Часть 13. Мы все еще сестры?

Часть войск ждала корабли на пристани. Если бы они проскользнули через оборону на воде, то их бы встретили еще на подходе к городу. Корабли тревожно двигались во тьме. Медленные дикие тени сходились в этом ужасающем месте, следуя за пугающим светом маяка. Они напряженно обходили шипастые скалы, глядящие на них из мутной воды. Вай стояла у края борта, глядя на нос корабля или мимо него — на туманный облик Тихого омута. Ветер трепал беспокойную алую челку. Хекс-перчатки напряженно завыли в руках, отдавая магическим импульсом, а в очках, плотно сидящих на голове, отражались ломанные блики пламени, охватившего башню. Оно понемногу затихало под мелкими каплями дождя или волн. Вай не могла разобрать до конца. Кейтлин стояла рядом. Но ее мысли были погружены совершенно в другое. На ее губах не замирало испуганное: «Что ты сделала, Пау-пау?» — как это было у Вай. Но руки так же ныли от решимости. — Вай, нам придется ее поймать, — с тяжестью произнесла она. — Мне, — Вай вдруг подняла на нее глаза. Синие, бешеные волны вились в них бесконечной воронкой. — Это ведь твоя сестра… Может тебе лучше остаться в стороне? — Кейтлин сожалеюще опустила глаза. — Я ее бросила. Поэтому это мое дело. Она сжала перчатки, металл протяжно лязгнул, царапая углы. Кейтлин хмыкнула. Да, пожалуй, иного ответа она не могла получить. Последнее, что ей оставалось — поддерживать Вай. Она прикоснулась холодной рукой к короткому отрезку голой кожи на плече Вай и кивнула. Они взглянули на остров и вдруг заметили, как от него отделяется густая тень: от толщи острова отплыл остроносый силуэт вражеского корабля. В этот же миг маяк зашипел. Сигнализация захрипела, её вой исказился и выполвил: — Внимание-внимание! Срочная эвакуация! — голос надломился и перешел в нервный хохот. Это была Джинкс. — Все заключенные тюрьмы должны быть эвакуированы! Поэтому прошу: освободите путь… Или же… Голос доносился откуда-то сверху, с будки управления рядом с ярким светом маяка. Свет на вершине сделал один оборот и вдруг врезался в тёмный силуэт, дробящий спасительный огонь. Маяк сделал новый оборот, как вдруг на вершине вспыхнули голубые искры. Отделяясь от вспышки резким мазком, вниз полетел снаряд. Неожиданно волны вздыбились, отрываясь от одного из кораблей, он вспыхнул голубым огнём и накренился, уходя под волны. Огонь с тонущего корабля осветил соседние палубы, а хекс-искры побежали по воде яростными дельфинами. Никто даже не успел закричать. Или крики проглотило жерло вод. Только отдаленные команды: «Вылавливайте тела!» — нарушали дьявольский шум шторма. Джинкс заговорила вновь спустя несколько минут, не то позволяя им оправиться, не то выжидая зловещую паузу. — Я считаю до 5. Время пошло! Резкий импульс ударил по телу Кейтлин — она дернулась и с места двинулась в командную будку. Её крик эхом отразился в рации: «Приём! Дайте им проплыть!» — «Приём! Это большой риск!» — «Вы плохо ее слышали?! Их встретят на берегу! Пропустить корабль!» — ее крик был слышен даже снаружи, сквозь биение вод и испуганно биение крови в ушах. Процессия была долгой. Вслед за первым кораблем отправилось еще два, полностью забитых преступниками. Они почти величаво двинулись прямо к Пилтоверским суднам. Безнаказанные, грязные и ржавые. Их лопасти били по воде, отравляя ее, казалось, одним своим наличием. Что уж говорить о топливе, которое ядовито вплеталось в танец волн. — Умничка, Шериф Кейтлин! — голос зашипел в темноте, уже привычно напрягая все поджилки. Корабли собрались вокруг башни, выжидающе навострив носы. — Вам нужна я. Но вас так много… 10, 11…12 кораблей! Надо же, какая честь! Это все мне? Ее игра никого не развлекала. Никого не смешила. Зал смотрел на актера и ждал, когда же загорятся огни, означающие, что представление окончено. — В любой игре главное — хорошие правила. Я хочу играть справедливо… Я здесь совершенно одна, у меня три пушки, патронов хватит на всех. А моей Супер-мега-ракеты смерти — чтобы взорвать все 12 кораблей. А может быть я отсюда попаду в хекс-врата, как считаете? — она выждала мгновение, смакуя напряжение. — Итак, правила игры: заходит только один. Мне все равно кто. Выйдет так же один. Отправите всех — я взорву хекс-врата прежде, чем вы успеете подняться и вся ваша борьба пойдет коту под хвост… Варвик так же у меня. И если мне не понравится ваше поведение — я его выпущу… На раздумья я даю вам 15 минут.

***

Время бежало с дьявольской скоростью. Амбресса и Джейс почти мгновенно схватились за рации, отдавая команды, пока Кейтлин тяжело висела над пультом управления. Не то страх сковал её тело, не то ответ, который она знала наверняка. — Кейтлин? Что ты предлагаешь? — она проснулась как ото сна и зажала кнопку рации. — Вай пойдёт. Амбресса вспыхнула мгновенно на той стороне провода: — Что?! Эта оборванка?! Она не сможет ее добить, Шериф! Кейтлин подняла глаза и взглянула за стекло рубки. Вай стояла на палубе и решительно смотрела перед собой. И, разумеется, все слышала. Она кивнула Кейтлин и та бросила рацию, отдавая приказ: — Спустить шлюпку! Голоса в рации по прежнему спорили, даже не замечая, как шлюпка спускается на воду. Вай взглянула снизу вверх на Кейт. — Всё будет хорошо, Кексик, — она махнула гигантской рукой. Мотор лодки завелся, источая глухой, одинокий звук и она двинулась к Тихому омуту. Пристань была освещена тяжелым красным светом. Но даже под ним было видно — ступени в крови. Тела охранников покоятся под воротами, разорванные вклочья. Двери распахнуты, источают черный свет, напоминая адское жерло. Вай обернулась в последний раз: корабли выжидающе замерли, кутаясь в волнах. А сзади — свет двух городов. Один — теплый, горячий, с голубым отсветом, а второй — меркнет на фоне первого. Заун был еле виден оттуда. Его заслоняли толстые защитные стены Пилтовера, свет охранных дирижаблей падал на него косо и неприкрыто, как на случайно обнаруженную крысу. Вай сжала руки в кулаки и двинулась внутрь. Путь был начерчен на полу. Яркие стрелки заботливо оставленные для нее на всех возможных поверхностях. Они бережно и почти издевательски обходили мертвые тела: надзирателя с его тростью, охраны, убитых преступников. Некоторые тела были даже заботливо обведены, как на месте преступления. Двери кабинетов были распахнуты, внутри пряталась тишина. Поначалу Вай боялась, что ее встретят уже здесь и заглядывала за каждый косяк, освещая проход Атласами. Но там было пусто. Никого кроме трупов. Наконец стрелки привели к лифту. Кнопка вызова окружена роем колючих стрелок, которые подобно взрыву разносятся по сторонам. Лампочка лифта звякнула и двери зазывающе открылись. На дальней стене лифта ей улыбнулась бешеная обезьянка. От этой картины Вай аж пробрала злая ирония, она вошла внутрь, уже почти с азартом ожидая что произойдет дальше. Нужна кнопка была обведена ярким розовым цветом. Этажи бежали в щели дверей. Свет мелькал, как в кошмаре, затухал и снова вспыхивал, ослепляя. Отчего-то Вай не могла вспомнить ничего. Ни лица Вандера, ни лица голубоволосой девчонки, которая плакала в ее руках. Из ее носа текла кровь, Вай это помнила точно. Но ее глаза были как в тумане. Серые, голубые, розовые, это уже не имело значения. Наконец заскрипели двери. Темнота коридора открыла свою пасть. Лампы под потолком устало жужжали, попеременно затухая и разгораясь вновь. Проход тут был один, потому и стрелка всего одна: прямо у выхода из лифта. Она двинулась вперед.

***

Корабли ждали. Долго ждали. Были и те, кто следил за маяком Тихого омута, и те, кто сидел на рации, громко решая вопрос об уплывших кораблях. — Берег, прием! Вы обнаружили корабли из Тихого омута? Прием! — голос Джейса путался в помехах. Кейтлин обречённо сидела над столом и смотрела на рисунок радиоприемника. — Прием! Да, они движутся в Заун. Пытаемся перехватить. Прием! Кейтлин шумно откинулась на спинку стула. Навязчивые мысли мутили сознание. В такие моменты она жалела о том, что была рождена внимательной до чертиков. Ее сознание одновременно захватывало множество, миллионы деталей, которые не давали ей покоя и будоражили и без того сдающие нервы. Мысли летели в голове быстрее, чем она успевала их осознать, смешивались с чувствами обиды, боли и страха. И наконец она приняла единственное верное решение: — Прием! Отправьте часть кораблей к берегу, на подмогу основным отрядам. Если Джинкс действительно там одна, то справится и 1 корабль. Прием! — она отпустила кнопку приемника и сдвинула брови сосредоточенно. — Прием! Шериф, ты уверена, что она нас не обманула? Прием! — Амбресса как всегда подливала масла в огонь. Нет, черт его дери, Джинкс могла блефовать и соврала, когда оказалось, что с ней Варвик, но Вай уже была там! Уже внутри! Совсем одна! — Какой смысл ей нас обманывать? Я отдаю приказ миротворцам. Отряды со второго до пятого отправляются к берегу на перехват. Если потребуется — сходите на сушу и ловите преступников. Они не должны скрыться в Зауне! Прием! Джейс согласился с ней. Оставшаяся часть кораблей двинулась к берегу. А она встала, выходя из кабины управления. Молчаливо и терпеливо она проводила глазами все 11 кораблей, поджидая, когда их силуэты станут незначительно прозрачными и затем отдала команду: — У нас есть еще шлюпка? — она спустилась вниз, на палубу. — Отправляемся на Тихий омут.

***

Вай шла по знакомым однообразным коридорам, мимо распахнутых решеток и камер. Холодная сырость блуждала между ее одиноких, тихих шагов, пока она не вышла в общий зал. Стоило ей сделать шаг внутрь, как леска на пороге натянулась и по обе стороны от входа взорвались бомбы. Вай резко отстранилась, закрываясь руками, но через пару секунд поняла — это вовсе не ловушка. Она открыла глаза и увидела два розовых клуба дыма. Через несколько секунд блестящий дым рассеялся и позволил ей заглянуть внутрь. Каменная клетка без единого окна, только туманный свет от ламп еле-еле освещал татуированные рисунками стены и покрытый шрамами пол. Обезьянка с безумными глазами и взрыв хекс-кристалла, а рядом — мужчина, тащащий два ярких узелка линий: один голубой, а второй — красный, гигантский шипастый слизень, силуэт с торчащими вверх волосами, похожий на Майло, который окружен облаком слов: «бла-бла-бла-бла-бла», — и плачущая голубая девочка, которую украшала подпись: «Пау-пау», — все это покрывало жалобную серость стен и смотрело на Вай из-за спины. Вай тихо пробиралась через зал, оглядываясь по сторонам. Рисунки злобно оскалили клыки. Как вдруг тишина нарушилась. — Я рада, что это ты. Это должна была быть ты, — голос эхом рассеялся по залу, резонируя от стен. Вай огляделась, в поисках сестры, но ее нигде не было. — Джинкс! — Наконец выучила мое имя, — она показалась в противоположной стороне зала, сжимая в руках розовый пулемет, — сестра. Надменная, ядовитая интонация утонула в холоде зала. И тут же замолкла. Джинкс стояла против нее и смотрела вперед, наклонив голову набок. Розовые глаза рвали пространство своим свечением. — Новая форма тебе не идет, — мрачно буркнула Джинкс. — Примерный миротворец… Вай нахмурилась, ощупывая металл перчаток пальцами. Ей тоже не нравилась ни своя форма, ни новый облик ее сестры. — …Ты так искренне спасала Пилтошек, позабыв о том, кто ты такая. — Я все так же на стороне Паудер, — Вай напряженно выпустила пар из перчаток, губы презрительно сжались. — Моя Паудер не убивает людей сотнями. Джинкс вдруг усмехнулась и устало произнесла: — Вот как… — Джинкс, мы можем решить это по-хорошему. Ты уйдешь. И тогда совет успокоится, — слушая ее, Джинкс задумчиво обвела потолок глазами, а затем резко отрезала: — Ммм… нет. Мне это не подходит. Мы решим все здесь и сейчас! — Джинкс сжала рукоять пулемета и рассекла пространство чередой выстрелов. Вай резко подняла руки перед собой в защитной стойке и в тот же миг вокруг нее возникло защитное поле. Пуля отскочила и девушка побежала вперед. Атласы в ее руках стремительно накопили заряд, толкая ее вперед. А барабан пулемета резко набрал сокрушительную скорость. Грохот раздался на весь Тихий омут.

***

Если Джинкс была там одна, то сейчас она была занята Вай. А это значило, что Кейтлин могла незаметно проникнуть в здание и отыскать их, а может и предпринять что-то для спасения города. Следовать по указателям было весьма любопытно, пока она не дошла до лифта. И сразу поняла — если она его вызовет то привлечет слишком много внимания. Но сколько этажей ей надо было подниматься она тоже не знала. Она решила ориентироваться на звуки. Лестница была явно заброшена, ей мало кто пользовался, но, видимо, когда пришла Джинкс, кто-то сбегал именно по ней. Где-то лежали мертвые тела, где-то стены были иссечены страшными и глубокими царапинами, дырами от пуль и следами крови. Через пару этажей такие следы перестали привлекать внимание Кейтлин. Она прислушивалась к темноте. И наконец тьма зарычала. Неразборчивый шум доносился откуда-то с этажа. Кетйлин задержалась у двери и затем резко распахнула ее. В коридоре была оглушительная тьма: Кейтлин еле различала стену прямо напротив нее, а утягивающая пучина мрака просто ужасала. Она достала фонарик. Прямо рядом с ней, у дверей лифта лежало безвольное тело. Шериф подошла ближе. Это был охранник, форма на нем была разорвана, лицо — изуродовано глубокими ранами. Ей было даже тяжело сказать, чем были нанесены такие увечья, пока свет фонаря не упал на искореженные металлические края лифтовых дверей. Знакомый почерк. Встав на ноги, она вновь посмотрела в удаляющуюся тьму коридора, и двинулась ей навстречу.

***

Хотела ли Вай в действительности ее убить — был еще вопрос. Для начала надо было добраться до Джинкс, приблизиться достаточно, чтобы нанести удар, а пока у нее в руках был пулемет это было почти невозможно. Да, хекстек давал свои преимущества — их скорости почти сравнялись, как и ловкость. Но вот в чем была загвоздка: в отличии от Вай, Джинкс решила для себя точно, что сестру она сегодня убьет. Быть может, именно поэтому ее силы превышали силы Вай. Стоило Вай оказаться слишком близко, как в нее летела пулеметная очередь. А стоило ей замахнуться, как Джинкс, не стесняясь запрещенных приемов, била ее прикладом, или того хуже — вешала бомбу прямо на форму. Это начинало раздражать. Беготня с тяжелыми перчатками выматывала не меньше, чем с тяжелым пулеметом. Быть может потому, когда Вай, в очередной раз уворачиваясь от пулеметной очереди, нырнула за один из столов и опрокинула его на бок, обе девушки замерли, переводя дыхание. — Что? Устала, сестричка? — Джинкс смеялась, но ее шумное дыхание все равно было слышно отчетливо. Вай выдохнула в последний раз и резко поднялась, хватая металлический стол. Атласы ухнули под ее руками и стол полетел через весь зал: пол закричал под его металлическими ножками. Джинкс еле успела увернуться, но вслед за столом побежала и Вай. Она схватила все три дула пулемета и одним резким движением порвала ремень, державший его. Пулемет полетел в сторону, разбиваясь о пол. Джинкс резко схватила пистолет и почти вплотную выстрелила в Вай. Но не успела пуля вылететь из дула, как Вай ударила в ответ, заставляя ее увернуться. Но, нырнув под руку Вай, Джинкс толкнула ее ногой, та рухнула на пол. Мутные розовые глаза врезались в нее сверху вниз.

***

Тьма тяжело дышала. И от нее пахло кровью. Кейтлин прошла сравнительно немного, прежде чем шум усилился настолько, что она не могла двинуться. Она встала в коридоре, освещая фонариком камеры и вдруг с ужасом увидела, как во тьме светятся два желтых глаза. Варвик. — Пилтоверская собачо-о-онка! —рев рассек густое пространство клетки, и Кейтлин вдруг поняла: он заперт в камере. И не в случайной. А в клетке Синджеда. Волк притаился в темноте, высовывая морду между решеток. Слюна сочилась на пол, вязко капая в лужицы крови. — Вандер? Где Джинкс? — она приблизилась к решетке, оглядывая камеру. В ответ зверь лишь натружено и протяжно зарычал, хватаясь лапой за голову, словно когда он услышал свое имя, в его голове что-то лопнуло. Он нагнулся вниз, оголяя пустой шприц за спине. — Ты всех их убил? Ответа не последовало. Только глухой рык, погруженный в сырую тишину коридора. Кетйлин шумно выдохнула и отстранилась от клетки, направляясь дальше по коридору, как вдруг волк остановил ее своим рычанием: — Она сказала, что придет… Вай. Шериф резко повернулась обратно и подошла к клетке, освещая острые клоки шерсти, блестящие когти, уродливую получеловеческую морду зверя. Варвик глядел на нее снизу вверх, рассекая тьму свечением своих глаз. — Ты сможешь найти ее здесь? Зверь мотнул мордой на замок. Такие же повадки были у Вай. Кейтлин даже слабо усмехнулась и, подойдя к замку, опробовала его на прочность. Варвик тут же подорвался, вскакивая с пола и нетерпеливо встал, пронзая взглядом каждое ее движение. Один точный выстрел из винтовки сбил замок и тот рухнул на пол. Стоило металлу с грохотом упасть на пол, как волк резко вырвался из клетки, сбивая Шерифа с ног. Рычание наполнило коридор, пока зверь не ринулся вперед по коридору, игнорируя Кейтлин. Ей не оставалось ничего, кроме как бежать следом.

***

В безумной горячке он несся через все здание тюрьмы, следуя за полупрозрачной линией запаха. Она вела его вверх, сквозь узлы кровяных ароматов. Этот запах он отличал от сотни других. И помнил наверняка. Когти с болью врезались в лапы и резали кожу, а он несся вперед, еле находя ступени на лестнице. Где-то здесь пролилась кровь. Свежая и безумная, пропитанная вонью мерцания. От одной мысли о нем его коробило. Он жаждал мести. Убить ее. Убить ее. Убить ее. За то, что она с ним сделала. За то, что заставила сделать это.

Ты готов умереть за идею, но не готов сражаться за нее?!

Вот что он имел в виду в тогда. В его последний человечески час, когда он еще мог думать свежо, когда голова еще помнила, кто он такой. Когда он еще знал имя этого человека с красным глазом.

Кровь мешается с грязью. Речные токсины разъедают тебе нервы. Как же я тебя ненавидел…

Теперь это чувство было знакомо. Когда боль пронзает каждую клеточку тела, когда голова перестает трезво мыслить и ты поддаешься той бешеной части себя, что таилась в тебе всю жизнь. Сражайся. Бейся до конца. Терять больше нечего. Он влетел в зал с дьявольской скоростью и вместе с яростным криком ринулся вперед. Он сам не понял, как под его когтями запутались голубые косы, как он прижал эту чертову девчонку к полу. От нее шел запах. Его запах. Запах этого неизвестного. Девчонка под его руками завопила и стала бить его по морде, клыки царапали тонкие руки, когти упорно искали под собой опору и не находили. — Вандер…! — Вай сама не заметила как бросилась на него и оттащила от Джинкс. Зверь стал извиваться в ее гигантских руках, пока не выпутался от яростной хватки, врезавшись металлическими когтями в механизмы перчаток. Он отбежал от обеих девушек, издавая дикий рев. В тот же момент Джинкс поднялась с пола и выстрелила прямиком в зверя. Выстрел опалил его ухо, он зарычал с новой силой и бросился на девчонку вновь. В этот раз, поддаваясь какому-то выработанному, оглушительному инстинкту, она ушла в сторону. Лязгнул металл, а на спине Варвика забила челюстями трясущаяся, бешеная бомба. Не успела Вай вскрикнуть, как в воздух поднялся мутно-розовый дым. Он рассеялся лишь через несколько мгновений. Вай вскочила с пола, подбегая к безвольному, покрытому шерстью телу. Ужас сковал ее руки и ноги, но не успели слезы скатиться с ее лица, как прямо перед ней вновь лязгнул металл. Дуло пистолета направилось ей в голову. — Ты меня обманула… снова. Кто его выпустил? — тень безразличия пронеслась по ее лицу, она будто бы даже не смотрела на Вай, а куда-то мимо нее, в пространство за ней. — Я не знаю… — Кто еще зашел в здание?! Отряд миротворцев?! Или твоя гончая псина?! — крик пронзил пространство, Джинкс качнулась на нее, почти придавливая горячий ореол пистолета к ее коже. — Я не знаю! Я тебя не обманывала! Никогда не обманывала! — вдруг Вай сама ринулась на нее и схватила за руку, державшую пистолет хекс-перчаткой. — Ты нарушила правила игры! Я убью тебя и потом выстрелю отсюда прямо в Пилтовер! Ты сама во всем виновата, сестричка! — дьявольский свет глаз вдруг оказался так близко, что Вай еле успела испуганно отстраниться. Ее брови напряженно сдвинулись, а кулак атласов стал сжиматься все сильнее, выпуская горячий пар. — Ты лишила меня всего…! Сестры, отца, друзей… лишь за то, что я тоже была ребенком?! — Джинкс вскрикнула в попытке отдернуть руку, вдруг что-то внутри оглушительно хрустнуло, заставляя ее закричать еще громче. Тогда она сдернула с пояса гранату и оторвала чику, не успели лязгнуть металлические челюсти, как Вай отбросила ее в сторону, отпуская руку Джинкс. Врезавшись в стену, граната взорвалась. Толстые стены содрогнулись. Девчонка с болью схватилась за раненную руку и ринулась прочь. — Стоять! Джинкс, мы еще не закончили! Вай неслась за ней с безжалостной скоростью, но никак не могла поймать ленты волос. Джинкс неслась по коридорам точно, без колебаний, зная, где спрятаться. Наконец ступени под ее ногами понеслись вверх, она юркнула за тяжелую техническую дверь и навалилась на нее всем телом, запирая прямо перед Вай. Наконец девчонка затормозила, судорожно переводя дыхание, как вдруг дверь содрогнулась. Хекс-перчатки ударили раз. Второй. Трещины побежали по кирпичной стене. Джинкс резко отстранилась, но тут сзади послышался шорох. Кейтлин стояла прямо перед ней, выставив вперед винтовку. — Ты еще что здесь забыла?! — Руки вверх! Или я выстрелю! — отчеканила шериф. Рукоять курка дрогнула в ее руках и накренилась. Джинкс замерла. Она обвела девушку презрительным, злым взглядом, еле удерживая пистолет сломанной рукой. — Оружие на пол, Джинкс! Девчонка громко фыркнула и швырнула пистолет на пол. Он прокатился по полу, пока Кейтлин не поймала его каблуком, отбросив к дальней стене. — Где твое хекс-оружие? — Кейтлин не спускала с нее дула винтовки, не давая возможности даже двинуться. — А где твои другие пушки? — Джинкс ядовито улыбнулась, отходя в сторону от содрогающейся двери. Кейтлин следовала за Джинкс, обводя дугу за ней. Наконец дверь поддалась. Неловко скукожившись металл двери медленно рухнул на пол и Вай навалилась на него сверху. Выпрямившись в проеме двери, она окатила обеих девушек тяжелым и напряженным взглядом. — Сдавайся, Джинкс! — Кейтлин сделала шаг на Джинкс, та бросила короткий, пронзительный взгляд на сестру. Та не рвалась к ней. Не кричала Кейтлин, чтобы ты остановилась. Не пыталась спасти сестру. А только устало и злобно смотрела перед собой, словно приходя в себя. — Вай! Надо заканчивать! — Кейтлин взглянула на нее сосредоточенно, но Вай двинулась только через пару секунд, направляясь прямо на сестру. — Ты уйдешь отсюда. В место, откуда вылезла… — Вай расставила плечи в стороны и выпустила из перчаток напряженный пар. — Вай? — Кейтлин удивленно оторвала глаза от прицела. — Пилтовер и Заун могут заключить мир… если своими выходками ты не будешь накалять и без того обострившийся конфликт… Заун получит независимость, как вы того и хотели. — Хочешь после всего договориться и думаешь, что я соглашусь? — Джинкс расхохоталась, прижавшись к стене за своей спиной. Вай устало подняла на нее сосредоточенно-злой взгляд. Она глядела в это незнакомое бледное лицо и видела, как в нем медленно остывает мерцание. Решение надо было принимать уже сейчас. И этот конфликт можно решить только по-плохому.

***

Рассвет наступал на пятки. Их решение вынесли на всеобщий суд. После того, как все огни над столом совета единогласно разожглись, по утреннему Пилтоверу разошлось сообщение, которое еще долго оспаривалось, обсуждалось в газетах. Находились и противники, и союзники. Красные дирижабли Ноксуса покидали город, растворяясь в голубых вспышках. И их провожала речь радио:

— По решению нашего совета, совместно с Шерифом Пилтовера, Кейтлин Кирраман, Пилтовер и Заун заключат мирный договор. Вместе с тем, Заун объявляется самостоятельным городом, который в праве составлять собственные законы и права… Подобное решение нашего совета поражает, но тем не менее, как выразилась советница Мел Медарда: «Начатая нами война сумела показать все слабые места, как Зауна, так и Пилтовера. Мы в очередной раз получили подтверждение того, что усиленный контроль самостоятельной нации приведет к еще большему противодействию. Именно поэтому в дальнейшем мы хотим решать наши конфликты мирно, а это невозможно, если мы ставим Заун как отдельную нацию ниже, чем мы сами». Время покажет, насколько такое решение было верным. А до тех пор, наш совет обещает полную безопасность жителям города, а также защиту прав Заунитов. Приведет ли столь открытое решение к очередному конфликту? Или приведет к разрешению вечной вражды между Верхним и Нижним городом?

Новость облетела Пилтовер за несколько часов. Заун находился в непонятках еще дольше. Пока прибывшие из Пилтовера люди не зачитали им их собственные права. Теперь Заун мог создать свой совет или избрать представителя, который бы смог решить конфликты и наладить торговлю с Пилтовером. Так же любому из них Пилтовер обязывался оказать защиту, помощь и лечение. Но на восстановление и без того шаткого доверия должны были уйти годы. А Джинкс теперь стала лишь легендой. Листовки с ее ужасающим, безумным взглядом выцвели. Она была неловким словом, которое порой встречалось в шепоте прохожих, тенью, мелькавшей в переулках. Как и Варвик, который сначала пропал на долгие месяцы, а затем стал изредка появляться на пристани, прячась в своем убежище и распугивая чужаков. Вай же теперь была полноценно принята в ряды миротворцев. Пирсинг снимать отказалась, как и прежде. В значке не посмели написать ее полное имя. Но и на улицы ее выпустить не могли, пока она не пройдет обучение в академии хотя бы поверхностно. Но ее такой сценарий вроде удовлетворял. Хотя, Кейтлин еще замечала, как порой сонливо ее лицо по утрам, потому что ночами она перебегает через мосты, чтобы навестить Поджигателей, заглянуть к Варвику, проверяя, зажили ли его швы. Но о своей сестре она больше не говорила. Никто даже не знал о том, что ответила ей Джинкс в башне. Быть может, согласилась. А может — умерла. Ее тело так и не нашли. Да и хоронить никто не хотел. На вопросы журналистов Кейтлин, как единственный свидетель, отвечала коротко и радикально: «Джинкс больше не представляет опасности для Пилтовера» — и этот ответ еще долго не удовлетворял жителей. Пока они не смирились с фактом: больше взрывов не будет. По крайней мере, в Пилтовере.