Лед тронулся

Ангелина сжала зубы. Она дала слабину. И теперь он это видел. Но если Левин надеялся, что этого хватит, то он сильно ошибался. — Забавно, — её голос прозвучал ровно, будто ничего не произошло. — Ты всерьёз думаешь, что мне есть до тебя дело? Максим прищурился. — А ты всерьёз думаешь, что сможешь мне врать? Она вздёрнула бровь, демонстративно посмотрела на часы. — У меня нет времени на эти детские игры. Если тебе скучно — найди кого-нибудь ещё. И прежде чем он успел что-то сказать, она развернулась и вышла. Спокойно, ровно, без спешки. Каждый шаг давался с трудом. Чёрт бы его побрал. Чёрт бы её побрал. В груди всё сжалось. Она ненавидела это чувство. Но проиграть ему? Никогда. А за спиной Левин смотрел ей вслед, стиснув кулаки. Теперь он точно не остановится. Максим смотрел ей вслед, пока она не скрылась за углом. Он чувствовал злость, нетерпение — и что-то ещё, чего не хотел признавать. Она ускользала. Чёрт, он никогда не умел проигрывать, а сейчас ощущал именно это. — Думаешь, ты выиграла? — пробормотал он себе под нос. Возможно, она рассчитывала, что на этом всё закончится. Что он устанет, отступит, оставит её в покое. Ни за что. Ангелина вышла на улицу, глубоко вдохнула холодный воздух. Сердце билось слишком быстро, но она не собиралась это признавать — даже перед самой собой. Она справилась. Не сорвалась. Снова поставила стену. Но эта стена давалась с каждым днём всё сложнее. Левин не уходил. Был рядом, давил, провоцировал. И хуже всего было то, что он видел её слабости. Чувствовал их. — Чёртов идиот, — выдохнула она. Ещё немного — и она действительно начнёт реагировать. А этого допустить нельзя. Она вышла на парковку, пытаясь привести мысли в порядок. И тут услышала шаги позади. Быстрые, целеустремлённые. Она не успела обернуться, как Левин развернул её к себе. — Заканчивай с этим, — бросил он прямо в лицо. — Ты не из тех, кто умеет притворяться. Она отдёрнула руку, сделала шаг назад. — Ты слишком высокого мнения о себе. — А ты слишком боишься признать очевидное. Он шагнул ближе. Ангелина не двигалась. Только смотрела ему в глаза, сжав кулаки. — Если думаешь, что сможешь меня сломать, Левин, ты хуже меня знаешь. — Нет, — он склонился ближе, почти касаясь её лица своим дыханием. — Я знаю тебя лучше, чем ты хотела бы. Она стиснула зубы. — Отойди. — Нет. Левин усмехнулся. — Пока ты сама не сделаешь шаг ко мне.