40. Распахнутое сердце

Гермиона не сразу поняла, что оказалась дома. Только когда зеленое пламя выплюнуло ее из камина, а голые колени жестко встретились с полом. Эмоции неслись вперед разумных мыслей, потому последние и начали просачиваться сквозь плотную пелену лишь спустя пять минут. Она действовала скорее интуитивно, вернувшись в основной зал и тут же метнувшись к главному камину, порох холодил пальцы, а глаза застилала пелена. Грудь рвано вздымалась, и казалось, что ребра сдавливают все находящиеся под ними внутренности. Давление было невыносимым. Хотелось содрать ставшее вмиг тесным платье и отмыться от всего этого: и от неудавшегося вечера, и от эмоций, что хлестали через край. Только вот душ не помог. Сначала горячая вода нагнала тучу пара, никак не облегчив состояние, затем Гермиона решила, что, вероятно, взбодриться поможет холод, да только вот… продрогла до костей. Поэтому после снова выкрутила вентиль с горячей водой почти до конца. Ощущение было таким, словно она варилась в гребаном адском котле. Но контрастный душ ведь полезен для здоровья, верно? Вот теперь, спустя час, ведьма сидела на диване в гостиной, укутавшись в плед по уши. Домашняя одежда тоже не принесла облегчения, и проклятое давление в груди никуда не исчезло. Нервно облизав губы, потянулась к палочке, наколдовав Патронус для Джинни — писать письма или звонить не было совершенно никакого желания. И принялась ждать. Доподлинно о планах подруги Гермиона не знала, поэтому приготовилась ждать. Подумать было о чем. Включай мозги, идиотка! Здравый смысл потихоньку отстаивал свое право на существование, пуская крепкими корнями правильные мысли. А ведь она уже замечала, что рядом с Малфоем ее прагматизм и рациональность машут ручкой, уступая место чувствам и эмоциям, навеянным гормонами. И если ранее казалось, что это совсем неплохо, ведь именно этих составляющих в ее жизни почти не было, то теперь… Она прыгала из крайности в крайность, и стало крайне необходимо найти баланс. Срочно. Она ведь верила Драко. Да, совершенно точно верила. Видела собственными глазами, как нехотя он пошел за этой Кейси, помнила, каким взглядом смерил ее саму перед этим. И невольно слышала своими же ушами, что разговор шел явно на повышенных тонах. Этого уже было достаточно, чтобы придать увиденное сомнению. И что, собственно, она вообще увидела? Лишь миг, за который невозможно было разобрать, что, драккл их дери, происходит. Хотелось только повырывать все волосы этой проклятой ведьме, только вот Гермиона не являлась сторонником физической силы. Ее инструментом был ум, которым, собственно, она и пыталась теперь усиленно работать. Очевидно, она не знала многого. В конце концов, отношения с Малфоем длились не так уж и долго, личные и сближающие разговоры можно было по пальцам пересчитать, ведь, казалось, все еще впереди. И, разумеется, до нее у него были отношения — разве могло быть иначе? Только вот этот факт не должен был вызывать столько злости, или же все просто усугубили обстоятельства? В любом случае, вывод напрашивался один — им было необходимо серьезно поговорить. Возможно, она поступила глупо, сбежав без выяснения обстоятельств и закрыв для Драко камин. Грейнджер ощущала, как дрожали ее защитные чары, как только пришла, а после — и в душе. Он настойчиво пытался пробиться, хотя явно осознавал, что теперь это невозможно. Теперь же все затихло. Тишина и темнота неприятной тяжестью ложились на плечи, лишь добавляя веса мукам совести к уже лежащим там проблемам. Гермиона догадывалась, что Малфой будет ждать, пока она не впустит его. Но также она знала, что Драко далеко не глуп и сразу все правильно понял, а потому и отступил. Разговаривать с ним прямо сейчас, сегодня было крайне скверным вариантом — ее состояние колебалось где-то на грани с истерикой и самобичеванием, а беседа определенно обещала быть тяжелой. В первую очередь необходимо просто прийти в себя. Глаза жгло от невыплаканных слез, в горле першило, а алкоголь выветрился почти мгновенно. Под дрожащими веками мелькало собственное отражение, которое Гермиона разглядывала в зеркале еще в ванной. Не то чтобы она считала себя такой уж красавицей, но и не уродиной уж точно. Всегда была важна трезвая и здравая оценка, только вот сегодня что-то явно пошло не так. Только вот — почему?.. Неужели это все чертовы чувства? Неужели это именно они заставили ее сравнивать? Предаваться сомнениям? Мерлин милостивый, да она никогда ведь подобным не занималась! И все же этот вечер, а точнее — конкретная особа, сумели посеять в ее светлой голове зерно сомнений. Камин внезапно вспыхнул, окрашивая густую тьму изумрудными оттенками, и из него вышла знакомая фигура. Гермиона дернулась, уйдя глубоко в себя и совсем позабыв, что позвала подругу. — Гермиона? — звонкий голос рассек пространство. — Я здесь. — Ты чего в темноте сидишь? — Послышалась возня, а затем заклинание, заставившее вспыхнуть пару свечей на камине и журнальном столике. Заметив ее сгорбившуюся фигуру, Джинни моментально бросилась вперед. — Гермиона, что случилось?! Ты в порядке? — Я… Да. В норме, — Грейнджер моргнула, пытаясь заставить шестеренки в своей голове крутиться активнее. — Здорова, если ты это имеешь в виду. Взгляд голубых глаз снова скользнул по ней, по новой оценивая обстановку. — А так и не скажешь. Что стряслось? — Это долгая история. Уизли закатила глаза, усаживаясь рядом и призывая из шкафа бокалы и непочатую бутылку вина. Гермиона покачала головой, точно не собираясь пить. Джинни пожала плечами. — Так и я не на пять минут зашла. Рассказывай. И она рассказала. Обо всем, начиная с момента прихода в паб и заканчивая тем, как вывалилась из камина. Она поделилась мыслями, что одолевали ее все эти минуты, показавшиеся бесконечными в одиночестве холодных стен, и собственными предположениями. Подруга слушала внимательно, и напряжение можно было счесть лишь по тому, с какой скоростью в бокале обновлялось вино. Тонкие пальцы белели от того, с какой силой Джин сжимала тонкую ножку. Когда же воцарилась тишина, и Гермиона потупила взгляд, не имея понятия о том, что еще добавить, послышался шумный вздох. — Вот вы даете… Под изумленным взглядом голубых глаз Грейнджер спрятала лицо в ладонях, ощущая, как горят уши. Гребаное фиаско… — Так, самый главный вопрос: ты ведь не собираешься всерьез сравнивать себя с этой дамочкой? Потому что это абсурд, и ты прекрасно это понимаешь. Если бы Малфою была важна внешность, то он и дальше продолжал бы встречаться с этими моделями. — Не думаю, что она модель, но… Джинни перебила ее, резко махнув рукой. — Не суть. И так понятно, что я имею в виду, — она смерила ее осуждающим взглядом, вздохнув. — И что ты собираешься делать? Раз этого идиота все еще здесь нет, то камин, как я понимаю, ты закрыла? Глядя на ведьму исподлобья, Гермиона слабо кивнула. — Закрыла. И я… собираюсь как минимум поговорить. Завтра. — Да-а… Разговоры — это хорошо. Сама меня учила, помнишь? — подруга ухмыльнулась. В памяти тут же всплыл тот разговор о свадьбе и будущем, с которым к ней явилась тогда Уизли. Это ведь было совсем недавно, хотя Грейнджер казалось, что прошло уже сто лет с того момента. Удивительно. — Так и… — многозначительно протянула Джин, возвращая ее в реальность. — На что настроена ты сама? Ну, в смысле, будешь все крушить и злиться или сохранять нейтралитет? Сомневаюсь, что ты просто примешь его с распростертыми объятиями, словно ничего и не произошло. — Скорее второе. Для начала я выслушаю то, что он сам захочет мне рассказать, Драко ведь… пытался попасть сюда, я чувствовала, как он бился, несмотря на чары, — Гермиона шумно втянула воздух носом, ощущая, что тот заложен. Глаза начинали слипаться, и это безумно радовало, потому что как никогда хотелось забыться. — А потом задам свои вопросы, если меня не удовлетворит его рассказ. Джинни одобрительно кивнула. — Хороший подход. Я бы даже сказала — безопасный… Грейнджер вспыхнула, тут же ощутив мигом охватившее раздражение. — Ты к чему клонишь?! Неужели думаешь, что я смогла бы напасть на него?! Подруга хмыкнула, пытаясь скрыть расползающуюся на лице улыбку. Абсолютно безуспешно, к слову. — Ну-у… Рона ты гоняла тем своим заклинанием, которое с птичками. Мало ли чего от тебя можно ожидать! — Издеваешься?! — Да ладно, расслабься, — Джин беззаботно закатила глаза, вставая с дивана и протягивая ей руку. — Давай-ка пойдем спать, ты уже носом клюешь. А вот это была хорошая идея. Совершенно не сопротивляясь, Гермиона последовала за Джинни на второй этаж. Та быстро расстелила постель, потушила верхний свет, оставив лишь маленький торшер у окна, и улеглась рядом, обвивая ее плечи. Скрутившись калачиком, Грейнджер почувствовала, как тело сотрясает мелкая дрожь — то ли от холода, то ли от переполняющих эмоций. Уткнувшись лбом в теплое плечо, она дала волю слезам, что так долго сдерживала, а потом и не заметила, как уснула.

***

— Ну и что же ты теперь собираешься делать, герой-любовник? — Блейз усмехнулся, подливая огневиски в свой бокал. Вся добрая компания расположилась в его тесной гостиной, после того как Драко, последовав за Гермионой, исчез в пламени камина. Разумеется, они пошли за ним. Он стрельнул предупреждающим взглядом в друга. — Забини… — Не нарывайся, дорогой, — Лиз ткнула его локтем в бок. — А вообще, если отбросить шутки, вопрос серьезный, — подметил Тео, что до этого момента хранил молчание. Драко выложил им все как на духу. Он метался по квартире, как загнанный в угол зверь, не зная, что делать. Хотелось действовать, исправить все то, что произошло по стечению чудовищных обстоятельств, но… его встречал лишь закрытый камин. Успокоиться удалось только тогда, когда Лиз зарядила ему отрезвляющую пощечину, заставившую мигом прийти в себя. Черт возьми, Блейз точно выбрал себе прекрасную жену. — Разговаривать. — А если она не захочет? То, что она закрыла тебе доступ, уже о многом говорит, — резонно заметил Джо. — Значит, буду ползать на коленях и умолять выслушать меня, пока не согласится. Просто так я это не оставлю, и не позволю этой проклятой идиотке разрушить то, что мы с Грейнджер только начали строить! — Что ж, настрой серьезный. Это радует, — Забини встал рядом, похлопав его по плечу. — Грейнджер умная девочка, поэтому должна хотя бы дать тебе возможность объясниться. — На истеричку она точно не похожа, — поддакнул Джо, активно кивая. Лиз хмыкнула, усаживаясь в кресло напротив, и скрестила руки на груди. — Но я прекрасно ее понимаю. И, надеюсь, что вы все здесь осознаете, что ее реакция вполне адекватна и объяснима, — она прищурилась, сканируя их всех блуждающим взглядом. Драко обреченно кивнул, не находя слов. На самом деле, ему было страшно думать о том, что Гермиона могла успеть надумать за это время. Она была логичным и рациональным человеком, однако же, и эмоции не были ей чужды. А в том, что именно они захватили ведьму в тот момент, он был уверен на все сто. Перед глазами все еще стоял тот момент, когда он не жалея силы оттолкнул от себя Кейси, которая, слава Мерлину, едва успела коснуться его губ. Копну пушистых кудрей, что мелькнули за поворотом, он заметил сразу же. И, разумеется, узнал. Оставив Лорелл в недоумении хлопать глазами, он метнулся следом за Грейнджер, холодея от ужаса и обуревающей паники. Как, блять, такое вообще могло произойти?! Он проклинал и дракклову Кейси за то, что решила, будто может врываться в его жизнь, когда заблагорассудится, и самого себя за то, что повелся как малолетний кретин. Грудную клетку сдавливало словно тисками, и к тому моменту, как он добежал до главного зала, Драко казалось, что воздуха совсем не осталось. Оставалось лишь одно желание — крушить все вокруг. А еще хорошенько встряхнуть эту сумасшедшую, чтобы поняла, что подходить к нему вообще не стоит. И залепить себе пощечину, что уж там. — Драко, — он вздрогнул, услышав мягкий голос Лиз ближе, чем ожидалось. — Мы все прекрасно видим, насколько она тебе небезразлична. И твое рвение похвально, но… не дави на нее. Как я понимаю, утром ты первым делом собираешься вновь попытаться попасть к ней? — получив в ответ кивок, ведьма поджала губы. — Не переусердствуй, дай ей время, если будет необходимо. Наше с Гермионой знакомство выдалось коротким, но она показалась мне вполне адекватной девушкой, а ваши рассказы о ней лишь уверили меня в этом. — Спасибо, — Драко попытался выдавить улыбку, вложить в направленный на нее взгляд всю благодарность, на которую был способен. — Все будет хорошо, — она наклонилась вперед, коротко сжав его предплечье, а затем встала, кивнув Блейзу и остальным. — Мы пойдем, а тебе стоит отдохнуть. Он не возражал. На самом деле, хотелось остаться наедине с собой и подумать. Сна не было ни в одном глазу, горячий душ тоже не помог, лишь заставил мысли крутиться в трещащей по швам черепной коробке с еще большей скоростью. Под прикрытыми веками мелькало лишь ее лицо, стоило только закрыть глаза. Улыбки, смех, взгляды и касания. Та самая ночь в отеле. Он прокручивал все, начиная с момента их старой-новой встречи. Малфой планировал рассказать ей все, ответить на любые вопросы, даже самые личные, только бы она позволила. Никогда раньше ему не становилось так страшно от одной лишь мысли о потерянном доверии. Их отношения выстраивались словно мост, который оба прокладывали навстречу друг другу. Только вот он все еще был настолько хрупок, что любой катаклизм мог обернуть его в жалкие руины. Салазар, он не позволит себе потерять ее. Ни сейчас, ни когда-либо еще.

***

— Ну что, ты как? В целом, примерно таких вопросов она и ожидала. Слава Мерлину, что Джинни смогла перетерпеть весь завтрак, правда, самой Гермионе кусок в горло не лез. Едва удалось запихнуть несчастный тост и чашку чая с молоком. — Сносно. Подруга хмыкнула. — Зато честно. Когда ты собираешься с ним встретиться? — Я просто открою камин. Не думаю, что придется долго ждать. Уизли кивнула, опрокидывая в себя остатки кофе, и встала, уперев руки в бока. — Значит, мне пора? Ты точно справишься? — голубые глаза смотрели пристально, где-то в их глубине плескалось искреннее беспокойство. — А у меня есть выбор? — Гермиона вскинула брови, стараясь выдавить улыбку. — В любом случае, бегать я от него не намерена, нам не по пять лет. — Это правильно. Некоторые и в сорок лет бегают, что не есть хорошо — мы все взрослые люди. Ладно, я пошла. — Я провожу. Грейнджер подхватилась следом, быстро отлевитировав грязную посуду в раковину. Одернув теплый халат и пригладив волосы, она последовала в гостиную. Ледяные пальцы сжали палочку — легкий взмах, и все наложенные на территорию чары приняли первозданный вид. Джинни уже стояла у камина, зачерпывая горсть пороха, но уйти так и не успела. Шумная вспышка озарила комнату, и уже через мгновение из нее показался Малфой. Даже быстрее, чем она думала. Прищурившись, подруга окинула его пристальным взглядом. Гермионе хотелось верить, что намек на угрозу в нем ей только привиделся. Малфой же лишь коротко на нее взглянул, кивнув, словно на автомате, и сделал шаг в сторону, останавливаясь на приемлемом расстоянии. Джин прошептала одними губами: «Удачи» и исчезла в изумрудном пламени. Показалось, что температура в помещении тут же упала. По коже прокатилась волна мурашек, и Грейнджер сильнее натянула длинные рукава. Взгляд был готов уцепиться за что угодно, но только не за фигуру замершего парня. Стоило признать, что Драко выглядел не лучшим образом. Не спасала и свежая одежда, явно говорящая о том, что он был дома. Взъерошенные светлые волосы, тени, залегшие под глазами, сероватая кожа и усталый взгляд прямо-таки кричали о том, что он едва сомкнул глаза. Задохнувшись собственным вздохом, она рискнула заглянуть в его лицо прямо, открыто. В груди расползался противный липкий страх, ведь невозможно было предположить исход предстоящего разговора. Она действительно боялась. Изнутри все как будто онемело, и даже те эмоции, что взяли верх вчера, не показывались на свет. Это было хорошо. Замечательно даже. Значит, она выстоит и выслушает все с гордо поднятой головой. — Мы можем поговорить? — Драко первым опасливо нарушил тишину. Он не двигался с места, словно Гермиона была диким животным, которое ни в коем случае нельзя спугнуть. Возможно, в какой-то степени так и было. Она лишь кивнула в сторону дивана, усаживаясь в кресло напротив. Казалось крайне рискованным садиться с ним рядом. Несмело пройдя вглубь гостиной, Малфой уселся на предложенное место, на самый край. Напряжение выдавали натянутая как струна спина и отрывистые движения. — Тогда, пожалуй, я и начну, — прочистив горло, он сцепил руки в замок и уперся в них взглядом. — Во-первых, спасибо за то, что вообще позволила мне прийти. Я, если уж честно, даже и не надеялся, что ты меня впустишь. А, во-вторых, то, что произошло вчера… — Драко осекся, поджав губы и на миг зажмурившись. — Блять, я не думал, что это будет так сложно. Гермиона хмыкнула. — А когда бывало легко?.. Он поднял на нее потухший взгляд серых глаз, и горько усмехнулся. — Я всю ночь прокручивал в голове то, что хотел сказать тебе, знаешь. А сейчас сижу и слова все куда-то пропали. В общем, я не вижу ничего лучше того, чтобы просто рассказать тебе все с самого начала, и уж дальше решай, верить мне на слово или нет. — Ведьма следила за тем, как сжались его кулаки, побелели пальцы. Весь вид Малфоя кричал о том, что говорить ему тяжело. — Ее зовут Кейси, и она моя бывшая девушка, но об этом ты и так уже осведомлена. Мы встречались около года, а расстались почти полтора года назад, через некоторое время после моего перехода к «Сорокам». — Год — это довольно большой срок. Почему? Ей не требовалось уточнять, Драко и без того все улавливал. — Потому что, как оказалось, ей был нужен не я, а связи, которыми можно обзавестись благодаря мне. Это стало понятно не сразу, ведь она действительно мне нравилась, и все это время я словно бы ходил в розовых очках, и видел то, что хотел видеть, — он вздохнул, нервно зачесав волосы назад. — Но, наверное, будет лучше, если я начну с первых серьезных отношений. Картина полнее, так сказать, чтобы стало понятно, почему я целых два месяца убивался после расставания с Лорелл — это фамилия Кейси, если что. Значит, две девушки. Гермиона сделала мысленную пометку, кивнув ему и тем самым поощряя на продолжение. Ей действительно стало любопытно, захотелось узнать как он воспринимал их, что чувствовал и почему обе эти связи вообще закончились. — Я полгода как тренировался со своей первой командой, когда познакомился с Энни. Даже в запас дорога мне пока была закрыта, но с ребятами мы быстро сошлись — меня стали звать на всякие посиделки и вечеринки, и как раз на одной из них я и встретился с ней. Милая и красивая, чуть ли не заглядывающая в рот и смотрящая горящими глазами — что еще нужно парню для полного счастья, верно? — Драко невесело хмыкнул, словно насмехаясь над своей более молодой версией. — Так мне тогда казалось, ведь воспитание и отношение к жизни и людям не вытравишь так легко. Я привык к подобному отношению девушек на последних курсах Хогвартса, поэтому и здесь воспринимал как должное. — И что же изменило твое мнение? — Примерно еще через пол года, когда меня поставили в запас и однажды даже выпустили на поле, я стал замечать, что на всех этих сборищах она со мной почти не общается, скорее водит по залу, как фантастическую зверушку, которой нужно похвастаться перед подружками. На самом деле, это всегда было так, просто я за своим раздутым эго не замечал, что наши отношения строились лишь на совместных выходах и сексе — ее не интересовала моя личность, мои увлечения или проблемы. Это и послужило причиной разрыва, правда, Энн не так уж и долго страдала, появившись уже через месяц под ручку с загонщиком из другой команды. Драко замолчал, осмотревшись, и при помощи Агуаменти наполнил один из бокалов, к которому она вчера так и не притронулась, водой. Жадно опустошив его в два глотка, он вытер губы, и тем самым отвлек Гермиону от наблюдений за его дергающимся в такт глоткам кадыком. Драккл, возьми себя в руки! На самом деле, ее удивил его короткий рассказ. Разумеется, Грейнджер знала, что существуют такие люди — причем, не только девушки, но и мужчины, и все же тот факт, что с этим столкнулся сам Малфой, поражал. Однако намек на то, что во второй раз все сложилось еще хуже, рождал в ее груди жалость. Не ту, противную, которую многие терпеть не могут. Нет. Ей было искренне жаль, что его опыт строился лишь на отрицательных образах, причиняющих душевную боль. В сравнении с этим, ее единственные отношения казались даже сказочными, да и расставание вышло комфортным настолько, насколько это вообще было возможно. После короткой паузы Драко продолжил: — А теперь представь, насколько после всего этого я был счастлив, встретив девушку, которой был интересен. Я, а не квиддич — о нем мы почти не говорили, разве что тогда, когда я делился какими-то новостями с поля. Мы обсуждали хобби, литературу, гуляли по музеям и даже захаживали в магловское кино. На одно из мероприятий я сам решил позвать ее — Кейси никогда не напрашивалась, пару раз даже отказывалась из-за работы. Она строила карьеру в Министерстве, в Транспортном отделе. — Но что пошло не так? Судя по твоим словам, все действительно было прекрасно, — Гермиона решила проявить инициативу, давая ему этим короткую передышку. Драко снова наполнил бокал водой, вероятно, горло сохло от непрекращающегося повествования. — Почти весь год все было так. Мне казалось, что Лорелл действительно любит, и даже появились мысли о том, чтобы снять квартиру совместно, съехаться. Я не придавал значения тому, что ее карьера быстро пошла в гору, участились важные командировки… Грейнджер удивленно охнула, округлив глаза. — Она тебе… — Нет, не изменяла, если ты об этом, — Драко покачал головой. — Это реально были рабочие поездки, и я даже радовался, искренне верил в то, что она заслужила, ведь много трудилась. Только вот я не обращал внимания на то, что она хоть и была рядом на всяких тусовках и важных мероприятиях, очень часто беседовала с разными шишками — из Министерства в том числе. Если бы не Тео, который в то время крутил с ее подружкой и отправился как раз на поиски, я бы не узнал о разговоре, в котором Кейси делилась с ней тем, что взяла от этих отношений все, что могла, и теперь ищет повод расстаться. Поэтому я решил хотя бы сохранить свое гребаное достоинство и расстался с ней первым, рассказав, что знаю обо всех ее интригах. Черт возьми, это было действительно ужасно. Если бы ею так грязно воспользовались, поиграв в любовь, Гермиона не знала, как ощущала бы себя. Наверное, растоптанной. Преданной. И не верящей во все эти драккловы чувства. Сейчас в словах Драко ощущалась лишь усталость, но что он испытывал тогда, проживая это все? — Мне жаль, — пробормотала она, глядя на собственные руки, что теребили махровый пояс. — Не нужно. Это давно прошло, да и я сомневаюсь, что был таким уж идеальным партнером. Она пожала плечами. — Никто не идеален. Но что она хотела от тебя сейчас? — Думаю, ты и так догадываешься. Увидела достаточно, — Малфой поджал губы, отводя от нее стыдливый взгляд. — Она хотела вернуть отношения, правда, не представляю, на что рассчитывала, учитывая прошлый опыт. И мне жаль, что ты оказалась во все это втянута. Я не хотел подрывать твое доверие, Грейнджер. Прошу прощения за все это. Гермиона подняла на него глаза, ощущая, как в уголках скапливается влага. Мерлин, какие идиоты. Оба. Облизнув пересохшие губы, пробормотала: — И ты меня прости. За то, что так отреагировала и закрыла камин… — Салазар, тебе уж точно не нужно извиняться, это эмоции! — Драко возмущенно всплеснул руками. — Твоя реакция полностью оправданна, не знаю, чтобы я сделал, окажись на твоем месте. Ведьма упрямо покачала головой. — Нет, мне не нужно было убегать. Мы бы поговорили сразу, и ничего этого не случилось бы. — И, тем не менее, ты не должна себя винить. Мы оба поступили глупо, — он спрятал лицо в ладонях, — не знаю, чем я думал, когда пошел с ней. Но я поставил ее на место, если тебе интересно. Гермиона подалась вперед, сжимая его предплечье. — Тогда и ты себя не вини. Это работает в обе стороны. — Так ты… — Драко убрал руки, подняв на нее взгляд. На дне серебристых радужек плескалась надежда. — Ты прощаешь меня? Она свела брови. — А разве есть, за что?.. — вздохнула, тряхнув волосами. И встала, медленно подойдя к окну. — Но у меня есть еще один вопрос. Последний. — Конечно. Спрашивай. Собрав всю свою храбрость в кулак, Гермиона выпалила: — Почему я? Несмотря на слова Джинни, эти мысли не шли из ее головы. Она продолжала неосознанно сравнивать, а теперь поганое любопытство наталкивало на мысли о том, как выглядела та первая девушка. У нее никогда раньше не было проблем с самооценкой, только вот уверения родителей в том, что она должна быть лучшей во всем, просачивались и в повседневную жизнь, черт бы их побрал. И отделаться от этого оказалось не так уж и легко. — Что ты имеешь в виду? — опасливо прозвучало в ответ. — Почему я, Драко? — Гермиона чуть обернулась, замечая, что Малфой встал вслед за ней. — Почему я тебе понравилась? Она не знала, какого ответа ждала, и какие слова посчитает приемлемыми. Сердце трепыхалось в груди со скоростью крылышек колибри, не меньше, а кровь шумела в ушах. За спиной послышались тихие шаги, а через мгновение теплые ладони опустились на ее плечи. Захотелось инстинктивно прильнуть спиной к его груди, стоило лишь чуть-чуть отклониться назад, но… Грейнджер сдержалась. — Я не знаю, какой ответ ты хочешь услышать, — начал он тихо. — Я… не думал об этом, если честно. И не смогу назвать какие-то определенные качества, потому что ты — это ты. Совокупность миллиона разных вещей, и я не представляю, как можно выделить что-то конкретное. Мне нравишься ты вся, просто потому что. Вероятно, заметив, что она не двигается, не пытается отстраниться, Драко сам прижал ее к себе, обняв крепче. Ее голова автоматически опустилась на его плечо, а глаза закрылись от этого восхитительного ощущения. Ощущения дома и того, что все на своих местах. Из уголка глаза скатилась одинокая слеза, только вот теперь по другой причине. — Теперь и у меня есть вопрос. Ты же понимаешь, что лучше раскрыть наши отношения? Так будет лучше, и всякие бывшие не будут думать о том, что можно что-то вернуть. Я хочу, чтобы все знали, что ты моя. На ее губах появилась улыбка, которую ведьма даже не собиралась скрывать. Несчастное сердце, споткнувшись на его словах, вновь усиленно принялось качать кровь, что в данный момент прилила к щекам. — Понимаю. Останешься на обед? — робко поинтересовалась Гермиона, разворачиваясь в его объятиях и заглядывая в лицо. — Правда, его еще нужно приготовить. Усмехнувшись, наклонился и коротко чмокнул ее в нос. — Всегда к вашим услугам, мисс.