Глава 3. Соловей

— Музыка здесь отстой, – заметила Энди, отпивая вино из бокала. – И где ты нашла этих бездарей, ватрушечка? Хозяйка вечера только отмахнулась. — Ты зажралась, Энди, это лучшие музыканты в городе, – осадил жену Дарий. — Репертуарчик хиленький, – Энди пожала плечами. — Это струнный квартет, а не рок-группа, чего ты хотела? – Айлана улыбнулась и взяла у проходящего мимо официанта очередной бокал шампанского. Девушке нравилось быть в центре внимания, но вечера и банкеты были скорее обязанностью. Статус сестры министра накладывал определённые негласные обязательства, и Айлана нередко устраивала приёмы, на которых Дарий как бы невзначай общался с гостями как «простой человек», а не министр, показывал себя с лучшей стороны, поднимал выгодные для себя темы и тем самым укреплял свою политическую позицию. Формальным поводом для сегодняшнего приёма почти на двести человек, стало закрытие выставки картин Айланы в галерее имени Рудольфа Беканта. — Какой прекрасный вечер, кирия Теулинг, – к Айлане подошли министр Драа и его жена Кассиопея. – Музыка чудесная. — Не то слово, – хмыкнула Энди. — Спасибо, министр, – просияла Айлана. – Кейси, твоё платье просто восхитительно! — Да, чудесное, – приторно улыбнулась Энди. – Это винтаж? Позапрошлая коллекция, если мне не изменяет память. — Кому-то винтажные платья, а кому-то винтажные мужья, – игриво подмигнула Кассиопея и посмотрела на Дария. Энди залпом допила вино и мысленно записала мужа в салон красоты: закрасить седину на висках, сделать парочку омолаживающий процедур… Может, и на фитнес с ним походить, пока не начал расти животик? — Министр Теулинг! – воскликнул Драа так, словно только сейчас заметил Дария. – Как ваша покупка? Тот глухонемой вампир-певец, за которого вы переплатили почти в два раза. Уже отбил свою стоимость? — Чего не сделаешь, чтобы порадовать сестру подарком, – натянуто улыбнулся Дарий. – Кстати о подарке, – он перевёл тяжёлый взгляд на Айлану. – Где он? — Кто? – включила дурочку Айлана. — Вампир, которого я подарил тебе на прошлой неделе. — Наряжается, – Айлана поджала губы. – Пойду потороплю. Прошу меня извинить, – она окинула напоследок взглядом гостей и, громко цокая каблуками, удалилась. Едва покинув зал, девушка прокричала: — Дуглас! Дворецкий тут же подбежал к ней. — Дуглас, у нас ЧП! — Я так и знал, что канапе с креветками не хватит, – сокрушённо проговорил дворецкий. – Можем заказать из… — Какие к нахрен креветки?! – не понижая голоса ответила Айлана. – Брат требует предъявить подарочек. — «Подарочек», кирия Теулинг? – не понял Дуглас. — Вампира! – прошипела девушка. – Он там жив вообще? — Вы запретили с ним контактировать, кирия Теулинг, – напомнил дворецкий. – Я не знаю, что с ним. С тех пор, как я запер его на прошлой неделе, от него ничего не слышно. — В смысле, ничего не слышно? – возмутилась Айлана. – А слуги, которые его кормят, перед тобой не отчитываются? — Вы не распоряжались по поводу кормёшки, – делано равнодушно пожал плечами Дуглас. — А догадаться ты не мог? — Это в мои обязанности не входит, кирия Теулинг. — Забота о моём имуществе не входит в твои обязанности? Ты серьёзно? – девушка почти перешла на крик. — Вы сами сказали его запереть, – ответил дворецкий. — Но не убить же! — Нужно было уточнять. — Святая Алиса! – выругалась Айлана. – Пошли проверять. Надеюсь, он ещё не завонял. — Как скажете, кирия Теулинг, – сдержанно кивнул дворецкий. – Вы же понимаете, что конкретно этот вампир не имеет отношения к смерти ваших родителей? — Все вампиры животные, – холодно отозвалась Айлана. – Кролик не может держать в доме удава и считать себя в безопасности. Но это всё-таки не повод морить его голодом! Когда Дуглас распахнул дверь чулана на втором этаже и включил свет, Айлана увидела «живописную картину»: всё ещё наполовину обнажённый вампир лежал на пыльном полу, сжавшись в клубочек и обхватив себя руками за плечи. Он не шевелился и не подавал никаких признаков жизни. — Всё-таки сдох, – разочарованно проговорила Айлана, старательно изображая равнодушие. — Разве вы не этого добивались, кирия Теулинг? – холодно проговорил дворецкий. — Но не сегодня же! И не этого! Айлана подошла ближе к «подарку» и легонько пнула его по ноге, не зная, на что надеется больше: на то, что он жив, или на то, что он всё-таки умер. Не в этом заключался её план, и от одного вида сжавшегося на полу юноши желудок скрутило узлом. Вампир в ответ на прикосновение пошевелился и замямлил что-то невнятное. — Пронесло, – с облегчением выдохнула девушка. – Дуглас, приведи его в чувства. Отмой и одень во что-то приличное. Я буду ждать в своём кабинете, у тебя есть двадцать минут. Если он помрёт, я тебя убью. — Хорошо, кирия Теулинг, – дворецкий направился к вампиру. Воздух в чулане был холодным и затхлым, пахло плесенью и пылью. Айлана почувствовала, что от нехватки кислорода ей становится нехорошо и поспешила удалиться. По дороге до кабинета она молилась всем известным ей богам, в которых отродясь не верила, что Дарий ни о чём не догадается. Нужно было срочно придумать, чем занять вампира на приёме, чтобы не пришлось таскать его рядом с собой. Самым простым и очевидным казалось сделать его ещё одним официантом. Однако Айлана всегда очень требовательно относилась к персоналу, обслуживающему банкеты. Необходимо было устроить вампиру проверку прежде, чем выпускать в свет. Если опозорится он, облив кого-нибудь шампанским или уронив поднос с бокалами, опозорятся и Теулинги. А это непозволительная роскошь. Когда Дуглас завёл вампира в кабинет, Айлана уже распорядилась подать чай и оставить его на столе вместе с подносом. Подарок слегка пошатывало. Он был бледным, как смерть и неотрывно смотрел в пол. Зато форма прислуги сидела на нём как влитая: узкие чёрные брюки обтягивали длинные стройные ноги, белая рубашка плотно облегала широкую грудь, оттеняя смуглую кожу. Тёмные кудри были ещё слегка влажными. — Прекрасно, Дуглас, спасибо, – одобрительно кивнула Айлана. – Можешь идти. Дворецкий молча вышел. — Эй, ты, как там тебя? – девушка обратилась к вампиру. – Тыковка мне не нравится, у Энди больное воображение. Как тебя называли раньше? Прежде чем ответить, юноша прокашлялся, и Айлана брезгливо скривилась. — По-разному, кирия, – голос вампира был сиплым и неприятным. — Например? – Айлана неторопливо взмахнула рукой. – Я что должна угадывать? — Простите, кирия, – прохрипел юноша. – Предыдущий хозяин, министр Руис Ланге, звал меня… — Пока болтаешь, займись делом, – перебила его девушка. – Налей мне чай. Вампир поднял глаза, и Айлана заметила, как осунулось его лицо. От этого внутри всё сжалось ещё сильнее. — Да, кирия, – юноша сделал несколько шагов к подносу с чаем. — Так и что там с министром? – напомнила девушка. — Предыдущий хозяин, министр Руис Ланге, звал меня Фиником, – на этот раз вампиру удалось закончить предложение. — Я что попала в гастроном? – фыркнула Айлана. – Тыковка, Финик… Ещё какие-то варианты были? Помидорчик? — Кириос Филипп звал меня Гагашей, – вкрадчиво отозвался юноша. — Как? – девушка нервно хихикнула. — Гагашей, – повторил вампир, наливая чай в маленькую изящную чашку. — А я ещё думала, что у Энди больная фантазия, – Айлана покачала головой. – Как звали тебя другие слуги? — Обычно никак, кирия, – ответил юноша. – Иногда просто «пацаном». Реже «мальчиком». Он осторожно взял чашку и развернулся, собираясь поставить её перед хозяйкой. Пальцы всё ещё плохо его слушались, руки тряслись, и всё тело болело после времени, проведённого в холодном чулане. — А как называла тебя мать? – голос Айланы сочился ядом. Чашка выскользнула из дрогнувших пальцев вампира и с грохотом разбилась о пол. — Да, давай, разбей мне пятый сервиз, они же мне совсем не нужны, – с сарказмом проговорила девушка. — Пятый? – растеряно переспросил вампир. — Четыре уже по твоей вине разбиты! – пояснила Айлана. – Не хочешь извиниться? — Простите, кирия, я случайно, – пробормотал юноша, поспешно наклоняясь и собирая руками осколки. — Не передо мной, – хмыкнула девушка. – Перед чайником. Он, в каком-то смысле, мама всех чашек. Вампир поднял на хозяйку недоумённый взгляд, пытаясь понять, шутит она или просто снова издевается. — Я понимаю, что для тебя слово «мать» ничего не значит, – продолжила Айлана. – И ты не привык к уважению к матери, но в этом доме иные правила. Вампир побледнел ещё сильнее и непроизвольно сжал в ладонях осколки чашки. Острые края больно впились в руки, прорезая кожу. — Так что вперёд, как тебя там, извиняйся перед чайником. — Извините, чайник? – полувопросительно произнёс вампир. — Что-то я не слышу раскаяния в твоём голосе, – фыркнула девушка. – Так как тебя называла мать? Сжав зубы, вампир несколько мгновений молчал. — Никак, – наконец сказал он. – Мы не были близки. — Оно и видно, – усмехнулась Айлана. – Я буду звать тебя Кламси. Ты знаешь, что это значит? — Что вы дали мне имя, кирия. — Это на английском, – пояснила девушка. — Английском? – переспросил вампир. — Боже, тебя что вообще ничему не учили? – Айлана закатила глаза. — Я не получил образования, кирия. Как и большинство других вампиров. — Ладно, Кламси, очевидно, что официант из тебя никудышный, – вздохнула девушка. – И что прикажешь с тобой делать? Ты вообще умеешь что-нибудь, кроме как громить мой дом? — Я могу петь, кирия, – просипел юноша. – На мероприятиях в доме Ланге я пел и играл на орухате. Но сейчас я вряд ли смогу, простите. Я охрип. — Без разницы, так даже лучше, – Айлана хищно улыбнулась. – Пошли, порадуешь гостей и моего дорого братца своим волшебным голосом. Это было рискованно, но девушка решила, что позор вампира сможет обернуть в шутку, только повеселив гостей. И заодно доказав брату, что толку от вампира нет, одни неприятности. *** — Совсем забыла сказать, моя мама приезжает на выходных, – задумчиво рассматривая бокал, проговорила Энди. Сделавший в этот момент глоток Дарий поперхнулся: — Отлично, мне как раз нужно по делам в Бримнес. — Мне кажется, или ты избегаешь мою мать? – поинтересовалась Энди. — Тебе не кажется. — Ой, да ладно тебе, вспомните университетские годы, – отмахнулась кирия Теулинг. – Вы же были одногруппниками. — Вот именно, – кивнул Дарий. — Ты что встречался с моей матерью? – Энди возмущённо вскинула брови. — Вообще-то я тогда предпочитал женщин постарше, – напомнил жене министр. — У нас у всех бывают плохие дни, – пожала плечами Энди. – Да и моя мать всегда так красилась, что выглядела на сорок, разве нет? — Дни бывают разные, но не настолько плохие, чтобы спать с твоей матерью, – не согласился Дарий. — Тогда в чём проблема? Ну, не спал же ты с моим отцом? – продолжала допытываться Энди. — А ты знаешь, кто это? – в голосе министра звучал сарказм. — Ну, у меня есть пара вариантов, – отозвалась кирия. – Пара сотен вариантов… — Поверь мне, твоя мать не была так популярна даже в молодости, – хмыкнул Дарий. — Она просто не в твоём вкусе, милый, – протянула Энди. В этот момент на сцену к музыкантам вышла Айлана: — Дорогие гости, недавно мой любимый брат сделал мне прекрасный подарок, – улыбнулась девушка. — Что она задумала? – настороженно спросил Дарий. — Твоя сестра – тебе виднее, – пожала плечами Энди. — Кламси, иди сюда, – позвала Айлана. Вампир вышел и встал рядом с хозяйкой. — Что-то он какой-то бледненький, – заметила Энди. — Разве? – Дарий приподнял бровь. — Да, выглядит болезненно, – пояснила кирия, – Это что кровь у него на руках? Твоя сестра настолько невыносима, что он не выдержал с ней и недели, и решил перегрызть себе вены? — Может, это не кровь? – с сомнением произнёс министр. — А что? Вишнёвый сироп? – фыркнула Энди. — Сейчас он вам споёт, – объявила Айлана, поднимая бокал. Люди зааплодировали. Вампир подошёл к микрофону и как-то обречённо вздохнул, покосившись на хозяйку. — Она точно что-то задумала, – вполголоса произнёс Дарий. Музыканты заиграли мелодию старинного романса. — Это что винтажная вечеринка? – съязвила Энди. – Они вообще знают что-нибудь современное? — Может, просто он не знает ничего современнее? – предположил министр. — Да брось, – отмахнулась кирия. – Сколько ему лет? Девятнадцать? — Напоминаю, – устало вздохнул Дарий. – Вампиры живут значительно дольше людей. — И сколько же лет моей тыковке? – Энди насторожилась. — Вот сама у него и спросишь, – усмехнулся министр. – Не удивлюсь, если он старше меня. Ты же у нас любишь мужчин постарше. — Это винтаж, – поправила кирия. Со сцены раздалось хриплое нечто. Это запел вампир. — Кажется, крокодильчик, ты действительно переплатил, – поморщилась Энди. – Я же говорила, что с ним что-то не так. Нужно было тщательнее проверять. — Посмотри, какая она довольная, – кивнул в сторону сестры Дарий. – Здесь явно какой-то подвох. — Простыл? – предположила Энди. — Вампир? – министр скептически посмотрел на жену. – Это что с ним нужно было делать? Запереть в холодильнике на всю неделю? — Я не удивлюсь, – хмыкнула кирия. — Гости явно не в восторге, – заметил Дарий. – Нужно это прекращать. — Ладно, крокодильчик, я разберусь, – Энди отдала мужу бокал и направилась прямиком на сцену. – Кажется, техника неисправна, – воскликнула кирия, отбирая у горе-певца микрофон. – Сейчас мы всё уладим, – объявила женщина и утащила вампира со сцены. – Ты же не против, ватрушечка? – с этими словами Энди вывела вампира из зала. Зайдя в первую попавшуюся комнату, Энди повернулась к вампиру. Юноша был очень бледным, дрожал как от сильного холода, а руки его были в крови. — Всё-таки не вишнёвый сироп, – с тоской вздохнула кирия. – Я думала, что пройдёт хотя бы месяц, прежде чем ты попытаешься покончить с собой. Ты превзошёл все мои ожидания, тыковка. — Я разбил кружку, – хрипло произнёс Кламси. — Дорогой мой, это не повод вскрывать себе вены, – участливо проговорила Энди. — Я случайно порезался осколком, кирия, – пояснил вампир. — Так я тебе и поверила. Что с голосом? — Простудился, – тихо просипел юноша. — Всё-таки заперла в холодильнике, – устало улыбнулась Энди. Вампир поднял удивлённые глаза. — То есть я ещё и угадала? – фыркнула кирия. – Можешь не отвечать. Дуглас! Спустя несколько мгновений дворецкий вошёл в комнату: — Чем могу помочь, кирия Теулинг? — Тащи аптечку и горячий чай. Будем лечить этого несчастного. — Да, кирия Теулинг, – дворецкий удалился. — Так сколько тебе лет, говоришь? – как бы невзначай спросила Энди у вампира. — Семьдесят, кирия, – ответил юноша. — Вот бы мой муж выглядел так же в семьдесят, – присвистнула женщина. – Посоветуешь крем от морщин? Вампир улыбнулся. — Ого, у тебя есть эмоции? – воскликнула Энди. — Простите, кирия, – снова стал серьёзным Кламси. — Обязательно всё портить, тыковка? – приуныла женщина. — Вы хотите, чтобы я улыбался вам? – уточнил вампир. – Если нужно, то я могу. — Святая Сири, что за травмированный ребёнок, – тяжело вздохнула Энди, – Я хочу, чтобы ты показывал мне те эмоции, которые испытываешь, как это делают все нормальные люди. — Я не человек, – напомнил юноша. — Я фигурально, – закатила глаза Энди. – Так что произошло после того, как мы с мужем ушли? Вампир уставился в пол. — Всё так плохо, тыковка? Юноша поджал губы. — Послушай, ты можешь мне доверять. Я не стану тебя наказывать, – успокаивающе произнесла Энди. В этот момент вернулся Дуглас с аптечкой и чаем. — То, что вы просили, кирия Теулинг, – доложил он. – Вам помочь обработать раны вампира? — Сухарик, у меня двое детей. Ты думаешь, я не знаю, как обрабатывать раны? – подняла брови Энди. – Можешь быть свободен. Дворецкий кивнул и удалился. Вампир пристально посмотрел на кирию и, помолчав какое-то время, начал рассказ. — После вашего ухода, кирия Теулинг бросила в меня картину, обвинила в том, что я испортил ей эту картину и паркет, который испачкался в краске, и заставила оттирать все пятна с пола. Найти моющие средства и тряпку у меня не получилось, никто из слуг со мной не говорил. Тогда я просто вытер свежую краску своей футболкой. Разумеется, пятна остались. В этот момент Энди щипчиками осторожно вытащила крупный осколок из руки юноши, и вампир зашипел от боли. — Прости, тыковка, без этого никак, – извинилась кирия. — Я понимаю, – произнес вампир. – Пятна остались. Кирия Теулинг была в ярости и приказала запереть меня в чулане. — И сколько ты там просидел? – настороженно спросила Энди. — Кирия Теулинг выпустила меня незадолго до выхода на сцену, – отчитался вампир. — Она с ума сошла! – воскликнула женщина, широко распахивая зелёные глаза. – Не думала, что она способна на такое… А если бы сегодня мы ей не напомнили? Ты бы там умер? — Всё в порядке, – сказал вампир. — Очень травмированный ребёнок, – снова вздохнула Энди, доставая последний осколок и обрабатывая руки вампира антисептиком. Кирия Теулинг убрала окровавленные бинты и достала необходимые лекарства. — Выпей жаропонижающее, – дала указание она. – А затем садись в кресло и пей чай. — Простите? – не понял Кламси. — Садись в кресло и пей чай, тыковка, – терпеливо повторила Энди, словно говорила с ребёнком. — Но я не могу пить чай, кирия, мне нельзя, я… — Всё нормально! – Энди всплеснула руками. – Сегодня можно! Не спорь со мной. — Хорошо, кирия, – настороженно кивнул Кламси. Вампир сел в кресло. Кирия расположилась напротив него на диване и принялась рассматривать. Скулы на лице юноши были острее, чем в первую встречу, глаза опухли и покраснели, перебинтованные руки дрожали. — Выглядишь ты, тыковка, конечно, так себе, – произнесла Энди. Вампир осторожно поднял глаза и посмотрел на кирию. Та сидела, закинув ногу на ногу, и крутила в руках какой-то бутылёк. Одета Энди была по последнему писку моды, русые волосы лежали небрежно, зелёные глаза лучились добротой. Это совсем не было похоже на то, какое впечатление произвела кирия на юношу в их первую встречу. Может, ей и правда можно было доверять? Выглядело так, словно она искренне хочет помочь. С другой стороны, она была одной из тех людей, от которых никогда не знаешь, чего ожидать. Таким был Филипп, поведение которого всегда зависело от настроения, менявшегося почти каждый час. Возможно, сегодня кирии Теулинг и было жалко вампира, но это не значило, что завтра ему так же повезёт. Да и этот странный приказ выпить чай… — Дарий так надеется на тебя, – нарушила тишину Энди. — Как я могу помочь, если я заперт, кирия? – пробормотал Кламси. — Я думаю, мой муж как раз решает этот вопрос, – улыбнулась Энди. – Он только с виду такой чёрствый, а внутри он милый плюшевый крокодильчик. Мне с ним так повезло! В наше время так сложно найти человека, который будет так идеально тебе подходить, с которым у вас будет взаимная любовь и понимание. Понимаешь, о чём я? — Да, кирия, – отстранённо ответил вампир, ничего не понимая. — Надеюсь, мы не разрушили твои отношения, выкупив тебя из дома Филиппа? – поинтересовалась Энди. – Только назови имя, и мы выкупим твою подружку, – игриво подмигнула вампиру кирия. Юноша улыбнулся, но снова быстро взял себя в руки и отвёл глаза. — Что мы говорили про эмоции, тыковка? – напомнила Энди. — Нужно показывать их, кирия, – прошептал вампир. — Так показывай, – ободряюще улыбнулась Энди. — Простите, кирия, – снова извинился юноша. Энди закатила глаза: — Ладно, говори уже, как зовут твою подружку. — У меня никого нет, кирия. — Ну, правильно. Ты же ещё молодой. Сколько вы там живёте? Очень много? Нагуляйся как следует, – с пониманием кивнула Энди. – Эх, где мои семнадцать лет! — Мне семьдесят, – осторожно напомнил вампир. — Это детали! – отмахнулась Энди. – Всегда было интересно... Вот вы же другой вид. У нас много различий, в том числе анатомических. У вас клыки длиннее, выносливость выше, живёте, опять же, дольше. Про свойства вашей крови я вообще молчу! Так вот, мне интересно, может у вас не только клыки длиннее, но и ещё что-нибудь? – кирия многозначительно посмотрел куда-то вниз. — Я не понимаю, о чём вы, – виновато проговорил Кламси. — Ну, смотри, есть стереотип, что у некоторых человеческих рас член длиннее или, наоборот, короче, чем у других, – ухмыльнулась Энди. – А вампиры – это вообще другой вид. Разница далеко не только в цвете кожи. Да и вы все такие из себя «хищники» по природе, «доминирующий вид». — Я не понимаю вопроса. — Святая Сири! Всё нужно говорить прямым текстом, – фыркнула кирия. – Какой среднестатистический член у вампира? — Я не знаю, кирия, – смущённо ответил юноша. — Ты так смущаешься, как будто никогда раньше не говорил про секс, – засмеялась Энди. — Простите, у меня нет опыта. — Опыта в разговорах о сексе или в сексе? – насторожилась кирия. — У меня никогда… – вампир закусил губу. — Святая Алиса! Ты что девственник?! – поражённо вскричала Энди. — Да, кирия, – юноша кивнул. — Тебе семьдесят лет! – удивлению Энди не было предела. – И что прямо совсем никогда? И ни с кем? И даже чуть-чуть? — В доме министра Ланге такое было не принято, – пояснил вампир. — Не думала, что Руис такой ханжа, – осуждающе покачала головой кирия. – У нас в доме такого нет. Анфиса родила четвёртого, мы вообще не знаем, кто отец. — Министр Ланге подбирал пары лично. Он хотел контролировать популяцию вампиров в своём доме, – сказал юноша. — Варварство какое-то, – негодовала Энди. – А ты чего чай не пьёшь? — Простите, кирия, – обречённо пробормотал вампир, опасливо делая первый глоток. Жидкость на вкус была приятной и обволакивала теплом многострадальное горло. Кламси даже показалось, что он стал чувствовать себя лучше. Но это только пока. — Надо будет тебе кого-нибудь найти, – игриво улыбнулась кирия. – Спой сегодня что-нибудь романтичное. Произведёшь впечатление. — Кирия, вы меня слышали. Я не могу петь, – осторожно напомнил Кламси. — Не беспокойся об этом, тыковка, – Энди протянула юноше бутылёк с тёмной жидкостью. – Это лекарство поможет привести голос в норму. Эффект на пару часов, потом снова захрипишь, поэтому сильно не усердствуй, чтобы ещё больше не повредить связки. — Спасибо, кирия, – искренне прошептал вампир, открывая бутылёк. — Обращайся, тыковка. Дарий эту муть часто пьёт, у него много публичных выступлений с речами на сто часов, – вздохнула Энди. – А по поводу Айланы… Она не так плоха, как кажется. — Как скажете, кирия, – потупил взгляд юноша. — Ты её боишься? Вампир промолчал. — Ты должен понять, что она боится тебя больше, чем ты её, – произнесла кирия. Юноша удивлённо посмотрел на неё. — Не только тебя. В принципе любого вампира, – пояснила Энди. – Понимаешь, тыковка, иногда, когда человек чувствует себя слабым, он из всех сил притворяется сильным. Иногда это выражается в жестокости. — Понимаю, кирия, – Кламси кивнул. — Покажи ей, что рядом с тобой она в безопасности. — Я постараюсь, кирия, – пообещал вампир. – Если, конечно, она даст мне шанс. Скорее всего, как только вы уедите, я вернусь в чулан. И не знаю, выйду ли из него снова. — Я же уже говорила, что мой муж обо всём позаботится, – улыбнулась Энди. – Допивай лекарство и пойдём поражать гостей твоим чудесным голосом! *** — Ты совсем с ума сошла? – вкрадчиво поинтересовался у сестры Дарий. — Не понимаю о чём ты, – невинно отозвалась Айлана. — Я о вампире, – строго проговорил министр. – Он еле живой. Что ты с ним сделала? — Ничего я с ним не делала! – возмутилась девушка. — Тогда что с его голосом? — Так я ему говорила, чтоб он одевался, в доме сквозняки, – Айлана пожала плечами. – Но он ходил голый, говорил, что ему жарко. Наверное, пытался меня соблазнить, как думаешь? Хотя, было бы там чем соблазняться! Дарий устало выдохнул. — Почему-то мне очень сложно поверить в твою историю, – ответил он. – Айлана, зачем ты всё усложняешь? — Это ты усложняешь, не я, – прошипела девушка. – Это ты его притащил, я тебя об этом не просила! — Мы с тобой уже всё обсудили, – напомнил Дарий. – Если он внезапно умрёт, или я случайно узнаю, что ты пытаешься его извести… Думаю, мне нет необходимости заканчивать. Мы друг друга поняли. — Да, – сквозь зубы проговорила девушка. — Отныне он должен быть рядом с тобой, – продолжил министр. – Каждый день. Разберись с его здоровьем и придумай ему нормальное занятие. Пусть приносит пользу и крутится рядом с тобой. Чтобы ни у кого больше не было сомнений в том, что ты толерантна к вампирам. — Ладно, – недовольно ответила Айлана. Дверь распахнулась и в зал вошли чрезвычайно довольная собой Энди и уже более-менее живой Кламси. Они прошли к сцене через толпу гостей. — Прошу прощения, за задержку! – воскликнула Энди в микрофон. – Были проблемы с техникой. Сейчас уже всё хорошо, я возвращаю вам певца! Удачи, тыковка, – последнюю фразу Энди шепнула на ухо вампиру, передавая юноше микрофон. Кламси подошёл к музыкантам и сказал им что-то вполголоса. Те кивнули. Зазвучала приятная печальная мелодия. Юноша вышел вперёд, посмотрел на Айлану и, глядя ей прямо в глаза, запел. Его голос был чувственным и нежным. Айлане казалось, что он обволакивает её, словно гладкий шёлк. По её коже пробежали мурашки, и девушка удивлённо посмотрела на вампира, словно видела его впервые. Такого она не ожидала. Сначала она не вслушивалась в текст песни, но потом до её сознания стали доходить обрывки знакомых фраз. Она уже слышала эту песню. В её основу легла старинная легенда о принцессе, которой навязали брак со знатным вельможей. Принцесса не любила его и приказала казнить. Перед смертью вельможа сказал ей: «Я люблю и прощаю тебя». И всю оставшуюся жизнь принцессе мерещился его призрак. Не выдержав мук совести, она покончила с собой, спрыгнув с обрыва. Зал был растроган, Энди громко шмыгала носом и тёрла глаза. — А парень-то не промах, – заметил Дарий, косясь на сестру. – Как бы тебя, Айлана, не замучила совесть. Он тебе, конечно, не жених, но определённые сходства в тексте песни с вашей историей есть, тебе не кажется? — Я его прибью, – Айлана залпом допила вино. — Прибивать его нельзя, – строго напомнил Дарий. — Можешь отшлёпать, – предложила Энди. – Попка у него прелесть! — Что есть, то есть, – согласилась Айлана.