Часть 12

12 глава Карлотта Вчера. Это письмо оказалось в почтовом ящике вчера. Прошли целые сутки. Я закончила делать домашнюю работу, даже сделав наперёд. Как обычно, я практиковалась после пар, которые закончились сегодня позже, чем обычно. Я была рада и разочарована этому одновременно. Рада — потому что это помогло мне отвлечься от ожидания ответа Массимо, которого вообще могло не быть. Разочарована — я начала переживать по этому поводу. Нет. Массимо не обязан мне отвечать. Дело вовсе не в этом, и я написала это письмо не с той целью, чтобы Массимо мне ответил, но не могу отрицать тот факт, что я ждала его ответа. Я написала это письмо с целью выразить благодарность за его помощь, поддержку и…в какой-то мере заботу? Массимо перестал отвечать вообще. И не только мне. Он не заходил в сеть, даже не смотрел мои сообщения и звонки, я не видела его вообще после воскресения. Он будто пропал. Первая мысль была, что я себя накручиваю. Естественно. Именно поэтому после пар я снова пошла в тот кабинет практики. В этот раз мелодия вышла более тревожная и дрожащая, полностью передающая мои эмоции и чувства на данный момент. Но не смотря на это, музыка мне помогла. Как это всегда и бывает. Я успокоилась и удовлетворённо вдохнула в лёгкие кислород, который казался чистым на данный момент. Мне стоит меньше переживать. Это влияет не только на моё сердце, но и в целом мешает мне жить. Когда я волнуюсь, то вокруг всё давит и кажется, что доступ к кислороду перекрыт, впрочем, как практически у всех людей. Но музыка, чтение, а теперь ещё и Массимо помогают мне вернуться в моё нормальное состояние. Массимо..странно было вводить его в этот список, но это действительно было так. Мой мозг успокаивался рядом с ним и переставал бить тревогу. Но я не хотела принимать это как знак и начать фантазировать. Я не была такой, как Аврора. Боже, её влюбленность в Невио всё ещё кажется для меня безумием, не смотря на то, что у них давно всё хорошо. Я хотела думать головой, а не сердцем. Холодной головой. Мыслить рассудительно. Иначе я не пойму свои эмоции и запутаюсь в них сильнее. Мне это было нужно меньше всего. Я играла. Играла, играла, играла. Медленно, чутко, со всеми теми переживаниями, что скопились внутри меня, пока Диего, как всегда, не постучал в дверь. Всё, как обычно. Мы поехали домой, я и Тони приготовили обед, поели. Поболтали и выбрали фильм на вечер. После этого я поднялась в свою комнату. Я пару часов я сидела в своей комнате, занимаясь своими делами, хобби и просто отдыхая. Я читала книгу на подоконнике. Гордость и предубеждение. Я даже не помню, сколько раз перечитывала эту книгу. Казалось, бесконечность. Моей любимой книгой была Джейн Эйр, пока я не встретила этот шедевр. Гордость и предубеждение..ох, это моя отдельная любовь. Даже не описать словами, какие чувства я испытываю при прочтении этой книги. Всё, как в первый раз. Возьму я эту книгу хоть в сотый раз в рукой, она будет ощущаться, как впервые. И это меня в ней и удивляет. Восторгает. Мистер Дарси и Элизабет Беннет с разными пороками, из которых и состоит название книги. Мистер Дарси был слишком горд, «И я бы охотно простила ему его гордость, если бы он не ранил мою» Элизабет предубежденно относилась к Мистеру Дарси. Но не смотря на это, они обрели любовь и счастье в объятьях друг друга. Я вздохнула. Моё хобби навсегда будет читать романы о безвозмездной, искренней и чуткой любви, не смотря на все невзгоды, когда я могу лишь мечтать об этом. Мне уже девятнадцать. В обычном мире это “всего лишь девятнадцать”, но, к сожалению, в нашем мире это “уже девятнадцать!”. Да. Именно с восклицательным знаком. По меркам, тем более в традиционной семье я уже должна быть обещана, но Диего и Антония не спешат с этим, вероятно, давая мне время. Но я трезво оцениваю ситуацию. Вообще, в лучшем случае, я должна быть уже замужем, но, как видите, я ещё свободная дама. Скоро мне должны будут найти мужа и я выйду замуж, так и оставляя мечты о всевозможной любви, мечтами. Мой брат выберет мужчину, который будет уважать меня, но не более. Вряд-ли он будет любить меня. Вряд-ли я буду любить его. А если кто-то из нас и полюбит, то это будет не взаимно, независимо от того, полюблю ли я, что невозможно, или полюбит он. Как бы я этого не отрицала, мое сердце трепещет при виде Массимо. При его прикосновении. При его голосе. При том, как он играется с моими волосами, наматывает их на палец или заводит за ухо. При том, как он смотрит на меня. Смотрит мне прямо в глаза, словно пытаясь изучить меня вдоль и поперек только по глазам. Словно в моих глазах таятся самые важные секреты мира. Нет. Словно мои глаза — весь мир. При том, как он целует и трогает мое запястье, видимо, проверяя пульс. Да, он думал, что я спала, но я тогда была в полусне и чувствовала это. Это было так..интимно. Лично. Из-за своих же мыслей я покраснела и с силой захлопнула книгу, сползла с подоконника и положила книгу обратно на полку, на своё место. Я потёрла виски и закрыла глаза, будто это поможет мне избавиться от своих мыслей. Открыв глаза, Я взглянула на календарь. Среда. Мои глаза расширились и меня будто холодной водой окатило. Среда! Я села за свой письменный стол, взяла листик, ручку и начала писать письмо. Да, не опять, а снова. Но на этот раз уже не Массимо, а родителям. После произошедшего, Джемма поговорила с Диего и мы все вместе решили отправится на кладбище. В пятницу вечером, самое удобное время. Ни учёбы, ни работы и все свободны. После кладбища мы поедем к нам домой, и Джемма приготовит ужин с помощью рецептов бабушки. Также мы решили, что надо почаще устраивать такие семейные дни, особенно учитывая, что сейчас Тони беременна и на свет родится ещё одна Баззоли. Да, верно, именно она. Я представляю их родителями девочки, да и смотря на нашу семью, девушки превышают статистику семью Баззоли. Я снова тихо хихикнула из-за своих же мыслей. Боже, если кто-то увидит меня, то наверняка посчитает сумасшедшей. Я встряхнула головой, чтобы сосредоточиться на работе. Взглянула на по-прежнему пустой белый лист, вздохнула и начала писать. Письмо родителям я писала не так, как писала письмо Массимо. Нет. Совсем не так. В письме Массимо я выводила идеально каждую буковку, завитулечку, под правильным наклоном, ровно, красиво, без ошибок, опечаток и тем более, не дай Бог, исправлений! Письмо родителям же — наоборот. Я писала его с трепетом, так же, как и письмо Массимо, но в отличие от его письма — это письмо было настоящим. Правильным. Оно было живым. Я писала, зачеркивала, рисовала на полях, писала криво, дрожаще, со слезами на глазах, которые потекли по щекам и попали на бумагу. Родителям и бабушке я могла открыться со всех сторон, я это знала. Чувствовала. Они примут и приняли бы меня любой. Со всеми шрамами, болячками, дрожащую, растерянную, злую, умоляющую, отчаявшуюся, весёлую, кривую, прямую, милую, добрую, печальнюю. Любую. Абсолютно. Они бы обняли меня и сказали три простых слова. Я люблю тебя. И для меня пришло осознание. Резкое, внезапное. Вот она — любовь. Любить и принимать человека ЛЮБЫМ. Абсолютно любым. Разным. Все его стороны. Я люблю родителей, а они любят меня, именно поэтому я не боюсь открываться им. Я знала это и раньше. Но это было по-другому.. будто я знала тезис. А сейчас.. сейчас ко мне пришло, как озарение. Будто этот тезис мне был необходим и я использовала его на практике. Я улыбнулась самой широкой и яркой улыбкой за, мне казалось, долгое время. Это было искренне. По настоящему. Мы посмотрели фильм, во время которого поужинали и я снова поднялась свою комнату. Я находилась там всё своё свободное время и иногда мне было стыдно перед родными, что я никуда не выхожу и они редко видят меня, хотя они сами работают не покладая рук и это я их не вижу. Я уже легла в кровать, мои глаза сами закрывались. Видимо, я устала и сама не заметила этого. Я негромко зевнула и через некоторое, казалось, непродолжительное время, по ощущениям минут пятнадцать, а то и десять, я заснула. Мои руки дрожат, я кладу их на колени и смотрю на свою чёрную атласную юбку ниже колен. Всё размыто, расплывчато, будто на моих глазах собираются слёзы и у меня кружится голова. Школа. Огромное серо-белое здание. Всё элитное. Всё выглядит, как в фильме. В сказке. Всё дорогое. Пристижное. Большие ворота. Колонны. Статуи. Даже свой небольшой сад на территории. Но вдруг это место заливается дымом. Туман. Тучи сгущаются. Небо становится серым. Гроза. Дверь. Триста пятнадцатый кабинет. Брелок. Брелок с клевером, который подарил мне Диего. Парень. Его лицо размыто, будто его заблюрили и он под цензурой. Но я вижу волосы. Русые. Короткие. С чёлкой. Хорошо уложенные волосы. Он крупный. В хорошей физической форме. Идеально одет, будто вылез из обложки журнала. Но есть ещё кое-что. Его лицо размыто, но сквозь эту размытость я вижу ухмылку. Пугающую. Отвращающую. Убивающую. Я бегу. Бегу со всех ног. Бегу что есть силы. Нет. Не бегу. Казалось, что я лечу. У меня безумно болит левая нога, особенно коленка, но я бегу. Меня не остановить. Я испугана. Нет. Я в ужасе. Я в панике. Я сломлена. Я проснулась с приглушённым криком. Вся в поту. Нестабильное дыхание. Повышенное сердцебиение. Что это было. Я зажмурилась и воспользовалась тактикой, которую мне посоветовал Массимо. Вдох. Четыре секунды. Задержка дыхания. Четыре секунды. Выдох. Четыре секунды. Задержка дыхания. Четыре секунды. Я повторила это несколько раз, кажется, три раза. Это действительно помогло. Я посмотрела на свои руки, которые перестали дрожать и вылезла из постели. Оттянув пижаму, я оглядела свое состояние. Пижама липла к моему телу из-за пота. Я вся липла. Фу. Отвращение. Я ненавидела, когда мое тело было нечистым. Ненавидела пот, грязь. Я постоянно мыла руки. Каждые пять минут. Тщательно, с большим количеством мыла. А когда готовила..ОГосподи. Я мыла их чуть ли не каждую секунду. Как только я прикасалась к чему-то липкому, сыпучему, грязному или что-то, что делает кожу неприятной на ощупь, грязной или липкой, я хотела побежать в ванную и вымыть руки. А в готовке, как правило, это ВСЁ. Все продукты загрязняют руки, невозможно приготовить что-то и остаться идеально чистым. Даже крошки вызывали у меня такую реакцию. Иногда мне хотелось стукнуть Диего сковородкой, когда он крошил на стол. Ладно, не иногда. Ко мне довольно часто приходила эта мысль, но слава Богу, тут же уходила. Иначе Диего не был бы жив. Я взяла полотенце, крабик для волос, ведь я не собиралась их мочить, и пошла в душ. Оказавшись под тёплыми струями душа, я почувствовала облегчение. Этого кошмарного сна будто и не было. Хотя.. это вряд-ли был кошмар. Скорее.. отрывки. Воспоминания? Но чьи? Откуда это? Может, я пересмотрела фильм..Я закрыла глаза и отбросила эту мысль. Все мысли. Хватит думать об этом. Нужно жить без этого. Скорее всего, я просто накрутила себя, как обычно, так что хватит переживать о каждой мелочи. Ладно. Это была не мелочь, но всё же. О ней лучше стоит забыть. На фоне плохого мы всегда забываем хорошего, хотя хорошее всегда перевешивает плохое, но мы просто не хотим этого видеть. Я вышла из душа. Вытерлась. Моё тело было красным и немного жгло от того, как я агрессивно и безжалостно терла его. Я переоделась в повседневную одежду и снова заметила его толстовку. Снова. Нет. Её точно надо вернуть ему, но как? Как я это сделаю? Как это сделать незаметно? Если я просто принесу ему его толстовку в дом Фальконе, будет много вопросов, откуда у меня она вообще. Я кивнула, будто подтверждая свои мысли и сделала заметку Не забыть вернуть толстовку Массимо и сделать это незаметно! Повернувшись, я заметила корзину-букет на письменном столе. Букет. Гортензий. На этот раз зелёные и белые. Зелёные и белые..мои любимые цвета. Мое сердце затрепетало. Массимо. И в букете я заметила свёрток. Он отдавал от ночного, точнее, лунного света. Я с осторожностью, но спешно, развернула его и начала читать. « Дорогая Карлотта, Я не ожидал, что ты напишешь письмо. Но это было приятной неожиданностью. Итак, ты написала письмо, а я, как положено джентльмену, отвечаю. Как я уже говорил, причем неоднократно, тебе не за что меня боагодарить. Я выполнил свой долг. С детства нас приучали к этому. Если кто-то из семьи, а тем более девушки, в беде — мы должны прийти на помощь. Это наша обязанность. Защищать вас. Оберегать. Помогать. Будь то физически или морально. Насчёт цветов — я думаю, это отличная традиция. Что ты думаешь на этот счёт? Тебе нравилось бы каждое утро видеть цветы на твоём письменном столе? Предполагаю, что твой ответ будет положительным, так что я всё же оставлю это традицией. Цвета цветов — я не зря выбрал зелёный. Я знаю, что ты любишь этот цвет. И он прекрасен. Он идеально подчеркивает твои великолепные, большие кукольные глаза и бледную кожу. Я поискал, что означает этот цвет, и также могу сказать, что он прекрасно подходит и тебе самой. Зелёный цвет обычно ассоциируется со свежестью, природой, жизнью и гармонией. Он также может символизировать спокойствие, надежду, рост и обновление. В разных культурах и контекстах значения зелёного цвета могут немного различаться, но в целом он воспринимается как позитивный и успокаивающий. Природа и жизнь: Зелёный цвет - цвет растений, трав, деревьев и всего живого, что делает его символом жизни и природы. Спокойствие и гармония: Он часто ассоциируется с покоем, умиротворением и балансом, как в природе, так и в жизни человека. Надежда и обновление: Зеленый цвет может также символизировать новые начала, рост и развитие, как будто напоминает о весне и обновлении. Безопасность и стабильность: В некоторых случаях, например, в светофорах и транспортных средствах, зеленый цвет означает безопасность и разрешает движение. Можешь посчитать меня занудой, как это делал мой кузен на протяжении многих лет, но мне действительно было интересно узнать об этом цвете. Многие..Нет. Все люди выбирают любимый цвет, не задумываясь. Им просто нравится цвет. Они думают глазами. Но не я. Я так не могу. Мне нужно всё узнать и изучить, мне нужно извлечь из этого пользу, чтобы мне это нравилось. Иначе это бессмысленно. Например, мне нравится черный цвет и я постоянно ношу его не только потому что он делает скрытным. Чёрный цвет часто является символом ухода от земных радостей, смерти, скорби, стресса, траура, неоднозначности, тайны и пугающей неизвестности. Идеальное описание меня, не правда ли? Ты, наверное, спросишь, зачем я тогда добавил белые гортензии. Всё просто. Обычные зелёные гортензии, без другого цвета, смотрятся, не так красиво, как с белыми. Это придает больше гармоничности. Но его значение тоже олицетворяет тебя. Чистота, невинность, спокойствие и открытость. Я его изучил не так подробно, только поверхностно, но всё же, думаю, это не является проблемой. Но тебе подходят не все оттенки зелёного. Тебе подходят в принципе более пастельные цвета. Более приглушённые, спокойные, не вызывающие. Тебе больше подходит светлый оттенок зелёного. Но твои глаза смотрятся прекрасно, хотя в них видно ярко зелёный, что является большой редкостью. Ладно, я не буду утомлять тебя своими монологами. Будь счастлива и больше не плачь. Тебе не идут слёзы. И, кстати, у тебя отличные навыки французского письма, даже если ты писала с переводчика. Ты умница, Карлотта. Я горжусь тобой. Ты сильная и справишься со всем. Прощай, мой лотос.» На глаза навернулись слёзы. Слёзы счастья. Мой лотос.. Это была последняя капля. Я свернула свёрток обратно и положила в букет, а вместо письма схватила телефон.