Часть 7. Экзамены, Лес Смерти и ночь "Х"

Экзамен чунина — это не просто проверка навыков. Это событие, которое притягивает внимание всей деревни. Лорды, иностранные наблюдатели, высокопоставленные шиноби — все следят за тем, кто поднимется выше, кто покажет себя, а кто провалится. И в этом году напряжение буквально висит в воздухе. Шиира тоже чувствует это. В последнее время он стал ещё более задумчивым, чем обычно. Исчезает в АНБУ, появляется реже, а когда приходит — смотрит на меня так, словно видит что-то другое, не меня. Сегодня он наблюдает за моей тренировкой с кунаем. И вдруг спрашивает: — Ты собираешься участвовать? Я на секунду задерживаюсь, а потом киваю. — Да. Мы с Идзуки и Ханой подали заявку. Шиира молча кивает. — Ты понимаешь, что этот экзамен — не просто проверка навыков? Это ещё и игра, политический ход. Будут команды из других деревень. У многих есть свои цели. А у некоторых — свои приказы. Я напрягаюсь. — Вы намекаете, что нас могут использовать? Шиира смотрит на меня и спокойно отвечает: — Я говорю, что тебе нужно быть осторожнее. Я не знаю, беспокоится ли он обо мне или просто выполняет приказ. Но ясно одно — этот экзамен будет чем-то большим, чем просто состязанием. – А вы будете там? Я посмотрел на него со скрытой надеждой. Не то чтобы я привязался, но присутствие сенсея на таком громком и важном событии было для меня эмоциональном фундаментом. Как бы я не хотел этого признавать. Шиира не сразу отвечает. Он смотрит на меня, словно взвешивая слова, прикидывая, что сказать. Затем слегка щурится и медленно выдыхает. — Возможно. Не то чтобы я ожидал однозначного ответа, но эта неопределённость почему-то вызывает раздражение. — Вы вообще когда-нибудь говорите прямо, сенсей? — фыркаю я, скрестив руки на груди. Шиира усмехается, но в глазах у него тень усталости. — Когда это действительно необходимо. Я отводил взгляд, чувствуя какую-то досаду. В последнее время он стал ещё более скрытным. Раньше казалось, что между нами устанавливается своего рода доверие, пусть и в его странном, АНБУшном варианте. А сейчас… — Просто скажите, если что-то знаете, — говорю я уже тише. Шиира смотрит на меня долгим взглядом. — Я скажу, если это тебе поможет. Но ты должен понимать — экзамен будет не таким, каким ты его себе представляешь. Я не спрашиваю, что он имеет в виду. Всё равно не скажет прямо. Но внутри растёт ощущение, что впереди что-то действительно серьёзное.

***

Лес Смерти оправдывал своё название. Воздух был влажным, тяжёлым, пропитанным запахами разложения и мокрой земли. Деревья здесь тянулись к небу, их ветви спутывались в густой, почти непроглядной завесе, из-за чего солнце с трудом пробивалось сквозь крону. Тени жили своей жизнью — они извивались, сгущались и напоминали застывшие фигуры, наблюдающие за каждым нашим движением. Вокруг царил бесконечный шелест — листья, трава, насекомые, шуршание чьих-то лап. Где-то вдалеке раздавался крик — зверя или человека, уже не разобрать. Здесь всё хотело нас убить. Мы не говорили лишнего. Только взгляды, короткие знаки руками, движение в такт. В первый день мы нашли укрытие под корнями массивного дерева и расположились там на ночь. Второй день начался с нападения. Мы услышали их раньше, чем увидели. Трое — команда из Дождя. Они двигались бесшумно, прятались в тени, но их чакра была как липкий, неприятный запах гнили. — Готовьтесь, — тихо сказал я. Первый появился справа — с длинными ядовитыми иглами. Он бросил их в меня, но я успел уйти в сторону. Вторая — девушка — разлила на землю нечто бурлящее, жёлтое. Глазами не определить, но по запаху… Кислота. Третий — главная проблема. Он был быстрым. Слишком быстрым. Я едва успел поймать его движение краем глаза, прежде чем он оказался прямо передо мной. — Что за дрянь течёт в твоих венах? — прохрипел он, когда моё лезвие задело его руку. Когда моя кровь попала на его кожу, он сначала даже не понял, что произошло. Красные капли впитались в его плоть, оставляя тонкие, тёмные разводы, словно трещины на поверхности. Затем кожу начало жечь. — Что за... — его голос дрогнул. Он дёрнул рукой, пытаясь стереть жидкость, но стало только хуже. Кожа покраснела, будто покрылась ожогами, а затем начала покрываться тонкими, тёмными линиями, похожими на тонкие прожилки яда. Сначала это была просто боль. Затем… он зашатался. — Что ты со мной сделал?! — он попытался сфокусировать взгляд, но зрачки начали бешено дёргаться. Он резко схватился за голову, словно его пронзило что-то острое, глубоко в черепе. Дыхание стало прерывистым, движения – резкими и неровными. — Чакра… Ты… Ты отравил мою чакру?! Понял он слишком поздно. Он попытался собрать чакру в руку, но она не слушалась. Вены на его шее вздулись, начали темнеть, дыхание стало хриплым, а губы — бледными. Организм боролся, но яд уже проник глубже. Колени подкосились, и он упал, тяжело хватая ртом воздух. Я смотрел на него, не двигаясь. Наблюдал молчаливо. Это сработало быстрее, чем я думал. Кровь на его коже не просто разъедала её — она проникала внутрь, атакуя не только плоть, но и саму систему циркуляции чакры. Её потоки забивались, превращались в рваные линии боли. Он терял контроль. — Тебе не выжить, если останешься тут, — спокойно сказал я. Он сжал зубы, боль превратилась в агонию. Но он знал — я не блефовал. С трудом поднявшись, он шатаясь бросился прочь, скрываясь в темноте Леса Смерти. Я смотрел ему вслед. И понимал. Он точно умрёт в ближайшее время. И я этого не увижу. Мы победили, но с ранами, с иссечённой одеждой, с бешено бьющимися сердцами. Когда мы выбрались из Леса, солнце показалось мне неестественно ярким, слишком резким.

***

Дальше были дуэли. Мне попался шиноби из Камня. Крупный, жилистый, с грубыми чертами лица и каменным взглядом. Его тело было покрыто защитной бронёй из утолщённой земли, чакра клубилась в пальцах, готовая превратить любую атаку в смертельную. — Ты выглядишь неважно, — усмехнулся он. — Может, сдашься? Я не ответил. Вместо этого шагнул в сторону, напрягая мышцы. Бум! Земля передо мной взорвалась, когда он ударил кулаком по почве, посылая во все стороны каменные осколки. Я уклонился, скользя в сторону, но он уже двигался. Быстро. Я почувствовал, как воздух передо мной сотрясается. Удар! Я успел поставить блок, но мощная рука отбросила меня назад. Слишком силён в ближнем бою. Он не дал мне времени на восстановление, вторая атака уже шла. Его нога резко пошла вверх, целясь в мою голову. Я пригнулся, ушёл в кувырок и скользнул вбок, уходя в слепую зону. — Как жук, которого можно раздавить! — Он ударил пяткой по земле, создавая трещины. Я вдохнул. Ладно. Нужно менять тактику. Я сжал кулаки, ощущая, как чакра внутри меня зашевелилась. Мгновение — и я метнулся вперёд. Он не ожидал. В последнюю секунду его рука рванулась вверх, блокируя мой удар. Камень на его коже треснул, но выдержал. — Бесполезно! Он попытался схватить меня, но я выскользнул, как тень, и снова атаковал. Не кулаками — когтями, сотканными из моей ядрёной чакры. Мои пальцы прошлись по его броне, и на ней остались тёмные, едва заметные следы. Он снова бросился в атаку, но теперь я был быстрее. Я уклонился в последний момент, развернулся и ударил локтем в бок. Он не отреагировал. Но когда я отскочил назад, я увидел, как на его коже проступают странные, тёмные пятна. Он нахмурился. — Что… А затем его дыхание сбилось. Он понял слишком поздно. — Что ты сделал?! Его ноги подкосились. Движения стали резкими, дёргаными. Вены на шее вздулись, зрачки расширились. — Твоя броня делает тебя сильнее… но она мешает твоему телу сопротивляться яду. Я видел, как его чакра становилась рваной, нестабильной. Он попытался двинуться, но каждый шаг был медленнее. Его пальцы дрожали, мышцы сводило. Я шагнул вперёд, смотря на то, как он свалился на землю, изворачиваясь в конвульсиях. Его трясло так, словно он весь состоял из натянутых нервов, за которые кто-то неритмично дёргал крючками. Мне не было жаль его, ведь он хотел меня убить. И он бы сделал это без лишних мыслей, и никто бы не осудил его. Это мир шиноби, и здесь не было места для жалости. Теперь он расплачивается адской болью и дикими криками агонии, пока его спешно уносят на носилках. Успеют ли спасти, я не знал. И не надеялся. Бой был окончен. Я победил. Потом — бой с Ханой. Полигон был окружён густыми деревьями, воздух наполняли ароматы леса и земли, но всё, что я чувствовал, — это приближающуюся угрозу. Хана Инузука стояла напротив меня, её взгляд был сосредоточен и хищен. Она была не только сильным шиноби, но и обладала звериной интуицией. Чёрно-белый пёс рядом с ней, её верный напарник, зарычал, оскалив зубы. — Ты же понимаешь, что это будет не прогулка? — сказала она, ухмыльнувшись. Я молча кивнул, сжимая кулаки. Раз. Два. Три. Она исчезла. Ветер взметнул пыль там, где она стояла мгновение назад, а следующее, что я почувствовал, — это мощный порыв воздуха справа. Я увернулся в последний момент, но её кулак прошёлся по моей одежде, разрывая ткань. Быстро. Я резко отскочил назад, но она не дала мне передышки. Её движения были резкими, молниеносными, и пока я уворачивался от неё, пёс уже заходил мне за спину. Тактика. Давление с двух сторон. Я сделал ложный выпад вперёд, заставляя её среагировать, и тут же ушёл вниз, перекатившись в сторону. Её нога пронеслась в воздухе там, где ещё секунду назад была моя голова. — Хах, хитрый, но не достаточно, Тай! Она хлопнула в ладони, и в следующий момент её тело и тело пса слились в одну размывшуюся тень. Дзюдзин Буншин? Я напрягся. Это было плохо. Две абсолютно одинаковые фигуры кружили вокруг меня, и я не мог определить, где настоящая Хана, а где её клон. Внезапно одна из них кинулась вперёд, её когтистая рука целилась мне в плечо. Я блокировал удар, но тут же получил пинок в бок от второй. Обе настоящие?! Я не успел восстановиться, как они снова двинулись. Скорость была невероятной, удары сыпались со всех сторон. Чёрт… Я отступал, но они гнали меня дальше, не давая времени на передышку. Ладно, хватит. Я резко сменил ритм. Вместо того чтобы защищаться, я бросился вперёд, целясь в одну из них. Если не можешь уклониться — атакуй. Я нанёс удар, но… промах. — Поздно! — раздался её голос за моей спиной. В следующий миг я почувствовал, как что-то вцепилось мне в плечо. Пёс! Зубы сомкнулись на ткани, а затем на коже. Боль вспыхнула, но я не дал себе закричать. Вместо этого резко дёрнул руку, позволяя капле крови попасть на его нос. Он тут же взвизгнул и отпрыгнул назад, его глаза расширились. Хана, заметив это, напряглась. — Что ты сделал?! Я не ответил. Она бросилась вперёд, собираясь закончить бой, но теперь я был готов. Я развернулся, уходя в сторону, и протянул руку вперёд. Чакра рванулась по телу. Я активировал свою способность. Мои пальцы едва задели её руку, но этого было достаточно. Она почувствовала это сразу — странное онемение, пробежавшееся по коже. Она отскочила, но было поздно. Её дыхание сбилось. Движения стали менее точными. Я не хотел причинять серьёзный вред, но дать ей понять — должен. — Твой пёс почувствовал это первым, — сказал я тихо. — Ты тоже ощущаешь, да? Она стиснула зубы, но не сделала шаг вперёд. Поняла, что не сможет биться дальше, я её банально затравлю ядом. В буквальном смысле. Хана была очень смелой и боевой девчонкой, но так же она знала, когда нужно остановиться. И сейчас был как раз такой момент. Я бы ни за что не убил Хану или её пса. Ту каплю крови, что попала на Хато, я обезвредил почти на половину, чтобы избежать летального исхода. Но щенок будет хворать дня два или около того, потом оклемается. Бой был окончен. Я снова победил. Я не знал, чего ожидать. ___ Вся суета после экзаменов чунина уже улеглась, победители и проигравшие приняли свои итоги, и каждый продолжил двигаться дальше. Кто-то вернулся к обычным миссиям ранга D и C, кто-то начал тренироваться ещё усерднее, а кто-то уже получил новые назначения. Я же просто ждал. Не могу сказать, что это меня мучило, но неизвестность раздражала. Сегодня нас всех вызвали в администрацию, где должна была состояться церемония вручения жилетов. Хотя "церемония" — громкое слово. Обычное формальное мероприятие. Но меня туда не позвали. Точнее, позвали не сразу. Хана и Идзуки уже получили свои жилеты, а меня задержали дольше обычного. Я не знал почему, но чувствовал, что это не просто так. И вот, когда я уже почти собирался идти домой, Шиира нашёл меня. Он стоял у выхода из здания, сложив руки на груди, и смотрел на меня с привычной, слегка насмешливой улыбкой. — Ты выглядишь недовольным. — Я не люблю ждать, сенсей. — А кто любит? Он толкнулся плечом от стены и направился ко мне. В руках он держал что-то свёрнутое, и сердце внутри меня сделало странный скачок. — Лови. Он бросил мне свёрток, и я машинально поймал его. Ткань была грубой, но крепкой, и я сразу понял, что это. Жилет чунина. Я молча развернул его, провёл пальцами по символу Конохи, ощущая тяжесть этой вещи в руках. Шиира стоял рядом, наблюдая за мной. — Ты заслужил, Тай, — сказал он спокойно. — Хоть некоторые в этом и сомневаются. Я поднял на него взгляд. — АНБУ? Он фыркнул. — АНБУ всегда сомневаются. Но это их работа. Я не ответил. Тяжесть жилета в руках ощущалась по-особенному. Это было не просто повышение — это был знак доверия. Даже если не все с этим были согласны. Шиира внимательно наблюдал за моей реакцией, а потом, неожиданно для меня, хлопнул меня по плечу. — Не зазнавайся, — усмехнулся он. — Это только начало. Я медленно кивнул, сжимая ткань жилета в руках. Да. Это только начало.

***

В тени, скрытые от глаз, они следили. Четыре фигуры в масках — лиса, сова, ворон и тигр — расположились в разных точках леса. Их задача была проста: наблюдать. Тай Харуно. Имя уже несколько раз всплывало в их разговорах. Не только из-за его необычной чакры, но и из-за того, как он использовал её в бою. — Его стиль нестабилен, но... эффективен, — раздался спокойный голос ворона. — Он адаптируется на ходу, как хищник, — добавил тигр, наблюдая за тем, как Тай двигался по полю боя. — Это не просто талант, а инстинкт. Лиса, единственная женщина среди них, скрестила руки на груди. — Мне не нравится его чакра. Сова, молчавший всё это время, наконец заговорил: — Ты не первая, кому она не нравится. Его способности нестандартны. Это делает его как ценным, так и опасным активом. Лиса качнула головой. — Не забывай, что яд — это не только оружие, но и проклятие. Ты видел, что случилось с тем парнем из Камня? — Видел, — кивнул тигр. — И это доказывает, что Тай уже понял, как использовать свою силу. Вопрос только в том, как далеко он зайдёт. Сова задумчиво смотрел вниз, на поляну, где Тай добивал очередного противника. — Ты думаешь, он станет угрозой? Лиса помолчала, а потом ответила: — Я думаю, что если мы не будем за ним следить, однажды он может стать кем-то, кого невозможно будет остановить. Ворон хмыкнул. — А может, он станет тем, кто защитит деревню лучше нас всех. Сова не ответил. Но наблюдение за Таем и его последующими боями продолжилось.

***

Спустя несколько недель после окончания экзаменов, когда гости деревни уже разъехались по домам, воздух в Скрытом Листе стал другим. Тяжёлым, как в Лесу Смерти. Что-то происходило. АНБУ наблюдали за мной. Шиира… Он что-то знал. Но не говорил, и я не удивлён. Я был занят новыми миссиями, теперь мы с Ханой и Идзуки были командой лишь формально, потому что нас можно было отправлять на одиночные задания. Родители гордились мной по-настоящему, Сакура каждый раз смотрела на меня с восхищением и рассказывала, что её одноклассники говорят, что ей повезло со старшим братом. Я старался проводить с сестрёнкой больше времени, но это плохо получалось. Я был очень занят собственным развитием и миссиями. А потом наступила та ночь. Ночь, когда весь клан Учиха был вырезан.