41. Новые ощущения

Гермиона что-то довольно промычала, ощущая сквозь сладкую дрему, как мягкие губы оставляют на голом плече невесомые поцелуи. Было тепло и безумно приятно. До слуха доносилась вибрация палочки, что лежала на тумбе, и именно она и вырвала ведьму из сна. Приоткрыв глаза, она первым делом увидела светлую шевелюру, подсвеченную такими редкими солнечными лучами. Улыбка сама собой растянула губы. Лучшее утро, которое она могла себе представить. Взгляд случайно скользнул по часам, что висели у шкафа, и Грейнджер словно бы прошибло током. Оттолкнув сонного и ничего не понимающего Драко, Гермиона резко села. — Работа! Черт… — Грейнджер… Малфой рухнул на подушки с недовольным стоном, прикрывая глаза. — У тебя тоже тренировка, между прочим! Она пнула его ногой, не давая снова раствориться во снах и теплой постели, и вскочила на ноги, едва стесняясь своей наготы. — Я первая в душ. Было бы прекрасно, если за это время ты успеешь заварить чай. Привстав на локтях, Драко нахмурился и уточнил: — Ты же пьешь кофе… — Ну да, а ты чай. И, не дожидаясь пока он ляпнет спросонья что-нибудь еще, Гермиона покинула комнату, захватив любимый халат. Широкая идиотская улыбка не сходила с ее лица. Мерлин, какой абсурд! И, тем не менее, на душе было тепло от того, насколько много мелочей они друг о друге узнавали. Это было так необычно — разгадывать человека, выяснять, что он любит, а что — терпеть не может. Драко был соней, что удивительно, ведь почти всегда он жил по строгому режиму из-за постоянных тренировок. Только вот оказалось, что по выходным и мини-отпускам после важных игр он всегда наверстывал упущенное, не выползая из теплой кровати до обеда. Он не любил кофе и предпочитал плотные завтраки, способные надолго зарядить энергией. Каждый день делал зарядку и пытался приобщить к своей бурной деятельности и саму Гермиону. И это только самая малость от того, что она узнала о Малфое за последнее время. Минуло три дня с того крупного… недопонимания — ссорой назвать произошедшее у нее язык не поворачивался, — и все вернулось на круги своя. Хотя нет, стало даже лучше, и именно поэтому Грейнджер и не заметила, что выходные закончились. Расставаться совершенно не хотелось, тем вечером Драко в итоге остался у нее, затем она у него, ведь Ская оставлять одного надолго было неправильно. Гермиона вновь ощущала себя счастливой и полной сил и энергии настолько, что горы можно было свернуть.

***

Они вышли из камина вместе. В холле не было никого, кроме ведьмы за входной стойкой, однако внутри нее все волнительно трепетало, ведь Драко держал ее за руку. Это было правильным решением — просто перестать скрываться, и все же живот нервно крутило, а глаза лихорадочно бегали вокруг, выискивая знакомые лица. Она крайне удивилась, когда Малфой после завтрака исчез в камине, даже не попрощавшись, однако уже через пять минут он вновь стоял в ее гостиной уже полностью собранный и со спортивной сумкой наперевес. — Эй, расслабься. Мы всего лишь пришли вместе и еще даже не обжимаемся на публике! Цокнув, Гермиона ткнула его локтем в бок. — Ты не помогаешь! Однако его идиотские шутки, призванные разрядить обстановку, немного, да работали. Тугой узел, что затянулся в груди, ослаб, и она могла, наконец, вздохнуть. Драко, чувствуя ее напряжение, тяжело вздохнул и чуть сильнее сжал ладонь. — Все будет в порядке. Максимум — небольшая смута в желтых газетенках, которая не должна тебя волновать, как, впрочем, и все остальное. Они двинулись по направлению к коридору и уже почти скрылись в нем, как позади вспыхнул камин. Гермиона обернулась скорее инстинктивно, и тут же встретилась с пристальным взглядом голубых глаз. Вэйланда она не видела довольно давно. Поначалу он избегал ее, и Грейнджер его в этом не винила, потому что все прекрасно понимала, а затем и вовсе пропал. Она предполагала лишь два варианта: увольнение или длительный отпуск. И второй был явно предпочтительнее. Заметив, что она застыла, Драко тоже остановился, смерив Фокса нечитаемым взглядом, а затем наклонился к ней. — Все хорошо? Дождавшись кивка, он поджал губы, но только вот в серых глазах сквозило понимание. Малфой коротко поцеловал ее в щеку и, поправив сумку на плече, направился в сторону раздевалок. Гермиона осталась стоять на месте, наблюдая, как Вэл медленно приближается. Выражение его лица оставалось невозмутимым, когда они поравнялись, и ведьма подстроилась под его шаг. — Привет, — она попыталась улыбнуться как можно приветливее. — Здравствуй, Гермиона. — Как… твои дела? Черт возьми, это был самый неловкий разговор за последнее время. — Неплохо, спасибо. Только вот вернулся. — Отпуск? — Да. Решил, что стоит сменить обстановку и проветрить мозги, — уголки губ Вэла дернулись, и Грейнджер хотелось верить, что это было хорошим знаком. — У тебя, смотрю, тоже все хорошо? Она почувствовала, как жар приливает к щекам, ведь Фокс видел их вместе с Драко, и Гермиона была уверена, что Малфой поцеловал ее намеренно, дабы пометить территорию. Дракклов собственник! — М-м, да, все отлично… — Я рад. — Заметив ее удивление, Вэл усмехнулся: — Правда, Гермиона. Если ты счастлива — это замечательно, и не важно, что мы расстались, так ничего толком и не начав. — Я… — она облегченно вздохнула, благодарно улыбнувшись. — Спасибо. Мне важно было знать, что ты не в обиде. — Все нормально. Мы же взрослые люди. — Они подошли к своим кабинетам, и Вэйланд отпер дверь, кивнув на прощание: — Хорошего дня. — Взаимно. Ворвавшись внутрь, Гермиона рухнула в свое кресло, прикрыв глаза. Слава Мерлину, одной заботой стало меньше! Несмотря на то, что ее с головой поглотили начавшиеся отношения с Малфоем, совесть иногда напоминала о Вэле, и Грейнджер размышляла о том, как он там. Теперь же с ее души как будто рухнул не просто камень, а целый булыжник. Фокс казался вполне искренним, и ей хотелось наивно верить, что он не лгал. Впрочем, правду она все равно никогда не узнает. Решив, что понапрасну переживать смысла нет, ведьма принялась за работу. Оценив запасы зелий и набросав короткий список заканчивающихся ингредиентов, Гермиона отправилась в раздевалку — время поджимало. Вокруг как обычно царила суматоха — пока игроки собирались, тренер подгонял их, словно строгая воспитательница в детском саду. Она едва сдерживала смешки, потому что смотрелось это ужасно комично — взрослые мужчины были вдвое, а то и втрое крупнее ее самой! На диагностику теперь уходила от силы пара минут, и Грейнджер радовалась, что от нее не требуется почти никаких усилий, чтобы призвать чары. Все было отработано до автоматизма. Со спокойной душой допустив до тренировки всех присутствующих, она на миг замялась, а затем все-таки прошла следом за ними на стадион, призвав из кабинета мантию. Конец февраля выдался промозглым и влажным, однако изредка удавалось поймать солнечные лучи — как этим утром. Взобравшись на ближайшую трибуну, Гермиона принялась наблюдать. Лоренс кричал на всю округу, раздавая указания и осаживая тех, кто отлынивал, и она обрадовалась тому, что была чертовски далека от спорта. Сначала команда провела разминку, затем тренер отправил их на пробежку по периметру, и только после всего этого игроки взяли в руки метлы. Никогда раньше она не подумала бы, что за этим бывает интересно наблюдать. В отличие от игр, на тренировках эти «серьезные» спортсмены часто бездельничали и дурачились, как малые дети, за что потом, конечно, могли и схлопотать наказание в виде дополнительных кругов или отжиманий. Время пролетело настолько быстро, что Гермиона даже не заметила, и, что удивительно, не успела замерзнуть — это при том, что дополнительные согревающие чары она не накладывала. Отправив всех игроков в душ, так как серьезных повреждений, слава Годрику, никто не успел заработать, а ссадины и царапины она исцеляла прямо на месте, Грейнджер направилась к выходу, однако оказалась перехвачена. Схватив ее за руку, Драко, который даже не намеревался следовать за остальными, вытащил ее обратно на улицу. — Что, понравилась тренировка? — он все еще тяжело дышал. Глаза, что в данный момент походили на темное штормовое море, искрились довольством, а потому Гермиона постаралась принять как можно более нейтральное выражение. — Пойдет, — протянула она, и тут же взвизгнула, ощутив, как Малфой ущипнул ее за бедро. — Драко! Только вот этот придурок даже не обратил внимания на ее возмущенный тон, широко улыбнувшись: — Полетаем? Глаза ее наверняка расширились до размеров галлеона. Мозг тут же сопоставил их присутствие на улице и метлу, что Малфой сжимал в левой руке. — Нет! Я не собираюсь летать. Брови его удивленно взлетели. — Даже со мной? — Даже с тобой! Я боюсь, и ты это знаешь. — Но мы ведь уже летали вместе, — возразил Драко, глядя на нее со скептицизмом. — Мы летели в паре футов от земли! И это… был особый случай. — Что пара футов, что двадцать — по ощущениям ты не заметишь разницы, Грейнджер, поверь мне. К тому же, у меня ведь после травмы новая метла — старая не подлежала восстановлению, а эта — одна из лучших моделей. Взгляд Гермионы метнулся к черенку, на котором находилась золотистая гравировка: «Молния Суприм». Впрочем, ей это ровным счетом ни о чем не говорило. — Нет, Малфой… Она было вознамерилась сделать шаг назад, но Драко опередил ее, заставив метлу взлететь, и ловко запрыгнул на нее, протянув Гермионе руку. — Ты доверяешь мне? Взгляд, который должен был казаться холодным, лучился теплом и уверенностью, выбивая почву у нее из-под ног и рассеивая сомнения. Мерлин милостивый, он не должен был так влиять на нее! — Ну же, Гермиона. И она в очередной раз сдалась, вложив свою руку. Он помог взобраться и усесться позади, пальцы Грейнджер тут же впились в плотную ткань тренировочной мантии, а ноги, что есть силы сжали его бедра. — Если мы разобьемся — виноват будешь ты, — пробормотала она, глядя на светлый затылок. — Разумеется. Драко хохотнул, и не успела она возмутиться, как метла, повинуясь желанию хозяина, взмыла ввысь. Значительно выше, чем в прошлый раз, драккл его дери! Воздух из ее легких выбило к чертям, и Гермиона зажмурилась, чтобы не видеть, как стремительно отдаляется от них земля. Она же разобьется насмерть, если свалится! В какой-то момент ведьма перестала ощущать кончики собственных пальцев — до того сильно они впивались в крепкий торс даже сквозь толстые слои одежды. Сердце лихорадочно билось в груди, а легкие горели от редких вздохов. — Гермиона, — голос Драко едва оказался слышен сквозь свист ветра. — Я готов поставить свое хранилище на то, что ты закрыла глаза. Поэтому открой их. — Малфой… — Ты не пожалеешь, обещаю. Только не смотри вниз. Нервно сглотнув, Грейнджер сделала глубокий вдох и приоткрыла сначала один глаз, а затем и второй. И то, что предстало перед ее взором, поражало воображение. Они вылетели за пределы стадиона, а она от страха даже не ощутила границ защитного купола! Лес остался позади, как и само поле, и теперь они стремительно летели над начавшими зеленеть бескрайними равнинами прямиком к скалам и морю. Все-таки Стоунхейвен, где и базировалась одноименная команда, был прекрасен. Открывшаяся панорама захватывала дух своей первозданной красотой, и Гермиона на миг даже позабыла о том, что находится на высоте футов тридцати — не меньше! — Ну что? — замедлив скорость, Драко обернулся, хитро прищурившись. Его рука сжала ее бедро. — Это невероятно. И так оно и было.

***

— И долго ты собираешься просиживать свое личное время здесь? Дверь кабинета внезапно распахнулась, и рука Гермионы дрогнула вместе со сжатым пером, поставив на пергаменте жирную кляксу. Ей захотелось взреветь от катившего ударной волной раздражения. Стиснув челюсти почти до скрипа, взмахнула палочкой, убирая чернила, а затем вскинула недовольный взгляд на замершего в проеме Малфоя. — Что ты здесь делаешь? Он закатил глаза, прикрыв дверь, и подошел ближе. — Вызволяю свою девушку из рабства. Я пришел к тебе домой, а там пусто. Ты время видела вообще? Гермиона устало потерла виски и взглянула на часы, которые показывали начало восьмого. В целом, она удивилась. Рассеянно моргнув, заметила, что за окном уже стемнело. — Извини, я просто увлеклась. А мы разве договаривались о встрече? На самом деле, она пыталась отвлечься. После длительного полета ей в любом случае было необходимо вернуться к работе, а Малфой отправился на обед с матерью. По плану значилась варка пары зелий, и Грейнджер принялась за работу, предварительно составив короткий отчет. Только вот все пошло насмарку по ее же вине — проводя ревизию, она совершенно забыла об одном важном ингредиенте, который присутствовал в обоих рецептах. И, черт возьми, закончился! Именно по этой причине ей пришлось утилизировать почти все заготовки, так как они должна были быть свежими без всяких чар. К концу она была готова взорваться. Драко пожал плечами, сбрасывая пальто на кресло напротив, и обогнул стол, упершись бедрами в столешницу рядом с ней. — Я просто соскучился. А еще у меня к тебе пара вопросов. В груди разлилось тепло от этого уверенного заявления, брошенного словно бы невзначай. Она была уверена, что еще чуть-чуть и где-то там, под ребрами распустятся цветы. Отбросив перо и закрыв чернильницу, Гермиона расслабленно откинулась на мягкую спинку. — И что же у тебя за вопросы? — Ты пойдешь со мной на свидание? Завтра в семь. — Свидание? — Да, — Малфой довольно кивнул, уточняя: — В магической части, я уже забронировал столик. Грейнджер нервно закусила губу, неосознанно начав теребить ремешок юбки, в которую она успела переодеться. После полета ноги одеревенели, и ей хотелось свободы от плотных джинсов. — Ты уверен?.. — На все сто. Мы ведь уже решили, что нечего скрывать. — Хорошо, — она уверенно кивнула, отметая все сомнения и собирая храбрость в кулак. — Да, я пойду. Ты за мной зайдешь? — Обижаешь, я же джентльмен! — Драко наигранно возмутился, прикладывая руку к сердцу, а затем наклонился вперед, подхватывая локон у лица и наматывая его на палец. Он очень любил так делать. — Конечно, я зайду. — А второй? — Что? — Вопрос, — она рвано вдохнула, когда его пальцы мягко скользнули по линии челюсти. Серебро в глазах Малфоя гипнотизировало похлеще Империуса, Гермиона была уверена. — Ах, это. Тут все проще — составишь мне компанию на свадьбе Блейза? Через месяц. — На свадьбе?.. — глупо переспросила во второй раз. — Да, я же упоминал, что в конце марта у них с Лиз торжество. Приглашение я получил еще до того, как мы с тобой адекватно подошли к обсуждению наших отношений, а раз уж теперь мы не скрываемся… Я хочу, чтобы ты была моей парой на этот вечер. — Ты серьезно? Это… очень важное мероприятие. — Грейнджер, это всего лишь свадьба, — он усмехнулся, приблизившись еще на пару шагов. — И ты почему-то выглядишь слишком напряженной. С этим нужно что-то делать. — Ты… — Гермиона не успела ничего сказать, лишь поперхнулась воздухом и изумленно распахнула глаза, когда он присел перед креслом, оказываясь даже ниже ее стремительно краснеющего лица. — Драко, что ты… По телу прокатилось тепло, когда его пальцы коснулись лодыжки и лениво заскользили вверх. Свободная рука слегка сжала ее подбородок, притягивая ближе, и Малфой мгновенно увлек ее в поцелуй — напористый и полный страсти, словно он сдерживал ее слишком долго. Только вот продлился тот недолго, потому как Драко отстранился, лишь сбив ее с толку. Осознание прострелило ее вспышкой электричества, прокатившейся по позвоночнику, когда проворные руки потянули юбку вверх, а мягкие губы оставили влажный поцелуй на колене, уверенно прокладывая путь выше. Больше он нигде ее не касался и не намеревался раздеть, поэтому вывод напрашивался лишь один. Гермиона имела опыт в этом лишь единожды, и не то чтобы осталась в восторге. Скорее не впечатлилась и до конца не осознала, что вообще произошло. Колени инстинктивно свелись, и Драко вскинул голову, встречаясь с ней взглядом. Мерлин милостивый, в его глазах полыхало чертово Адское пламя. — Тебе некомфортно? — он вскинул бровь, продолжая круговыми движениями поглаживать кожу ее бедер. — Мне остановиться? Внизу ее живота начинал разгораться пожар. Все мышцы оказались напряжены, и этот порочный вид Малфоя, сидящего у ее ног, лишь подстегивал желание. Она сглотнула, ощущая, как слова застревают в горле. — Н-нет… Я просто… — Тогда, — Драко уверенно развел ее ноги, устраиваясь удобнее, и задрал юбку до самой поясницы, — расслабься и получай удовольствие, Грейнджер. Подними бедра. От властности, что звучала в его голосе, по телу пробежала дрожь, и она беспрекословно повиновалась. Не раздумывая долго, Малфой подцепил нижнее белье, спустив его по ногам к лодыжкам — он как знал, что в одиночестве она, бывает, сбрасывает обувь, ведь из-за стола все равно не видно. Он чуть спустил ее ниже и в то же время ближе к себе, палочка возникла в руках совершенно неожиданно, а затем она ощутила, как по телу пробежал холодок очищающих чар. Их же он направил и на свои руки, а затем отбросил древко прямиком на пол. — Драко, ты не запер дверь! — ее взгляд лихорадочно метнулся в сторону, а слух напрягся. — Кто-то может войти! — Время позднее, вряд ли здесь кто-то есть, а даже если и так, — его глаза сверкнули, а губы растянулись в хитрой ухмылке, — постарайся быть тихой. Гермиона не успела ничего возразить, потому что губы, коснувшиеся внутренней стороны бедра, отбили все желание. Она оказалась вся открыта перед ним, щеки горели от заливающего их стыдливого румянца, поэтому Грейнджер просто откинулась на спинку, жмурясь. Она вздрогнула, когда горячий язык коснулся влажных складок и скользнул к клитору, хотя ожидала этого. Его движения были плавными и аккуратными, будто для начала Малфой прощупывал почву и границы дозволенного. Только вот Гермиона в этот момент была готова позволить ему все что угодно. Из горла вырвался стон, когда он начал набирать темп, одновременно с этим медленно входя в нее пальцем. Тандем этих сладостных движений оказался умопомрачительным, грудь ведьмы рвано вздымалась, кислорода не хватало — до того короткие вдохи она делала. Рука сжимала подлокотник кресла до боли в ногтях, пока пальцы другой несмело погрузились в его мягкие волосы. Хотелось совершенно бесстыдно прижать его лицо еще ближе, ведь бедра она уже и так приподняла навстречу. Драко на этот жест лишь издал неразборчивый звук одобрения, сильнее впиваясь в ее кожу. Гермиона, кажется, начинала терять связь с реальностью. Она понятия не имела, как долго продолжалась эта сладостная пытка, но когда он добавил второй палец и надавил на внутренние стенки, ее ноги мелко задрожали. Хриплое дыхание вырывалось из груди полустоном-полувсхлипом, и Грейнджер совершенно позабыла об осторожности. Плевать. По венам словно пустили ток, когда губы Драко обхватили чувствительный клитор и начали посасывать интенсивнее. Под веками заплясали цветные пятна, и Гермиона как будто начала проваливаться в манящую бездну. Конечности стали ватными, впрочем, как и все тело. Малфой отстранился от нее, его подбородок и припухшие губы блестели от влаги, а руки продолжали нежно поглаживать бедра, пока она приходила в себя. — Все хорошо? — поинтересовался он, заглядывая в ее глаза, что были подернуты пеленой полученного удовольствия. Ее сил хватило лишь на слабый кивок. Драко ухмыльнулся, резко встав на ноги и подхватив волшебное древко. Его глаза хищно блеснули, когда он остановился у самой двери и поймал ее озадаченный взгляд. — Жду тебя дома, — бросил он, подмигнув. И ушел, оставив ее в полном раздрае — взъерошенную и обессиленную. Вот же придурок!