закат на Меридиане (Калеб/Корнелия Хейл; «Чародейки»; свидания)

Портал, представляющий собой круговорот яркого синего сияния, перенес Корнелию с Земли прямо в одну из гостевых комнат во дворце королевы Элион. Ее лучшая подруга и по совместительству вечно занятая правительница Меридиана всегда каким-то чудесным образом успевала распорядиться, чтобы подготовили покои для Корнелии, которая любила навещать ее во время школьных каникул. Этот случай не стал исключением из правил, и для стражницы слуги успели подобрать даже соответствующий здешней моде гардероб. Корнелия не то чтобы была в восторге от средневековых платьев, но — чего греха таить — и слепому ясно, что на ней любая вещь смотрелась идеально. К тому же порою хотелось почувствовать себя кем-то, вроде, принцессы из диснеевских мультфильмов, которые она смотрела в детстве, а сейчас для виду ворчала, когда Лилиан устраивалась возле общего телевизора в гостиной в компании Наполеона и с восторгом наблюдала за танцем Золушки и Принца. К сожалению, им с Элион не удалось толком поговорить, потому что королева была занята решением одного щепетильного вопроса, связанного со строительством нового моста. Элион то и дело подгоняли советники, терпеливо дожидавшиеся за дверью, когда ее величество перестанет смеяться и обниматься со своей названной сестрицей. После обсуждения подруга должна присутствовать на банкете. Элион пообещала, что они с Корнелией вдоволь поболтают завтра и стражница завесы даже примерит на себя роль верной фрейлины. Корнелия не возражала, а Элион улыбнулась так, что в уголках губ мелькнуло что-то заговорщически-хитрое. После чего юная королева недвусмысленно намекнула, что у одного из их славных воинов, а, если выражаться точнее, у бывшего вождя повстанцев, сегодня выходной. Корнелия не смогла сдержать ответной улыбки, ибо Калеб сразу же после их с Элион беседы прошел в ее покои, неся в руках букет каких-то очень красивых, но экзотичных цветов. На Земле такие не росли. Бутоны напоминали причудливую смесь пионов и лилий. Корнелия, чья сила на прямую была связана с миром живой природы и царством растений, с восторгом приняла подарок Калеба. Без лишних церемоний Калеб и Корнелия мгновенно заключили друг друга в пылкие объятия. Корнелия скользнула губами по его скуле, пальцы сжали сильные плечи, когда Калеб ловко подхватил ее на руки, закружив по комнате. Они не виделись несколько недель. В королевстве все было благополучно, и помощь стражниц не требовалась. Зато в старшей школе прибавилось хлопот с приближающимися экзаменами. Корнелия никогда не стремилась грызть гранит науки дольше положенного времени, но ударить в грязь лицом и опозориться с низким табелем успеваемости не хотела. Поэтому они с девочками готовились вместе и стоило признать, что так коротать досуг было намного приятнее. Кто бы мог представить, но спасать миры от злодеев получалось намного лучше, чем решать задачки по геометрии и учить новые законы физики. Однако сейчас Корнелия не прочь была бы уделить внимание своеобразной «химии». Ибо наступили каникулы и можно на какое-то время забыть про учебники и тетрадки. Калеб поцеловал Корнелию в висок, бережно опуская ее. Она по привычке взъерошила ему волосы, любуясь любимыми чертами лица и замечая возле шеи небольшой порез. Корнелия покачала головой: опять Калеб переусердствовал на тренировке. Привык же выкладываться по полной программе и служить примером для окружающих. Ее мужественный рыцарь. — Сегодня у нас праздник, — Калеб присел с Корнелией на кровать, заправив прядь светлых волос ей за ухо. — Элион говорила? — Только то, что ей надо присутствовать на банкете, — Корнелия усмехнулась. — А что у тебя есть какие-то предложения, мм? Корнелия совсем не устала и, с одной стороны, была не против повеселиться с местными жителями, разделив всеобщую радость. Пусть их обычаи и казались несколько старомодными и необычными по сравнению с разными вечеринками, что устраивали на Земле старшеклассники. Да и это было не столько важно. Главное, что они с Калебом наконец-то отправятся на нормальное свидание! Увидев парня так близко, почувствовав жар, вызванный его прикосновениями, Хейл в очередной раз убедилась, что чертовски соскучилась по нему. — Хотел пригласить тебя принять участие в наших гуляниях, — Калеб приобнял ее за плечи. — Если ты, разумеется, не хочешь отдохнуть, Корнелия. — Разве я могу устать, когда мы наконец-то остались только вдвоем? — Корнелия кокетливо улыбнулась. — Мне только нужно переодеться во что-то более подходящее. Калеб не возражал, сказав, что будет дожидаться ее внизу, неподалеку от входа в королевские сады. Он прекрасно понимал, что сборы любимой девушки могут затянуться и решил не мешать ей подбирать идеальный наряд. Калебу, разумеется, нравилось, когда Корнелия демонстрировала ему обновки своего гардероба. Однако, когда речь шла про платья и наряды из их королевства, стражница была порою слишком придирчива и обижалась, когда Калеб шутил на эту тему. Калеб стал свидетелем того, как в одно мгновение небо раскрасилось в золотисто-фиолетовые тона. Какая красота! Именно таких ярких цветов и не доставало Меридиану во время правления принца Фобоса. Мысли об этом способствовали ностальгии и всколыхнули воспоминания о первой встрече и знакомстве с Корнелией. Калеб улыбнулся, присвистнув. Праздничная суета звучала где-то вдалеке. Смех, музыка и голоса смешивались в единый поток. Но все это будто приглушалось и сейчас казалось совсем не важным и чуждым. Потому что Калеб всё ещё ждал Корнелию. И впервые за долгое время осознал, насколько сильно скучал по ней. Тоскавал по её голосу — звонкому, с легким шлейфом сарказма и дерзости. По улыбке — той самой, которая могла свести с ума и точно таким же кокетливо-смущенным взглядам. По присутствию Корнелии — такому родному и необходимому, как воздух. Ожидание растягивалось, и в какой-то момент Калеб поймал себя на том, что считал минуты. Тридцать уже прошло. И вот наконец-то парень услышал мягкий шелест ткани и легкие шаги. Корнелия поставила новый рекорд! Она появилась перед ним во всей красе, и весь мир вокруг будто померк. Корнелия была, словно воплощение весны. Ее платье, нежно-салатового цвета, мягко струилось по фигуре, подчеркивая изящество всех движений. Легкая ткань переливалась в свете солнечных лучей Меридиана, будто утренние листья, окутанные росой. Тонкие лямки едва касались её плеч, а вышивка на лифе напоминала цветочные узоры — изысканные, но не броские. Юбка, чуть пышная, плавно колыхалась при каждом её шаге, а пояс из серебряных нитей, обвивая талию, делал девушку похожей на лесную нимфу. Не хватало только диадемы в волосах. Калеб застыл на месте, будто его загипнотизировали. Губы приоткрылись, но слова застряли. Калеб сглотнул, не сразу найдя, что сказать. — Ты… прекрасна, — наконец выдохнул он и не смог отвести взгляд. — И ты у меня редкостный красавчик, — нараспев сказала Корнелия, оставляя быстрый поцелуй на его скуле. — А теперь веди меня на праздник!

***

Меридиан напоминал настоящую сказку. Повсюду распространялся аромат пряных трав и чего-то сладкого — наверное, медовых лепёшек, что продавали местные торговцы, или тонкой дымки от благовоний, которые мерцающими лентами тянулись от каждого столба. Узкие улочки, вымощенные гладким камнем, светились в мягком сиянии бумажных фонариков — золотых, лазурных и изумрудных — их развешивали между домами, так что с каждым шагом свет и тени создавали причудливую игру. Сегодня на Меридиане праздновали День Переплетённых Судеб. Калеб, сжимая ладонь Корнелии, пояснил, что это древняя традиция, воспевающая силу связей, которые возникали между людьми. Не имело значение каких: дружеских, семейных или любовных. Любые узы были важнее и ценнее всех сокровищ мира. Корнелия стояла рядом с Калебом в центре шумной площади, где кружились в танце пары, а ребятишки с воодушевлёнными криками носились с крошечными венками из полевых цветов на головах. Длинные локоны Корнелии сверкали, ловя лучи солнца и свет, исходящий от факелов. Пряди приобретали почти золотистый оттенок. — Ну, что скажешь? — осведомился Калеб, наклонившись к Корнелии чуть ближе, чтобы перекрыть шум толпы. Корнелия, сдерживая улыбку, сделала вид, что оценивающе оглядела все вокруг, подмечая каждую деталь. — Думаю… сойдёт, — сказала она нарочито небрежно, но глаза её сияли, выдавая искреннее восхищение. Калеб рассмеялся. Его любимая неисправима! — Ты так говоришь, будто это обычная вечеринка в Хизервилде, — поддразнил он, переплетая свои пальцы с её. Корнелия погладила его по руке, и они двинулись дальше по улице. Каждый уголок Меридиана был пропитан особенной атмосферой праздника: у фонтана старики плели так называемые «узлы судьбы». Согласно преданиям, если две ленты соединяться, значит, судьбы тех, кто их держал, навсегда связаны. Рядом — девушка с длинной косой раздавала лепёшки с яблоками и орехами, подмигивая каждому, кто останавливался возле её прилавка. — Хотите попробовать? — спросила она, протягивая одну из лепёшек Калебу и Корнелии. — Говорят, чем слаще вкус, тем крепче ваши узы. — Мы возьмём, — без раздумий ответил Калеб, прежде чем Корнелия успела подвергнуть сомнению это заявление. На самом деле она не очень-то жаловала сладкое, являющиеся первым врагом для идеальной фигуры. Не говоря уже про мучное. Но ради Калеба, пожалуй, можно сделать исключение. Он выглядел таким счастливым и в кои-то веки беззаботным, и это не могло не радовать. — Вот как! Тебе нужны какие-то проверки?! — немного капризно протянула Корнелия, но всё же приняла лепёшку, отщипнув кусочек. — Не веришь в нашу с тобой связь, Калеб? — Просто хочу понять, насколько сладки яблоки в этом году, — Калеб наклонился ближе, его губы почти коснулись её уха, — Отец все собирается купить... Корнелия немного зарделась и ловко стащила у него еще кусочек. Они дурачились и кормили друг друга, попутно целуясь и не обращая внимания на окружающих. Однако самый захватывающий момент наступил, когда солнце стало постепенно опускаться ниже, и на центральной площади началась древняя церемония. Люди зажгли сотни крошечных свечей, выстраивая их вдоль дороги, а потом, по традиции, каждая пара связывала свои руки ленточкой и загадывала желание. — Это необязательно, — пояснил Калеб, глядя на Корнелию, когда кто-то из местных протянул им длинную ленту из тонкой серебристой ткани. — Но… может, попробуем? Корнелия смотрела своего парня и прильнула к его губам. — Давай, — прошептала она, позволяя ему обвить их запястья одной лентой, тонкой, как паутинка, но в тот момент казавшейся нерушимой. Когда они закрыли глаза, обдумывая свои заветные пожелания, Корнелия почувствовала, как Калеб чуть крепче стиснул ее в объятиях, и ее сердце затрепетало в ответ. После церемонии на центральной площади, когда их запястья всё ещё немного покалывало от прикосновения тонкой серебристой ленты, Корнелия и Калеб вновь отправились бродить по улицам города. Корнелии нравилось знакомиться с таким Меридианом. Стоило признать, что тут, несмотря на отсутствие развитых технологий, было уютно. — Что ещё интересного покажешь мне?— спросила Корнелия, встряхнув своими шелковистыми волосами. Калеб, не отпуская руки Корнелии, повёл её по извилистой улочке, где толпились местные жители — кто-то смеялся, кто-то напевал старинные мелодии, а дети носились с маленькими, светящимися камешками, что выглядели, как крошечные звёзды в их ладошках. Не долго думая, Калеб уверенным шагом направился к группе молодых мужчин, которые соревновались в ловкости метания кинжалов. Корнелия болела за Калеба, подбадривая его и заодно болтая с подошедшим Бланком. Их зелёный друг не упустил возможности и развернул грандиозную торговлю. Даже предлагал приобрести Корнелии пустую коробку из-под чая, которую наверняка стащил из ресторана бабушки Хай Лин. Бланк тоже поддерживал Калеба в соревновании. И спустя несколько минут Калеб с довольной ухмылкой, играющей на губах, вернулся к ним, что-то пряча за спиной. Корнелия приподняла бровь, а в следующую секунду ахнула, когда ее парень опустил на ее голову изящную серебряную диадему. — Тебе очень идёт, — Калеб довольно улыбнулся, отвечая на пылкий поцелуй девушки. — Ну, я теперь точно выгляжу, как настоящая фрейлина! — пошутила Корнелия. Они немного поболтали с Бланком и продолжили свою прогулку, обмениваясь новостями. Калеб рассказывал об их разведывательных миссиях, направленных на укрепление границ королевства, а Корнелия делилась с ним подробностями из учебной жизни, полной суматохи. — Ты ведь ещё не пробовала здешние огненные ягоды, да? — лукаво спросил Калеб, и его зелёные глаза блеснули от удовольствия. — Огненные? — Корнелия приподняла бровь. — Почему у вас на Меридиане всё звучит так, будто может убить? — Брось, нормальное название! Ничуть не хуже ваших! — ухмыльнулся он и подвёл её к маленькому ларьку, где в плетёных корзинах лежали ярко-красные ягоды, похожие на миниатюрные гранаты. Торговцем оказался пожилой мужчина с густой седой бородой. Увидев Калеба и Корнелию, он подмигнул. — Первый укус сладкий… второй — дарует сюрприз, — заговорщически пояснил он. — Какой сюрприз? — Корнелия с подозрением посмотрела на ягоду, но Калеб уже протянул ей одну. — Если боишься, я попробую первым, — с улыбкой предложил он, — Или можем отведать одну ягоду на двоих? Воображение тут же нарисовали столь романтичную сцену, как они одновременно касались губами сочной ягоды. Разве после такого Корнелия могла отказаться?! — Калеб, ты настоящий провокатор! — заявила Корнелия, наблюдая за незамысловатыми действиями парня. — Тебе понравится вкус, — подмигнул ей Калеб, преподнеся ягоду аккурат между их губами. Они одновременно раскусили сочный плод, чувствуя сладкий вкус на губах. В следующее мгновение все вокруг словно вспыхнуло ярчайшим фейерверком, и Корнелия сама не заметила, как приоткрывала рот, позволяя Калебу ласкать ее нёбо языком. Она прикрыла глаза от наслаждения. По губам, будто пробежался разряд чего-то волшебного. Она чувствовала разный вкус: лимон, дыня и арбуз. А Калеб целовал ее так, что создавалось впечатление, будто она парила среди облаков. Корнелия почти простонала ему в рот, когда Калеб прикусил ее нижнюю губу, отстраняясь. Корнелия сводила его с ума столь дразнящими действиями. Хотелось почувствовать прикосновения ее нежных пальцев под рубашкой, но Калеб быстро отогнал эти мысли. Их свидание ещё не закончилось. — В самом деле ягоды с огоньком, — рассмеялась Корнелия. — У вас тут полно сюрпризов! Но, не дав ей опомниться, Калеб всё-таки не удержался и неожиданно коснулся её подбородка. С озорной улыбкой, он снова поцеловал её. — Понравилась ягода? — поинтересовался он. Корнелия, раскрасневшаяся от неожиданности (и, возможно, с едва ощутимым жжением на губах), усмехнулась. — Какой ты... — мысли в голове всё ещё немного путались. — Очаровательный? — подсказал Калеб, улыбаясь, и Корнелия столкнула его по плечу.

***

Свидание продолжалгсь, и Калеб с Корнелией приняли участие ещё в нескольких местных «конкурсах». Стражница была вынуждена согласиться с тем, что по части романтики жители Меридиана разбирались. Ей очень понравилось, как они с Калебом вместе пытались сделать фигурку из стекла под руководством опытного мастера. Получилось миниатюрное сердечко. — Удивительный вечер, — сказала она, делая маленький глоток из кружки. По вкусу напиток напоминал ванильное мороженое. — Давно я так не развлекалась! Калеб не сразу ответил. Он смотрел на Корнелию — на её сияющие глаза и не менее прекрасную улыбку. Диадема отлично сочеталась с ее платьем, и она ещё больше напомнила ему лесную нимфу. — Это ты его таким делаешь, — признался Калеб. — Я скучал по тебе, Корнелия. Корнелия чуть отвела взгляд, стараясь скрыть поступающий румянец. — Я тоже скучала, Калеб, — сказала она.

***

Закат на Меридиане напомнил Корнелии медленно распускающийся цветок — мягкий, почти застенчивый, но вместе с тем величественный. Небо переливалось оттенками золота, пурпура и розового кварца, словно природа являлась самым талантливым художником и умело смешивала краски. Лучи, цепляясь за острые шпили замка, скользили по крышам домов, превращая их в сотни крошечных огоньков. Корнелия поправила край своего нежно-салатового платья, чтобы ветер не слишком играл с тканью, а её золотистые волосы развевались, словно солнечные нити, пойманные в порывах бриза. Свет заката ложился на её кожу мягким сиянием, и в этот момент она напоминала Калебу упавшую звезду, все ещё сверкающую. Он шагал рядом, время от времени бросая на неё украдкой взгляды. Корнелия, конечно же, все замечала, и ей было приятно его внимание. Калеба завораживала та лёгкость, с которой стражница шагала по залитым золотом улицам, её мечтательная улыбка, которую она пыталась скрыть, глядя по сторонам и привычка поправлять волосы. Солнце опускалось всё ниже, и с каждым мигом тени вокруг них становились длиннее, мягче. Где-то впереди раздавался смех, огоньки фонарей один за другим вспыхивали вдоль дорожек сада. Вдруг Корнелия остановилась, и Калеб коснулся ее руки. — Закат здесь… такой красивый, — призналась она. — В большом современном городе такого не увидишь. — Да, но в твоём мире тоже много прекрасного, — усмехнулся он. — С этим не поспоришь, — согласилась Корнелия. — Так что в следующей раз наше свидание продумываешь ты! — подмигнул ей повстанец. — Эй, вообще-то мы ещё не закончили прогулку, — напомнила ему Корнелия, скрестив руки на груди. — Или ты мне больше ничего не покажешь? — Потерпи немного, — Калеб хитро улыбнулся. Корнелия и Калеб остановились, услышав, как заиграла неспешная, мелодичная симфония. Лютни и флейты создавали волшебную атмосферу, и вновь в центре собирались желающие потанцевать — местные жители, молодые и пожилые, все стремились принять участие. Танцы на Меридиане, пожалуй, сильнее всего отличались от современных, и стражница не была уверена, что у нее получится подстроиться под общий ритм. — О, нет, — качнула головой Корнелия, прищурившись. — Если ты сейчас предложишь мне танец, я… — Ты что? — Калеб сделал шаг ближе, его ладонь уже потянулась к ней. — Я… найду способ вернуть должок, — слабо возразила она, но не двинулась с места. — Как грозно прозвучало, — Он усмехнулся и обвил её талию рукой, медленно прижимая к себе. Корнелия не сопротивлялась. Её сердце предательски выдавало предвкушение — билось так громко, что ей казалось, даже музыка не могла это заглушить. — Тебе понравится, — уверенно заявил Калеб. Он осторожно взял её ладонь в свою. Его пальцы оказались чуть шершавыми из-за постоянного обращения с оружием, но удивительно бережными. Они начали двигаться, медленно, в такт музыке, неуклюже, но в этом была какая-то особая магия. Корнелия не отводила глаз. Даже, если бы сильно захотела, не могла бы. Она замечала каждую мелочь: как тень от угловатой чёлки падала ему на висок, а лёгкая улыбка пряталась в уголке губ, когда они подпрыгивали и кружились, держась за руки. — Это… фиаско, — наконец призналась она, почти шёпотом. — Но все-таки очень мило. — Просто я — хороший учитель, — с серьёзным видом ответил Калеб, но в глазах плясал смех. Они медленно перемещались по площади, забыв о празднике, о людях, обо всём, кроме друг друга. В какой-то момент Корнелия споткнулась — музыка, волнующие прикосновения — всё это будто слилось воедино, и она немного запуталась в движениях. — Осторожнее, — Калеб вовремя удержал ее за талию. — Порядок? Корнелия едва не уткнулась в его торс, но он придерживал её, не отводя взгляда. Лица снова оказались так близко друг к другу, что их разделяло всего лишь дуновение налетевшего ветра. — Ты… всегда меня ловишь, — прошептала Корнелия. — Конечно, подружка, — Калеб заправил прядь волос ей за ухо. Корнелия первой потянулась за поцелуям, испытывая острое желание продлить волшебство столь чудесного мгновения. Калеб скользнул пальцами по её щеке, а вторая рука крепче сжала талию, будто он боялся, что она снова упадет. Корнелия ответила — нежно, но в то же время с пылкостью, которую сама от себя не ожидала. Её руки скользили по его спине, изучая каждый изгиб. Музыка затихла — или, может, просто перестала существовать в их мире? Калеб уткнулся лбом в её висок. — Люблю тебя... — Он не смог закончить фразу, лишь дёрнул уголком губ верх, обнимая её. — Я знаю, — Корнелия тоже улыбнулась, — И тоже тебя люблю, Калеб. И под мягким светом фонарей, среди давно угасшей мелодии и шёпота ветра, они просто стояли, обнявшись — как две звезды, что, наконец, нашли путь друг к другу и проводили прекрасный закат.