Часть 11 Одна луна против двух

Глава 11 Одна луна против двух

Глинда следовала за жрецом, идя по узкому, слабо освещённому коридору, где единственным источником света являлся праховый фонарь, постукивающий по поясу Виктора. Для Охотницы осознание, что Кроу, этот старый дурак, продолжал висеть на цепях, пока она сама была свободна, тяжело давило на мысли и вызывало неприятные ощущения. Затхлый воздух пыточной комнаты, полнившийся ароматам крови, сменился запахом сырой земли. Это всё равно было намного лучше, чем атмосфера боли. Быстро проведя её до конца коридора, жрец толкнул небольшую деревянную дверцу, открывая проход в комнату с низким потолком. Рассеявшая тьму пространства, лампа освятила каморку, где единственными предметами мебели были стол, два стула и кровать, чей каркас едва не касался дощатого пола. Аккуратно сложенное пастельное бельё, выглядевшим на удивление чистым для того места. И скудный рацион из сыра и хлеба, выложенного на грубой тарелке. Из стакана рядом тянуло кислым запахом, уже забродившего, вина. Сев на стул, буквально упав на сидушку, отчего дерево жалобно заскрипело под весом, и сделав жест рукой, приглашая Глинду присесть на второй стул, жрец подпёр другой рукой подбородок, сжав ладонь в кулаке. Не решившись отказать в "гостеприимстве" хозяина, Глинда осторожно, в противовес небрежности жреца, присела на предложенное место так, что её собеседник находился напротив неё. - Вы голодны? - лениво спросив и сделав очередной пас ладонью, указывая на объедки, - если вы столь привередливы, я могу принести вам свежих продуктов, дабы они соответствовали вашему... положению, - особо выделяя последнее, слова, как бы давая намёк, что лучшего отношения от него лучше не ждать. - Откажусь... - найдя в себе силы противиться словам жреца, Глинда устала упала на стул, совсем не заботясь о внешнем виде и ситуации. В очередной раз разминая затёкшие, но уже более менее восстановившиеся кости. Больше всего проблем вызывали осколки, но пользуясь своим Проявлением и усиленной регенерацией, ей удалось, невзирая на боль и постоянное истощение Ауры посредством пыток, восстановить целостность костей. - Я во многом откажу тому, кто пытал меня... - Я не назвал бы это пыткой, - жрец отмёл замечания, слегка откинувшись на спинку стула, отчего та жалобно заскрипела, - я давал вам ценный урок, что впитывался в вас через испытания плоти... Но наверное стоит уже прекратить обмениваться любезностями и перейти уже к корню проблем и недопониманий, - взгляд его посуровел, из позы пропала леность, а пальцы сцепились в жёсткий замок перед лицом, - Сложившееся ситуация крайне беспокоит меня. Поэтому я готов пойти на уступки... один вопрос - один ответ. Вы начинаете... Очередная смена характера вновь сбила Гудвич с толку. То, как жрец играл эмоциями и своей манерой поведения выдавало в нём профессионального лицедея. Из холодной жестокости перейти в небрежность. Каждым таким броском из крайности в крайность он отвлекал её внимание, смещал акцент с важных вещей и, наконец, просто нервировал своей непредсказуемостью, которая, в купе с его жестокостью, вызывало опаску и тревогу. - Хорошо. Я думаю... это и в правду поможет нам разобраться... в этой сложной ситуации, - устало согласилась Глинда, который ничего не оставалось, кроме как начать играть в безумную игру не менее безумного жреца: - Кто вы? Вернее, откуда вы пришли? Ваши навыки боя, оружие... силы. - Будто не из этого мира... Рушат его привычную структуру... Выбиваются из привычного уравнения, - угадал её мысли Зальцпаер, пусть внешне не показывая, но внутренне наслаждаясь своими выводами. - Да... - неуверенно подтвердила Глинда, - так откуда? - Вы сами себе дали ответ на этот вопрос. Если существует один мир, то почему не может существовать два...три...а может и сотни других. Кто знает? - загадочно говорил бывший Охотник на ведьм. - Н-но... Нет... Это... Нет... Как?! - Глинда находилась в прострации. Зрачки расширились, а лицо, превратившееся в будто фарфоровую маску, застыло в парализующем шоке. Самая безумная мысль, что так навязчиво, на самой задворки сознания, лезла в голову в попытках хоть как-то объяснить сложившуюся ситуацию, оказалось правдой: - Это... возможно? - Да, - дал лаконичный ответ Виктор. Его единственный здоровый глаз смотрел прямо на неё. Всё: от позы до слегка подрагивающих пальцев говорили о серьёзности и высоком напряжение жреца, - переход между мирами возможен. Я тому живое доказательство, что отвергает иное. Выброшенный в пустыню, которая перетекла из золота в зелень степей, мной были встречены бандиты Брэнвен. Про дальнейшие вам должно было уже быть известно и то, как собиралась паства, и то, каким образом я уничтожал паразитов, посмевших возомнить себя выше закона. Что касаемо того, кто я такой, то мой ответ прост - я душа, что идёт по пути страдания. Отказавшийся от покоя, ради жизни и блага других. - И всё же... - заместительница директора намеревалась сказать что-то ещё, но была прервана самим жрецом, который выставил вперёд руку, как бы указывая на то, что ей не стоит торопиться, - мы можем обсудить этот момент в будущем. Но сейчас моя очередь задавать вопрос, - тактично, а может и не очень, намекнул жрец, - как человек, входивший в близкий круг того, кто был сведущ в магии, что вам известно о существах, коих вы именуете Гримм? Их происхождение, строение органов, прочие особенности. - А что вам самому известно? - Глинда попыталась понять мотивы собеседника. - Не более того, что доступно. Я прочёл ваши трактаты об Гримм, но вопросов о их природе не стало меньше. И у меня возникает чувство... будто кто-то скрывает что-то, - Виктор бы не был бы самим собой, не вывали он очередную порцию подозрений на очередного невольного слушателя. - Боюсь, тут я вам ничем не смогу помочь, всё, что известно вам - исчерпывающая информация. Возможно, Озпин бы мог рассказать более подробно о тех видах, которые были давным-давно истреблены. Если же вы просите более... углублённых знаний в области анатомии, то тут мы бессильны. Гримм практически не поддаются никакому изучению, поскольку у них полностью отсутствуют какие-либо внутренние органы, а их содержание в "неволе" невозможно из-за одной своей особенности, - если чудовище понимает, что оказалось в ловушке, и никаких способов выбраться не существует, оно погибнет само по себе. - Мне не доводилось слышать о подобном, - недоверчиво вскинул бровь Виктор. - Это не очень распространённая практика, - оправдывалась Гудвич, её голос продолжал быть спокойным несмотря на то, что шок от откровения жреца до сих пор не прошёл. Но многолетняя практика не позволяла ей уйти в глупое отрицание из-за происходящего, и она продолжала поддерживать себя, пытаясь вести этот диалог, - Для того, чтобы схватить Гримм так, чтобы оно не оставляло попыток на побег, но при этом не могло вырваться на свободу, довольно трудно. Подобным занимаются лишь единицы, поэтому эта информация столь не распространена. - Хорошо, - пробубнил себе под нос Виктор, задумчиво потирая подбородок. - Теперь мой вопрос... - Гудвич мысленно собиралась с силами, ибо собиралась подойти к важной теме, - как вы...попали сюда? - Очень... - жрец на мгновение замялся, - тяжело ответить на этот вопрос. Но если сказать как можно проще - магия.... и порталы... Я в составе своего ударного отряда воспользовались привычной нам системой портала...но произошло влияние из вне и то, что раньше помогало нам, стало смертельной ловушкой. Лишь волею Зигмара беда прошла стороной, но моё бренное тело было отправлено в этот мир. - А ваши...сокомандники? - немного напряжённо попыталась уточнить Гудвич. - К глубокому несчастью, мне ничего не известно о их судьбе. В той пустыне я был один, брошенный на бой с демонами, что осмелились испытать на себе гнев праведника, - голос Зальцпаера был трагичен, но странная нотка некоторой...надменности отчётливо звучала в его словах, - мне остаётся лишь молить Зигмара об их благополучие. - жрец вскинул руку, выпятив средний и указательный палец в форме V, - но не могу я позволить себе тяжких дум, а потому продолжу свой поход, - закончив с "торжественной" частью, жрец, на сколько это могло быть, расслабился на своём стуле и вновь заговорил, - ваш друг, напавший на меня. Меня терзает сомнения, будто я уже видел его. - Вы не ошибаетесь, - Глинда поняла, что подходит к скользкой теме, - Кроу Брэнвен. Он и его сестра двойняшки. В детстве они поступили в Бикон на обучение. Движение Охотников набирало обороты, и выпускники академий стали присоединяться и формировать силовые структуры, которые значительно повышали безопасность городов и поселений. Тогдашний глава клана решил, что его дети поступили в Бикон и прошли там обучение. Он хотел, чтобы знания и навыки, полученные в стенах Академии, распространились среди его людей. И его планы могли осуществится, но... Рэйвен... Аххх... Смешно, жестокая Бандитка, наследница и будущая глава племени... полюбила молодого паренька, что поступил с ней одновременно, так ещё и попали они в одну команду. Туда же залетел, буквально врезавшись в полёте в Тайянга - любовный интерес Рейвен, и сам Кроу. Но а лидером стала Саммер Роуз. Интересная команда у них получалась: бандитские отпрыски Брэнвен, мистральский беженец Сяо Лонг и безнадёжная оптимистка Роуз. И они сдружились друг с другом, как бы это не было удивительно. Рэйвен нашла свою любовь, а спустя время, после выпуска из академии, у них родилась дочь. А Кроу же осознал, что у него есть будущее, где ему не надо было становиться бандитом-психопатом, помешанным на силе и доминирование... - к концу спича голос Глинды дрогнул, отдавая горечью и болезненной хрипотой. Уголки рта опустились, а глаза заблестели, но ни всхлип, ни капля слёзы не сошли с её лица. - Зная, как жестоко жизнь, - взял слово Жрец, морально готовясь к дальнейшему повествованию, - всё не могла закончиться, как детской сказку, где храбрые войны ушли на покой, а дело и величие династии перешло наследникам. - Да... - на выдохе подтвердила женщина, - Рэйвен... всегда хотела большего... её кровь требовала силы, битв, подчинения. Она хотела быть самой главной, самой "крутой", как она себя описывала... В один день она просто бросила всех, сбежав, попутно заявив, что они, её семья, ослабила её, сделали слабой, чувственной, мягкой. Бросив двухгодовалую дочь, она вернулась к своим корням! своей истинной семье! - с гневом выплюнула свои слова Глинда, - Хаааа...Ахххх, - тяжело вздохнув, она продолжила, - Роуз тоже хороша - как место возле Тая освободилось, тут же принялась утешать отца-одиночку. С последствиями. Второго ребёнка назвали Руби. И была бы хорошая семья: отец преподаватель в местной подготовительной школе для Охотников, а мать в Академии. Но нет, не сиделось ей. И как Борбатаск неслась всё на новые миссии. И неважно, что дети у неё... и что маленькой Руби всего три годика...неважно... главное миссия.. И не вернуться однажды... Когда Глинда закончила высказывать всё, что наболело у неё на душе, а разбуженные воспоминания о старых подругах ударили по, уставшей от всего, женщине, в комнатушке установилась осязаемая величина. Возможно, возможно, Гудвич сказала много лишнего, но невольный слушатель, и она сама, как невольный рассказчик, смогли позволить высказать всё, что терзало её на протяжение многих лет, заставляя топить эмоции в холоде и строгости. Отвлекаясь лишь на преподавания и руководство Биконом, лишь изредка получая небольшие просветы в её жалкой жизни, позволявших хоть ненадолго забыть о всех горечах. Жрец же не остался безучастным. Встав со стула, он прикоснулся указательным пальцем к своему животу в районе пупка, касаясь другой рукой левого и правого плеча пальцами, сложенными знаком "V":

- Истинно, Путь наш тяж и тернист. Жизнь свирепа и беспощадно к нашим мольбам, лишь искушая и обрекая нас на страдания,

но праведность, что неумолима горит в сердцах и душах всяких, кои не убояться зла и продолжат паломничество, да вложит в его тело храбрость, а в разум чистоту мысли.

И не будет для них большой награды, чем благо их семьям, да не будет большой покой, чем смерть во имя долга. Да примет Зигмар в чертоге своем, подле Трона героя,

Да впустит в свои ряды.

Или воздаст его душе покой во Имя Своё.

- Истинно, встречал и трусов, и героев. И скорбно мне было, когда уходили храбрецы, а презренные бежали, подобно крысам с корабля. Но лишь непоколебимая вера вела нас вперёд. Так не забудем подвиги павших, да продолжим их деяние, - продолжая читать про себя известную ему одному молитву, жрец позволил себе прикрыть глаза и попросить Зигмара даровать покой душе. Пусть Зальцпаер и мог казаться бездушным, но он лишь принял для себя образ мученика, желая избавить от Хаоса мир. Ибо устал он видеть смерть достойных. Очень устал. Но он не отступит. И лишь в смерти на вечном дозоре обретёт покой. - Мистер Зальцпаер, - после затянувшийся паузы, во время которой Глинда приходила в себе после пробуждения неприятных воспоминаний, она решилась задать вопрос, который начал мучить её после того, когда она узнала, что жрец пришелец из другого мира, - я, право же, хочу знать. Вы ведь, вы там... - она подняла руку и указала пальцем вверх, - в другом... в своём мире... вы ведь защитник. Вы сражаетесь со злом, верно? Но какое должно быть зло, чтобы ему стали противостоять такие, как вы, - "жестокие" было не высказанное слово. Старик на ничего не ответил. Он просто откинулся на спинку стула и закрыл единственный свой глаз. Тишина, последовавшая за этим, казалось, могла длиться вечно. Но жрец наконец встал, броня звякнула, а покоившийся на бедре, фолиант хлопнул переплётом о пластину, и наконец надломленный, но верный своему делу, прозвучал голос жреца: - Тьма, голод, Хаос, жестокость, алчность и измена... и кровь...и смерть. И ТЕ, чья жажда неутолима, и ТЕ презренные, кто служит их воле.

Атлас. Академия Атлас. Кабинет директора. Джеймс Айронвуд.

Генерал вооружённых сил Атласа, а также по совместительству директор академии не мог найти себе место. Обычно спокойный и стойкий, сейчас генерал метался из стороны в сторону по своему кабинету. Лишь годы выдержки и положения не позволяли ему скатиться в истерику от событий, которые, подобно лавине, захлестнули его за последние время: гриммово нападение на Осеннюю Деву, гриммово появление израненной Рэйвен и уничтожение её клана, гриммов культ Зигмара и его основатель Зальцпаер; гриммовы чиновники Мистраля, допустившие подобный разгул преступности и последующую резню, устроенную культом. И как финал, вишенкой на этом торте дерьма, смерть Озпина и пропажа Глинды Гудвич. БАХ! Нервы не выдерживают и металлический протез с силой опускается стол, оставляя зияющую дыру материале. "Айронвуд! Успокоиться! Нет времени на всплески агрессии! Немедленно намотать сопли на кулак и начать разработку плана!" Успокаивая себя в своих мыслях, Джеймс невольно перевёл взгляд на панорамное стекло. С его кабинета открывался вид на один из самых больших полигонов академии, на котором в данный момент проводили спарринг выпускники с членами Спец Отряда. Если не смотреть на разницу в подготовки и оборудовании, то у учеников довольно не плохие шансы на победу в учебном бою. Рука сама собой полезла в пиджак, откуда извлекла служебный свиток, предназначенный для внутренних переговоров. Быстро отправив сообщение в ремонтный отдел с приказом о замене стола, Айронвуд встал со своего места и подошёл к стеклу, продолжая наблюдение за боем. Что он же успел предпринять, как только стала известна новость о гибели Озпина? Немедленно отправил несколько своих агентов, которые ещё не были публично представлены публике и Совету, в Бикон, дабы не допустить прорыва безопасности академии и по возможности защитить раненную Деву и Реликвию. Джеймс не мог знать наверняка, был ли как-то связан с Салем неожиданно появившийся культ и их лидер, но он не мог допустить, чтобы Чёрная Королева смогла воспользоваться возможностью заполучить необходимое, пока Озпин не вернулся в новой реинкарнации. Теперь остаётся только ждать и не дать развалиться... Неожиданно раздался звонок уже личного свитка Айронвуда, что крайне сильно удивило его, ведь номер, с которого осуществлялся вызов, был ему незнаком. - Слушаю, - беспристрастно ответил на вызов генерал. - Джеймс... - в ответ ему голос, который он бы узнал из тысячи подобных. Строгий и вечно усталый, передающий своей интонацией всю тяжесть мира, который сваливается на его бедную обладательницу. - Глинда?! Ты жива?! Где ты находишься?! Тебе нужна помощь?! - Остановись, Джеймс. Ситуация сильно изменилась... Пришли кого-нибудь в забрать меня... а лучше прилети сюда сам... И позвони Теодору - он тоже нам нужен... - Глинда! Я не понимаю! Что происходит?! - Джеймс, - устало отозвались на той стороне, - все вопросы при встрече... но, если говорить коротко, у нас появился новый враг, который может быть опаснее Королевы... P.S. Сиенна-Некромант: - Я тут совершенно не при чём, дорогуши.