Глава 4. Часть 7. Меняй жизнь

Впервые за долгие годы своей жизни он ощутил невероятное легкое чувство свободы. Ему не надо было спешить на собрание, никаких тревожных звонков или писем, а угрозы и конфликты исчезли в одно мгновение. Легким движением руки его освободили от должности, и, поддавшись переизбытку чувств, мужчина ушел на свою законную пенсию. СССР не мог поверить, что день, когда любимые дети, наконец, повзрослеют и займут его место, уже настал. Конечно, до совершеннолетия некоторых дочерей и сыновей еще несколько лет, однако старшие подготовят их к будущим трудностям, временно взяв управление на себя. Это словно отправить своего ребенка в первый класс, и наблюдать как из года в год он становится все старше и опытнее. Вложив в руки детей власть, он надеялся, что будущее народа станет более красочным и полным возможностей. Что поставленный им железный занавес рухнет, показывая скрытую дорогу молодым умам. - Чего так грустно смотришь? - подошла к нему Канада, держа в руках пустую коробку. - Я бы сказал, что это тоска по воспоминаниям. - Слабо улыбнулся тот, посмотрев на фотографию с саммита. - Вроде бы хотел давно уйти на покой, но с другой стороны - жалко, что все закончилось так быстро. Жизнь проносится перед глазами... - Она только начинается. Смотри, еще вчера ты был обычным холостяком, а уже… - продемонстрировала канадка золотое кольцо на безымянном пальце. – И скоро мы улетаем на нашу виллу. - Знаю, знаю. Ты мне о доме каждый день говоришь. - Это не просто дом, а наше семейное гнездышко возле реки! Знаешь, как мне его хотелось заполучить?! Этот владелец цену набивал космическую! Видите ли, он зарабатывает на доме больше, чем я ему предлагаю. Козел. Союз лишь с усмешкой сложил книги в коробку, представляя ту самую виллу на улице Принца Уэльского рядом с набережной. Дом сочетает в себе поразительную архитектуру с природной красотой и безмятежной обстановкой, предлагая спокойствие и уединение всего в нескольких минутах от города. Каменные фасады, панорамные окна, интерьер из камня, фарфора и белого дуба, подчеркнутые черными деталями, геометрическим освещением и потрясающими видами на реку, которые наполняют каждую комнату естественным светом и ощущением умиротворения. Он помнил, как его супруга искала именно место, где не станут доставать СМИ, где их новая семья будет жить без лишнего внимания. Парочке до свадьбы хватило скандала чуть ли не со всем миром, который явно не был настроен на их союз. Они считали подобное катастрофой, сравнимой с цунами. Если Союз подложит под себя рыжеволосую, то вся Европа вскоре окажется в его руках! Правда, новость о пенсии коммуниста мигом остудила их пыл. Теперь его делами займутся дети, а он будет находиться в стороне и не мешать их работе. Для европейских стран это казалось лучшим исходом событий – исчезновение серьезного конкурента. Странно, что США до сих пор не принес бутылку шампанского, он больше всех ждал устранения СССР. Хотя, с его нынешним положением он способен лишь переключаться с судов на работу и обратно. - Дорогая, зато у тебя есть дом, который ты обставила как хотела. Даже твой брат будет тебе завидовать. - Еще бы! Я тщательно подбирала мебель, а особенно кухню. Тебе ведь нравится, что я начала ходить на уроки по кулинарии? В основе кухни лежат только современные и качественные приборы, массивная газовая плита, двойные духовки, десятифутовый остров из таитянского кварцита и дубовые шкафы. Тринадцатифутовый линейный камин под высокими потолками, который так желал Союз, демонстрирует гостиную и столовую открытой планировки, идеально подходящую для семейных встреч. Канада настояла сделать в одной из пяти спален кабинет для своего мужа, а в ванные комнаты с мраморной отделкой добавить немного уюта, постелив мягкие коврики и поставив декоративные растения. - Союз, ты будешь делать себе мастерскую? – мечтательно поинтересовалась канадка, закончив разбирать шкафы супруга в его старой квартире. - Хотелось бы… Мне нужно же чем-то заниматься на пенсии. – Задумался коммунист, выколотив последнюю полочку стола. Несмотря на то, что на нижнем уровне расположены две спальни, гостиная с камином, бар и выход на крытую террасу, мужчина понимал – с подобным отдыхом его ждут лишь лишние килограммы. Необходимо найти себе занятие, даже если это будет садоводство или столярное дело. Пусть он смастерит никому не нужный стул или лавочку, зато его руки будут при деле, а тело не изменит свою форму. Этот дом - больше, чем резиденция, это их образ жизни, созданный для комфорта и неподвластной времени элегантности. - Я заметила, что в зоне, где мостки, не хватает чего-то простенького. Хочется туда поставить лавочку. Или может зоны для пикника. Столик и стульчики. - Не торопись со своими стульчиками! – усмехнулся мужчина, обхватив ее тонкие кисти широкими ладонями. – Осень на дворе. Какие пикники? Ты же первая будешь лежать после такого отдыха в постели с температурой. - Зато я ни о чем не пожалею. – Нежно улыбнулась она, прижавшись к его груди. – Скажи, я похожа на ребенка? - Нет. - Это хорошо… Иногда мне кажется, словно я веду себя по-детски. А ты выполняешь мои капризы. - О-о! Ты еще не видела капризы. Особенно моих двойняшек. Как они вообще справятся с работой, когда в одном месте детство еще играет… Вздохнув, мужчина уткнулся носом ей в шею, выражая свое беспокойство за детей молча. Не хотелось нагонять тревогу на жену, хотя одно лишь тяжкое дыхание уже насторожило ее. - Они справятся, дорогой. Хоть теперь дети и самостоятельны, но ты все еще можешь им помогать. Взять, например, Россию. Вы ведь обещали встретиться после обеда? - Да. Она хотела узнать, как подготовиться к встрече с США. Это ее первый съезд, и дочка боится все испортить. - О, я могу ей в этом тоже подсказать! – хитро посмотрела на него рыжеволосая. - Канада, хоть он ее дядя, но не родной. И требовать у США связей и торговли по твоему совету не лучший вариант. Нельзя стране говорить: «Дядя, дай мне денег». - А мне кажется, он со всем согласится, что предложит Россия. Ей надо меньше думать о встрече, и больше отдыхать. Тебе не кажется, что она исхудала? - Работа никого не красит. Особенно, когда ты только вступил в должность. Пока привыкнешь к новому месту… Погладив его по голове, Канада словно пыталась убрать у возлюбленного все тревоги и страхи, понимая, как это неприятно, когда родной человек встречает трудности. И все, на что они способны, следить за тем, как они сами справляются с ними, чтобы в нужный момент протянуть руку помощи. - При встрече скажи ей беречь себя… - коснулась канадка губами его щеки. – И пусть обязательно правильно питается! Это залог здоровья и успеха. - Обязательно передам твои слова. – Наконец-то улыбнулся коммунист. – А пока давай позовем грузчиков. Вроде бы все вещи собрали. - Это я мигом! Машина уже давно нас ждет. А люди тем более. Союз, только помни, что время у нас не резиновое. Самолет до Оттавы будет готов к десяти. Не опоздай, пожалуйста. - Я обо всем помню. – Отпустил ее мужчина, понимая, что остались считанные часы, когда он может насладиться родными местами. А особенно увидеть своих детей. *** Как бы старательно она не относилась к наставлениям отца, погрузившись в работу и встретив на своем пути настоящие трудности девушка испытала все тяготы управления государством. Отныне все требуют действий от нее, а не отца, никто не станет ей шепотом объяснять на съезде стоит ли согласиться или отказаться от новых введений и предложений. Все, что Россия решит - ляжет на ее плечи, и лишь от нее зависит завтрашний день. Миллионы жизней в руках хрупкой девушки, которыми нужно верно управлять. Сегодня у нее было последнее заседание, выпившее все силы и энтузиазм, погружая в усталость и уныние. Разве это светлое будущее? Отец хотел, чтобы они добились высот, но как можно работать, когда у тебя нет ни репутации, ни сил противостоять жадным и тщеславным рукам ее подчиненных. Страшно делать чистку тех, кто работал с отцом, однако еще страшнее пострадать из-за тех, кого волнуют лишь деньги. Кабинет в окружении телохранителей встретил ее непривычной тишиной, насылающей еще больше тоску по родителю. Душой она хотела оставить все, как было – ее беззаботную жизнь, ее близких, ее обычное спокойствие. Но разум напоминал ей о том, кто она и ради чего все это делает. К тому же у отца проблемы со здоровьем, ему положена пенсия и отдых. А также личная жизнь, которой он жертвовал долгие годы, лишая себя тепла и уюта рядом с любимой женщиной. - Российская Федерация, к вам посетитель. – Раздался за дверью голос охраны. – Впустить? Странно, но сегодня никто не должен был беспокоить ее, по крайней мере русской так показалось на последних минутах заседания. Ее министры, не оглядываясь, впопыхах старались покинуть зал. Однако, есть вероятность, что все же кто-то захотел встретиться с ней лично? Должно быть это министр иностранных дел, который столь пристально слушал каждое ее слово. Он перед заседанием был с ней особо разговорчив, так может и сейчас ему вновь захотелось побеседовать? - Пусть войдет. – Устало произнесла она, убирая важные бумаги в сейф. Как же хорошо, что в бывшем кабинете отца было все необходимое для работы над секретными документами. Даже непринятые проекты можно спрятать от любопытных глаз. Насколько же ее родитель предусмотрителен… - Вы не заняты, Российская Федерация? – показалась в дверях до боли любимая фигура. – Этому старику захотелось немного отобрать вашего времени и поговорить. - Папа! – с облегчением вздохнула та, спеша его обнять. – Зачем же ты так общаешься со мной? - Ты на рабочем месте. - Ну, пап… Даже если так, нет необходимости в официальном обращении. Ощущение, словно я перестала быть тебе дочерью. - Ни за что ты не перестанешь быть моей маленькой ласточкой. Сейчас его ласка и внимание как глоток свежего воздуха в пропитанной мучениями комнате. Теплые объятия убрали всю накопившуюся хандру и тревогу в сердце россиянки, а его запах напоминал о теплом и радостном прошлом, которого она так боится забыть. - Мне так тяжело… Я не представляю, что будет, если ты уедешь. - Ничего не изменится. Ты со всем справишься - Пап, я провалила свое очередное заседание. Они меня даже не слушают. - Странно. – Усмехнулся Союз, улыбнувшись. – А Николаевич сказал, что все слова лишнего боятся сказать. У тебя ведь уже был конфликт с секретарем министра обороны? - Был. – Вздохнула она, вспоминая не самый приятный разговор в ее жизни. – Он не явился ко мне в установленное время, а секретарь стала мне указывать что делать. - И что ты сделала? - Полностью поменяла штат сотрудников. И министра обороны… Похлопав дочь по плечу, коммунист подошел к шкафу, желая разглядеть аккуратно расставленные папки на полках. Порядок в комнате, порядок и в разуме. Он нисколько не пожалел, что отдал все своим детям. - Ты все делаешь правильно, но у тебя нет уверенности в своих действиях. - Заметил СССР на ее лице печаль. - Тебе нужно стать сильной, иначе в дальнейшем работа просто поглотит всю твою жизнь. Я ведь хочу, чтобы ты стала не только политиком, но и счастливой женой и матерью в будущем. Я не молодею, Россия, хочется внуков понянчить. - Господи, пап! Какие внуки? - фыркнула она. - Мне бы с работой справиться. О замужестве я даже не думаю. - Вот же. И ты тоже в карьеристки подалась? Все твои сестры мне сказали, что даже не видят себя женами, не то что матерями! - Потому что еще рано об этом думать... - вздохнула Россия, сев за свое рабочее место. - Другие мысли в голове. Сегодня улетаешь ты, а завтра я... Мне с США договариваться о сотрудничестве, а я даже ничего предложить ему не могу. Не знаю, что мне делать. Первые проблемы настигли его неопытную дочь намного быстрее, чем он ожидал. Однако мужчина все равно оставался спокоен, зная, что она не останется в беде. В начале его работы он не мог обратиться за советом и помощью, зная, что ни его папаша, ни кто-либо из окружения не подскажет верное решение проблем. Ему приходилось пробираться через неприятности, ошибаться, но продолжать искать верное решение в одиночку. Вкусив все препятствия, научившись справляться с ними радикально, коммунист пообещал себе, если в будущем у него появятся дети, то они никогда не останутся без поддержки. И сейчас, когда его старшая дочь впадает в отчаяние, он не может просто наблюдать и отмалчиваться. - Уверена, что все так плохо? - подошел шатен к столу, разглядывая стопку не рассортированных папок. - Здесь твои идеи? - Да. - Устало ответила она, неохотно обратив внимание на свои неудачные записи. - В них нет никакого смысла... - Почему же? - удивился тот, перелистывая страницы первой попавшейся папки. - Каспийский трубопроводный консорциум. Довольно любопытно. - Пап, этому плану уже лет восемь... - И как успехи? - Казахстану было сделано предложение "О строительстве экспортной трубопроводной системы КТК Тенгиз-Астрахань-Новороссийск". Пару лет назад мы приняли решение о реструктуризации Консорциума. Передали пятьдесят процентов акций крупнейшим международным нефтяным компаниям под обязательство полного финансирования строительства и ввода в эксплуатацию первой очереди нефтепроводной системы. США тогда получил свою долю. Смысла нет в этом плане. - Ты не торопись делать выводы. Это перспектива на будущее. США явно будет с тобой сотрудничать, если ты разовьешь эту идею. Тем более... я смотрю у тебя достаточно предложений, чтобы он за них ухватился. Создание российско-американского Инновационного совета по высоким технологиям и Межправительственного комитета по науке и технике. Российско-американское тихоокеанское партнёрство... У тебя достаточно козырей, чтобы добиться его расположения. Похвала отца смогла приободрить погрузившуюся в отчаяние душу ребёнка. Уверенность - вот за что она пыталась так отчаянно ухватиться, но это практически не удавалось. Теперь, когда СССР одобрил ее идеи, оставалось только хорошенько подготовиться к нелегкой встрече и надеяться, что американец будет в добром расположении духа. Он ведь теперь ее дядя... Подобная связь со Штатами продолжала смущать ее. Никак нельзя привыкнуть к тому, что чужой им мужчина неожиданно стал близким родственником. Даже сердце болезненно сжимается от подобных слов. Почему-то Россия не хочет видеть блондина своим родственником. *** Пять. Десять. Двадцать. Тридцать минут. США с нетерпением поглядывал на наручные часы, боясь, что его гостья все же не придет в указанное им место. Казалось, что все его старания увенчались успехом – их встреча, проведенные переговоры, даже обед. Россия была немногословна, хотя подобная черта ей характерна с детства. Он думал, что молчание означает удовлетворение, однако теперь, когда прошло больше часа с момента назначенной встречи в закрытом ночном клубе, его одолевали сомнения. Девушка скромна, в отличие от СССР, из ее рта никогда не раздавалась грубость. Только вот вопрос в ее желаниях. Что если он был слишком настойчив и спугнул несчастное создание? Но ведь по советам его знакомых Штаты был крайне вежливым и терпеливым. Он принял позицию выжидания, в надежде, что русская сама придет к нему по выложенной им дорожке из внимания и ухаживаний. Даже платье подобрал по случаю, дотошно узнавая у Канады ее размер! Или это было слишком навязчиво? К тому же американцу страшно мешал новый статус дядюшки для пятнадцати детей коммуниста. Забавна и иронична судьба, влюбить его в названую племянницу. Даже мерзко осознавать, что сами его чувства незаконны… - Что будете пить? – подошел к нему официант, натянув вежливую улыбку. - Ничего. – Рыкнул он от досады. – Я не звал тебя. Иди, куда шел. К его периодической агрессии персонал клуба давно привык. Если ранее они боялись гнева мужчины, то теперь терпеливо кивали головой и послушно уходили, зная – после ухода он оставит щедрые чаевые и чек на внушительную сумму своих заказов, словно извиняясь за злобу. А для работников это лишь счастье – драки не устраивает, в нужный момент может и защитить. США – бесценный клиент, которого на всем свете не найти. Нервно постукивая ногой по полу, Штаты имел желание позвонить россиянке и узнать ее местоположение, но сдержал внезапный порыв. Если в подобном настроении позвонить ей на рабочий телефон, то она уж точно не явится в клуб, испугавшись его ярости. Как же тяжело иметь дело с неопытными… Проходящие мимо бизнесмены и директора, натягивали свои привычные фальшивые улыбки и, словно старые друзья, старались как можно быстрее пожать руку американцу. Он видел их желания насквозь, но поддерживал эту наигранную атмосферу. Смех ради влияния, шутки – попытка расположить к себе важную персону, радостные похлопывания по плечу показывали скрытое желание ухватиться за богатства блондина. И после каждой подобной встречи он мечтал послать каждого, в надежде, что более никто не потревожит его. Мелькающие лица настолько завладели его вниманием, что он не успел уследить за самой важной гостьей его вечера, вошедшей в здание ночного клуба. Шик, блеск, показушность – Россия окунулась в мир бизнеса и зависти сама того не ожидая. Ей было некомфортно из-за громкой музыки, внезапных возгласов, бесстыжего смеха и… непривычного наряда, что подарил ей США. Она не понимала причину подарка, надеясь, что подобный жест был сделан не с целью оскорбить юную девушку. Хотелось верить, что ему не стыдно находится рядом с ней без ярких и вызывающих образов. Задержавшись из-за неотложных дел, русская уже и не рассчитывала, что Штаты станет ждать ее в клубе. Но не получив ни гневного сообщения от секретаря, ни звонка на рабочий телефон она без волнения и страха села в автомобиль. Только по прибытию возле входа в шикарное здание с яркими вывесками и прожекторами ее ожидала длинная очередь и переполненный посетителями клуб. Ей ничего не оставалось, кроме как пробираться через толпу, веря, что среди сотен людей ей удастся найти американца. Но и здесь ее постигло разочарование. Как на зло из-за скромной репутации девушки никто из работников клуба не уделил ей внимание. Если для входа было достаточно слова секретаря США, то здесь она предоставлена сама себе. И отыскать в огромном помещении среди мелькающих лиц нужное практически невозможно без подсказки. Решив еще раз довериться своей удаче, Россия продвинулась чуть ближе к бару, веря, что бармен уж точно сможет подсказать в какой VIP-зоне находится Штаты. Ей оставалось только привлечь внимание довольно активного мужчины за барной стойкой, но крепка рука ухватилась за ее плечо и притянула к себе довольно требовательно. Похищение? Заказное убийство? Месть? Она еще не успела обзавестись врагами, но противники отца узнают его наследницу из тысячи. Уже сжав кулаки русская была готова вступить в драку даже в этом неудобном вечернем платье, но знакомые голубые глаза вовремя остановили ее от крепкого удара в челюсть врага. - Я везде тебя обыскался. Где ты бродила? – недовольно поинтересовался американец. - Просто задержалась из-за работы… - удивленно ответила та, ослабив сжатые пальцы. – Вы меня напугали. - Не хотел, но пришлось. – Успокоился блондин, осторожно взяв ее за руку. – Из-за громкой музыки ты не слышала, как я тебя звал. И расслабься уже, а то сжалась вся. - Я думала на меня напали. - У тебя слишком богатая фантазия. Здесь драк практически не бывает. Он осторожно вел ее к нужному месту, продолжая кричать сквозь оглушительную музыку, но не отпуская тонких пальцев. Забавная. Впервые его встречают с кулаками, считая врагом, а не хорошим знакомым. Разнообразие среди кучи фальшивых улыбок и притворной радости. - Мне нужно быть осторожной. – Строго произнесла россиянка, стоило им пересечь забронированную мужчиной VIP-зону. - Тебе нужно расслабиться немного. – Предложил тот присесть ей на мягкий диван. – Здесь куча охраны, до тебя даже добраться не успеют. Лучше не думай об этом и отдохни. Ты эти дни упорно работала, но надо также уметь расслабляться. - Возможно… Более ей ничего не хотелось отвечать. Вся обстановка почему-то портила ей настроение. Она мечтала о тишине и покое, а не душном ночнике, гремящем на всю округу. Может для США подобные места привычны, но для России нет. Ни музыка, ни ослепляющие прожектора, ни излишняя роскошь, ни это чересчур короткое платье с вырезом на груди. Почему он выбрал именно его? Серебристая ткань не подходила ей, придавая болезненный вид, а блестки лишь удешевляли ткань, придавая ее скромной натуре некое распутство. - Леди, будете что-нибудь пить? – вежливо обратился к русской официант, показывая меню. - Сок. – Твердо произнес Штаты, хмуро взглянув на парня. – Она не пьет ничего крепче сока. А мне принеси виски. Без льда. Такой командный тон возмутил ее, вынуждая выпрямиться и устремить свой гневный взгляд на самоуверенного мужчину. И почему же она беспокоилась о нем эти дни?! Он ведет себя так, словно она не гостья, а его игрушка. Или того хуже… - Почему ты все решил за меня? – холодно спросила россиянка, сжав пальцами подол платья. - А ты не хотела сок? Могу подозвать и заказать тебе воды или лимонада. - Я не маленькая девочка, за которую надо все решать. Платье, туфли, напитки - это я могу выбрать сама! И как мне работать тоже! А если тебе так хочется кем-то поуправлять, будь добр, не мной. Не смей оскорблять подобными действиями меня. В один момент он уловил в девушке ту самую схожесть в характере с ее отцом. Когда она злится, ругается и выплёскивает все накипевшее в душе наружу ее глаза становятся такими же холодными, как и у Союза. Даже жестикуляцию ей удалось перенять от него. Как же странно полюбить копию своего прошлого соперника. - Я тебя задел? - задал глупый вопрос американец, забывая о ее недавней гневной тираде. - Представь, если бы я выбирала тебе что носить, есть, пить, не спрашивая твоего мнения. Как бы ты поступил? Это можно было бы назвать семейной жизнью. Ведь именно жены подобным образом заботятся о своих мужьях. И об этом он мечтал уже несколько лет... Усмехнувшись, мужчина облизал пересохшие губы, ощущая себя не героем, а мерзавцем. Как же он сам не понял, что девушке совершенно некомфортно в этом платье. Она то и дело постоянно поправляет подол, стараясь прикрыть оголенные колени. Правда, дело не только в одежде... - Вот же черт... - провел он рукой по лицу, словно собирая усталость. - Извини, не подумал. Это моя старая привычка. - Все контролировать? - Скорее предотвращать катастрофу. - Думаешь, я бы напилась? - Нет. - Тогда не вижу смысла запрещать мне алкоголь. Я взрослая девочка. Даже отец перестал меня контролировать. - Я же говорю - старая привычка. - Откуда она появилась? Профессиональная деформация? Или твоя жена? - Смотрю, тебе стало интересно. На мгновение Россию действительно одолело любопытство. Почему его поведение совершенно ей непонятно? Зачем он хочет контролировать девушку, зная о ее характере? Для чего американец привел ее сюда? Как его отстраненность и строгость к женщинам связана с бывшей женой? Любой журналист отдал бы душу, лишь бы узнать ответы на все ее вопросы. США настоящая сенсация, а его разрушенный брак – пища для «желтой» прессы. - Если не хочешь отвечать, я не буду настаивать. - Мигом выстроила границы русская. – Кто я такая, чтобы лезть в твою личную жизнь? Ее слова лезвием прошлись по сердцу мужчины. «Кто такая»? Для него – девушка, сумевшая привлечь его внимание, околдовать и навсегда захватить душу Штатов. До этого момента он боялся ей что-либо сказать, зная, что хрупкая россиянка испугается правды, однако слыша ее слова, мужчина более не будет скрывать свои истинные чувства. - Ты важна для меня. – Внезапно произнес он со всей серьезностью долгожданные слова. – Спрашивай, интересуйся мной. Я этого хочу. - Почему? – удивилась она его откровению. - А ты как думаешь? Явно не ради наших, якобы, семейных отношений. Будь моя воля, я бы разрушил эту связь. Не хочу быть твоим дядей, когда испытываю к тебе совершенно другие чувства. Откровение. Девушка не думала, что услышит нечто подобное в будущем. Да еще и от того, кто старше ее на несколько десятков лет. Старше даже ее отца! Но ей, на удивление… приятно. Не только она хочет избавиться от семейных уз с американцем, чувствуя нечто запрещенное и легкое рядом с ним. Возможно, все, что Россия испытывала к нему, и есть та самая запрещенная любовь, однако ее воспитание и совесть не позволяли даже подумать о чем-то романтическом. - Ты уверен? – опустила она взгляд, испытывая смущение. - Черт возьми, Россия! Я же не просто так пригласил тебя сюда, подарил платье, которое, видимо, тебе не понравилось. Я никогда не делал чего-то подобного чужому человеку. Если ты заметила, ни одна твоя сестра не получала от меня подарков. - Но почему я? В чем моя особенность? Я же ничем не отличаюсь от девочек. Ведь, они намного ярче, чем я, намного интереснее и любопытнее. - Я выбрал тебя, лишь потому что это ты. Даже ты сама не знаешь насколько интересна. Неловкость вскружила ей голову, и на мгновение россиянка потерялась в собственных мыслях. Чтобы так открыто говорить о симпатии к ней, нужно иметь не одну дюжину храбрости. А он, видимо, обзавелся стальным достоинством, раз не боится даже СССР. Из забвения ее вывело его осторожное прикосновение к руке, словно боясь, что она сбежит, как только приведет чувства в порядок. Признаться, она действительно испугалась неожиданной правды, однако США старается вести себя достойно и уверенно. И это позволило разрушить ту самую стену, которую они же сами выстроили между собой. - Давай потанцуем. - Решил сменить тему Штаты, поднимаясь с дивана. - Я не умею. - Послушно последовала за ним девушка, хотя понимала свою неуклюжесть. - Не ври. Я видел, как ты с Союзом танцевала. - Народная музыка отличается от...этого скопления громких звуков. Тем более, мы танцевали несколько лет назад. Сейчас я занята работой, а не весельем. - Но если не попробуешь, не узнаешь? Я ведь прав? Конечно прав, но что ей делать, если подобные песни непривычны? Она боится показать себя чудачкой среди гостей на танцполе, а это прямая дорога к тому, чтобы заполучить репутацию наивной и глупой страны. Она боится быть обманутой... Ей не хотелось верить, что американец все это подстроил и сказал ради своей выгоды. - Россия, ты просто доверься мне. Хорошо? - осторожно коснулся он губами тыла ее кисти. - Один раз. Если не понравится, мы сразу же уедем. - Я... - не знала, что сказать Россия, ощущая жар на щеках. - Хорошо. Только разочек. И сразу вернёмся в Белый дом. Не хочу больше ощущать себя, словно не в своей тарелке. *** - И что же это значит, Рос? Не умеешь танцевать, значит? - смеялся мужчина, проведя ее к их месту. - Я в жизни не видел, чтобы девушки умели так красиво двигаться. Это было фантастически! - Ужасно. - Слабо улыбнулась она, еле шагая за ним. - Я натерла ноги, у меня постоянно задиралось платье, и мои волосы похожи на воронье гнездо. - Ты просто вошла в кураж. Расслабиться и получать удовольствие от танца - разве нам это запрещено? Мы работаем больше всех, выходные бывают изредка, а праздничные дни лишь для простого народа. Пусть хотя бы здесь мы забудем о делах. США с удивлением заметил, что его возлюбленная недолго ощущала неловкость среди танцующих людей. Стоило знакомой песне окутать клуб своими звучаниями, как она отвлеклась от навязчивых и мрачных мыслей, забыла о тревоге и отдалась мелодии, ритмично двигаясь в такт. Для Штатов открылась ее новая сторона, так не похожая на обычную, непримечательную. Не мешали неудобные туфли, облегающее платье. Русская была предоставлена самой себе, а ее озорной взгляд разжигал еще больше огонь страсти в его сердце. А она бывает совершенной противоположностью своему характеру. - И часто ты так расслабляешься? – поинтересовалась россиянка, сделав утоляющий жажду глоток сока. - Нет. Для отдыха мне нужна подходящая компания. – Любуясь ею, ответил он. – Если тебе захочется еще раз потанцевать со мной, то я обязательно приглашу тебя в этот клуб. - Или… Можно потанцевать дома. – Окончательно забыла о напряжении девушка. – Для того, чтобы танцевать, не нужно много места. Достаточно взять магнитофон и парочку новеньких кассет с любимыми песнями. - Возможно, ты права. – Наконец, искренне улыбнулся американец, ощущая долгожданный прилив счастья. Так и должно быть. Только их счастье, только они вдвоем без лишних глаз. Связи? Он помог ей обзавестись ими во время танцев, представляя юную страну инвесторам и директорам крупных предприятий. Еще пару дней, и Россия сможет оформить крупные сделки с пользой для себя. Однако, что-то мрачное и болезненное не отпускало его. Словно холодная тень нависла над ним, не позволяя стать радостным. Отвратительная тяжесть, насевшая на плечи, желая погрузить его во тьму. - Так вот по какой причине меня отказывались пропускать. – Донесся до США сквозь музыку недовольный женский голос. – Я уж думала с мужиками пьешь, а ты дешевую девочку снял. Так не хватает удовлетворения? Слыша грубые слова от стоящей возле столика крашеной брюнетки, русская вспомнила, где же она встречалась с ней, и почему вдруг атмосфера стала такой напряженной. Одетая в красно-черное платье с глубоким вырезом на спине, бывшая супруга Штатов не упустила своего шанса, чтобы вновь задеть его в месте, где должно было обитать спокойствие. Надменная ухмылка на лице и бесстрашное поведение говорило лишь о том, что ей снова стало мало тех финансов, которые она отобрала через суд. И теперь женщине приходится выбивать из него эти деньги, устраивая сцены, провоцируя американца. - Ты числишься в черном списке ночника. Какой же богатый папик тебя провел? – ответил на ее язвительные слова он. - Тот же, который дал тебе девочку на час. – Усмехнулась та, зная, что его всегда задевали грубые слова в сторону семьи или друзей. О, как же она была довольна, когда лицо мужчины приобрело бордовый оттенок. Ей нужно еще немного дожать его и, возможно, он захочет ударить ее. А там уже до прессы и скандала недалеко. Деньги сами попадут в ее руки, да еще и репутация США достигнет самого темного дна. - Еще слово, и ребята вытолкают тебя из клуба. – Рыкнул он, сжав кулаки. – У тебя есть минута, чтобы ты убралась отсюда. - Как страшно. Я почти испугалась твоих угроз. – Нагло устроилась женщина в кресле, взяв барную карту. – Но я хочу поговорить с тобой. И выпить. - Разговор давно окончен. Я зову охрану. - Ох, точно. Я же тебя отвлекла. Понимаю, у девочки время идет. Можете уединиться где-нибудь. Я подожду. Ее слова хотели не просто задеть, скорее разжечь ярость в теле озлобленного американца. Она знала, что его терпение вот-вот иссякнет, и начнется хаос, который можно использовать в свою пользу. Одно было непонятно для России – почему он продолжает терпеть подобное? Видно сразу, что Эбигейл желает красивого заголовка в прессе и скандального суда. Почему же мужчина не уничтожит ее? Почему не раздавит, как делал это с другими? Даже русская не может вынести ее присутствия, и готова придушить стерву собственными руками. - Я вас помню. Вы та самая женщина, с которой мы как-то мимолетом встречались. – Решила влезть в разговор россиянка, унимая гневную дрожь. - Чего? – разозлилась та, переключив свое внимание на девушку. - Ты кого женщиной назвала, идиотка? Не стоит называть «женщиной» тех дам, кто не любит разговоры о возрасте, ибо последствия будут ужасны. Россия помнила слова Канады, когда та разозлилась на Союза. Конечно же, бывают исключения, однако таких представительниц слабого пола очень мало. Эбигейл же, активно пользовалась косметикой, яркими нарядами, лишь бы скрыть свой истинный возраст. Только вот цифры в паспорте не соврут. Кожа на шее и руках женщины уже понемногу становилось менее эластичной, приобретая неопрятный вид. Ей должно быть уже за сорок… - Статья триста девятнадцать Уголовного Кодекса. Оскорбление представителя власти. – Внезапно начала загибать пальцы россиянка, не боясь злобы Эбигейл. - Публичное оскорбление представителя власти при исполнении им своих должностных обязанностей или в связи с их исполнением - наказывается штрафом в размере до сорока тысяч или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до трех месяцев, либо обязательными работами на срок до трехсот шестидесяти часов, либо исправительными работами на срок до одного года. - Ты чокнутая? – вскочила с места та, сжав пальцы в кулаки. – Оскорбление власти?! Ты-то? Да такую, как ты легко стереть с лица земли, даже никто не вспомнит! - Эбигейл! – хотел выругаться американец, но один жест России заставил его замолчать. - Статья сто девятнадцать Уголовного Кодекса. Угроза убийством или причинением тяжкого вреда здоровью - наказывается обязательными работами на срок до четырехсот восьмидесяти часов, либо ограничением свободы на срок до двух лет, либо принудительными работами на срок до двух лет, либо арестом на срок до шести месяцев, либо лишением свободы на срок до двух лет. - Что ты несешь?! Женщина не могла понять, кто же сейчас сидит перед ней. Адвокат? Судья? Или это та самая новая страна, из-за которой до сих пор распространяются слухи?! Она знает статьи, знает наказание, и это явно не в пользу Эбигейл. Лучше ничего не говорить, иначе даже ее адвокат не справится со списком выдвинутых обвинений. - Забыла сказать. Наш разговор записывается. – Осторожно положила россиянка на стол черный предмет необычной формы. – Хочешь еще что-то мне сказать? Я тебя с радостью выслушаю. - Да катись ты к черту, сучка! – вспылила женщина, спеша удалиться из VIP-зоны. – Оба идите нахер! Вы ничего не докажете! А ты молодец, США. Нашел себе потаскуху подстать себе! Удачи в вашей чертовой жизни, неудачники! Я все равно смогу затащить вас на суд! - Всего хорошего. – Спокойно ответила русская, не реагируя на ее злобу. Это была громкая и напряженная битва, в которой, наконец, победили они, а не охотница за деньгами. Сколько же пришлось приложить усилий и нервов, чтобы не выдать волнение и не запнуться во время перепалки. Хорошо, что Штаты хотя бы смог прислушаться к ней, и не влез в напряженный разговор. Иначе бы они проиграли характеру и злобе Эбигейл, лишь подарив ей еще поводы для выманивания денег. - Я…в шоке. – Выдохнул он, проведя рукой по волосам. – Как… Откуда…. Ты где взяла диктофон? - Я блефовала. Это просто плеер. Он сломался, а выложить из сумочки я забыла. – Прикрыла она глаза, стараясь привести эмоции в порядок. – США. Почему она такая…тупая? - На это у меня нет ответа. - Я не могу все еще понять. Как ей удавалось все эти годы качать из тебя деньги, когда она даже не знает законов своей страны? – возмутилась девушка. – Все, что я делала и говорила, относится к будущим проектам на моей территории. Ее должно было смутить, что я упоминала Уголовный Кодекс! - Она хоть и тупа, но умеет искать нужных ей людей. - И за столько лет не выучить хотя бы что-то из ваших общефедеральных актов?! Ты мог легко ее одурачить. Уничтожить. Но ты все продолжаешь прогибаться перед ней. - Сам не понимаю, почему. – Поразился ее словам Штаты, ощущая себя не меньшим идиотом, чем бывшая жена. – Может, я просто не хочу унижать женщину. - Но она с тобой не церемонится. – Поднялась с дивана Россия, поправляя платье. – В первую очередь ты должен видеть в ней мошенницу, а уже потом женщину. Со своей властью, ты бы мог давно решить этот вопрос, но все время закрывал глаза и послушно выплачивал ей деньги. - Возможно, мне нужно посмотреть на все свои судебные процессы немного иначе. – Последовал за ней тот, желая коснуться руки возлюбленной. – Сегодня ты меня спасла. - Но я не смогу делать это постоянно. – Не позволила она дотронуться до себя. – Я хочу спокойного будущего, а не вечного страха и тревоги. - Россия… - США. Сначала тебе надо разобраться со своими проблемами. – Строго произнесла русская, глядя ему в глаза. – Как только ты все уладишь, мы сможем снова вернуться к нашей…личной теме. Я подожду. Мы же страны. Старость нас не настигнет через двадцать или сорок лет. Печальная правда, которую он не желал слышать. Но девушка верно объясняет ситуацию, и все, что остается, принять ее желание. Если он будет и дальше бороться с бывшей супругой, то вскоре его новые отношения разрушатся, оставляя мужчину в гордом одиночестве. А ему хотелось начать новую жизнь с чистого листа и с дорогой сердцу возлюбленной. - Обещаешь? – позволил он пойти России к выходу. – Поклянись мне, что дождешься, когда я разберусь со своими проблемами и верну все, что отобрала Эбигейл. - Клянусь. – Улыбнулась на прощание та. Почему-то он понимал, что их следующая встреча будет еще не скоро. Но вера в ее клятву и надежда на будущее приободрило мужчину, хотя сердце разрывалось от печали. - Я буду тебя ждать. - И я тоже. – Развернулась русская к лестнице, чтобы, наконец, завершить свою долгую и душераздирающую поездку.