20

      План Б Георга состоял в том, чтобы добраться до ангаров "Марса" и выкрасть какой-нибудь челнок. Сделать это он собирался, не прорубаясь сквозь толпы солдат и ополченцев внутри корабля, а двигаясь снаружи, по обшивке. Как говорится, умный в гору не пойдёт, умный гору обойдёт.       Запасов кислорода впритык, велик риск просто-напросто задохнуться, если щёлкать клювом, но такой план в любом случае лучше, чем пытаться совершить чудо. С той стороны знали, как держать ружьё, куда его направлять и что нажимать, а Георг уже и так растерял половину команды.       Абордажники подорвали подбитую "Акулу", устроили разгерметизацию капитанского мостика, чтобы усложнить ремонт, а потом высыпали на обшивку. В тяжёлых скафандрах такие же магнитные подошвы, как и в снаряжении космического десанта, а вот Георгу и пилоту "Акулы" приходилось пользоваться перилами и лестницами обслуживающего персонала.       Георг выбрал для перехода ту сторону "Марса", которая направлена не на Белами-Ки, а на Хелгу-Воланту, потому что сгинуть во время перестрелки между кораблём и космической станцией после всего случившегося было бы особенно обидно. Прикосновение луча смерти или шальной снаряд весом в несколько сотен тонн прикончил бы всех абордажников в одно мгновение.       Пространство справа занимала огромная грязно-серая планета с прерывистой линией чёрных хребтов и пятнами городов-ульев. В этом месте о войне напоминали только редкие промахи артиллеристов с Белами-Ки и далёкое сражение между друкари и имперским флотом.       Действия чужаков Георг сравнивал с замысловатым танцем, союзники же больше походили на пьяных бойцов, которые пытались достать соперников размашистыми ударами. Нельзя было сказать, что у последних никаких шансов. Пьяницы вообще опасны, а если ещё и вооружены…       Так, на глазах у Георга погиб фрегат друкари. Он уклонился от одного залпа, другого, но потом встретился с торпедами "Адмирала Дерфлингера", и снова обмануть судьбу не удалось. Ещё одна закатившаяся звезда затянувшейся войны на Хелге-Воланте. Сколько всего существ погибло за этот уже мёртвый мир без каких-либо надежд и будущего, Георг не взялся бы считать.       Абордажники почти нагнали его, а потому Георг напрягся и бросил себя к многоствольному зенитному орудию. Он не рассчитал сил, рывок получился слишком резким, и Георг едва не отправился покорять просторы вселенной. Зацепиться удалось в последний момент, аж дыхание перехватило!       Будь на месте стрелка обычный человек, он бы дал залп и прекратил жизнь вольного торговца, но там за толстым стеклом прицельного устройства и слоем металла наверняка сервитор. Он отслеживал только те цели, которые наметил техножрец, а потому не реагировал на каких-то непонятных мужиков в скафандрах. Георг оттолкнулся от зенитного орудия и подлетел ближе к обшивке, зацепившись за монтажное крепление.       С этого места открывался отличный вид на тех, кто ещё собирался поучаствовать в отвратительном побоище, организованном одним чересчур рьяным агентом инквизиции. Георг бы всплеснул руками и выругался, если бы не приходилось постоянно держаться.       В иное время, в ином месте, без отмашки Гая Гуса и мечей Рыцарей Некоронованных еретиков бы смяли, даже не подпустив к планете. Теперь же у них был шанс спасти тех, кто удерживал всю имперскую армию и весь имперский флот у Хелги-Воланты целых десять лет!       Георг уже видел эти корабли однажды, много лет тому назад во время первой попытки деблокады. Гранд-крейсер типа "Отплачивающий", пара "Вестников Ада" уцелели в том давнем сражении, потому что не бились в первой линии.       Перелетев на новое место, Георг заметил и кое-что незнакомое. Ещё одно судно среди новоприбывших – ударный крейсер. То ли члены Пылающей Погибели захватили корабль неизвестного Георгу капитула, то ли передать привет явились те еретики, которые предпочитали технику имперского производства.       Однако думать о том, что же делать с новыми угрозами, некогда. Георг с компанией лихих наёмников уже почти добрался до точки назначения.       Ангар открыт, сквозь пелену защитного поля нет-нет, а вылетали бомбардировщики. Пусть Иеремия Збаржецкий погиб, но его команда ещё не сдалась и продолжала безнадёжный бой с огромной космической станцией.       Георг развернулся к своему маленькому войску и передал следующее сообщение:       – Ну… вот мы и у цели, господа. Знайте, если у нас всё получится, будем со смехом вспоминать эту вылазку ещё долгие годы. Надо же! Взяли Иеремию за жопу у него же на корабле! И как? Кавалерийским наскоком! – Георг кулаком махнул над головой, впрочем, не прекращая держаться за обшивку другой рукой. – Короче говоря, пусть Бог-Император нас не оставит. Вперёд! К славе!       – Кровь и золото! – отозвался Марио.       – Кровь и золото! – вторил Ловчий и остальные абордажники.       Георг медленно поплыл к бледно-оранжевой пелене защитного поля, которая позволяла летательным аппаратам покидать нутро корабля, а также не выпускала наружу воздух и берегла команду от обстрела. Он надеялся, что пелена настроена именно на высокоскоростные объекты без каких-либо нововведений от техножрецов "Марса". Запасы воздуха подходили к концу, и стукнуться лбом о призрачную стену смерти подобно.       Георг протянул аугметическую руку и… пальцы прошли насквозь. Георг вплыл в ангар, и на него тут же навалилась здешняя атмосфера с собственным притяжением и давлением. Он упал так, что чуть было не разбил панорамное стекло шлема. Поднявшись, Георг повёл плечами и оценил картину, которая раскинулась перед ним.       Ближе всего находился бомбардировщик "Звёздный Ястреб". Корпус похож на ракету, две пары крыльев. Одни узкие и короткие находились приблизительно по центру вытянутого фюзеляжа, другие широкие и длинные в хвосте. Сервиторы под руководством техноадепта занимались тем, что заправляли летательный аппарат, подвешивали под крылья ракеты и крепили в контейнерах бомбы. Если судить по отметинам на обшивке, "Звёздный Ястреб" уже побывал в бою, но, видимо, ничего серьёзного, раз его снова готовили к вылету.       Рядом с боевой машиной курили пилоты. Они-то и стали первыми свидетелями появления пришельцев из далёкого космоса.       Георг погрозил им плазменным ружьём, но стрелять и поднимать шум пока не стал. Стоило для начала найти подходящий транспорт, так как "Звёздный Ястреб" возьмёт на борт не больше десятка бойцов в тяжёлых скафандрах.       Абордажники выстроились в несколько линий на расстоянии друг от друга, чтобы не накрыли одним выстрелом, и двинулись на поиски. Первую пару минут удавалось сохранять тишину, но потом экипаж отправился от шока, и ангар сотрясся от оглушительного воя сирены.       – К бою, – предупредил Георг.       Он следил за реакцией техноадептов в первую очередь – тем передавали информацию в хоре – и понял, когда именно появится охранение, когда они залегли, спрятались или постарались отбежать от цистерн с топливом или ящиков с боеприпасами.       Среди кажущихся бесконечными рядов бомбардировщиков появились боевые сервиторы с встроенным оружием, завязалась перестрелка.       Разлился прометий, начался пожар. Системы пожаротушения принялись заливать охваченный пламенем участок специальным пенным раствором. Хлопья химической жижи тут же перекрыли Георгу обзор, он чертыхнулся, смахнул часть со стекла, поднял ружьё и послал в цель сконцентрированный шар плазмы.       Сервитор на гусеничном шасси с парой тяжёлых болтеров вместо рук, остановился и задымился, но таких образцов на палубе становилось всё больше, а где-то мелькали уже и более проворные боевые единицы: если и не скитарии, то матросы "Марса" примерно в таком же снаряжении, как и абордажники Classis Libera.       Силы безопасности космического корабля остановили продвижение Георга и компании. Их число только росло, несмотря на потери. Георг поразил в грудь и даже воспламенил ещё одного боевого сервитора, а потом отступил за ящик с запасными частями. Не сказать, что надёжное укрытие, но какое уж есть.       По воксу пришло сообщение от Марио, который руководил обороной на правом фланге:       – Капитан, боеприпасы заканчиваются!       Заканчивались и люди тоже. Георг увидел, как абордажник прямо перед ним тоже попытался отступить из-под огня, но словил плазменный шар в спину и рухнул, выпустив оружие и раскинув руки.       – Проклятье! – воскликнул Георг.       Он метнул последнюю гранату из ксеноплазмы, а потом отправил ответ Марио:       – Ладно, я вообще-то тоже когда-то пилотировал. Уйдём на двух бомбардировщиках, пусть и с перегрузом.       Абордажники отступали волнами. Пока одна группа прикрывала, другая меняла позицию, приближаясь к тем летательным аппаратам, которые команда "Марса" уже успела заправить.       Как назло, защитное поле перестало быть единственным препятствием между космосом и внутренностями "Марса". Теперь там сходились ещё и металлические створки.       – Как бы сдаваться не пришлось, – донеслось из бусинки вокс-приёмника. – Нас точно за яйца подвесят.       Когда к сражению подключились не только скитарии, но и катафроны, стало не просто тяжко, а невозможно. Ни о какой тактике речь и не шла, уцелевшие абордажники просто бежали.       Залпами из фосфорного бластера Ловчему расплавили ноги. Скитарий повалился на спину, всё ещё зажимая спусковой крючок и посылая смертоносные лучи в потолок.       Георг выбежал из укрытия, встал на колено и выстрелил несколько раз в грохочущий сплав плоти и металла.       Как об стенку горох.       Понимая, что катафрона так просто не остановить, Георг отомкнул шланг с охладителем и бросил ружьё под гусеницы человекоподобного танка. Раздался хруст, произошёл взрыв, мощный корпус заволокло густым дымом. Георг снова остался без оружия, – если не считать саблю, – но, по крайней мере, выиграл себе немного времени.       – Уходите, капитан, – проговорил Ловчий. – Я их задержу.       – Нихрена!       Георг перевернул телохранителя на грудь и крутанул кремальерный затвор. Тяжёлый скафандр раскрылся цветком, правда, сразу извлечь Ловчего не вышло. Жар от фосфора такой, что обрубки ног сплавило со скафандром. Ловчий приподнялся, попытался оторвать себя от экипировки, но тщетно.       – Бегите! – крикнул он, растеряв прежнее хладнокровие.       Солдаты "Марса" подступали всё ближе. Генератор отражающего поля отключился, и больше Георга от выстрелов ничего не защищало. Глядя на это, между капитаном и врагами встал Марио с несколькими бойцами из отряда прикрытия. Они остервенело отбивались, но падали один за другим.       Георг выхватил саблю из ножен, нажал на руну активации, и лезвие окутало ослепительным сиянием. Хватило одного взмаха чуть ниже бедра, чтобы Ловчий вырвался из плена. Как раз вовремя, так как удача отвернулась в тот момент и от Марио тоже. Только в ушах стоял душераздирающий крик после того, как в него попали из тяжёлого электродугового ружья, пронзив одновременно тысячью молний.       – Пошли! Пошли! Пошли!       Георг вместе с последним бойцом арьергарда оттащили Ловчего внутрь ближайшего бомбардировщика. Одна такая машина, за штурвалом которой был пилот с подбитой "Акулы", уже поднималась в воздух, а Георг тем временем лихорадочно вспоминал, куда и что нажимать. Хорошо хоть первый бомбардировщик никуда сразу не улетел. Поднялся, развернулся и выпустил пару ракет по наступающим, породив на палубе огненный ураган, который перевернул несколько летательных аппаратов, разметал не только пехоту, но и технику защитников "Марса". Где-то детонировали боеприпасы, и произошла разгерметизация отсека.       – Поднимай! Поднимай рампу, блядь! – крикнул Георг бойцу арьергарда.       Сам он кое-как добрался до кресла пилота, поколдовал с пультом управления и запустил двигатели, едва не ткнувшись в точно такую же машину напротив. Далее Георг изменил вектор тяги и приподнял "Звёздный Ястреб" над палубой. В тот миг первый бомбардировщик вышиб створки ангара, потратив оставшийся арсенал. Он набрал обороты и вылетел прочь, пока Георг только-только вспоминал, какой же рычаг за эти самые обороты отвечает.       Одновременно страшно ругаясь и моля Бога-Императора о заступничестве, Георг перебирал клавиши на приборной доске, надеясь, что не сбросит бомбы прямо под себя.       Наконец он вспомнил нужную комбинацию и покинул "Марс", чтобы засвидетельствовать гибель первого бомбардировщика. Возможно, абордажникам на борту и могло показаться, что они только что обманули смерть, но система противокосмической обороны отработала слаженно и чётко. "Звёздный Ястреб" попал под сосредоточенный огонь зенитных пушек, а Георгу оставалось только набрать максимальную скорость и петлять, чтобы не повторить судьбу его храбрых солдат. Прямо перед кабиной пролетали сверкающие линии трассирующих снарядов, что-то взрывалось, но вот уже одна минута, другая и…       "Звёздный Ястреб" скрылся за перекрученным и изорванным корпусом Белами-Ки. Георг увёл машину к той части космической станции, которая больше всего пострадала, чтобы не попасть на прицел уже собственных зенитчиков.       Сердце рвалось из груди, Георг не чувствовал ни рук, ни ног, но всё равно расхохотался в истерике, когда понял, что всё получилось. Он крикнул так, чтобы услышали и на борту, на местах технопровидцев, стрелков или бомбардиров:       – Ловчий! Ты как?!       – Жив! – донёсся такой же громкий и радостный ответ: – Спасибо, капитан! Я думал, всё.       – Да я тоже так думал. Пиздец! Полный пиздец!       – Давайте так больше не делать!       – Тоже так считаю! – Георг рассмеялся.       Он вспомнил ещё об одном человеке, который пережил самоубийственную вылазку, и обратился к нему:       – Эй, парень! Тебя как звать-то?!       – Н-ньянг! Р-рядовой Ньянг, гошподин! – отозвался тот.       – Молодчина! Не растерялся! Я тебя озолочу, рядовой Ньянг! – Георг отдышался и добавил уже тише: – Ты и вовсе больше не рядовой, Ньянг! Я тебя лейтенантом сделаю! Капитаном!