он был даже благодарен — смог бы он в здравом уме заявить ей о своих чувствах вот так, прямо в лицо? Вряд ли. После того, как он проронил последнее слово, воцарилась давящая тишина. Тео казался слишком уж задумчивым, и даже Блейз молча рассматривал потолок, словно о чем-то размышлял, однако длилось это недолго. — Ну ты даешь! — Хохотнул друг, хлопнув в ладоши. — Вот это действительно сильно. И что она? — Ничего. После того, как Грейнджер сдала меня сюда, как нашкодившего котенка, мы не виделись. Грудь кольнула обида, о которой Малфой даже не подозревал. Да, ему хотелось бы, чтобы она навестила его, однако ведьма как в воду канула. Он понимал, что после игры ей нужно писать огромный отчет, да и самой отдохнуть от нервотрепки, которую он всем задал, но… Это было необъяснимо. И он осознавал, что обижаться бессмысленно — им бы нормально поговорить. Он протянул ей снитч, словно оливковую ветвь, и Гермиона его приняла, и на этом все. — Надо было раньше это сделать, — протянул молчавший до сего момента Нотт. — Смысл было тянуть? Вы уже даже целовались, драккл вас дери, и продолжали бегать вокруг друг друга на цыпочках. Что ты теперь собираешься делать? Неожиданно смутившись, Драко пожал плечами. — Не знаю. Завтра меня уже выпустят отсюда, наверное, напишу ей. Повода увидеться не появится еще долгое время, так как после игры у нас отгулов почти на две недели. — Просто позови на свидание, и дело с концом! — Блейз закатил глаза с такой силой, что, казалось, они никогда не выкатятся обратно. Тео кивнул. — Он прав. — Я и без вас об этом думал, умники, — фыркнул Малфой. — Какие еще могут быть варианты? Я ведь так и не выяснил, где она живет, чтобы элементарно отправить цветы. — Вот и выяснишь. — Забини ухмыльнулся. — В конце концов, даму положено проводить до дома. Если ты позабыл о своем воспитании, то Нарциссу хватит удар. Друзья принялись вслух размышлять о том, куда он мог бы ее повести, какие цветы подарить, и во всех красках рассуждать, чем же может закончиться вечер. Однако у Драко уже были свои идеи — далекие от высказанных предположений. И он был уверен, что Грейнджер будет солидарна с ним в выборе — ну а если нет, то у них будет возможность обсудить все лично. Он ощущал себя идиотом, что носится со своей первой влюбленностью, хотя испытывал подобное не впервые. И все же ему нравились эти ощущения легкости и сладостного предвкушения. Ему до дрожи под ребрами хотелось увидеть ее снова, услышать цветочный аромат волос и увидеть эти проклятые веснушки. Это было похоже на помешательство, и Драко позволил ему поглотить себя с головой. Оставалось лишь надеяться, что это хоть на сколько-нибудь взаимно.

***

Новый год подкрался настолько незаметно, что Гермиона даже удивилась, оказавшись в Норе посреди праздничного возбуждения. Уизли праздновали его с таким же размахом, как и Рождество — еще один повод собраться всей дружной семьей, еще одна причина для Молли проторчать на кухне весь день, чтобы накормить всех вкуснейшей едой, а потом еще и заботливо раздать контейнеры со всем, что осталось. Немного несуразная елка, которую добыли Фред и Джордж, переливалась зачарованными огнями и пестрела разномастными игрушками, многие из которых были сделаны всеми присутствующими, когда они были еще детьми. Артур и Молли с трепетом хранили все это, и доставали с чердака каждый год. Грейнджер любила бывать здесь, особенно в праздники. Все вокруг окутывали семейный уют и безусловная любовь, от которых щемило сердце. Она была рада, что однажды обрела вторую семью, в которой ее приняли с распростертыми объятиями, словно Гермиона всегда была своей. От нее не требовали ничего — просто принимали без всяких «если»… Ведьма думала, что все это рухнет, как только они с Роном расстанутся, однако никто даже не придал этому значения. Разумеется, по миссис Уизли иногда можно было понять, что она немного расстроена этим фактом, однако им обоим никто и слова не сказал. Просто не сложилось. Поэтому сейчас она вновь занимала место на стареньком диване в окружении цветастых подушек, в ожидании Гарри и Джинни, что немного задерживались из-за очередного задания друга. Рон и Эмили уже прибыли и в данный момент находились на кухне, обсуждая что-то с Молли. Гермиона слышала, как та настойчиво отказывалась от помощи беременной невестки и выпроваживала ее в гостиную. Тело сковывала толика напряжения, что всегда появлялась, стоило им с Роном и его женой оказаться в одном помещении. Что было — то прошло, однако игнорировать факты их прежней близости было невозможно, как и вернуться к прежней дружбе. И Грейнджер прекрасно понимала, что это нормально — мало кто продолжает так уж тесно общаться с бывшими. Неловкость — меньшее из зол. Она всегда держалась уверенно, не проявляя лишних эмоций на этот счет. — Гермиона! Камин вспыхнул, выплевывая Гарри и Джинни, что были изрядно покрыты пеплом. Грейнджер облегченно выдохнула. — Мерлин милостивый! — подруга ворчала, отряхивая платье. — Я была готова придушить его, появись он еще на пять минут позже, честное слово! Закатив глаза, виновник возмущений поправил очки и последовал примеру девушки, избавляясь от пепла. — Из-за нашего опоздания никто не умер, они еще даже не начали, Джин. — Не начали, потому что ждали нас! Я права, Гермиона? — Уизли бросила в ее сторону вопросительный взгляд. За перепалками этих двоих можно было наблюдать вечно, и ведьма лишь поджала губы, изо всех сил сдерживая смех. Однако по ее лицу все и так было понятно. Джинни всплеснула руками: — Вот видишь! Я была права. Гарри благоразумно молчит, и это, определенно, верное решение. Рыжая фурия скрывается на кухне, а друг разваливается рядом, тяжело вздыхая. — Трудный день? — интересуется Грейнджер, склонив голову и разглядывая тонкие морщинки, что залегли вокруг глаз. — Не то слово, — тянет он, снимая очки и проводя ладонями по лицу. — Один идиот решил побаловаться с магловской пиротехникой, как итог — несколько взрывов и пожар в Косом. Мы гонялись за ним весь день. — Надеюсь, никто не пострадал? — Пара человек с ожогами в Мунго, но ничего серьезного. Гермиона только открывает рот, чтобы спросить о том, кто это был, как весь дом сотряс громкий женский крик: — Что это?! Она тут же вскочила со своего места, будучи сбитой с толку — голос Молли сотряс дом до основания, однако в нем не было… паники. Скорее даже восторг. Переводя взгляд на Гарри, что казался спокойным, как удав, и понятливо улыбался, Грейнджер удивленно вскинула брови. Довести до подобного эмоционального подъема миссис Уизли могли мало какие вещи. — Ты все-таки сделал это? — Она испытующе прищурилась. — Ага. — На Рождество? Он вновь кивнул. — Решил, что раз празднуем вдвоем — это подходящий момент. Коротко взвизгнув от переполняющей ее душу радости, Гермиона набросилась на него с крепкими объятиями. — Годрик, я так рада за вас обоих, Гарри! — Голос упал до шепота. Глаза наливались предательской влагой, но ей было плевать — это же от счастья, в конце концов! — Спасибо, — пробормотал он, крепко обнимая ее в ответ. — Спасибо, что надоумила ее на разговор тогда. На миг зависнув в непонимании, она быстро поняла, о чем шла речь. Грейнджер уже и забыла о том разговоре, а влезать в чужую личную жизнь и задавать неуместные вопросы не планировала, а потому и не была в курсе. — Я здесь ни при чем. — Гермиона отстранилась, шмыгнув носом, и заглянула в родные зеленые глаза, что светились неприкрытой радостью. Гарри покачал головой. — Очень даже при чем. Если бы не ваш разговор, то мы с Джин не обсудили бы все тогда, и, возможно, она отказалась бы. А так, я даже рад, что она нашла кольцо раньше времени — мы спокойно поговорили и выяснили наши взгляды на этот счет. И я просто сделал это, когда оказался готов. — Я так счастлива, что вы есть друг у друга, и, наконец, пришли к новому этапу. Друг сжал ее руку в знак признательности, заглядывая в лицо. — А ты Гермиона? У тебя есть кто-то? — Его открытый взгляд и неподдельная озабоченность всегда подкупали. В нем не было жалости из-за того, что среди всех них она до сих пор одна. Гарри правда переживал, он заботился о ней, как заботятся о родной сестре, а потому она никогда не упрекала его за подобные вопросы. Он был братом, которого у нее никогда не было, родным человеком. Перед внутренним взором мелькнуло знакомое бледное лицо, и она хмыкнула, часто моргая. Улыбка растянула губы, и Гермиона сжала руку друга в ответ. — Сегодня это не важно. Дальше вечер прошел по привычному сценарию, разбавленному лишь тем, что все рассматривали кольцо, что сверкало на безымянном пальце Джинни, и расспрашивали о дате свадьбы. Стол ломился от множества блюд, приготовленных заботливыми руками Молли; тесную кухоньку окутывали шум разговоров и трещание волшебного радио, которое прокручивало по кругу песни Селестины Уорлок, обожаемой миссис Уизли. Гермиона с радостью переключалась с одной беседы на другую, делилась своими новостями и выслушивала чужие, ощущая, как по телу разливается приятное тепло, а щеки ноют от не спадающей с лица улыбки. Она была на своем месте.

***

Она нервно сжимала ремешок сумки, рассматривая свое отражение в зеркале: убранные в низкую прическу кудри, легкий макияж, теплое черное платье со свободной юбкой и длинные сапоги. Накинув пальто, Гермиона мялась у порога, ожидая заветного стука в дверь. Письмо принесла уже знакомая сова прошлым вечером — в нем Малфой напрямую звал ее на свидание. Не то чтобы после той сцены это стало неожиданностью… И все же душу охватил приятный трепет, вечер прошел нервно, она не знала, куда себя деть: пару раз переложила все вещи на рабочем столе, прибралась на кухне, перерыла шкаф вдоль и поперек, выбирая платье. Взгляд то и дело метался к маленькому золотистому мячику, что лежал на рабочем столе. Милый Мерлин, когда она в последний раз так волновалась?! Свой адрес вместе с положительным ответом она тоже отправила в ответном письме. Грейнджер вздрогнула, когда услышала три коротких стука так близко. Зажмурилась, выдохнула и дала себе пару мгновений, чтобы он не подумал, будто она караулила его под дверью. Даже если так, черт возьми, и было. Применив согревающие чары, так как неизвестно было, сколько времени они проведут на улице под пронизывающим ветром, Гермиона уверенно распахнула дверь. Малфой стоял на пороге, засунув руки в карманы пальто, и переминался с ноги на ногу — и у нее как будто свалился с плеч тяжелый валун. Не одна она нервничала. Это радовало. — Привет. — Привет, Грейнджер. — Драко криво ухмыльнулся, демонстративно пробегаясь глазами по ее фигуре. Разве не он смущался секунду назад?! — Прекрасно выглядишь. Идем? Коротко кивнув, Гермиона заперла дверь. Как вообще он может так быстро перескакивать с одного настроения на другое? То он похож на влюбленного школьника, что мнется перед первым свиданием, то нагло и открыто разглядывает ее, совершенно не стесняясь! Ей бы этот гребаный навык — и жизнь стала бы куда проще. — Мы можем аппарировать отсюда? — Спросил он, обводя широким жестом небольшой передний дворик. — Нет, маглоотталкивающие чары наложены только на задний двор, не хотелось вызывать подозрения у соседей. Пойдем. Они обогнули дом, оказываясь в нужном месте — чары не были заметны, но ощущались, когда кто-то проходил сквозь них. Заметив хозяйку, Санни распушила перья и громко ухнула, чем вынудила Малфоя дернуться от неожиданности. Сдерживая очень даже уместный смешок, Гермиона уверенно протянула ему руку, даже не спрашивая, куда именно они отправляются. Воронка перемещения выплюнула их в темном тупике меж многоквартирных домов. По обрушившемуся шуму и ярким огням впереди она сразу поняла, что они оказались в мире маглов. Был то Лондон или еще какой-либо город, сказать было сложно. Не выпуская ее руки, Малфой спрятал палочку в карман и двинулся вперед. Уже через пять минут они сидели за столиком в довольно дорогом итальянском ресторане, столик в котором был забронирован заранее. Отделенные плотными шторами кабинки создавали иллюзию приватности и интимности. Заказав по порции пасты, они вновь остались наедине, в тисках гнетущей тишины. Ей казалось, что это было нормально, особенно в первый раз — нужно было просто найти какую-то банальную тему, а дальше разговор потечет сам собой. В случае с Драко Гермиона была в этом уверена, ведь с ним она всегда находила, о чем поболтать. — Надеюсь, я угодил с выбором? — наконец протянул он, осматриваясь вокруг. — Да, очень даже. — Грейнджер скромно улыбнулась, глядя на него из-под ресниц. — Я люблю итальянскую кухню. Почему именно магловский район? Она с любопытством склонила голову, подперев подбородок ладонью. На миг показалось, что по его лицу скользнула тень неуверенности, однако Малфой быстро взял себя в руки. — Я вспомнил тот день, когда выхватил тебя прямо из-под носа у журналистов, и то, что о нас писали после… Не хотелось, чтобы они все испортили сейчас. Это… — Личное, — закончила за него Гермиона, кивая. — Я понимаю. И даже рада, что ты позаботился об этом. Ей действительно не хотелось, чтобы уже завтра утром впечатления от этого прекрасного вечера оказались испорчены грязными статьями какой-нибудь Скитер. — Все, что происходит… чем бы оно ни было, — добавила она, пока что не решаясь давать название тому, что между ними робко зарождалось. — Хотелось бы оставить это только между нами. На первое время, мы ведь не можем предположить, что будет дальше, верно? Плечи Драко облегченно опустились, и он шумно выдохнул. — То есть, ты не против пока что не афишировать? — Я только «за». Особенно зная, сколько ажиотажа гуляет вокруг твоей персоны в последнее время. Наплевав на все правила этикета, он подался вперед, упираясь локтями в стол и ухмыляясь. — Испугалась славы? — Серые глаза игриво сверкнули. Она пожала плечами. — Ненавижу появляться в газетах. А тут… они могут выдумать много всего. — Но ты же понимаешь, что это все равно случится, если… — Он огладил взглядом ее черты. — Если все сложится. Нервно сглотнув от внезапно охватившего ее жара, Гермиона отвела взгляд, фокусируя его на бокале с водой. От того, как он смотрел на нее, все внутри плавилось, это и волновало, и льстило одновременно. — Давай не будем загадывать раньше времени? Пусть все идет своим чередом. Спустя мгновение в поле зрения показался официант, что обслуживал их. На стол опустились тарелки с источающими восхитительный аромат блюдами, и на какое-то время беседа прервалась. Грейнджер была рада такой передышке — ей было просто необходимо перевести дух и привести в порядок мысли и собственный пульс, что набатом грохотал в ушах. Что ж, начало было положено очень даже приятное. Беседа вновь возобновилась, когда Драко напомнил о том, что теперь у него снова появилось свободное время, и теперь они могут взяться за выбранное ими зелье. Было решено наведаться к Роджерсу, чтобы обсудить с ним нюансы, ведь Аконитовое зелье являлось действительно сложным. Затем они переключились на обсуждение последнего матча — и теперь разговоры на эту тему ощущались иначе: Малфой объяснял ей все простым языком, больше делясь своими собственными эмоциями и тем, какой у команды дальнейший курс. Было крайне приятно понимать, о чем вообще идет речь, ведь раньше Гермиона терпеть не могла подобные обсуждения из-за того, что не разбиралась, раздражаясь от этого факта еще сильнее. За вкуснейшим вином они вспоминали школьные годы, виртуозно избегая неприятных для обоих моментов. Сравнивали факультетскую жизнь, что действительно во многом разнилась: праздники, привычки, традиции и вечеринки — многое на Слизерине было иначе. Драко признался, что, насколько бы не был лоялен к ним Снейп как декан, все всё равно боялись его временами до потери сознания, и на самом деле поблажек в их сторону он делал не так уж много. С последним Грейнджер с удовольствием бы поспорила, однако расслабленный и окутанный слабой алкогольной дымкой мозг не был настроен на перепалки, пусть даже шуточные. Она много смеялась этим вечером. Даже очень. Окрыляющее чувство легкости опьяняло, Гермиона начала замечать за собой, что заглядывается на Драко все чаще — засматривается на губы и морщинки вокруг глаз, что образовывались, когда он улыбался; считывает каждую эмоцию, что прежде не замечала, и следит, как дергается кадык. Без стеснения она просто плыла по течению, впервые за долгое время отпустив контроль и позволив себе наслаждаться настоящим. В конце концов, она была просто молодой женщиной, что изголодалась по мужскому вниманию, а конкретно этот мужчина… ей еще и нравился. Да, Грейнджер, наконец, смогла себе в этом признаться. И это открытие как будто бы делало все проще. Вечер выдался невероятным. После Драко проводил ее до самого порога, аппарировав на задний двор. К ночи погода улучшилась, ветер разогнал свинцовые тучи, что вот уже неделю нависали над головами, и можно было наблюдать раскинувшиеся на небосклоне звезды. — Спасибо тебе, — выдохнула она, заглядывая в самую глубину серых глаз. — Вечер прошел прекрасно. Вдыхая холодный воздух, они мялись у ее двери, не зная, как теперь правильно расстаться. Флер романтики все еще витал в воздухе, разгоняя по венам бурлящую лаву, и, возможно, именно это и подтолкнуло к более решительным действиям. — Значит, я могу рассчитывать на второе свидание? — Драко стоял слишком близко, наматывая на палец кудряшку, что выбилась из прически. Гермиона притворно изумилась, прекрасно осознавая, что поддается его беззастенчивому флирту. — Прямо вот так сразу? Ты настолько самоуверен? — Она с любопытством склонила голову на бок, ощущая, как губы растягиваются в ухмылке, что была подобна его собственной. — Если бы я таким не был, то навряд ли мы здесь сейчас стояли бы. Скорее всего, я валялся бы на диване в обнимку со своим пушистым другом и страдал. — Не преувеличивай. — Что ты! Каждая минута вдали от такой прекрасной дамы причиняет невыносимые страдания! Не сдержав смешка, ведьма покачала головой. — Так и быть, я подумаю. Его длинные пальцы выпустили непослушную прядь, мягко скользнув по линии челюсти и захватывая подбородок, дабы приподнять ее голову чуть выше. — Тогда думай скорее. Горячее дыхание опалило лицо, а затем его губы накрыли ее собственные. Мягко и ненавязчиво — он не давил, покорно дожидаясь ее реакции. Ее рот приоткрылся ему навстречу, словно это происходило всегда. Губы двинулись в ответ, мягко обхватывая его нижнюю. Почувствовав отдачу, Малфой притянул ее ближе, крепко обвивая талию и прижимая к своему телу. Поддавшись эмоциям, Гермиона позволила себе сжать его плечи, а затем скользнуть пальцами к затылку и зарыться в мягкие короткие пряди. Это было безумно. Безумно приятно и восхитительно трепетно, на грани с бушующей в телах страстью. Их губы двигались в унисон, языки сладостно сплетались, а грудные клетки тяжело вздымались из-за прерывистого дыхания. По коже даже под одеждой разбегались мурашки — она так хотела бы дотронуться до него. Однако Драко с громким звуком разорвал поцелуй, когда ее спина оказалась твердо прижата к двери. — Пожалуй, мне пора. — Теплые губы напоследок прижались к ее виску. — Иначе я войду. Сомневаюсь, что ты сторонница секса на первом свидании. Он усмехнулся, отстранившись и аккуратно заправив волосы ей за уши. Что ж, спроси у нее сейчас кто про это, Гермиона точно не смогла бы дать вразумительный ответ. Все еще пребывая в эндорфиновом смерче, она не могла здраво соображать. — Да. Наверное. — Спокойной ночи, Грейнджер. — Драко понимающе ухмыльнулся, отступая еще на шаг. — Спокойной ночи, Малфой. Он исчез с тихим хлопком прямо с ее ступеней, а уже утром она получила восхитительный букет ранункулюсов, чьи нежно-розовые лепестки тут же разогнали серость предстоящего дня.