Глава 8

      Гермиона, в сопровождении своего руководителя, главы Отдела магического правопорядка Генри Коулмана, быстрым шагом направлялась на ежемесячную отчетную встречу с Министром магии.       — Генри, у нас совершенно нет никакого продвижения! Кингсли будет в ярости, — проговорила Гермиона, сильно сжимая папку с отчетом.       Генри Коулман, мужчина чуть за сорок, с аккуратно подстриженными темными волосами, тронутыми легкой сединой у висков, и пронзительными голубыми глазами, излучал уверенность и спокойствие. Подтянутая фигура, безупречный деловой костюм — Генри умел производить впечатление, и Гермиона не раз отмечала, как его харизма располагает к себе даже самых сложных собеседников. Со своими подчиненными он всегда держался подчеркнуто профессионально, сдержанно и уважительно, не допуская ни малейшего намека на фамильярность. Только отношения, основанные на взаимном уважении и общей цели — служении магическому правопорядку.       Сейчас, как впрочем и всегда, в его голосе звучало непоколебимое спокойствие:       — Гермиона, все будет в порядке. Не стоит раньше времени нагнетать обстановку.       — В порядке? — Гермиона остановилась, обернувшись к нему. — Генри, у нас два информатора отвалились за последний месяц! Нам как минимум нужны новые люди и дополнительное финансирование, чтобы хоть как-то сдвинуться с мертвой точки.       Генри молча шагал рядом.       — Дело зашло в тупик! — продолжала настаивать Гермиона, вновь ускоряя шаг. — Я прямо чувствую, что мы что-то упускаем.       — Успокойся, Гермиона. — повторил Генри, стараясь сгладить острые углы. — Поговорим с Кингсли, изложим ситуацию, и вместе подумаем, как двигаться дальше. Уверен, он нас поддержит.       Вскоре Гермиона и ее руководитель стояли перед Кингсли Бруствером в его просторном кабинете. В воздухе витал аромат крепкого кофе и старых книг. На столе громоздились стопки документов, а классическая зеленая настольная лампа отбрасывала тусклый свет, подчеркивая усталость в глазах Министра.       — Гермиона, Генри, рад вас видеть, — произнес Кингсли, его глубокий голос звучал сдержанно, но дружелюбно. — Надеюсь, у вас есть хорошие новости. Присаживайтесь.       Он указал на два кресла напротив своего стола, и Гермиона с Генри молча заняли свои места.       — Как продвигается ваше дело? — прямо спросил Кингсли, переходя сразу сути.       — Медленно, Кингсли, — ответила Гермиона, нервно перебирая пальцами по папке с отчетом. Она чувствовала на себе пронзительный взгляд Министра и старалась говорить как можно более четко и уверенно. — Мы установили, что существует сложная сеть, занимающаяся подделкой и незаконной перепродажей магловских предметов искусства с использованием магии. Они отмывают деньги через подставные фирмы и офшорные счета, что значительно затрудняет наше расследование.       Гермиона взяла в руки колдографию искусно подделанной флорентийской мозаики XVIII века с изображением руин Помпеи. Изображение на снимке было невероятно детализированным, с мельчайшими кусочками мрамора разных оттенков, собранными в единое целое.       — Их подделки становятся все более совершенными, — продолжила Гермиона, передавая колдографию Кингсли. — Неопытный глаз не отличит их от оригинала. Например, как эта мозаика. Они имитируют чрезвычайно редкие и ценные предметы, которые высоко ценятся среди антикваров. Мошенники продают их богатым коллекционерам и музеям, получая огромную прибыль. Мы полагаем, что эта сеть действует уже несколько лет, и за это время им удалось обмануть множество людей и вывезти из страны значительные суммы денег.       — Какие конкретные шаги вы предприняли? — спросил Кингсли, его взгляд был сосредоточенным и изучающим. Он внимательно рассматривал колдографию.       — Мы отследили несколько сделок, которые проходили через известные аукционные дома и частные коллекции, — подхватил доклад Генри. — Выяснили, что нескольким известным коллекционерам были проданы подделки. По словам наших информаторов, не все заявляют об этом в полицию.       — Почему же? — Кингсли удивленно вскинул брови.       — Они… не хотят портить репутацию, признав, что их обманули, — Гермиона склонила голову набок. — Это бросает тень на их экспертность и умение разбираться в искусстве.       — Маглы странные, — Кингсли отпил глоток кофе из большой кружки с эмблемой Министерства магии, пожав плечами. — Что дальше? У вас есть какие-то конкретные подозреваемые?       Генри раскрыл пергамент, на котором была тщательно вычерчена сложная сеть связей, напоминающая паутину. Имена, даты, суммы — все было скрупулезно зафиксировано, но, несмотря на это, общая картина оставалась туманной.       — В частности, нас интересует некий мистер Зиман, — сказал Генри, указывая на одно из имен в центре схемы. — Он регулярно покупает и продает предметы искусства, не предоставляя при этом никаких документов об их происхождении. Он осторожен и избегает прямых контактов.       — У нас есть подозрение, что он использует магию для сокрытия транзакций, — добавила Гермиона, поджав губы.       — Но улик, как я полагаю, нет? — спросил Кингсли, скользнув взглядом по пергаменту.       — Заклинания искусно запутывают следы денег, — пояснил Генри, — и нам приходится использовать все наши знания и опыт, чтобы расшифровать магические подписи и установить связи между различными счетами.       — Что ж, дело действительно сложное, — задумчиво произнес Министр, откидываясь на спинку кресла. — Что-нибудь известно о личностях, стоящих за этой сетью?       — Пока нет, Кингсли, — ответил Генри, покачав головой. — Мы движемся очень медленно, потому что они достаточно хорошо организованы. Увы, у нас почти не осталось информаторов. Двоих, как вы знаете, мы потеряли за последний месяц — один в Мунго, колдомедики пытаются снять проклятие, второй отказался, сказав, что того количества галлеонов, что мы предложили ему недостаточно. С нами боятся сотрудничать, опасаясь за свою жизнь и безопасность.       — Все это крайне подрывает доверие к истории и наследию, — почти воскликнула Гермиона, не в силах сдержать своего возмущения. — Если мы не пресечем это, последствия могут быть катастрофическими. Эти мошенники не просто наживаются на подделках, они разрушают культуру!       — Я понимаю твою обеспокоенность, Гермиона. К сожалению, с финансированием сейчас туго. Министерство переживает не лучшие времена. Я не могу выделить вам дополнительных средств на привлечение новых информаторов. — Он задумался, потирая подбородок. — Я понимаю, это прозвучит достаточно серьезно, но что, если вам самим посетить один из планирующихся аукционов, где, по вашему мнению, могут происходить сомнительные сделки? Вжиться в роль богатых коллекционеров, присмотреться к участникам, попытаться выйти на контакт с этим мистером Зиманом…       Генри и Гермиона удивленно переглянулись.       — Я не думаю, что это хорошая идея, — возразил Генри, нахмурившись. — Ведь Гермиона давно не выезжала на задания, ее работа в основном в офисе, и…       — Я в деле! — перебила начальника Гермиона, ее глаза загорелись. — Я считаю, что это отличная возможность лично оценить ситуацию и собрать необходимую информацию.       Генри посмотрел на нее с сомнением.       — Я думаю, что Гермиона отлично справится с заданием, — поддержал ее Кингсли, мягко улыбнувшись. Уж он то точно знал, что на Гермиону можно положиться в сложных операциях.

***

      — Гермиона, это безумие! — Генри был возмущен, когда они покинули кабинет Министра.       — А я думаю, что это наконец-то здравая идея! — возразила Гермиона, стараясь сохранить оптимистичный настрой. — В офисе мы будем вечность бумажки перебирать. А так у нас появится возможность увидеть все своими глазами.       Обычно невозмутимый Генри сейчас был явно на взводе — казалось, он искренне переживал за свою сотрудницу, опасаясь за ее безопасность.       — Хорошо, — вздохнул Генри, останавливаясь у лифта. — Давай в понедельник обсудим детали, выясним, когда ближайший аукцион, попадающий под наше описание, и тщательно продумаем план действий. Никакой самодеятельности, Гермиона! — предупредил он строгим тоном. — Хорошего вечера. И постарайся отдохнуть на выходных. Тебе это необходимо.       Он повернулся и вошел в лифт, оставив Гермиону одну в коридоре.       — И тебе хороших выходных, Генри! — крикнула Гермиона вслед закрывающимся дверям, иронично улыбнувшись. Она знала, что Генри переживает за нее.       Гермиона чувствовала радостное ликование от предстоящей миссии. А еще сегодня пятница, и она уже представляла, как проведет сегодняшний вечер, укутавшись в плед перед камином, с чашкой горячего чая и старым добрым фильмом. Как вдруг услышала:       — Гермиона! Я тебя везде искал!       — Рон! Как ты здесь… — Гермиона радостно обняла друга, удивленная его внезапным появлением.       После окончания войны Рон какое-то время работал в Министерстве вместе с Гарри, но быстро понял, что кабинетная работа — это не для него. Ему не нравилось сидеть за столом, перебирая бумажки и составляя отчеты. Ему хотелось чего-то более живого и настоящего. Тогда то он и решил помочь Джорджу в управлении магазином «Всевозможные волшебные вредилки». Да и Джорджа появление Рона в магазине тогда здорово отвлекло от переживания утраты Фреда и тяжелых воспоминаний.       Рон привносил в магазин свою энергию, придумывая все новые розыгрыши и шутки. Он был отличным продавцом, умел заинтересовать покупателей и убедить их купить, пожалуй, даже самые странные товары. Со временем Рон стал не просто помощником, а полноценным партнером Джорджа. Магазин процветал, принося радость и смех волшебникам всех возрастов. Рон нашел свое место в жизни, и был по-настоящему счастлив.       — Я пришел забрать тебя в «Дырявый котел», и я не хочу слышать возражений! Падма, Гарри и Джинни уже в пути. Еще там будет Невилл и Дин, — Рон очень быстро тараторил, будто боялся, что Гермиона передумает.       — Ого, мы давненько таким составом не собирались, — Гермиона ласково улыбнулась. — Какой-то особый повод?              Она вспомнила ту шумную вечеринку, которую Рон устроил в Норе, когда сделал предложение Падме. Тогда они гуляли до самого утра, отмечая это радостное событие.       — Нууу… Пойдем, нас будут ждать! — заговорщицки произнес Рон, потянув Гермиону за руку.       В баре было шумно и оживленно. С тех пор как Ханна Эббот (ныне Долгопупс) взялась за управление «Дырявым котлом», место заметно похорошело. Это был уже не тот крошечный, обшарпанный бар, каким его помнила Гермиона. Теперь это было место, в котором чтили его древнюю историю, но при этом добавили нотку современного комфорта и элегантности. Стены были отделаны темным деревом, украшены старинными гравюрами и портретами бывших владельцев бара. Мягкий свет исходил от кованых люстр и небольших настенных ламп, создавая уютную и расслабляющую атмосферу. У барной стойки, изготовленной из цельного куска дуба, сновали проворные бармены эльфы-домовики, смешивая коктейли и наливая знаменитое сливочное пиво. В воздухе витали ароматы жареного мяса, свежеиспеченного хлеба и пряных трав.       Гермиона увидела, как Гарри, Невилл и Джинни уже сидят за столиком в дальнем углу бара. Падма и Ханна о чем-то оживленно общались поодаль от них, время от времени бросая взгляды в их сторону и загадочно улыбаясь.       — Гермиона, привет! — махнул рукой Гарри, радостно улыбаясь. — Мы уж думали, ты не придешь!       — Привет, ребята! — Гермиона обняла Гарри и Невилла, чмокнула Джинни в щеку. — Я бы ни за что не пропустила нашу встречу, — добавила она, лукаво взглянув на Рона. — Вот только Рон так и не сказал, что мы здесь празднуем.       Рон смущенно улыбнулся, и только крепче прижал к себе подошедшую с Ханной Падму.       Они расселись за столом, болтая о последних новостях в жизни друг друга. Гарри рассказал о новых правилах в Аврорате, Невилл — о своих успехах в травологии, Джинни пожаловалась на нехватку времени из-за работы и воспитания неугомонного Джеймса. Гермиона поделилась новостями о своей работе в Министерстве, стараясь не вдаваться в подробности предстоящего задания. Разговор шел легко и непринужденно, как это бывает только в компании старых друзей, которые знают друг друга как облупленных.       Когда к ним наконец подошел Дин и заказал себе выпивку, Рон поднялся со своего места, держа бокал с огневиски в руке.       — Друзья, — произнес он торжественно, привлекая к себе всеобщее внимание. — У меня есть для вас важная новость! Мы с Падмой… — он сделал паузу, взглянув на свою жену с любовью. — Мы ждем ребенка!       В баре раздались радостные возгласы и аплодисменты. Все наперебой начали поздравлять Рона и Падму.       — Рон, это потрясающе! — воскликнул Гарри, хлопая друга по плечу. — Я так рад за вас!       — Поздравляю, ребята! — добавила Джинни, обнимая Падму. — Вы будете отличными родителями!       — Ох, Рон, это ведь чудесная новость! Поздравляю вас! — сказала Гермиона, искренне улыбаясь.       Она наблюдала за сияющим Роном и думала о том, как же хорошо, что он нашел свое счастье с Падмой. Они были идеальной парой и дополняли друг друга.       Неожиданно в голове возник образ Малфоя.       Интересно, какими бы были наши дети? Наверняка они бы унаследовали платиновый цвет волос Малфоя. Но глаза определенно были бы моими! И кудряшки тоже мои. И любовь к книгам — тоже от меня, да, определенно!       Она почему-то представила себе светловолосого маленького мальчика с ее карими глазами, и с книгой в руках, и невольно улыбнулась.       Так, Гермиона, что ты несешь вообще? Какие дети?       Она нервно сглотнула, распахнула глаза и прикрыла открывшийся рот рукой, в ужасе от собственных мыслей. Она почувствовала, как ее щеки вспыхнули ярким румянцем. И, как назло, этот момент не ускользнул от внимательного взгляда рыжей подруги.       Джинни одними губами спросила, приподняв бровь:       «Ну что?» — намекая на то, как проходят поиски.       «Ни-че-го», — также одними губами ответила ей Гермиона и они обе озадаченно поджали губы. Затем Джинни взглядом указала ей в сторону женского туалета, и, поднявшись, направилась туда. Гермиона, поняв знак, последовала за ней.       В туалете, на их удачу, было пусто. Джинни незаметно достала из кармана мантии свернутый в трубочку пергамент и протянула его Гермионе.       — Вот, — прошептала она, — Это копия, Гарри мне принес.       Гермиона быстро развернула пергамент и пробежала глазами по тексту. Ее лицо становилось все более разочарованным.       — И это все? — спросила она, с грустью глядя на Джинни. — Просто бывший Пожиратель смерти, который исчез? Никаких зацепок, никаких намеков?       — К сожалению, да, — ответила Джинни, пожав плечами. — В его досье только указано фамильное имущество — особняк в Уилтшире, а также небольшое поместье во Франции, где, по всей видимости, проживает Нарцисса. О жизни Малфоя после войны информации нет. Хорек испарился.       — Все равно спасибо, Джинни. Ты очень мне помогла. — Гермиона вздохнула, складывая пергамент.       — Не за что, — ответила Джинни, и, достав палочку, в мгновение спалила свиток, превратив его в горстку пепла. — Извини, но никаких следов мы не оставляем.       — Как ты уговорила Гарри? — удивленно спросила Гермиона, когда они возвращались к остальным.       — О, поверь, я от этого только выиграла, — усмехаясь, ответила Джинни. — Ты даже не представляешь, какую силу над мужчинами имеет женщина в красивом кружевном белье!

***

      Вечер близился к завершению, Гермиона медленно потягивала остатки вина из своего бокала, рассеянно слушая оживленную беседу друзей.       Поиск в архиве не дал никакого результата, в его досье кристально чисто. Даже чертов Забини не знает, где Малфой!       Думай, Гермиона, думай.       — …и тогда я взял его воспоминания, посмотрел их через Омут памяти, и что ты думаешь? Это был действительно он! Оказывается амулет — не просто безделушка, а мощный темный артефакт! Мы долго не могли понять, как этот старик, у которого и сил-то осталось на то, чтобы палочку поднять, мог провернуть столько ограблений. А оказалось, все дело в этом проклятом амулете! Пришлось попотеть, чтобы его обезвредить, — доносились до Гермионы обрывки истории Гарри, которую он в красках рассказывал сидящему рядом Дину.       Они уже оба были изрядно выпившие, и смех Дина то и дело разносился по всему бару. В этот момент Гермиону осенило.       — Гарри! Можно тебя на минуточку? У меня один вопрос по работе, — позвала она, стараясь говорить как можно более небрежно.       — Гермионааааа, какая работа! Пяяяятница, мы в бааааре, — Дин пьяно растягивал слова, пытаясь удержать Гарри на месте.       Но Гермиону это не остановило, и она потянула Гарри за рукав аврорской мантии, намереваясь поговорить с ним наедине.       — Простите, ребята, я на минутку, — бросила она через плечо, направляясь к выходу. — Гарри, пошли! Нам нужно немного свежего воздуха.       Выйдя из бара, Гермиона потянула друга чуть в сторону, подальше от шума и посторонних ушей.       — Гарри, мне очень нужна твоя помощь, — начала она, глядя ему прямо в глаза. — Ты же знаешь, что я сейчас работаю над делом по незаконному использованию магии в отношении магловских предметов искусства. Так вот, у меня есть одна задумка, но для этого мне нужен Омут памяти. Но… чтобы никто не узнал. Ты можешь мне на время дать воспользоваться твоим кабинетом?       Гермиона знала, что единственный Омут памяти в Министерстве находился в кабинете главы Аврората — Гарри Поттера. Омут использовался также и во время заседаний Визенгамота, поэтому доступ к нему был строго регламентирован.       — Гермиона, это исключено! — воскликнул Гарри, нахмурившись. — Ты что, не понимаешь, насколько это серьезно? Почему ты просто не получишь одобрение у Кингсли? Зачем все эти тайны и интриги?       — Честно? Я не уверена, что это поможет, — призналась Гермиона, потупив взгляд. — У меня есть одна теория, которая может оказаться совершенно бредовой. Но это какая-никакая зацепка. А в случае провала я хотя бы не буду выглядеть глупо перед Кингсли. Понимаешь?       — И что ты думаешь там увидеть? — спросил Гарри, смягчившись.       — Мне нужно еще раз просмотреть разговор с одним из наших информаторов, — ответила Гермиона, снова поднимая взгляд на Гарри. — Я уверена, что мы что-то упускаем! Пожалуйста, Гарри, я знаю, что ты всегда поддерживал меня. Помоги мне и в этот раз! Ты ведь не хочешь, чтобы преступники остались безнаказанными? — добавила она, зная, что это наверняка заденет его за живое. — В конце концов, ты же сам всегда говорил, что ради справедливости можно немного нарушить правила. Пожалуйста, Гарри! Только ты можешь мне помочь.       — Гермиона, это нарушение! — сквозь зубы прошипел Поттер. Затем он задумался на мгновение, почесывая подбородок, и, наконец, махнул рукой, сдаваясь. — Хорошо, в понедельник после работы заходи. У тебя будет не больше часа! И никаких следов! Если кто-нибудь узнает, я скажу, что сама Гермиона Грейнджер проникла в мой кабинет силой!       — Гарри, я тебя обожаю! — воскликнула Гермиона, повиснув у друга на шее и крепко его обняв. — Ты лучший! Я тебе клянусь, никто ничего не узнает, и я не подведу тебя!       Она должна вернуться в квартиру Малфоя в воспоминаниях и еще раз внимательно все просмотреть. Наверняка что-то его выдаст. Возможно, все же удастся обнаружить хоть что-то, что прольет свет на его нынешнюю жизнь.       С этими мыслями направилась обратно в «Дырявый котел».       Нужно признать, в тот раз ей было совсем не до того, чтобы рассматривать, как он живет.       Она была слишком увлечена… другими вещами…