Часть 6. Привязанность, поиск ответов и разговор

Я нечасто бывал дома, но когда был — почти всегда натыкался на Сакуру. Она росла, но всё ещё оставалась маленькой, наивной и, что самое пугающее, безоговорочно доверявшей мне. Сегодня не стало исключением. Я только зашёл во двор, как услышал её голос: — Тай-нии! Она бросилась ко мне, едва не споткнувшись. Я едва успел поднять руки, прежде чем она с силой врезалась в меня, обняв за талию. Сердце сжалось. Я чувствовал её тепло через ткань одежды. Она не боялась меня. Не знала. Не чувствовала того, что чувствовали сильные шиноби. Не понимала, какой опасности себя подвергает. Я осторожно отстранил её, мягко положив ладонь ей на макушку. — Эй, полегче, — усмехнулся я, как всегда пряча за этим смятение. — Что-то случилось? — Я сегодня впервые пробовала контроль чакры! — с гордостью заявила Сакура, сияя, как солнце. Она была восторженной, жизнерадостной, а я... Я ловил себя на мысли, что боюсь, как однажды могу её оттолкнуть. — Это хорошо, — я улыбнулся, стараясь говорить тепло. — Значит, у тебя талант. Её зелёные глаза загорелись ещё сильнее. — Думаешь? — Думаю, да. Сакура была умной, но ещё не понимала, в каком мире живёт. Я не мог её винить. Сакура была ещё маленькой, доверчивой и очень привязанной ко мне. Потому что большинство времени с ней проводил я, пока не выпустился с академии. Она буквально преследовала меня, как хвостик. Где бы я ни был — дома, на улице, в лавке за покупками или просто сидя на крыше, наблюдая за закатом — она находила меня. — Тай-нии! — её звонкий голос эхом разносился по кварталу, и я уже знал, что от неё не скрыться. Она вырастала передо мной, задрав голову и нахмурив тонкие брови. — Ты опять без меня ушёл! Сакура дулась, пыхтела и топала ножкой, но через секунду хватала меня за руку и цеплялась мёртвой хваткой, словно боялась, что я исчезну. Она была тенью, которую невозможно стряхнуть. Но это не раздражало. Это было... привычно. Сакура была моим личным ураганом, который проносился сквозь мою жизнь, переворачивая всё вверх дном. Она ревновала. Сильно. — Ты опять был с Идзуки! — возмущённо выговаривала она, надув щёки. — Он мой товарищ по команде. — А я твоя сестра! — она выпячивала грудь, будто это был железный аргумент. Если я уходил рано утром, она старалась встать ещё раньше, чтобы проводить меня. Если я приходил поздно, она пыталась бодрствовать, сидя на крыльце, несмотря на гневные возмущения мамы. Если я задерживался на тренировке, она караулила меня у ворот. — Возьми меня с собой! — требовала она, когда я уходил на миссии. — Ты ещё слишком мала. — Я быстро расту! Я взъерошивал её волосы, но это не успокаивало. — Ты постоянно с кем-то, кроме меня! Она смотрела на меня с таким укором, что мне хотелось застыть на месте. Она не могла понять, почему я стал проводить с ней меньше времени. И я не мог объяснить ей, что просто... не хочу, чтобы она была рядом со мной. Не потому что я её не любил. А потому что мир, в котором я жил, был опасен. И я был опасен. Но Сакура этого не чувствовала. Её слепая детская привязанность не давала ей видеть меня таким, каким видели меня другие. Для неё я всегда был просто Тай-нии. Старший брат, который всегда рядом. И она не хотела делить меня ни с кем.

***

Рассвет только начал окрашивать горизонт в бледные оттенки, а я уже стоял на тренировочной площадке. Вокруг царила тишина, нарушаемая лишь редкими порывами ветра, шевелившими листву деревьев. Шиира появился так же незаметно, как всегда. Ни звука, ни лишнего движения – просто вдруг оказался рядом, будто тень, решившая обрести форму. — Ты готов? — его голос прозвучал глухо из-под маски. Я кивнул. — Тогда начнём. Он не стал терять времени и первым делом бросил в меня кунай. Рефлексы сработали раньше, чем сознание. Я резко отклонился в сторону, но кунай всё же задел моё плечо, разрезав ткань. Не слишком глубоко, но достаточно, чтобы показать – это не учебный бой. — Ты слишком много думаешь, — холодно сказал Шиира, выходя из тени. — В бою нет времени на размышления. Доверься инстинктам. Я сжал кулаки, заставляя себя сосредоточиться. Шиира не дал мне передохнуть. Он атаковал снова – быстро, бесшумно. Я едва успел уклониться, но его нога уже врезалась мне в бок. Воздух с силой вырвался из лёгких, и я отлетел назад, но, сгруппировавшись, приземлился на одно колено. — Медленно, — отметил он. Я зарычал и рванул вперёд, стараясь атаковать первым. Но Шиира предсказал моё движение, легко уходя от ударов, будто предугадывая их за секунду до того, как я сам решал нанести их. — Ты полагаешься только на физическую силу, — сказал он, едва уклоняясь от моего куная. — Но твоя истинная сила не в этом. Я замер, сбитый с толку. — О чём вы? Он наклонил голову. — Используй свой яд. Я сжал кулаки, отводя взгляд. — Я… не хочу. — Боишься? Я стиснул зубы. — Если ты не примешь свою природу, то рано или поздно станешь жертвой собственной нерешительности, — жёстко сказал Шиира. — Твоя чакра уже отравляет тебя самого. Ты не можешь просто игнорировать это. Я молчал. — Покажи мне, что ты можешь, — его голос был спокоен, но твёрд. Я сделал глубокий вдох. Если он так настаивает… Я сосредоточился, позволяя чакре течь свободно. Где-то внутри, в глубине, яд отзывался, медленно растекаясь по венам, пробуждая в теле странное ощущение холода и власти. Я сделал шаг вперёд. Шиира улыбнулся – впервые за всю тренировку. — Вот так-то лучше. Теперь начнём по-настоящему. ___ Тренировка оставила меня выжатым. Я тяжело дышал, прислонившись спиной к дереву. Мышцы гудели от нагрузки, а по виску стекала тонкая струйка пота. Шиира стоял неподалёку, скрестив руки на груди. В отличие от меня, он даже не выглядел уставшим. — Ты начинаешь понимать, — сказал он, наблюдая за мной. Я поднял голову и устало хмыкнул. — Честно? Я просто чувствую себя вымотанным. — Это нормально. Ты впервые использовал свою силу осознанно, а не случайно, — он сделал несколько шагов ко мне и сел рядом, вытянув ноги. — Это важный момент. Я покосился на него. — Вы говорите так, будто мне стоит радоваться тому, что ядовит. — А почему нет? Я нахмурился, сжав кулаки. — Потому что я могу навредить кому-то, кому не хочу. Шиира некоторое время молчал, а потом спокойно произнёс: — Ты думаешь, я не понимаю, о чём ты? Я повернул к нему голову. — Вы не знаете, что значит бояться прикасаться к людям, — пробормотал я. Шиира тихо усмехнулся. — Думаешь, АНБУ никогда не сталкиваются с этим? Бывают миссии, где ошибка — это смерть. Бывают моменты, когда ты понимаешь: твои способности опасны не только для врага, но и для себя. Я смотрел на него, пытаясь понять, о чём он говорит. — Но разница в том, — продолжил он, — что мы учимся использовать это в свою пользу. Ты либо принимаешь свой яд, либо он разрушит тебя. Я молчал. Шиира вдруг протянул руку и, к моему удивлению, слегка дотронулся до моего плеча. — Твои перчатки из чакропроводящей ткани. Ты уже сделал первый шаг, но боишься идти дальше, — он встретился со мной взглядом. — Я не позволю тебе застрять на этом этапе. Его рука оставалась на моём плече ещё пару секунд, а потом он убрал её. Я сглотнул. — Вы всегда так заботитесь о своих учениках? Шиира усмехнулся. — Нет, — коротко ответил он. Я прищурился. — Тогда почему? Он встал, потянувшись. — Это моя плата. Я нахмурился. — Плата? Шиира развернулся ко мне и, прищурив глаза, сказал: — Я хочу увидеть, кем ты станешь. Я посмотрел на сенсея и выгнул бровь. – И как вы думаете, кем я стану? Шиира усмехнулся, глядя на меня чуть пристальнее, чем обычно. — Это зависит от тебя, Тай. Я нахмурился. — Не люблю такие ответы. Он хмыкнул и чуть склонил голову, словно размышляя. — Хорошо. Тогда скажу так… Ты можешь стать оружием, которым будут управлять другие. Или тем, кто сам держит клинок. Я нахмурился сильнее. — То есть у меня всего два варианта? — Нет. Есть и третий, — Шиира выпрямился, его глаза чуть сузились. — Ты можешь стать тем, кто сломается. Я вздрогнул, но быстро взял себя в руки. — Довольно мрачная перспектива, — пробормотал я, сжимая руки в кулаки. Шиира наклонился чуть ближе, голос его стал ниже, но в нём не было угрозы — только факт. — Ты особенный, Тай. Но быть особенным — не значит быть сильным. Пока ты не примешь себя, тебя будут ломать. И если ты сломаешься — никто не будет собирать тебя по кусочкам. Я смотрел на него, сжимая зубы. — Вы сказали, что хотите увидеть, кем я стану. — Да. — Тогда запомните: я не стану оружием. И не сломаюсь. Шиира усмехнулся. — Вот и проверим. Я смотрю на него, хмурясь и пытаясь понять что-то. Шиира смотрел на меня, не моргая, и от его взгляда по спине пробежал холодок. Я нахмурился, но не отвёл глаз. Его тёмные, чуть раскосые глаза не выражали ни раздражения, ни насмешки. Он просто изучал меня — спокойно, терпеливо. Его можно было сравнить с черной пантерой. Его выжидающий и наблюдающий взгляд заставлял меня нервничать, на тренировках я не мог халтурить. Он всегда смотрит. Чёрные волосы были коротко подстрижены, подчёркивая высокие скулы и бледную кожу. Он был худощавым, но, стоило ему двинуться, становилось понятно — это тело, закалённое годами тренировок. Я не знал, кто он, из какого клана, да и был ли он вообще клановым шиноби. Но ощущение от него было именно такое. Скрытая опасность, сила, которую он не показывал, но которая ощущалась на каком-то уровне. Такие, как он, всегда чем-то опасны. Я не мог понять, чего он хочет от меня. Но чувствовал: он уже давно понял, чего хочет от меня сам.

***

Шиира смотрел на Тая, скрестив руки на груди. Этот мальчишка… Он был чем-то другим. Не обычным генином, не просто ещё одним шиноби, который пройдёт стандартный путь — команда, миссии, экзамены. Нет, Тай выделялся. И дело было не только в его ядовитой чакре. Шиира знал, что АНБУ заинтересованы в нём, и знал почему. Потенциал. Угроза. Неизвестность. Его способности были редкими и опасными, но сам Тай… он не был монстром. Он был слишком осознанным, слишком осторожным. И именно это вызывало у Шиира интерес. Тай не просто учился. Он анализировал. Он не просто выполнял приказы — он думал, зачем и почему. Он видел людей насквозь, чувствовал их. А это был признак хорошего шиноби. Но кем он станет? Шиира не был человеком, который питал иллюзии. Он видел, как шиноби ломаются, как их принципы трещат под давлением реального мира. Он сам через это прошёл. Тай был хорош, но не готов. И Шиира собирался проверить, насколько он прочен. Ему нужно было понять, сколько у него внутри тьмы. Ведь однажды АНБУ придут за ним. Однажды перед ним встанет выбор. И тогда будет важно знать, кто он на самом деле. Но на горизонте уже сгущались тучи. Учихи. Шиира не мог игнорировать того, что происходило в деревне. Он видел, как менялись лица шиноби, как АНБУ получали новые, всё более тревожные приказы. Он знал, что корень проблемы лежит в противостоянии правительства деревни и клана Учиха. Переворот. Это слово звучало слишком громко даже в его мыслях. Но он знал, что оно витает в воздухе. АНБУ говорили об этом шёпотом, Данзо собирал сторонников, а сам Хокаге будто замер в ожидании. Учихи были слишком гордые. Слишком сильные. Они были деревней внутри деревни, и их терпели лишь до тех пор, пока это было выгодно. Но терпение подходило к концу. Скоро что-то случится. Шиира чувствовал это кожей. И в этом хаосе Тай мог оказаться либо пешкой, либо чем-то большим. Он будет наблюдать. Будет ждать. И в нужный момент решит, что делать. Во втором раунде тренировки Шиира не щадил его совсем. Тай всё ещё чувствовал остаточные волны чакры в ладонях, а в воздухе витал слабый запах озона и… чего-то ещё. Чего-то, что было его собственным. Тай стоял, переводя дыхание, но ощущение не проходило. Оно не было неприятным — скорее, странным. Как будто он не до конца принадлежал себе. — Ты чувствуешь это? Шиира наблюдал за ним из тени. Он выглядел так, будто даже не устал. — Что именно? — Тай покосился на него, разгибая пальцы. — Как твоя чакра меняется. Как яд внутри тебя становится… живым. Тай вздрогнул. — Вы слишком многого хотите от меня. Шиира усмехнулся. — Нет. Я просто наблюдаю. Они молчали. Тай ждал, что тот скажет ещё что-то, но Шиира лишь смотрел. Его взгляд был… странным. Он не был тёплым, но и не холодным. Будто он изучал Тая. — Ты боишься себя? — Я осторожен. — Интересный ответ. Шиира шагнул ближе. — Но тебе нужно решить: что ты хочешь делать с тем, что у тебя есть? Тай нахмурился. — Разве у меня есть выбор? Шиира посмотрел на него чуть пристальнее. — Выбор всегда есть. Только иногда его делают за тебя. Тай не знал, о чём именно он говорит. О его яде? О деревне? О чём-то большем? Шиира развернулся, уходя в тень. — Завтра тренировка в семь. Постарайся не умереть. Тай смотрел ему вслед, чувствуя, как внутри растёт беспокойство. Что-то подсказывало ему, что этот человек знал гораздо больше, чем говорил. — Стойте, сенсей. Шиира замер, но не обернулся сразу. Лишь спустя пару секунд он повернул голову, глядя на Тая краем глаза. — Что? Тай сжал пальцы в кулак, ощущая сквозь ткань перчаток холодную липкость волнения. Слова застряли в горле, но он всё же заставил себя их произнести: — Вы же знаете, что скоро что-то случится? Шиира на секунду замер, но в следующую мгновенно вернул себе привычное спокойствие. — О чём ты? Тай скривился. — Не прикидывайтесь. Вы АНБУ. Вы всё знаете. Шиира развернулся к нему полностью. Глаза у него были тёмными, но сейчас казались ещё глубже, как если бы в них пряталась бездна. — Ты слишком много наблюдаешь, Тай. — А вы слишком много молчите. Шиира чуть склонил голову, словно взвешивая слова. — Молчание иногда безопаснее. Тай не отводил взгляда. — Для кого? Для вас? Для деревни? Или для меня? Шиира чуть прищурился, но не сказал ничего. Тай ощутил, как воздух между ними становится напряжённее, словно натянутая струна. — Клан Учиха. Вы ведь знаете, да? Теперь Шиира действительно на секунду замер. — Если бы знал, разве сказал бы тебе? Тай сжал челюсть. — Вы не ответили. Шиира смотрел на него молча. Затем сделал шаг вперёд. — Ты хочешь знать, но не понимаешь цену этих знаний. Иногда неведение — это не слабость. Это свобода. — А вы? — голос Тая стал тише. — Вы свободны? Шиира чуть склонил голову. — Уже давно нет. Тай не успел ничего сказать — Шиира развернулся и исчез в тенях, оставляя его одного с грузом мыслей, который казался тяжелее, чем прежде. Его бесило, когда сенсей вот так резко уходил. Иногда было желание вцепиться в жилет джонина и потрясти его, чтобы всё выложил. Но это только в мечтах.