Глава 7

      Пахло отходами. Животные разговаривали на своем языке. Рита вышла на крыльцо. Ничего не поменялось. Должно было? Хотелось бы. Хотелось бы вернуться домой, забыть этот кошмар. Или просто очнуться от такого плохого сна. События вчерашнего дня не давали покоя. Участковый отвез их в участок для допроса в Заречинск. Всех троих. Его лицо было мрачнее, чем в предыдущие встречи, хоть их было совсем мало.       Константин смотрел на них с некоторым подозрением. Его понять можно было: долгое время сестер здесь не было, а потом неожиданно приехали из-за наследства. Деревня едва была жива, а потом появилось столько людей.       — Константин Юрьевич, ну, поймите, — твердила Саша устало, — мы действительно приехали из-за наследства. У нас есть все документы. Можем привезти, принести. Не знаю. Мы уже который раз говорим, что происходит какая-то хрень в деревне. Зачем нам что-то скрывать от вас?       Константин сощурившись, переводил взгляд с одной на другую. Не верил. Ни единому слову. Однако вытянуть правду никак не удавалось. Они знали не много, или так казалось. Как выбить правду из них? На что нужно надавить?       — И какая хрень происходит, по вашему мнению? — спросил он. Ему хотелось поскорее закрыть это дело, получить какое-то вознаграждение и спать спокойно.       Немало событий здесь произошло. Но не обо всех нужно знать, не обо всех нужно помнить. Каждый из троицы старался вставить хоть слово. Получался не цельный рассказ. Казалось, что запутали участкового еще больше.       Константин отпустил их. Ничего интересного он не узнал. Все про того же Монаха. Он не верил в эти байки, фольклор. Ему нужны были факты. «Столько времени один человек убивать не может, — размышлял мужчина. — Возможно, подражатель. Или подражатели. Но чем так привлекает Монах? И кто он на самом деле?» Мужчина встал походил вокруг стола и оказался у окна. «Нужно ещё раз все изучить. Может придется прогуляться до библиотеки», — размышлял Константин. Выбора у него особо не было. Мужчина сел в машину и направился в деревню. Надеялся найти какие-то ответы. На этот раз уж точно. Загадки в некотором роде раздражали его.       Воспоминания оборвались. Рита продолжала смотреть на двор. Девушка вовсе не слышала, что говорила сестра.       — Ты вообще слушаешь меня? — спросила Саша через открытое окно.       — Саш, мне не до тебя сейчас, — вяло ответила Рита. — Да и думаю, что нам делать. Книги нет. В электронном варианте ее тоже нет.       — Я думала, что ты про Карла вспоминаешь.       Рита лишь отмахнулась. Вспоминать об этом человеке не особо хотелось. Однако воспоминание невольно предстало перед глазами.       За окном было прохладно. Рита все не могла привыкнуть к местности, хотя здесь уже не первый день. Вдали от дома, родных. Редкие звонки, сообщения. Так ли себе представляла взрослую жизнь? Наверно, нет. Помнится, когда-то мечтала о принце на белом коне. Потом смеялась над этим, какая она тогда была наивной. Да и лучше ли она сейчас?       Рита сидела на кровати и смотрела на стену. Уже который час. Она уже давно догадывалась об этом. О том, что у Карла есть другая, но подтверждения этому не было. И вот оно появилось. Рита перечитала сообщение несколько раз, не веря своим глазам.       «Так больше продолжаться не может», — подумала девушка. Она встала с кровати и походила по комнате. Рита взяла телефон, вновь прочитала сообщение, быстро. Уже, кажется, выучила за пару часов.       «Здравствуйте.       Я знаю, что для Вас это будет неожиданно, но у меня для Вас новость. Мы с Карлом уже как год вместе. Он давно Вас не любит, однако все не может признаться. Прошу Вас отпустить его».       К сообщению было прикреплено несколько фотографий, где были изображены Карл и незнакомая девушка. Да и важно ли это сейчас? Наверно, уже нет. Подтвердилось. И почему Карл молчал об этом? Почему не предложил разъехаться. Может, тогда было бы легче. Рита нашла в контактах Карла и написала короткое сообщение:       Счастливо оставаться с ней.       Ответ поступили довольно-таки быстро:       Значит ты все уже знаешь. Хорошо. И не забудь забрать свой цветок. Он мне не нужен.       Не нужен… Вдох-выдох. Все в порядке. Подозрения подтвердились. Пора возвращаться домой. Здесь ее больше ничего не держит.       Рита прислонилась к деревянной двери. Посмотрела на небо. Без туч. Ясно. Виднелось солнце. Тепло. Ни ветра, ни человеческого голоса. Липкое чувство растекалось внутри. Откуда ни возьмись появилась паника. Черт. Да что такое? Рита посмотрела по сторонам, прищурила глаза. Чего бояться? Они ведь здесь одни. Девушка стала осматриваться по сторонам. Ничего необычного.       Черное пятно у входа в баню. Оно становилось больше, превращаясь в овал. Через пару минут, может, меньше, а может, и больше, пятно стало похоже на человека: высокого, худощавого, не видно ни глаз, ни даже глазниц, не видно носа. Рита вжалась в стену, короткие черные волосы лезли в лицо.       — Ты… здесь… — раздался голос. Понять было сложно, откуда он шел: то ли от существа, то ли откуда-то сбоку. — Иди… — Долгая пауза. — Ко мне, дочь. Вершить дела…       Мысли в голове путались, девушка не зацикливалась на какой-то одной. На секунду показалось, что кто-то влез голову. Мысли прекратились, перед глазами появились яркие картинки.       — Вспомни… — сказал голос. Теперь он был не снаружи, не где-то рядом, а в голове. Голова очень быстро разболелась, ноги не держали.       Деревня. Они приехали сюда из далека. Так захотел отец. Мать спорила какое-то время с ним, но вскоре сдалась. Сложно было привыкнуть к этому месту. Месту, где всем было интересно знать про тебя. Где каждый мог придумать небылицу и разнести это. Каждый, кому рассказали, потом додумывал что-то свое. Помнится, это было раннее жаркое утро лета. Никто не ожидал, что придут за ними. Дело сделано. Всё спрятано. Да и кому нужны какие-то доказательства? Людей порой черт поймешь. Бегут спасаться от хвори, потом разносят слухи.       Они пришли. Рано. Спасения больше нет. Вывели всех. Чтобы никто их больше не спасал. Когда они очнуться, то будет поздно. Может, кто-то займёт место, но навряд ли.       Родители впереди. Сестры сзади. Одна черноволосая, другая со светлыми волосами. Обе голубоглазые. Худенькие, как тростинки.       — Отпустите хотя бы детей и жену! — просил мужчина.       Но никто не собирался отпускать. Кто-то должен был переродиться. Рано или поздно они встретятся. Все вместе. Нужно немного терпения. Почти пара столетий.       Больно. Кажется, и после смерти больно. Все болит. Никто не даст лекарства. Память стерта.       Рита тяжело дышала, почти хрипела.       — Рита! — кто-то звал ее. — Рита, ты в порядке?       Это был голос Саши. Рядом сидел Леша. Они оба были перепуганные. Как будто с Ритой произошло что-то такое, что сильно напугало их.       — Что произошло? — спросил Леша, взяв за плечо Риту, но потом убрал руку. Коротко посмотрел на Сашу.       — Как ты оказался здесь? — спросила Рита парня.       — Это единственное, что тебя волнует? Между прочим, я собирался тебя спасать, — сказал Леша с претензией. — Иду из библиотеки. Смотрю, у вас над домом прям черное пятно. Думаю, может, у вас пожар. Но… Облако не было похоже на дым. К вам попасть я не смог, пока это облако не исчезло. Рита, что произошло?       — Я не понимаю. — Девушка уже пришла в себя. — Совершенно. — Рита поджала губы. — Леша, какую книгу ты читал? — решила поинтересоваться девушка. Может быть, это как-то помогло бы.       — Тему не переводи, — раздраженно произнес Леша.       Рита молчала. Поверят ли ей? Она сама не понимала, что только что произошло. Это был Монах? Что это было?       — Ты так и будешь молчать? — спросила Саша.       — Если бы я знала, что произошло, то я бы вам тут целую поэму рассказала, — ответила Рита, встав с места.       Молчание. Обстановка была тяжелой, напрягающей. Хотелось сбежать отсюда. А вдруг сейчас бы получилось? Или… Нет? Просто иллюзия, странность… Пока не разгадают, что тут происходит, они отсюда не выберутся.       — Леша, что ты читал? — решила спросить на этот раз Саша. — Ты ведь не особо любил читать. Школьную литературу ты с трудом читал.       — Я легенду про Монаха читал, — как можно ласковей пытался ответить Леша. — Нужно понять, как бороться с этим.       — А мне почему не сказал, когда я спросила? — задала вопрос Рита, но парень проигнорировал ее.       «Ну замечательно, — подумала Майор старшая. — Леша особо холодным никогда не был. Он дуется до сих пор? Но почему-то Саше он ответил. И ответил мягко. Влюбился? Да и Саша другая какая-то, странная сейчас». Губы младшей сестры слегка дрогнули. Как будто ей нравилось, когда с ней так разговаривали.       — И что наш великий детектив вычитал про Монаха? — спросила Саша, ухмыльнувшись.       — Ничего. Про него написали, но как бороться — черт знает, — пожал плечами парень. — Как будто он всесильный.       Плохо. Для них плохо. Может, есть какой-то другой способ?       — Может, попробуем выбраться? — спросил Леша.       — Как, Леш, как? — спросила Саша. — Мы с Ритой пытались, когда уезжали отсюда. Мы возвращались сюда, в это проклятое место.       Рита смотрела куда-то. В голову лезли разные мысли, однако все они были абсурдными. Монах… Он кошмарит деревню. Из-за чего?       — Что произошло с Монахом? — спросила Рита, прервав разговор.       — Убили. — Ответил Леша. — Его где-то в лесу закопали. Непонятно где. Как разобраться — неизвестно.       Лесов здесь не мало. В каком именно месте его закопали? Можно было бы перезахоронить, но успокоиться ли он? И зачем он показал видение? Видение в котором была она, Рита, и Саша. По крайней мере, девушки были похожи на них. Рита не решалась рассказать про это. Нужно обдумать. Может, чуть позже придет ответ.       Молчание. Гнетущее, тяжелое. Из-за облаков вышло солнце, как будто давало небольшую надежду на хорошее окончание, на какую-то зацепку. Но все было труднее, будущее неизвестно, непонятно, что происходит и как бороться. Выберутся ли они из этого? Нужно ли пожертвовать кем-то? А если это сон, то как выбраться из столь реалистичного сна?       — Рит, ты объясни, что произошло. Ты знаешь, что я не отстану.       Саша хотела было вклиниться в разговор и сказать, что Рита точно ничего не станет рассказывать, так как прекрасно знала ее. Девушка до сих пор не знала истинную причину расставания старшей сестры с парнем. Саша не поверила в то, что они просто мирно разошлись, и Рита решила вернуться. Просто так Рита не вернулась бы домой. Однако Саша ошиблась, Рита рассказала.       — Мне уже кажется, что с ума сошла, — произнесла Майор старшая в конце.       — Мы все тут, похоже, сошли с ума, по такой-то логике, — заметила Саша.       Леша молчал. Он казался задумчивее и напряженнее, чем несколько минут назад. Саша обратила внимание на это и хотела было спросить, но Леша не дал сказать и слова:       — Идем к Надежде Анатольевне. Она здесь давно живет. Если не захочет говорить добровольно, будем выбивать из нее все.       — А если не расскажет? — растерянно спросила Рита.       — Расскажет, она далеко от нас не убежит, — с некоторой злостью в голосе ответил друг детства.       Не дожидаясь девушек, он вышел за калитку. Сестры посмотрели друг на друга, не совсем понимая действия Лёши. Что могла рассказать интересного Надежда Анатольевна? И рассказала бы? Саша пожала плечами и пошла за Лешей, Рита замыкала.       Он любил их. Любил свою семью. У него не было никого, кроме жены и двух дочерей: старшая Милита и младшая Сауле. Порой ему казалось, что девушки и вовсе не были сестрами. Слишком разные характеры, внешность. Сауле была немного хитрой: немного улыбнуться, подобрать правильные слова, и человек в ее власти. Милита была другой и она больше тянулась к отцу. Ее, как и Йозаса, порой тянуло в лес. Словно неведомая сила звала туда.       Милита хотела стать как отец. Помогать людям, хотя она понимала, что порой они были неблагодарны. Йозас учил дочь, как что делать, но часто, если не всегда, говорил ей, чтобы она прятала дневники с лекарствами, потому что есть нехорошие люди, которые охотятся за ними. Девушка ни разу не видела этих людей.       — То, что ты их не видела, не означает, что их нет, — ответил ей как-то раз отец вечером, когда возвращались из леса.       Сауле была далека. Она никогда не интересовалась травами, лесами, помощью. Для нее это было чуждо. Повеселиться, выйти очень удачно замуж и даже, может быть, уехать отсюда. Место для нее, как считала она, было гиблым. Однажды в деревню приехал мужчина, солидно одетый. Он знал куда приехал и кто ему нужен.       — Ну здравствуй, Йозас, — произнес мужчина с широкой улыбкой. — Не впустишь ли ты дорогого гостя на порог?       Йозас напрягся. Он прекрасно знал этого человека. Он мог сделать все что угодно и кто угодно мог ему поверить. Запросто. Мужчина, скрипя зубами, открыл калитку и впустил старого знакомого. Тот обвел взглядом двор и, усмехнувшись, сказал:       — И ты променял то прекрасное место на окраину мира?       Йозас ничего не сказал. Бессмысленно. Знакомый найдет, что ответить. Он знал, из-за кого пришлось перебраться. И сейчас этот человек стоит на пороге дома Йозаса, просто потому что ему захотелось. Йозаса он живым не оставит.       Компания сидела на кухне. Кухня была небольшой. Вмещала в себя кухонный гарнитур, старый маленький холодильник, стол, четыре табуретки, и в комнатке было не развернуться. В этом доме они были впервые. Надежда Анатольевна не приглашала гостей, если только на свой день рождения, и то не всех. Зато любила ходить в гости к другим и вызывать участкового. Женщина суетилась у плиты. Хотела накормить незваных гостей, однако гости отказались от этого, были не голодны. Надежда Анатольевна не хотела ничего слышать.       — Зачем вы пришли? — спросила старушка.       — Мы хотели узнать про местную легенду, — сказал быстро Леша.       — Здесь ходит немало легенд, — ответила женщина загадочно. Будто она догадывалась или знала, что сейчас у нее спросят.       — Монах. Нас интересует только он. И Вас, кажется, тоже, — сказал парень. Рита и Саша не понимали, что имел в виду Леша.       Женщина поставила стаканы на стол, а сама села на стул. Она стала мрачной.       — Вы уверены, что хотите знать про него?       Отступать было некуда. Или идти вперед и попытаться побороться или сдаться, и тогда неизвестно, что будет дальше. За окном мелькнула тень. Их давняя знакомая. Монах знает все про всех. Он знает, что будет. Пускай узнают. Их это не спасет. Все предрешено. Он здесь судья и Бог. Для всех, вплоть до самого последнего человека.