Часть 10

♡ ♧ ✧ ♤

– Как он тебе, кстати? – кивнув на Арису, лениво поинтересовался Чишия. Народ медленно стекался в столовую. Большинство выглядели так, словно только что проснулись. Хотя Пляж, казалось, никогда не спал. Лица сменяли друг друга мгновенно, одни уходили и не возвращались, появлялись новые. Бесконечный круговорот смертей, которые даже оплакать некому, за редкими исключениями. Куина перехватила поудобнее электронную сигарету и, прищурившись, оглядела Арису. – Мне он нравится, – пожала плечами она. – На прошлой Игре мы были вместе. Анн, конечно же, знала разгадку, но дала ему возможность проявить себя. Он молодец. Куина коротко пересказала события и правила, после чего Чишия не сдержал смешок. – Серьёзно? И это бубновая Игра? Детский сад какой-то. – Ну разумеется, – толкнув его в бок, фыркнула она. – Разве для тебя хоть одна Игра была серьёзной? – Я трижды участвовал в Червах. Мне не понравилось. Куина закатила глаза и что-то тихо проворчала. Через несколько минут в столовой появилась Алиса и, выбрав еду, она, помявшись на месте, подошла к Арису. Чишия едва заметно склонил голову на бок, наблюдая. Выглядела Алиса откровенно уставшей: волосы собраны в хаотичный пучок, из которого торчали пряди; опущенные плечи и сгорбившаяся спина вместо всегда прямой осанки; невпопад застëгнутая бордовая рубашка, как будто одевалась в темноте. – Думаешь, Мори справится? – покрутив электронную сигарету между пальцев, задумчиво спросила Куина. Это тот вопрос, на который Чишия не знал ответа. Всё упиралось не в её навыки или интеллект, а в банальное доверие. Которое, судя по всему, было не столь велико. Согласится ли она пойти в лапы врага, не имея гарантий в качестве пароля от сейфа? А если он скажет ей пароль, поверит ли она в его подлинность? Она не глупая, но и не доверчивая. Осторожная, хоть и кажется временами чересчур наивной и самоотверженной, но на самом деле в ней скрывается слишком многое. То, что она держит глубоко внутри. Это Чишия понял в Библиотеке. В её жизни происходили не самые приятные события, которые оставили глубокие шрамы и давали о себе знать по сей день. Но при этом она не только не сломалась, но и не очерствела. Не потеряла ни веру в людей, ни в себя и даже тяга к жизни била ключом. Откуда такая внутренняя сила, желание жить и альтруизм комплектом? Даже во время Игры с участием Нираги, который откровенно попытался её запугать и применил силу, Алиса, засунув страх подальше, – а он точно был, Чишия видел – приняла участие в обсуждении и не отдала свою судьбу в чужие руки. – Я думаю, нам нужен запасной план, – Чишия кивнул на Арису. – Или запасной игрок. Куина медленно кивнула, следя за его взглядом. – Думаешь, всë же не справится или причина в чëм-то другом? Чишия помедлил. Он точно знал, что здесь не может быть никаких других вариантов. – Сомневаюсь в её надёжности. Боюсь, что она может сделать что-то непредсказуемое. Он хмыкнул, про себя думая, что единственным непредсказуемым человеком был он сам. Но Алиса жила на эмоциях, большая часть из которых читалась на её лице. Даже вчера, разгневанная и разве что не шипящая, как змея, ворвалась к нему в комнату и обвинила. Чем смогла удивить. – Выглядит она сегодня как-то паршиво, – заметила Куина. Чишия ухмыльнулся и пожал плечами. – Новость о назначении в Червы её не обрадовала. Куина выгнула бровь, медленно переводя взгляд с Алисы на Чишию. – Твоих рук дело? – недоверчиво спросила она, чуть не выронив сигарету. Он засунул руки в карманы и прислонился к стене. Эмоции на его лице были нечитаемыми, и никто бы не смог понять, что творится в его голове и о чëм он думает. – Ты же знаешь, что я не занимаюсь распределением мастей. Чишии никогда не нравилось общество Пляжа и его донельзя утрированная идеология об Утопии, которая могла показаться привлекательной только последнему идиоту. Любой, кто мог похвастаться наличием в своей черепной коробке больше, чем парой извилин, это осознавал. Возможно, не сразу, но впоследствии точно. Шляпник прекрасно справлялся со своими обязанностями лидера, первое время контролируя большую часть происходящего. Но, как известно, ничего не вечно. Вместе с его властью росло не только количество безликой серой массы, но и силы Боевиков. Их число увеличивалось тоже. А вопросы, почему их возглавляет какой-то болтун с красивыми речами в цветастом хаори, а не люди с оружием, начинали закрадываться постепенно. Восстание и свержение режима – лишь вопрос времени. Чишию не устраивал ни один из вариантов, но второй мог стать проблемой из-за своей непредсказуемости. Свой план он начал разрабатывать практически сразу после появления на Пляже. Если у него возник вопрос об иерархии при неравном распределении сил, значит, в какой-то момент об этом задумаются и другие. Просто ему на анализ понадобилась лишь пара дней, а кому-то – несколько недель. – Когда у Шляпника истекает виза? – вдруг спросила Куина и начала медленно разминать шею, наклоняя её в разные стороны. – Через три дня. Куина задумалась, прикусив губу, и кивнула на Арису. – Тогда нужно поговорить с Арису как можно скорее.

♡ ♧ ✧ ♤

Навряд ли бы кто-то назвал это везением, но Алиса считала именно так. Игра, на которую она сегодня поехала с незнакомыми ей людьми, очевидно, прибывшими недавно, была Пиковой масти. Она готовилась к худшему, молясь всем существующим и несуществующим богам, чтобы им не выпали Червы. Тройка по сложности – бег с препятствиями, где требовалась не столь сила, сколько ловкость, скорость и умение высоко прыгать, обрадовала. Из-за занятий танцами это было в числе её плюсов. Участие принимали двенадцать человек, из них больше половины справились. Грузный мужчина, пожилая женщина и пьяный парень не прошли прыжки в высоту. Алиса хотела помочь женщине, но не знала, разрешено ли это правилами, а подвëрнутая в самом конце дистанции нога болела и не давала возможности двигаться первые минуты. Невольно вспыл разговор с Чишией в голове, когда Алиса узнала о трупах на заднем дворе. – Если ты получаешь серьёзную травму на Игре, можешь писать завещание. Никто не будет тебя выхаживать и, живую, скинут к остальным, чтобы не разбираться. Это рай, который скрывает от остальных горькую правду. Реальность снова неприятно ударила поддых. Её травма, к счастью, не была существенной, и уже через пару дней перестанет беспокоить, но... Сам факт такой жестокости по отношению к своим, казалось бы, товарищам – пугал. С таким настроением Алиса и вернулась на Пляж, сразу же уходя к себе в комнату. Сегодняшняя Игра закончилась быстро, поэтому спать не хотелось абсолютно, время едва перевалило за десять вечера. Раздался негромкий стук в дверь. Алиса невольно вздрогнула, уже шугаясь каждого шороха, но запоздало подумала: если бы ей кто-то хотел навредить, не стал бы растрачиваться на вежливость. – Входите, – просипела она, удивившись, как тихо прозвучал её голос. На пороге показалась Куина, держащая в руках небольшой пакет, и, подмигнув, закрыла за собой дверь. Она тоже выглядела уставшей, но покрасневшая кожа и влажные волосы свидетельствовали о том, что она только что вышла из душа. – Как себя чувствуешь? – участливо спросила Куина и плюхнулась на кровать, скрестив ноги. – Выглядишь так себе, если честно. Алиса безрадостно улыбнулась, покачав головой. В последнее время она действительно заметно расклеилась, а роящиеся в голове мысли не давали ни секунды на отдых. – Что там у тебя? – вместо ответа с любопытством поинтересовалась Алиса, пытаясь заглянуть в пакет. Куина сощурилась, прижав пакет к себе и желая ещё ненадолго продлить интригу. Но под испытующий взгляд быстро сдалась. – Да вот, пришла тебя подлатать, – она улыбнулась и вывалила на простынь содержимое пакета: разогревающая мазь, эластичный бинт и печенье. Печенье! То самое, которое они ели с Чишией из автомата в отеле. – Откуда оно у тебя? – в миг оживилась Алиса и раскрыла упаковку, сразу же откусив половину. Её лицо наконец-то засветилось: губы растянулись в искренней счастливой улыбке, а в глазах появился блеск. – Неужели настолько вкусно? – Куина взяла второе из той же упаковки и откусила небольшой кусочек. – Слушай, и правда объедение. Алиса широко улыбнулась, как будто сама весь день его готовила. Только потом она обратила внимание и на остальные принесённые вещи и непроизвольно нахмурилась. – А откуда ты узнала, что мне это нужно?.. – В этом месте есть кто-то очень наблюдательный, – пожав плечами, Куина улеглась на спину, подперев голову руками. – Ну, знаешь, один блондинистый зануда, считающий себя самым умным. От этих слов Алиса вдруг почувствовала тепло в груди, которое медленно разливалось вдоль её тела. Это ощущение показалось ей странным, но не вызвало отторжения, наоборот – захотелось покориться ему и почувствовать ещё. Она была уверена, что Чишии нет до неё никакого дела, как и до всех остальных. За исключением, возможно, Куины. Но он запомнил это печенье и даже где-то сумел его отыскать. Его нет на полках супермаркета, возможно, только в каких-то специализированных магазинах, помимо отеля. Слишком много мороки ради человека, который для тебя не больше, чем назойливая муха. «И снова я думаю о нём» – пронеслось в голове, когда Алиса, сморщив нос, недовольно вгрызлась в печенье, слишком громко чавкая. – Да тут ещё достаточно, не торопись, – не сдержавшись, засмеялась Куина. – Думаешь о том, зачем это ему? Я тоже не в курсе. Возможно, даже Чишия знает значение слова «забота». Какое приятное слово. Тепло в груди, кажется, стало горячее, заставляя лицо Алисы слегка покраснеть. Куина, закрыв глаза, не заметила. – А ты ему доверяешь? – вдруг спросила Алиса и открыла тюбик с мазью, принявшись медленно растирать лодыжку. Она почти не беспокоила, но походить пару дней с эластичным бинтом лишним не будет. Куина задумалась, не открывая глаза сразу. Пожала плечами и медленно приняла сидячее положение. – Было бы глупо кому-то полноценно доверять в этом месте, не находишь? – Это не ответ, – усмехнулась Алиса. – Ты права. Наверное, я хочу ему доверять. Но не слишком удивлюсь, если это будет ошибкой. Удивительно, но Куина одной короткой фразой озвучила все мысли Алисы, которые она никак не могла структурировать в своей голове уже долгое время. Разница между «могу» и «хочу» колоссальная. Они ещё некоторое время поговорили о самых глупых вещах на свете, никак не вписывающихся в здешнюю атмосферу: о любимом кино и аниме, о краске для волос и даже о школьных годах. Куина, одолеваемая любопытством, спросила о её происхождении. – Я всю жизнь прожила в Японии, за исключением пары лет в детстве и нескольких лет, проведённых в Америке сначала на учёбе, а потом с мужем, где я с ним и познакомилась... – У тебя есть муж? – удивлённо выдохнула Куина. – Был, – Алиса криво усмехнулась, посмотрев на кольцо и покрутив его несколько раз. – Больше его нет. По её тону Куина поняла, что его нет, не потому что они разошлись, а потому что его совсем нет. – Прости... – Да всё в порядке, я сама его упомянула, – она натянуто улыбнулась. – Моя мама англичанка, а папа наполовину японец, поэтому во мне не слишком много азиатского, кроме чёрных волос, которые я крашу. Ближе к двенадцати Куина, уже несколько раз подряд зевнув, неохотно ушла, не в силах бороться с сонливостью. Но Алиса спать всё ещё не хотела и вышла из комнаты в поисках источников общения – почему-то сегодня не хотелось снова оставаться наедине с собственными мыслями. Завидев в коридоре Анн, направляющуюся к себе, Алиса её окликнула. – Ещё не ложишься? – подбежав, спросила она. Анн отрицательно покачала головой и открыла дверь, приглашающе кивнув внутрь комнаты.   – Пока нет. Что-то случилось или ты просто так решила зайти? – посмотрев на настенные часы, показывающие половину первого, Анн нахмурилась. – Учитывая, который час, надеюсь, всё в порядке. Алиса зашла внутрь и села в кресло у окна. Прохладный ночной воздух коснулся её волос, и дышать вдруг стало чуточку проще. – Просто так, не волнуйся, – поспешно пробормотала она, осознавая, что затянула с ответом. Потом всё же подняла штанину спортивных брюк и кивнула на лодыжку. – Особо не болит, но от обезболивающего не откажусь. Анн в удивлении приподняла бровь и достала небольшую аптечку из тумбочки. Вытянула один блистер таблеток и протянула Алисе вместе с бутылкой воды. – Так вот для кого Чишия просил бинты и мазь. Снаружи музыка стала ещё громче, как и гул толпы, которая с радостными криками прыгала в бассейн. Алиса закрыла окно, погружая комнату в относительную тишину. – Это странно, да? Анн не ответила, лишь скрестила руки на груди – одна из её любимых поз – и посмотрела в окно, решив закрыть ещё и шторы. Вместо ответа она сама задала вопрос. – Разве он не планирует уйти с Пляжа? Алиса не смогла сдержать удивление, моментально отразившееся на её лице от неожиданности вопроса, бьющего точно в цель. Она мгновенно попыталась взять себя в руки. – Что? С чего ты это взяла? – голос звучал ровно и почти правдоподобно. – Не переживай, я не буду ни о чëм докладывать, – голос Анн понизился до шёпота, и она подсела ближе. – Мне показалось это очевидным, потому что я и сама об этом размышляю в последнее время. Количество конфликтов между Шляпником и боевиками заметно возросло. В худшем случае это закончится массовой бойней, в лучшем – тихим смещением с поста. Но ни один из вариантов не сулит ничего хорошего никому, кроме Агуни и его парней. Все, кто не входит в число военных сил, это осознают. Алиса поджала губы и теперь окончательно убедилась: на Пляже оставаться немногим лучше, чем участвовать в Играх. А быть может, и хуже, если даже Анн думает об этом. – Но, что бы он или вы не планировали, – она сощурилась, – будьте осторожны. И в особенности ты. Алиса не стала ничего отвечать, не желая ни оправдываться, ни подтверждать слова Анн. Она ощущала подсознательное доверие к этой девушке и не сомневалась в её надёжности, но раскрывать чужие секреты не собиралась. – Спасибо за лекарство, спокойной ночи, – с этими словами она вышла из комнаты и некоторое время стояла в коридоре, пялясь на часы. Как быстро летит время в этом мире? Уже больше шестидесяти дней прошло с её первого появления здесь, из которых три недели она провела на Пляже. Как долго это будет продолжаться и верна ли теория Шляпника? С одной стороны, это давало хоть какой-то гарант и призрачную возможность сбежать отсюда, но с другой... С другой, их нахождение здесь могло растянуться не только на месяцы, но и на долгие годы. Но едва ли кто-то сможет протянуть здесь хотя бы один год, рискуя своей жизнью день за днём. Как много человеческий разум способен вынести, пока не сломается окончательно и не сдастся в лапы Смерти, не в силах справиться с тяжестью бремени? Алису посетила ещё одна мысль. Весьма не своевременная, но тревожная: если им всё же удастся вернуться, как они смогут жить дальше в прежнем мире? Повсюду будут мерещиться опасности, и в конце концов они окажутся на больничной койке с диагнозом шизофрения? Никто в здравом уме не поверит в этот бред. Скорее в массовое помешательство и галлюцинации. Одолеваемая очередным потоком мыслей, Алиса не заметила, как поднялась на крышу. Она не была здесь раньше, но вид открывался не самый плохой: веселящаяся внизу толпа казалось такой маленькой и далёкой, а музыка приглушëнной. – Интересно, как бы ты себя вёл здесь? – она грустно усмехнулась, посмотрев на кольцо. – Не сомневаюсь, что пытался бы всех спасти, как обычно. Может быть, даже понял, кто за всем этим стоит. – Разговариваешь сама с собой? – послышалось тихое сзади. Знакомый низкий голос, с пробирающей до мурашек хрипотцой; иногда казалось, что Чишия шепчет, когда разговаривает. – Вот так и сходят с ума. – Ставите мне диагноз, доктор Чишия? – она обернулась, усмехнувшись. – Требую полной диагностики моего состояния вместо голословных утверждений. Он не сдержал усмешки и медленно подошёл ближе. Тоже с любопытством посмотрел вниз. – Как считаешь, о чëм они думают? – с намëком на иронию спросил Чишия. Алиса громко выдохнула, пожав плечами. – О том, как вернуться домой, очевидно. Чишия разочарованно выдохнул. – Как скучно. Его взгляд наткнулся на какую-то пару у барной стойки. – Думаешь, мысли того парня, прямо сейчас пихающего язык в рот вот той блондинке, заняты возвращением домой? Алиса проследила за его взглядом, высматривая нужную парочку в толпе, и тихо рассмеялась. – Завидуешь? От её ехидного тона Чишия приподнял брови и усмехнулся. Ответить не успел, заметив, с каким вниманием Алиса смотрит вниз, прищурившись. – О, Наоки. А кто это с ней? Приглядевшись, ей удалось узнать длинные каштановые волосы, на этот раз собранные в пучок, и обворожительную улыбку. И одет он был гораздо проще: чёрная майка и белые спортивные шорты. – Это же... Аято, – удивлённо выдохнула Алиса, вспоминая того мужчину с прошлой Игры в Библиотеке. Выглядели они довольно мило, а смотрелись рядом друг с другом просто замечательно: оба высокие, красивые и примерно одного возраста. – Скоро Пляж превратится в реалити-шоу, – саркастично отозвался Чишия, и этот комментарий заставил Алису звонко рассмеяться. – На самом деле, я рада за них. Даже если ничего не сложится. Найти в этом месте что-то хорошее, как влюблённость, не так уж и плохо. – Да ты романтик, – в его голосе прозвучали сарказм и сухая ирония, лишённые всякого тепла. – Нет, я реалист, Чишия, а ты пессимист. – Почему же? Тебе не кажется, что утопать в иллюзии любви слишком глупо в этом месте, когда перед тобой стоит одна задача – выжить? – Утопать? Ты путаешь понятия. Такое чувство, как любовь, должно придавать тебе сил, а не тянуть на дно. Любовь – слабость в руках тех, кто ничего о ней не знает. Она говорила без напора, но уверенно, словно защищая свою позицию. Чишия ничего не ответил и сделал вид, что эта тема ему не так уж интересна. На самом деле, ему стоило приложить усилия, чтобы скрыть удивление. Он не верил в любовь и никогда не считал это важным аспектом в жизни. Слышал разные истории от людей, даже от скуки читал в некоторых книгах, но те случаи были далеки от восприятия Алисы. Она не говорила о любви как о чëм-то неземном и крышесносном, словно считая это приятной ежедневной рутиной, чем-то обыденным, и в то же время значимым. – Ты ошибаешься, если думаешь, что я романтизирую и считаю любовь чем-то вечным и неотъемлемым. Удивительно, но Чишия так не думал. – Я полагаю, что любовь доступна не каждому. Думаю, что она может быть не единственной, до гроба. Люди влюбляются и расходятся, в конечном итоге она должна делать тебя счастливее, а не наоборот. Хотя я, если честно, не уверена, что смогу влюбиться ещё раз. – Считаешь себя особенной в выстроенной тобой же системе? – Каждый человек хочет считать себя особенным, но я не об этом, – она шумно выдохнула, вяло улыбнувшись. – Видел Арису и Усаги? Возможно, у них тоже есть чувства друг к другу. Наверное, это неплохой способ отвлечься от здешних ужасов. – Видел тебя с ним недавно. – Хочешь спросить, о чëм мы говорили? – Не хочу, – соврал он, предполагая, что она сама расскажет. Но Алиса, к его очередному разочарованию, решила сменить тему. – Кстати, спасибо за бинт и мазь... И за прошлый раз тоже, – она замялась, неловко переступая с ноги на ногу. – Не ожидала от тебя подобного. С чего вдруг? Чишия неспешно развернулся, поворачиваясь спиной к бассейну, и посмотрел на небо, тёмное, красивое, усыпанное далёкими звёздами, которые раньше невозможно было увидеть в Токио. Алиса сегодня была удивительно разговорчива и откровенна: болтала о каких-то глупостях, которые ему не пришло бы в голову с кем-то обсуждать. И все её слова звучали так искренне и просто, как самые очевидные вещи на свете, и в ней не чувствовалось наивности. Той самой, которой должно сквозить, когда человек несёт подобную ахинею. – Считаешь меня бесчувственным чудовищем? – как обычно вместо ответа задал вопрос. Алиса оттолкнулась на пятках и сделала два шага вперёд. Потянулась вверх, разминая затëкшие мышцы, и повернулась к Чишие. Снова подошла как-то особенно близко, но отступить на этот раз было некуда. Вперила в него внимательный взгляд, тот самый, изучающий, и поджала губы. Опять чем-то недовольна? – Возможно, так считаю не я, а ты сам. Я не знаю, Чишия. Я совру, если скажу, что имею чёткое представление о тебе. Ты странный человек. – Ты уже это говорила. Она на мгновение задумалась, вспоминая этот момент. Точно – бубновая тройка, загадка про фантом из Хайльбронна. В памяти вспыло ощущение её полной растерянности и страха воды и его отстранённой уверенности. – Ты тогда всё же знал разгадку, да? Только не увиливай. Её голос стал твёрже, отражая требовательный тон. Это заставило Чишию как-то странно улыбнуться. – Мне стало любопытно понаблюдать за тобой, когда ты не отступила после слов и действий Нираги. Кажется, впервые его ответ был честным. В груди Алисы снова появилось тепло. Не обжигающее, а согревающее, что-то приятное в этом напряжённом месте. Хотя сейчас видимой причины не было. Но, возможно, услышав искренность в его словах, внутри что-то дрогнуло. Она по-прежнему стояла близко, смотря прямо в глаза. Чишия заметил в еë какой-то блеск, но не понял его значения. Но хотел понять. – Чишия, я обдумала твой план, – собравшись с мыслями, Алиса обхватила плечи, ощущая озноб от ночного ветра. – Я согласна и готова узнать все детали. Я хочу уйти с Пляжа. Он как-то растерянно моргнул, словно не ожидая это услышать. На его лицо легла тень непонятной эмоции, которую Алиса никак не смогла расшифровать. Смятение? Разочарование? Недовольство? Удивление? Чишия спешно накинул на голову капюшон и кивнул на выход. Он открыл дверь, делая первый шаг, но на его пути предстали двое: парень и девушка, страстно целующиеся и громко причмокивающие, которые едва не сбили с ног. Видимо, планировали устроить себе романтику на крыше, о чëм говорил перевешанный через предплечье плед, но увлеклись в процессе. Парень, с трудом оторвавшись от девушки, посмотрел на Чишию и начал тараторить оправдывающимся тоном. – Слушай! Прости, но девчонки не было в комнате. Я два раза приходил в течение часа, караулил её, пошарился в номере, но она так и не пришла. Может, не вернулась с Игры или у кого-то ночует, так что извини, но у меня появились дела, – он неловко почесал затылок, переводя взгляд на девушку с ним. – Могу подоставать её завтра. Наступило недолгое молчание. Девушка в нетерпении дёргала парня за рукав, едва держась на ногах от выпитого алкоголя, а Чишия смотрел вперёд немигающим взглядом. Алиса, стоящая позади, не могла пошевелиться. Сперва ей только показался голос знакомым, а потом, сделав шаг в сторону, она узнала в этом парне того самого, который ворвался к ней в комнату и остался спать на её кровати. – Не нужно, – сухо отозвался Чишия. Выйдя из ступора, Алиса рванула вперёд и торопливо начала спускаться по лестнице, пока не споткнулась. Резко схватилась за перила, чтобы не упасть, и почувствовала ком в горле. Сердце рухнуло вниз от обиды и осознания. Вопросов было слишком много, но она не хотела задавать ни один из них. – Что планируешь делать? – раздался позади спокойный и ничего не выражающий голос. Снова этот пробирающий холод, от которого хотелось лишь спрятаться. – Я не собираюсь трепать, – шумно выдохнула и бросила ядовито: – но не потому что переживаю за тебя, а потому что не хочу навредить Куине. Удивительно, но о том, что она будет трепать, Чишия даже не успел подумать.