Вечный советник.

Самсон стоял у окна в своей комнате, глядя на шторм, разрывающий небо Дагаара. Дождь стучал по стеклу, словно пытался выбить ответы на вопросы, которые жгли его изнутри. Дэмор. Имя демона Хаоса и Разрушения не давало покоя. Почему Тайлер избегал разговоров о нём? И почему Феникс, всегда холодно-расчетливая, проявила столь яростный интерес? Он спустился в библиотеку, где застал короля за изучением древних кних. Тайлер поднял взгляд, фиолетовые глаза смягчились: — Ищешь что-то, Ралей? — Расскажи о Дэморе. Король медленно закрыл фолиант. В его фиолетовых глазах мелькнула тень, будто он перебирал воспоминания, слишком тяжёлые для слов. — Он… вечная тень у трона. Советник, который выбирает правителей Дагаара. Мою мать Тинну — и меня. — Где она сейчас? — Я... не знаю. — Голос Тайлера дрогнул. Самсон прищурился, ловя нотку боли в тоне собеседника. Тайлер встал, подошёл к камину, где языки пламени лизали поленья, словно пытаясь сжечь тайны. — Он учил нас обоих. Ломал кости телекинезом, чтобы мы научились восстанавливаться. Говорил, что сила — единственный язык демонов. Но... — он обернулся, — он никогда не манипулировал. Давал советы, но решения принимали мы сами. Для меня он… был учителем. Отцом. — Он ломал тебя, чтобы сделать сильнее? — спросил Самсон, вспоминая свои бои на аренах Тевинтера. — Да. Говорил, что король должен выживать даже в аду. — Тайлер усмехнулся, но в улыбке не было радости. Феникс, листавшая свитки у дальней стены, резко подняла голову: — Интересный метод воспитания. И где теперь ваш советник? Тайлер замер. На мгновение его взгляд скользнул к Самсону, будто сравнивая их. — В отпуске. Его разум... нуждается в покое. — Он сжал кулаки. — Но он вернётся. Дэмор — тень трона. Не ветер, что меняется, а постоянство, которое пугает даже богов. — Почему он выбрал тебя? — Потому что видел силу. Не ту, что ломает стены, — Тайлер тронул собственную грудь, — а ту, что выдерживает вес короны. Он верил в меня, даже когда я не верил в себя. Феникс склонила голову, её красные глаза сверкнули холодным любопытством: — А если он больше не вернётся? — Вернётся. — Тайлер произнёс это с такой уверенностью, будто Дэмор уже стоял за дверью. — Он предан Дагаару. И... семье. В тишине комнаты завывание ветра стало громче. Самсон отвернулся к окну. В отражении стекла он видел не себя, а призрак Дэмора — демона, чьё имя заставляло трепетать целые миры. Тень, чьи уроки сформировали короля, способного править без страха. Феникс рассмеялась, разрывая напряжение: — Надеюсь, Дэмор не научит моего Огня бунтовать. — Он учит только одному: быть сильнее собственных страхов и сомнений, — Тайлер улыбнулся, но в его взгляде читалось предупреждение. — Не ищи его. Дэмор не играет в твои игры. Он служит только Дагаару. Самсон заметил, как пальцы короля сжали книгу. В его глазах мелькнуло что-то знакомое — та же ярость, что горела в Ралее, когда Феникс касалась клейма. — Ты похож на него, — неожиданно бросил Тайлер. — Твои глаза... — Глаза? — Самсон нахмурился. Король резко смолк, словно сказал лишнее. Отвернулся, перебирая свитки. Самсон же вышел в коридор, оставив короля и Феникс среди книг. Шторм стих, но в голове бушевали мысли. Глаза... Он остановился у витража, изображавшего дракона Даго. Стекло, когда-то сиявшее яркими красками, теперь было испещрено паутиной трещин, а часть мозаики выпала, оставив зияющие провалы в крыльях и хвосте. Лишь рубиновые глаза, уцелевшие в этом хаосе, всё ещё сверкали в свете факелов, будто насмехаясь над временем, которое не смогло стереть их полностью. По краям рамы лежали осколки, покрытые пылью веков, а в щелях застыли тонкие нити паутины, словно сама смерть оплела легенду. — Кто ты, демон Хаоса и Разрушения? — прошептал Самсон. — И почему Тайлер видит во мне твоё отражение? Ответа не было. Лишь эхо шагов по каменным плитам — будто само молчание Дагаара хранило секреты, которые даже шторм не смел выкрикнуть.