Глава 3

День 3 Ещё одну ночь Алекса снова смогла спать, хотя и беспокойно, но это всё равно было лучше, чем быть полностью бодрствующей и беспокойной. Она стёрла доску и написала «Целенаправленное поведение», когда Джен вышла из спальни. Она простонала: — Всё ещё это! Ты действительно знаешь, о чëм я думаю. Она широко улыбнулась, игриво ткнув Алексу в талию, когда она шла за ней. Алекса вскрикнула, и её ручка сделала дикие завитки на доске; инстинктивно она использовала свой зад, чтобы оттолкнуть Джен от себя. С силой Джен была отправлена ​​на несколько шагов к противоположной стене, они посмотрели друг на друга и рассмеялись над легкомыслием их взаимодействия. — Если ты ещё раз испортишь мой текст, я заставлю тебя писать от начала до конца, — отчитала еë Алекса с фальшивой драматической строгостью. — Хм, ц-ц-ц, Алекса, ссылаться на рост политически некорректно, — парировала она, помахивая пальцем в такт движению бровей. — Кажется, я повредила плечо об эту стену. — Тебе следует меня пощекотать, — небрежно сказала она. Джен продолжила наливать себе чашку кофе. — Извини, что заставила тебя смеяться, я забыла, что это запрещено, — поддразнила она. Мысли Алексы уже переключились на то, что она писала. — Джен, ты веришь в исследование Лунара? Джен помолчала, немного удивлённая тем, что весёлый момент прошёл, она взяла себя в руки и ответила: — У меня нет причин сомневаться в этом. Руне знала его, и ты её слышала, он уже некоторое время разоблачает эти культы, что нажило ему могущественных врагов. Так что, если его исследования заставили их отреагировать с преследованием, то профессор настоящий. — Мы должны знать это исследование наизусть, — заявила Алекса. Джен чуть не выплюнула кофе. Алекса посмотрела на неё и поняла, что ей придётся объяснить: — Нам нужно говорить на этом языке. Нам нужно использовать часть исследования, чтобы стать кандидатами для набора. Мы должны быть теми, кого они ищут. — Я не знаю, — колебалась Джен. — То есть, мы должны верить? А что, если нам действительно внушат? Если это случилось с Мэдисон... — Она замолчала. — Джен, мы с тобой циники, критически мыслящие люди. Мы задаём вопросы. Мы не позволим себя втянуть. Плюс, мы знаем довольно много их трюков и манипуляций благодаря этому исследованию. И именно поэтому нам нужно хорошо их знать. — Хм, я тебя поняла, — согласилась Джен, но, показав ей глупое лицо, показала, что задача ей не по душе и что она будет косить глазами. Алекса не обратила на неё внимания. Так началась трудная задача разбить исследование на понятные части, чтобы они могли легко усвоить концепции. Алекса начала с заключения исследования. — После интервью Лунара и фонового исследования он наконец подвёл итоги Целеустремлëнного поведения. Я хочу, чтобы мы использовали наши собственные слова и понимание. Я уже написала номер 1, находясь внутри культа, просыпаясь, зная, что вы будете служить организации и лидеру, потому что наличие структуры привлекательно. Далее, вы... — Подожди, подожди. Так что, я собираюсь перефразировать часть его определений? Подожди, дай мне подумать об этом ещё. Ты иди, — уклончиво ответила Джен, глядя на свои заметки, сделанные в копии исследовательской работы. — Во-вторых, находясь внутри культа, вы снимаете с себя ответственность за свою жизнь. Вы ни в чëм не виноваты, всё, что вам нужно делать, это следовать. — Ладно, у меня есть один, как насчёт того, поступаю ли я правильно или мне следует поступить так, потому что это предопределено или предсказано? — Да, хорошо. Предопределëнная идея, так что, номер 3, — согласилась Алекса, записывая то, что сказала Джен на доске. Она продолжила: — На этот раз я буду использовать сообщество людей в качестве стимула. Так что, номер 4, из-за сообщества, вы принадлежите, так что вы будете очень усердно работать, чтобы оставаться принадлежащим, чего бы это ни стоило. — За этим я последую пункту 5. Благодаря этому сообществу я учусь и получаю знания, поэтому я чувствую себя такой мудрой и сильной в этой группе, — сказала Джен. — Джен, ты понимаешь, что используешь местоимение «я»? — спросила Алекса, обеспокоенная тем, что Дженн может воспринять это слишком лично. — Да, я прекрасно это понимаю, — улыбнулась она. — Я просто хочу поставить себя на место, понимаешь? — Не слишком. Это меня немного пугает, — ответила она. — Хорошо, следующий пункт, номер 6, касается лидера: ты думаешь, что они спасли твою жизнь, поэтому твоя жизнь — это подношение ему, поэтому он может делать то, что пожелает, а ты чувствуешь себя польщëнной. — Это отвратительно, — сказала Джен, и они обе скорчили гримасы. — Номер 7: благодаря лидеру у вас есть безусловная любовь и вера, поэтому вы больше никому не поверите. — Я слышала, как ты поменяла местами местоимения. Я рада, должна признать. — О, тебе не всё равно, — Джен сделала гримасу поцелуя, отчего Алекса рассмеялась. — Ладно, я думаю, мы уловили суть, если говорить проще. Ключевые слова: структура, служение, следование, предложение, предопределение, знание, честь, принадлежность, сила, вера и любовь, — сказала Алекса. — Сами по себе это позитивные слова, не правда ли? — размышляла Джен. — Да, они цепляют людей позитивом и используют это в своих интересах. Они изменят ситуацию позже, когда новобранцы уже попадутся на крючок и поддадутся всей концепции. — Когда мы начнём нашу беготню? — Я всё ещё ищу подсказки в этом исследовании. Я прочитала его, но теперь мне нужно сосредоточиться на деталях, которые нам нужны. Терпение, Джен, — сказала она с огоньком в глазах. — О, правда, да?! Терпение! Ты, Алекса Кроу? Терпение и Алекса Кроу, мир перевернулся, — издевалась Джен. — Ты можешь быть удивлена. Ты можешь не справиться с этим, — сказала Алекса тихим хриплым голосом, отворачиваясь от неё.   Это оставило Джен с открытым ртом, снова недоумевая, намекала ли Алекса на что-то или просто подшучивала над ней. Она покачала головой, она заслужила это, потому что высмеяла её, а Алекса никогда не хотела проигрывать ни в чëм. Они продолжали углубляться в детали исследования. Они признали, что в нём не было настоящих имён опрошенных, названий организованных групп и мест, но предоставленные ими описания давали очень много информации об их жизни как членов групп и о том, какие это были организации. Из 12 опрошенных шестеро были членами религиозных групп, а шестеро представляли различные типы организаций. Все они были членами, когда проводилось исследование; один из них был офицером, отвечающим за пожертвования.  — Я думаю, что Мэдисон не состоит в религиозной группе, — заявила Алекса. — Но ведь речь идёт о детях, да? — И компьютерах. — Школа? — Что-то в этом роде, — предположила Алекса. — Тогда давай сосредоточимся на шести опрошенных из разных организаций, — предложила Джен. — Хорошо. Лунар опросил двух членов каждой группы. Итак, нужно различать три организации. Они снова прошли через долгие интервью. Одна группа состояла из фермеров и землевладельцев с концепциями совместного использования земли и тактикой свободного труда. Другая группа занималась подготовкой молодых людей, в основном набранных из UNLV, чтобы они стали лидерами, но, похоже, студентов, которые в конечном итоге бросили школу, использовали для подготовки к концу света. С этими словами Джен глубоко вдохнула, сдерживая свою ярость, поскольку всё это было слишком знакомо. Алекса внезапно поняла чувствительность Джен к этому по изменению её языка тела. — Джен, я могу сделать это сама. Тебе не обязательно... Джен прервала её: — Я не могу избегать этой травмы всю свою жизнь и притворяться, что этого больше не происходит. Трюки другие, но одержимость и заблуждение всё те же. — Давай сосредоточимся на последней группе. Я не думаю, что Мэдисон занимается фермерством или готовится к концу света. — Это ближе к тому, что привлекло Мэдисон, но интервьюируемые не дали столько подробностей, как другие. — Они просто описали это как обучение несчастных детей навыкам использования технологий, — сказала Алекса. — Это не звучит как что-то опасное или похожее на культ, если не считать веры в лидера. — И оставаться вместе как сообщество с ограничениями для любых посторонних. Мне нужно знать, где это. — Может ли оригинальная копия содержать подробности? Тебе придётся позвонить Руне, — сказала Джен. Алекса улыбнулась и не стала спорить. Она позвонила Руне, которая тут же взяла трубку. — Привет, Алекса. Я надеялась, что вы позвоните. Какой план? Алекса нажала кнопку динамика. — Спасибо, что приняли звонок, Руне. Вы на громкой связи. — О, так Джен с вами. Привет, Джен. Что-нибудь о Гарве? — Её голос звучал удивлённо, но она постаралась, чтобы это прозвучало непринуждённо. — Хм, ну, я просто слушаю, молчаливая партнёрша. Это на самом деле разговор Алексы с тобой, — ответила Джен. Алекса вмешалась: — Рун, в исследовании нет имён и местоположений, вы их знаете? — Нет, извините. Копии, которые у нас есть, можно опубликовать, а интервьюируемым была обещана анонимность, поэтому эти данные отредактированы, — пояснила Руне. — Мы хотели узнать больше об этой организации, которая занимается обучением детей технологиям. Мы также не имеем ни малейшего представления о местонахождении Лунара. Что вы нам посоветуете? — У Гарве есть коллега, профессор Йеру, доктор философии, она может знать некоторые детали исследования, — осторожно сказала Руне. — Рун, если ты знаешь, что профессор Йеру может помочь, ты хотя бы пыталась позвонить ей по поводу профессора Лунара? — коротко спросила Джен. В глубине души она всё ещё была обижена и даже обвиняюща в своих допросах Рун. — Признаюсь, нет. Мы с Йеру просто знакомы через нашего общего друга. Честно говоря, я не думала о Гарве, пока ты не пришла ко мне. Прежде чем разговор закончился, они решили воспользоваться шансом и отправиться в UNLV, чтобы поговорить с профессором Йеру, и если у них появятся какие-либо зацепки, они снова встретятся с Руной. — Алекса, поскольку мы направляемся в Парадайз, штат Невада, я думаю, мне следует сообщить Гарту новости, — сказала Джен. — Правильно. И я, Гарри, — поддержала Алекса. Капитану Адамсу сказали, что Мэдисон не звонила три дня, как они ожидали. Джен посоветовалась с ним по поводу профессора Лунара. Он сказал то же самое, что Джен сказала Руне, но он назвал имя офицера в LVMPD, к которому нужно было обратиться. Гарри был менее обеспокоен или решил не показывать своего беспокойства, потому что надеялся, что Мэдисон поступит правильно и вернётся в квартиру в Лос-Анджелесе на 7-й день. Тем не менее, он поддерживал усилия Алексы и хотел бы получать обновления. Джен вышла в интернет и поискала недорогое место для проживания. Она посоветовалась с Алексой, и они остановились на Travelodge. Он находился в районе Center Strip, недалеко от мест, куда им нужно было съездить. Поэтому они решили поехать той ночью, чтобы избежать пробок. Они собрались и вскоре после ужина, в 8 вечера, отправились в Неваду. — Джен, извини, я не могу сесть за руль вместо тебя. Мне некомфортно водить в чужой стране, — сказала Алекса. Она беспокоилась, что Джен может слишком устать. — Я в порядке, Алекса. Ты можешь расслабиться и поспать, если можешь, — ответила она. Она коротко взглянула на неё и улыбнулась, затем повернулась, чтобы сосредоточиться на дороге впереди. — Это очень мило, детектив Мэтти, но я не оставлю вас спать, пока вы ведёте машину всю ночь, — решительно заявила она. — Ого, официально. Это займёт четыре, может быть, пять часов, вам будет очень скучно, инспектор Кроу. К тому же, возможно, движение автомобиля убаюкает вас. Алекса решила открыться ей. — Джен, насчёт моей бессонницы, я пытаюсь разобраться, — она колебалась, — в последние несколько ночей и в другие разы, когда ты оставалась, мне удавалось спать. — Хм, я не знаю, что на это сказать. Но это хорошо, не так ли? — После Гэри рядом со мной больше никто не спал, кроме тебя. Так что, не знаю, если бы вместо тебя была Мэдисон, я бы тоже смогла спать. Джен рассмеялась. — Когда мы вернём Мэдисон, я проведу эксперимент. — Она внезапно замолчала, думая, что, возможно, задела за живое, и добавила: — Она скоро вернётся к нам. Алекса улыбнулась. — Да, это то, что мы пытаемся сделать. Я чувствую, что с нами что-то случится в раю. Глаза Джен сверкнули. — Правда? Я бы очень хотела, чтобы это произошло. — Её тон и выражение лица были явно игривыми и давали понять Алексе, что у неё были непристойные мысли. — Непослушная, непослушная, — рассмеялась Алекса. Она не ожидала шутки и не могла придумать, что ответить. Прошло несколько секунд, и Джен тихо спросила: — Когда ты снова откроешь своё сердце? Ошеломлëнная Алекса съязвила: — Ты имеешь в виду операцию? Да, быть в среднем возрасте — это облом. — Серьёзно, снова полюбить. Что плохого в любви? — продолжала Джен. — Почему ты спрашиваешь? А что, если я скажу, что не знаю? — Мне интересно... узнать, — уклончиво ответила она. — Ты больше никого не любила с тех пор, как рассталась с Руной, — возразила Алекса. — Вот видишь. Мы подходим друг другу. И мы отправимся в рай, верно? Ты должна видеть, что это удача, — пошутила она. Алекса подняла руку, показывая паузу. Она также шикнула на Джен. Она закрыла глаза, сосредоточившись. Что-то, что сказала Джен, звучало в её мыслях. Затем она организовала свои мысли и сказала: — Джен, то, что ты сказала о Руне, это не случайность, а скорее уместность. Метафора. — Она сделала паузу, затем продолжила: — Если бы у меня была культовая группа, я бы выбрала название вроде Paradise, чтобы быть в ней. И если бы я притворялась, что делаю добрые дела для людей, я бы была в Раю, способ убедить людей из-за того, что он означает. Джен, я чувствую это. Эта группа будет там. Джен была настроена скептически, не желая слишком возлагать на них надежды, но, увидев решимость на лице Алексы, она замолчала. Тем не менее, она хотела поддержать её. Она сказала: — Я надеюсь на это, Алекса. Почему бы тебе не продолжать говорить, чтобы я не засыпала. — Можем ли мы пересмотреть всё, что нам известно, с самого начала, включая исследование? — Да. Это наверняка не даст нам уснуть, пока мы не доберёмся туда, — сказала Джен с ноткой сарказма. Алекса не обратила на это внимания, потому что её мысли были заняты фактами дела, и они действительно обсудили всё, что знали и что хотели бы узнать. День 4 Было почти час ночи, когда они прибыли на Лас-Вегас-Стрип. Джен спросила Алексу, не против ли она осмотреть отели и казино. К её удивлению, Алекса согласилась. Алекса знала, что они обе устали, обсуждая дело. Она была готова расслабиться, и Джен тоже заслуживала расслабиться. Они освежились в шикарном отеле и поели в буфете. Какое-то время казалось, что они на свидании, наслаждаясь яркими огнями и видами Стрипа. Они неторопливо прогулялись по комплексу Aria, осматривая и изумляясь коллекции произведений изобразительного искусства и скульптур. Они прошли мимо баров, и Алекса небрежно прокомментировала: — Удивлена, что ты не заказала алкогольный напиток? — Я слишком сыта. Ух ты, этот шведский стол, у меня такое чувство, будто я съела дом, — ответила она. — Хочешь? Что-нибудь с зонтиком? Алекса покачала головой. — Почему ты меня об этом спросила? Ты думаешь, я алкоголик или что-то в этом роде? — настаивала Джен. Алекса рассмеялась: — Нет, но мы в таком месте. Может, я ожидаю, что ты захочешь напиться. — Ага, понятно, пьяный турист. Или шумный пьяный американский турист? — небрежно спросила она. — Нет, но может быть, — она улыбнулась и легонько положила руку на плечо Джен, так как она была выше из них двоих. — Я очень дисциплинированная, если ты не заметила. Плюс, нам завтра на работу, инспектор Кроу. — Она также легко положила руку на талию Алексы. — Мне интересно, ты считаешь нас такими уж разными? — Что? Я, киви? Да, — рассмеялась Алекса. Она явно не слишком много думала и просто была в моменте. — Но ведь противоположности притягиваются, верно? — Мы не противоположности, Джен. Я виновата в стереотипах сегодня вечером. Прости меня за это. Я измотана. Как ты думаешь, мы могли бы зарегистрироваться в это время? Уже почти 4 утра. — Ну, я сделаю то, что делаю всегда, — поддразнила Джен. — Я покажу на ресепшене свой значок. — Прекрати это делать, — сказала Алекса. Они рассмеялись, когда пошли обратно к месту, где припарковали машину. Джен не пришлось показывать свой бейдж, потому что она уже договорилась онлайн о времени их регистрации. Они согласились поспать, по крайней мере, пять часов. Когда они легли в постель, они крепко спали. Ровно через пять часов Алекса зашевелилась, полностью проснулась. Когда она встала, её движения разбудили Джен. — Который час? — Уже около 9:30, можешь ещё поспать. Сначала я в туалет, — ответила Алекса. Через час они уже завтракали и ехали в LVMPD или Metro, до которых было меньше 10 минут. Джен искала офицера Рона Мультца, имя, которое дал ей капитан Адамс. Он улыбнулся следователям, когда подошёл, чтобы встретиться с ними. Ему было около 20 лет, он был открытым и лёгким в общении. Джен представила их, и они пожали друг другу руки. — Да, капитан Гарт. Я до сих пор звоню ему время от времени, особенно когда хочу посоветоваться с ним по каким-то вопросам. Знаете, я познакомился с ним, когда был на семинаре в полиции Лос-Анджелеса. Должно быть, я вас там видел, — сказал он Джен. — Я не удивлюсь, если вы это сделали, полиция Лос-Анджелеса спонсирует несколько семинаров в год. Что именно вы посетили? — поговорила Джен. — Речь шла об общественной безопасности и применении оружия, — ответил он. — Да, это основное мероприятие. Его обязательно нужно посетить. — Я думаю, нам здесь нужно освежить это в памяти вместе с некоторыми новыми ребятами. Может быть, когда мы будем там, я смогу навестить вас, — дружелюбно улыбнулся он. — Конечно, да, если я обычно нахожусь в офисе, то занимаюсь расследованиями, — она сделала паузу и продолжила через секунду: — Вот сейчас, инспектору Кроу и мне нужно задать вам несколько вопросов, если можно. Он кивнул и ждал их вопросов. Джен посмотрела на Алексу, и она заговорила: — Офицер Мультц, знаете ли вы какую-либо организацию, группу или культ, которые занимаются образованием детей в области технологий? — Эй, какой у вас акцент? Я тут часто встречаю австралийских туристов. Вы австралиец? — спросил он разговорчиво. — Ну да, довольно долго. Австралиец может быть вовлечён в группу или культ, о котором я спрашиваю, — ответила Алекса, пытаясь сохранить терпение. — Группа или культ? Я не знаю. Понятия не имею. Извините, — пожал он плечами. — Ещё одна проблема касается профессора Гарве Лунара из UNLV. Наш друг обеспокоена его безопасностью. Он не ответил на её звонки, хотя обычно это делает, — объяснила Джен. — Вы говорите, что он пропал? Вы обращались в университетскую полицию? — Нет. Пока нет. Офицер Мультц, ещё один друг, Мэдисон Фелисиано, также пропала без вести и подозревается в том, что она входит в ту группу, о которой вас спрашивала инспектор Кроу. Можете ли вы нам как-то помочь, — умоляла Джен. — Зовите меня Роном, — сказал он, и его манера поведения стала более серьёзной. — В Неваде пропало несколько человек. Хотите познакомиться с нашим капитаном? — Можно нам, пожалуйста? Офицер Мультц извинился и пошёл в кабинет капитана; через некоторое время он провёл их внутрь. Его представили как капитана Доутри, мужчину лет 60-ти. Он был внимательным, деловым парнем. Следователи начали рассказывать ему краткую версию своих миссий, начиная с Мэдисон и заканчивая профессором Лунаром. Он сидел там, задумчивый, и наконец заговорил: — Я не хочу вас тревожить, но раз вы доверили мне своё расследование, я должен поделиться с вами. Месяц назад в пустыне был убит Джон Доу. Может быть, вы сможете опознать его, если это профессор Лунар. — Мы с ним не встречались. Возможно, это сможет сделать наш друг, доктор Руне Арвинг, — ответила Джен. — Капитан Доутри, можем ли мы узнать причину смерти Джона Доу? Почему никто не забрал его? Почему он был в пустыне? — спросила Алекса. — Пожалуйста, сохраните это в тайне между нами. У него был дом в довольно безлюдной части города; мы называем эти места пустыней. Ему в лицо попало взрывное устройство. Достаточно небольшое, чтобы не привлекать к этому внимания, но его лицо, шея и верхняя часть груди были обожжены и разорваны. Пока что он не подходит ни под один из пропавших случаев, — откровенно сказал он. Джен и Алекса посмотрели друг на друга; способ смерти Джона Доу был ужасен. Их взгляды выражали ужас, если бы группа, в которой была Мэдисон, могла быть настолько жестокой. — Как вы обнаружили труп? — спросила Алекса. — Это был анонимный сигнал. Обзвонил окрестности. Номер больше не активен. — Капитан Доутри, можно ли попросить друзей профессора Лунара опознать JD? — спросила Джен. — Вы первые, кто довёл до нашего сведения вопрос о пропавшем профессоре. Я бы предпочёл не тревожить университет, если вы понимаете, о чëм я, — сказал он. — Я поняла, капитан. Можем ли мы пригласить доктора Арвинга для опознания JD? — Я думаю, это можно устроить. — Капитан Доутри, как насчёт группы... — начала Алекса. — Там много групп, инспектор Кроу. Если они не представляют угрозы для кого-либо и не подаются жалобы, мы оставляем их в покое. Я не припоминаю ни одной такой группы, которую вы описали, — объяснил он. — Итак, куда вы направляетесь дальше? — Спасибо за ваше время и помощь, капитан Доутри. Мы планируем посетить полицейскую службу и кафедру социологии, где работал профессор Лунар, — сказала Алекса. — Офицер Мультц будет вас сопровождать. Университетская полицейская служба и метрополитен уважают друг друга и сотрудничают. Мультц знает их и может вам помочь, — предложил он. Следователи снова выразили свою благодарность и последовали за машиной офицера Мультца в университетскую полицейскую службу неподалёку. Перед тем, как войти в участок, следователи проинформировали офицера Мультца, что они хотят действовать осторожно и что они просто будут задавать осторожные вопросы. Войдя в участок, офицер Мультц сразу же непринуждённо пообщался с дежурными офицерами. Затем он представил Джен и Алексу как приехавших детективов из полиции Лос-Анджелеса. — Мы в отпуске, — сказала Джен, и это не обязательно была ложь, — поэтому друг попросила нас заглянуть к профессору Лунару. Я так понимаю, что он в отпуске, вы случайно не знаете, где он? — Нет. Вы спрашивали его коллег? — спросил офицер. — Нет. Может быть, после того, как мы уедем отсюда. Вы знаете, что он получает угрозы от культов или групп, которые он исследовал? — Да. Доктор Лунар не придавал им большого значения. Его коллега, доктор Йеру, показала нам несколько писем и попросила усилить охрану в университете. Никаких нарушений в отношении него здесь не было. Я считаю, что группы пошли законным путём, — пояснил офицер. Алекса заговорила: — Как давно начались угрозы? Офицер с любопытством посмотрел на Алексу, как и офицер Мультц, он уловил её акцент, но просто ответил на вопрос: — Ну, я точно не знаю, но, должно быть, это было лет пять назад, когда его исследование стало предметом общенациональных дебатов. Все здесь знали, что он исследовал их много лет. — Было ли в последнее время усиление угроз? Ответ офицера Алексе был отрицательным. Затем она спросила о группе с детьми и снова получила отрицательный ответ. Офицер предложил отвезти их в социологический отдел, но офицер Мультц заверил его, что он будет тем, кто будет сопровождать посетителей. Они ушли разочарованными, так как не получили никакой ценной информации. На кафедре социологии им повезло, что доктор Йеру вышла из своего кабинета, когда они расспрашивали о ней ассистента кафедры. Узнав, что она та, кого они ищут, она быстро обратилась к ним: — Извините, у меня занятия. Если вы не против, пройдите со мной, пока мы разговариваем. Они не отставали от темпа доктора Йеру, пока Алекса быстро подытоживала их визит и объясняла, что они хотели спросить её о докторе Лунаре и его исследованиях. Она согласилась ответить на их вопросы. К тому времени они добрались до её класса. Она попросила посетителей подождать снаружи, когда она вошла в комнату. Посетители увидели, что она манипулирует ноутбуком, который был установлен на столе, и показывает свой урок на экране проектора. Они услышали, как она объясняет некоторые концепции, отослала их к материалам для чтения и сказала, что они будут теми, кто будет вести обсуждение, когда она вернётся. Она быстро открыла дверь и присоединилась к своим посетителям. Гул занятых студентов можно было услышать, даже когда она закрыла дверь. Она направила их немного дальше от двери. — Я не знаю, где сейчас Гарве, доктор Лунар. Перед тем, как уйти, он сказал, что его исследование будет самым взрывоопасным из всех, — сказала доктор Йеру, окинув взглядом свой класс. — Вы знаете доктора Руне Арвинг? — спросила Джен. — Да, мы встречались. Но недолго. Она подруга Гарве. — Она обеспокоена, что с профессором Лунаром могло что-то случиться. — Это смешно, — подумала она, — с ним уже давно никто не связывался. Я не могла с ним связаться. Но это всего лишь Гарв. Он так делает. Он не хочет, чтобы его беспокоили. — Мы знаем, что он является целью сект, организованных групп. Когда, по-вашему, пора бить тревогу? — У него годовой отпуск. Но может быть, через полгода? — Знаете ли вы, где он жил до отпуска? — Насколько мне известно, он снимал жильё то тут, то там. Он много переезжал. Алекса сделала паузу, чтобы спросить: — Мы читали исследование «Целенаправленное поведение». Раскрыл бы он вам настоящие названия и места расположения организованных групп? — Такое проницательное исследование. О, но эти детали конфиденциальны. — Профессор Йеру, извините, мне следует сказать доктор Йеру? Наша подруга и коллега может быть в одной из этих групп. Пожалуйста, помогите нам. Нам нужно знать, всё ли с ней в порядке, — умоляла Алекса. Джен посмотрела на неё с сочувствием, поскольку умоляющая Алекса была редким моментом, который можно было увидеть. — Если вы хотите следовать титулам, меня зовут доктор Йеру. Что касается вашей подруги, вы думаете, она относится к одной из групп в этом исследовании? К какой-то конкретной группе? — спросила она теперь с большим беспокойством. — Той, где есть дети и технологии. — Понятно. — Доктор Йеру молчала, её глаза несколько раз моргнули, показывая, что она взвешивает решения и думает очень быстро. Через некоторое время она сказала: — Вы имеете в виду KidC. — Она посмотрела на офицера Mультца: — Вы знаете эту группу, офицер? — Нет. Мы с ними не сталкивались. Насколько мне известно, нет, — ответил он. Он был удивлён, что она спросила его. — За этим местом нужно присматривать. Там около 40 детей. Мы просто не знаем, в безопасности ли они, — сказала доктор Йеру офицеру Мультцу и себе самой. — Если есть подозрения, жалобы, какие-то доказательства, мы обязательно их проверим, — дипломатично заявил он. — Как его зовут, профессор? Кидси, Кидси? — спросила Джен. — Извините, это Детский центр интеллектуального развития или KidC. — Вы знаете, где он находится? — спросила Алекса. — Они закрыты для посторонних, особенно для полицейских. — Мы найдём способ проникнуть внутрь, — решила Алекса. — У меня на самом деле есть способ для вас. — Её слушатели наклонились, чтобы услышать больше, но она прервала обсуждение кратким визитом в свой класс. Когда она вернулась, она продолжила: — Потерпите меня, я должна рассказать вам весь сценарий. — Они кивнули ей, чтобы она продолжала. — После того, как Гарв опубликовал «Целенаправленное поведение членов организованных групп» в нашем университетском журнале, по которому он также прочитал лекцию, я решила написать KidC. Алекса перебила: — Как давно это было? — Перед его отпуском, около четырёх месяцев назад. Я посвящала в его исследования, и он посоветовал мне обратиться в KidC, — сказала она. — Могу ли я спросить, изучаете ли вы также культы? — Основное внимание в моих исследованиях уделяется детям, их поведению в различных условиях и другим темам, связанным с этим. Помимо академической деятельности, моя личная деятельность направлена ​​на защиту детей; я забочусь о благополучии невинных, — ответила доктор Йеру. — Итак, вы написали этому KidC, потому что... — подтолкнула Алекса. — В исследовании Гарве KidC оставляет детей. Это повод для беспокойства. Я хочу расширить исследование Гарве конкретно до KidC. Я знаю, что это маловероятно, но я написала им обычной почтой, чтобы сказать, что я хочу привести своих аспирантов, чтобы они понаблюдали за их организацией. Конечно, я ничего от них не слышала. Но я дала им все свои контактные данные. Затем, сюрприз, сюрприз, два дня назад я получила электронное письмо с приглашением посетить их ранчо. Её слушатели были ошеломлены. Какое совпадение. Почему? Профессор тоже не нашла ответа. — Я быстро ответила с интересом. Мы договорились о графике. На самом деле, завтра рано утром я отвожу своих аспирантов на ранчо KidC. — Ух ты, как нам повезло? — выпалила Джен. — Вы согласитесь нас отвезти? — спросила Алекса. — Вот почему я подняла этот вопрос. Если мы сможем объединиться и исследовать это место, мы убьём двух зайцев одним выстрелом. Ваша подруга может быть там. Но если её там нет, пожалуйста, всё равно помогите мне выяснить, для чего они используют детей. Гарве уже установил, что это организованная группа с признаками культа. Детям может понадобиться наша помощь.— На этот раз, похоже, доктор Йеру умоляла следователей. — Я обещаю вам, профессор, доктор Йеру, мы сделаем всё возможное, чтобы помочь детям, — сказала Джен, её глаза были твёрдыми и решительными. — Конечно, мы тоже поможем. Если что-то покажется подозрительным, мы сможем получить ордер, — сказал офицер Мультц. Женщины переглянулись. Скорее всего, они думали об одном и том же. Алекса кивнула Джен. — Рон, э-э... э-э, я думаю, по моему профессиональному мнению, будет лучше, если Алекса и я пойдём с группой доктора Йеру. Вы можете быть знакомым лицом, знаете ли, по работе в метро. И давайте посмотрим правде в глаза, — Джен посмотрела на доктора Йеру и обратилась к ней, — мы вам не похожи на полицейских? — Мне жаль, но да. И мы не должны позволять им подозревать нас. Мы просто любопытные наблюдатели во имя исследования, — сказала доктор Йеру. — Ладно, я понял. Понял, — сказал офицер Мультц с некоторым сожалением, что он пропустит действие. — И как вы двое собираетесь избавиться от полицейского настроя? — парировал он. — Как выглядят аспиранты? — спросила Джен. — Мы не можем следовать стереотипам, офицер. Аспиранты — это более зрелые люди, типичный возраст от 25 до 55 лет. Нет никакого «внешнего вида», но одевайтесь соответственно жаркому месту. Может быть, проведите некоторые наблюдения здесь и почерпните идеи у наших студентов, а затем импровизируйте, — предложила она. — Мы сделаем это. И к завтрашнему дню мы будем выглядеть соответственно. Мы детективы, мы привыкли к работе под прикрытием, — подчеркнула Джен. Она почувствовала себя оскорблëнной тем, что доктор Йеру в общем смысле использовала термин «офицер», обращаясь к ней. Алекса, конечно, знала, что происходит, и спасла ситуацию, хотя доктор Йеру, казалось, ничего не знала и не была этим затронута. Она сказала: — Доктор Йеру, вы лучше называйте нас по именам. Она — Джен, а я — Алекса, — она сделала паузу, — кстати, где находится это ранчо? — Это в Парадайз-Вэлли, штат Невада. Завтра я беру с собой пятерых учеников. Перед тем, как отправиться туда, у нас будет ориентация. Вы должны присоединиться к нам, прийти в 7 утра. А теперь мне действительно пора возвращаться в класс. — С этими словами она попрощалась с гостями. Следователи также расстались с офицером Мультцем и пообещали встретиться завтра после экскурсии. Они вернулись в отель, признаваясь себе и друг другу, что чувствуют усталость из-за сочетания факторов — их драйва, недостатка сна, погоды и сегодняшних дел. Джен быстро заснула, пока Алекса смотрела телевизор, но задремала. После еды они отдохнули и решили купить одежду для своего «образа аспиранта». Совместный шопинг снова был полон шуток и непринуждённой близости. Перед тем, как день закончился, Джен позвонила Руне, чтобы рассказать ей о поездке и о том, что капитан Доутри рассказал им о Джоне Доу. В постели они обсуждали возможности и сценарии, с которыми они могут столкнуться завтра. Джен уснула, пока Алекса оставалась в раздумьях. Затем она поняла, что чувствует себя счастливой, так как они, возможно, на правильном пути к Мэдисон, а Джен сделала её поиски возможными, даже приятными, несмотря на беспокойство. Она наблюдала за своим сном, размышляя, пока ровное дыхание Джен не убаюкало и её.