Глава 5. Поможешь мне снять репортаж?

Саша тоже старалась не думать о случившемся прошлой ночью. И хотя пальцы так и чесались написать ему, рациональная часть Саши строго запрещала себе проявлять хоть какой-то интерес к его личности. Ей было обидно, что он так и не захотел с ней связаться, хотя так клялся в преданности. Что эта самая преданность закончилась, как только на пороге дома оказался его сын. Девушка думала об этом, размешивая кофе на кухне подруги в двенадцать часов дня. Сегодня Оля работала до шести вечера, а после они запланировали собраться с Максом и поиграть в настолки, так что Саша позволила себе проснуться поздно и позавтракать в полной тишине. Вдруг телефон в кармане спальных шорт завибрировал. Саша потянулась за смартфоном и, разблокировав экран, увидела сообщение от незнакомого номера: «Сын решил остаться на несколько дней, так что я не смогу позвать тебя к себе. Хотя очень хочется» Саша поморщилась, раздраженно бросая телефон на стол. Тот с грохотом ударился о твердую поверхность и еще раз издал вибрацию. «Можешь заглянуть ко мне сегодня на работу в клуб. У меня будет перерыв с 15 до 16» Его сообщения вызвали в Саше только приступ отвращения. Отвечать на них совсем не хотелось, поэтому Саша отложила телефон и продолжила завтракать, давясь от злости. Но что вызывало в ней такие эмоции? Она злилась на него, что он так резко заставил ее уйти, злилась на себя, что теперь не может перестать о нем думать, хотя приехала сюда к подруге, а не к нему. Чтобы хоть как-то сбросить напряжение, Саша решила выйти на улицу и пройтись по родному городу. В этот год январь выдался довольно мягкий, и температура не опускалась ниже десятиградусного мороза. Саша прогулялась по знакомым улицам, вспомнила дорогу до старой школы, а затем свернула в сторону единственного парка. Миновав памятник неизвестному солдату у входа, девушка продолжила путь мимо небольшой аллеи голых стволов, которые снова обрастут листочками и превратятся в густые зеленые дубы, когда зиму сменит весна. Даже здесь все напоминало об учителе. Саша вспомнила, как ее первый парень, кажется, Сережа, пытался совратить ее прямо в этом парке. Она дошла до того самого дерева, у которого тогда скатилась и плакала, то ли от стыда, то ли от облегчения, что гитарист взялся из ниоткуда и отпугнул подростка от девушки. В этом парке она впервые показала ему свою уязвленность. В этом парке они впервые поговорили о чем-то помимо занятий на гитаре. В этом парке, считала Саша, и началась их неправильная, косая и поломанная история ее детской привязанности и фанатизма, его провальной попытки уберечь ее от всего и отчаянного желания избежать одиночества. Но теперь, спустя четыре года, по загадочным для нее самой обстоятельствам Саша все еще была заложницей своих чувств и желала стать для него причиной, по которой он станет чуточку счастливей. Пусть это и значило огромные жертвы. Боковым зрением Саша заметила движение в глубине парка. Она повернула голову и застыла, наблюдая, как мужчина в желтой куртке и смешной шапочке с помпоном копошится в своем огромном рюкзаке. Вокруг него прямо на снегу были раскиданы несколько черных небольших мешочков, в которых, судя по всему, когда-то хранились камера и другое оборудование, теперь стоящее на штативе напротив парня. Саша вспомнила, где ей уже доводилось видеть эту шапку. Чуть позже в памяти всплыл и гигантский рюкзак. Это был Леша, сын Кости. Девушка не спеша начала пробираться к нему по нечищенной узкой заснеженной тропинке. Мужчина в упор не замечал ее, стоя на корточках и увлеченно настраивая что-то в камере, а когда Саша подошла почти вплотную, вдруг испуганно вскрикнул и плюхнулся задом на снег. — Эй! Ну кто так делает! — с нарочитой наигранностью надул губы он. Девушка не смогла сдержаться и звонко засмеялась. — Простите, я не хотела вас напугать, — она протянула ему руку и тот с благодарностью схватился за нее, поднимаясь на ноги и отряхивая штаны. — Подержи камеру, — беспристрастно произнес он, протягивая ей свой девайс и продолжая отряхиваться. Затем повернулся к ней всем телом и, забрав аппаратуру, вдруг слегка прищурился. — Так это ты! Саша, верно? Маленькая гитаристка моего отца. — Вообще-то я не маленькая, — теперь пришел черед Саши наигранно обижаться, — Мне уже двадцать. — Правда? А в этой шапочке выглядишь не старше шестнадцати, — прыснул он, указывая на любимую шапку Саши с лисьими ушками. — Вы свою-то шапку видели? — не растерялась Саша, складывая руки на груди. Леша тихо засмеялся, широко улыбаясь ей в лицо. Даже с этой дурацкой шапкой его внешность была крайне обольстительной для девушки. И чересчур напоминающей гитариста, только более дурачливого по своей натуре. — Согласен. Нужно будет снять во время репортажа. — Вы снимаете репортаж? — восхитилась Саша. Её журналистская сущность проснулась и теперь навострила ушки, предвкушая что-то интересное. — «Ты». Я и так пытаюсь забыть, что старею, — поправил он ее, — Да, я работаю журналистом, — Леша произнес это с такой гордостью, что Саша сразу ощутила, насколько дорога мужчине его работа. — А я учусь на журналиста, — улыбнулась девушка, и растерянно потрогала затылок, готовясь задать следующий вопрос. — Может… — они одновременно начали и даже произнесли одно и то же слово. Оба смущенно захихикали, и Леша сделал неопределенный жест ладонью в сторону девушки. — Давай ты первая. — Нет, ты. — Хорошо. Поможешь со съемками? Теперь девушка заправляла всем съемочным процессом. Он кратко рассказал ей свою идею, и они записали пару дублей для репортажа. Саша впервые управлялась с такой дорогой камерой, и впервые принимала участие в съемках настоящего проекта для газеты. Если она где-то путалась или была не уверена, Леша с природной непринужденностью объяснял ей все нюансы и показывал, как делать лучше. — Просто положись на мой семилетний опыт и следуй моим инструкциям, — подмигнул ей он, отходя обратно на место съемок. На заднем фоне виднелось здание клуба, которое Леша выбрал декоративным объектом. Его речь была чистой, журналистской, тембр голоса приятным, и Саша не переставала удивляться его профессионализму. — А может, нам зайти внутрь клуба? Там можем снять кадры со сцены, — предложила она. — Я пробовал туда попасть, но меня прогнала злобная вахтерша, — пожал плечами он, — Но ты просто читаешь мои мысли — я тоже хотел сделать такой кадр. Саша прыснула и скомандовала Леше собрать вещи. Она знала, что сможет договориться со знакомой вахтершей и получить доступ к актовому залу. Парочка управилась примерно за два часа, и даже сняла несколько вариаций одного и того же отрывка репортажа — за кулисами и на самой сцене клуба. Саша на удивление комфортно чувствовала себя в компании Леши, не стеснялась бросать искрометные комментарии и подтрунивать над его оговорками в речи, пока он зачитывал набросанный ими же текст. Леша создавал впечатление легкого на подъем человека, до ужаса простого и искреннего, что его читаешь, как книгу. Он сам моментально бросал ответные колкости и не переставая дурачился. Саша поражалась такими людьми — из-за его дружелюбности разница в возрасте совсем не чувствовалась. Они уже просто сидели на краю сцены и обсуждали журналистику, когда Леша вдруг сказал: — Слушай, я буду очень рад, если ты и завтра поможешь мне и со съемкой. — Да, конечно! Что будем снимать? — Я буду брать интервью у отца. Он пообещал мне, что расскажет про свою музыкальную группу в юности, — мужчина заметил, как девушка поникла, поэтому быстро добавил, — Уверен, он не будет против. Вы же знакомы, и ты и так ходишь к нему домой. Наверное, это будет очень неловко — подумала Саша. Но желание принять участие в процессе интервью было очень сильным. Она чувствовала вину, но за что? Что просто познакомилась с человеком, работа которого напрямую связана с ее собственной работой мечты? — Хорошо, уговорил, — выдохнула Саша, поднимая левую руку, чтобы взглянуть на часы, — Боже мой, уже без почти шесть! — Ты куда-то спешишь? — с еле заметной грустью в голосе спросил Леша. Девушка начала судорожно собираться и похлопывать себя по карманам куртки, дабы убедиться, что ничего не оставила. — Да, у меня есть еще дела сегодня вечером. — Ладно, понял. Тогда до завтра! — До завтра! Спасибо за съемки! — Саша уже направилась к выходу из актового зала, но вдруг притормозила у двери и медленно развернулась, — А хотя… Как ты смотришь на настольные игры? — Я обожаю настольные игры, — усмехнулся Леша в ответ. — Как насчет пойти со мной? Конечно же он согласился. Сашу мучали переживания по поводу того, как подруга с ее парнем отнесутся к незваному гостю, буквально подобранному с улицы, но ее опасения не оправдались — друзья рады были видеть еще одного игрока, да к тому же столь уморительного. Они заметили его сходство с учителем гитары — это читалось в глазах что Оли, что Макса, но они оба решили тактично не поднимать эту тему и просто насладиться игрой в монополию. После утомительного раунда, где победил, кстати, Максим, журналист предложил сходить за сидром и продолжить играть. Как только парни ушли в магазин, Оля все-таки набросилась на Сашу с расспросами. — Это то, о чем я думаю? Это его сын? — Да, — смущенно ответила девушка. — Саш, ну ты даешь! Он такой хорошенький, и так здорово шутит, — подруга явно была в восторге от нового знакомого Саши и все никак не могла перестать его нахваливать. Саша разделяла ее энтузиазм — Леша на самом деле казался идеальным парнем без единого минуса, просто умеющего хорошо снимать репортажи и веселиться. А потом они открыли сидр, и обстановка стала еще более смешной и расслабленной. В ход пошли коробки «Манчкин» и «Имаджинариум», а после и просто карты. Когда Леша опомнился, что ему пора возвращаться домой, было уже за полночь.